Adapting to the Fall

Когда-то поместье, возможно, и было удобным местом для жизни, но теперь оно выглядело холодным и неприветливым. Оно стояло посреди густого леса, несколько пней были разбросаны тут и там, доказывая, что поляна являлась рукотворной. Все поместье состояло из засохшего поля и нескольких зданий, окруженных каменным забором, от которого во многих местах остались лишь груды щебня. Самое большое здание имело три этажа и было построено в основном из дерева, с небольшим количеством мрамора в некоторых местах, чтобы добавить ему немного устойчивости. В свое время какие-нибудь богатые люди могли бы обрести в этом доме свое счастье, но теперь все заросло плесенью и понемногу разрушалось, придавая поместью очень печальный и обветренный вид. Остальные строения представляли собой сарай, конюшню и несколько складов. На приличном расстоянии от поместья трио полубогов обнаружило на небольшом холме хороший участок деревьев, который прекрасно скрывал их, в то время как поместье оставалось в пределах их видимости. Перси сидел на камне, изучая каждую деталь строений и высматривая врагов. Друзья спали неподалеку, неохотно позволив ему добровольно нести первый дозор. По крайней мере, он думал, что они спят. Он понял, что ошибся, когда услышал за спиной шаги. В поле зрения появился бывший опцион и прислонился к ближайшему дереву. — Не доверяешь мне нести дозор? — спросил Перси. — Не мог уснуть, — сказал Джейсон, хотя Перси знал, что это неправда. — Как у тебя дела? — Станет лучше, когда все будет сделано. — Ты готов? Перси не ответил. Теплый ветерок обдувал его, и он вдруг почему-то почувствовал себя уютно. Перси вздохнул и посмотрел на человека, которого раньше считал своим кузеном. — Я никогда не убивал человека до Итана, — сказал он. — Я никогда не думал, что у меня на руках будет кровь. — Жизнь полна трудных выборов, — сказал Джейсон. — Это был не выбор. Я даже не колебался. Я был... зол. А когда он умер, я ничего не почувствовал. Ни удовлетворения, ни печали, ни вины. Я имею в виду, что это не давало мне спать по ночам позже, но тогда, стоя над его телом, я вообще ничего не чувствовал, наблюдая, как жизнь утекает из его глаз. И хуже всего то, что я знаю, что сделаю это снова. — Смерть уродлива, но таков порядок вещей. Так или иначе, в конце нашего пути нас ждет именно она. — Смерть уродлива, — повторил Перси с ухмылкой. — У меня была подруга, которая однажды так сказала. Ее брат не согласился. Он сказал, что смерть прекрасна, ведь мы все стремимся достичь Элизиума, но так боимся попасть туда. — Я думаю, что все просто боятся узнать, что проведут вечность не в Элизиуме. — Так и сказала его сестра. — Они похожи на парочку поэтов. — Возможно, так оно и было. Интересно, не изменится ли их философия теперь, когда они сами там оказались? — Ты говоришь о детях Аида, — заметил Джейсон. Перси кивнул. — Мои настоящие кузены, — сказал он. Бьянка и Нико пропали во время разведческой миссии, вскоре после того, как полубоги официально начали восстание. Когда Перси только вступил в легион, он расспрашивал всех вокруг о том, были ли они захвачены в плен или убиты, но не нашел ответов. Они либо отказались от восстания и теперь жили своей собственной жизнью, либо, что более вероятно, были убиты монстрами. — Что бы ни случилось завтра, — сказал Джейсон, — пожалуйста, не отгораживайся от нас снова. — Не буду, — честно ответил Перси. — А теперь поспи немного. Джейсон не двинулся с места. — Обещаю, что разбужу тебя, когда настанет твоя очередь. Джейсон все еще колебался, но кивнул и двинулся прочь. Перси снова обратил свое внимание на поместье, ища любую слабость, которую он мог бы использовать, или ловушки, которых нужно было бы избегать. Завтра будет нелегко, но он был готов к этому, пока рядом с ним были Рейна и Джейсон. *** Через несколько часов после пробуждения они сидели вокруг карты поместья, которую Рейна нарисовала на земле. Разумеется, внутри ничего не было, но зато имелась вся информация, которую они смогли получить, просто наблюдая за ним издали. — Четыре входа, — сказала Рейна, указывая на каждый из них ножом. — Если мы атакуем через один из них, мятежники легко смогут скрыться через остальные. — И каков же твой план? Каждый берет по входу? — спросил Перси. — Нет, — ответила она. — Остается еще один выход, которым они могут воспользоваться. Если мы с тобой пройдем через эти два... — она указала на два входа, — они не смогут ими воспользоваться. И если Джейсон будет стоять на страже снаружи, — она указала на место подальше от угла здания, — он сможет держать оба других выхода в поле зрения. Мятежникам некуда будет идти, кроме как мимо нас. — Верно, — согласился Джейсон. — Хорошая стратегия, но ты уверена, что разумно разделиться? Их намного больше. — Да, но у нас есть эффект неожиданности. Чем больше мы с Перси сумеем сделать тайком, тем выше будут наши шансы, когда они наконец поймут, что происходит. Какой-нибудь трус попытается сбежать и обнаружит, что ты поджидаешь его, а остальные будут поделены между мной и Перси. Мы более чем способны справиться с ними. — За исключением присутствующих, — сказал Перси, — Лука — лучший фехтовальщик, которого я когда-либо знал. Но с кем бы он ни столкнулся, он не сможет противостоять нескольким нападающим. — Тогда нам просто нужно как можно дольше оставаться незамеченными. Это наш лучший вариант. Перси это не понравилось, но она была права. —Это будет опасно. У большинства из них нет никаких способностей, о которых стоило бы воспевать песни, но все они прирожденные бойцы, которые тренируются с детства. Это будут самые жестокие враги, с которыми мы когда-либо сталкивались. — Мы победим, — уверенно сказал Джейсон. Рейна улыбнулась, но Перси заметил нервозность на ее лице. — Все готовы? — Да, — сказал Перси. Джейсон кивнул. — Займите свои позиции, — приказала она. Джейсон рванулся вперед, и Перси уже собирался сделать то же самое, когда Рейна остановила его. — Подожди, — сказала она. Она вытащила кинжал из сапога и подбросила его, поймав за лезвие и протянув ему рукоятку. — С этим будут легче быть незаметнее. Перси несколько секунд смотрел на лезвие, словно оно было опасным, потом осторожно обхватил рукоять и сунул нож за пояс. Она ободряюще улыбнулась ему и начала отворачиваться, но он быстро поцеловал ее. Она едва успела среагировать, как он снова отстранился. — Не позволяй убить себя, — сказал он и побежал прочь. Перси спрятался за стеной и подождал, пока Рейна тоже встанет на место, а потом прокрался к двери. В окнах никого не было видно, и он сразу же направился к цели. Недавно они обследовали другие здания и ничего не нашли, кроме лошадей в конюшне. Все мятежники находились в большом доме, по крайней мере, сейчас. Оказавшись у двери, он прислонился спиной к стене и внимательно прислушался, не появится ли внутри какое-нибудь движение. В этот момент дверь открылась. Наружу вышел мужчина, даже не заметив его. Перси, быстро среагировав, бросился вперед, закрыл мятежнику рот рукой и выхватил кинжал. Он на мгновение прижал острие к его шее, прежде чем потерять решимость и использовать рукоятку, чтобы лишить сопротивляющегося человека сознания. Он опустил его вниз и прислонил к стене, прежде чем осторожно заглянуть в открытую дверь. Никого не увидев, Перси как можно тише вошел в коридор. С обеих сторон было по две двери, а одна дверь в конце была приоткрыта. Перси прислушался к двери справа и толкнул ее. Внутри он никого не обнаружил. За другой дверью спал один-единственный полубог, и Перси решил пока оставить его в покое. Он подошел к последней двери в коридоре и заглянул в щель. Он увидел двух полубогов, идущих прямо на него. У Перси не было времени прятаться или что-то делать. Дверь распахнулась, и они уставились на него широко раскрытыми глазами. Ближайший едва успел схватиться за меч, как Перси повалил его на землю и вырубил. Прежде чем он успел добраться до второго, он уже вложил стрелу в лук и закричал: — Перси здесь! У него не было возможности натянуть лук полностью. Перси успел сбить его с ног, но услышал шаги, доносившиеся с разных сторон. Он вложил кинжал в ножны и вытащил меч. Он задержался на секунду, чтобы осмотреть комнату, в которой и остался, ожидая, пока остальные мятежники доберутся до него. Судя по всему, он находился в главной гостиной дома, справа от него была лестница, а под ней находился коридор. Слева от него был главный вход в дом, а впереди — другой коридор. Дверь под лестницей открылась первой, и из нее появилась Рейна. Она мрачно посмотрела на него, а затем встала рядом с ним с гладиусом в руке. Через несколько секунд еще несколько мятежников вошли в комнату с лестницы и из другого коридора. Звук металла, бьющегося о металл, наполнил комнату, и время от времени раздавался глухой стук побежденного мятежника, падающего на пол. Все произошло так быстро, что в конце концов Перси смог вспомнить только то, чего там не было: Луки и Аннабет. Пол был усеян неподвижными мятежниками, некоторые из которых дышали, а некоторые нет. Это был гораздо более простой бой, чем он ожидал. Несколько мятежников обладали способностями, но ни с одной они не могли справиться. Он огляделся и понял, что отсутствуют еще несколько лиц, но единственное, что имело для него значение, был Лука. Перси посмотрел на Рейну, в глазах которой была глубокая печаль. Выражение ее лица сменилось беспокойством, когда она посмотрела на Перси. — Ты ранен, — сказала она. Он получил несколько ударов во время боя, но ничего такого, с чем он не мог бы справиться. — Не беспокойся об этом сейчас, — сказал он. — Где Лука? — Обыщем здание, — сказала она. Перси потратил больше времени на то, чтобы обыскать каждый уголок дома, чем на настоящую драку, но в конце концов никого больше не нашел. Луки и Аннабет здесь не было. У входа в дом он встретился с Рейной, которая сообщила о том же. Хорошей новостью было то, что они также не нашли гражданских заложников. Джейсон подошел к ним, волоча за собой двух полубогов, одного обмякшего, а другого потерявшего сознание. Среди них не было ни Луки, ни Аннабет, ни Алебастра. — Отпусти меня, грязный римлянин! — закричал сопротивляющийся полубог. — Веди его в дом, — сказала Рейна. Джейсон бросил неподвижного рядом с остальными полубогами, а затем швырнул сознательного мятежника в угол. — Где Лука? — спросил Перси. — Надеюсь, в Аиде, — выплюнул он. — Что? Полубог свирепо смотрел на них. — Где он, Фонос? — настойчиво спросил Перси. — Он ушел! — ответил он. — Он забрал свою сучку и бросил нас три дня назад. — Аннабет? Фонос усмехнулся. — Ей потребовалась всего неделя, чтобы начать трахаться с Лукой после твоего ухода. Наверное, она просто хотела быть с настоящим греком, а не с тобой. Перси на мгновение взглянул на Рейну, которая смотрела на него с тревогой, но он обнаружил, что эти новости его мало волнуют. — Почему они ушли? — спросил он. — Не знаю, и мне все равно. Они ушли, не сказав ни слова. Перси на мгновение задумался. Лука отказался от восстания? Почему? После всего, что он сделал, он просто бросил своих солдат? — А как насчет Алебастра? — спросил Перси. — Его тоже здесь нет. — Лука послал его с заданием еще до того, как мы прибыли сюда, — ответил Фонос. — Он никогда не говорил нам, с каким именно, но я предполагал, что это твоё убийство. Похоже, ему это не удалось... пока. Рейна вытащила Перси наружу, а Джейсон продолжил допрашивать мятежника. Она снова вывела его из поместья в их временный лагерь и выудила несколько бинтов из припасов. Она принялась обрабатывать его порезы. Он внимательно наблюдал за ней. Она ни разу не взглянула ему в лицо, пока работала, полностью сосредоточившись на лечении его ран. Ему даже не нужно было просить ее об этом. Она просто помогала ему автоматически, без колебаний. В этот момент он пришел к пониманию, к которому, как он думал, не придет еще долгое время. — Я не сошел с ума, — сказал он, — по крайней мере, не по тем причинам, по которым думал. — Что? — сказала она смущенно. — О Луке и Аннабет, — уточнил он. — Я думал, что мысль о том, что она будет с кем-то еще, расстроит меня, потому что... Ну, ты знаешь. Но это не так. Я просто злюсь на Луку за то, что он использует в своих интересах кого-то, кто так заботится о нем. Рейна не ответила. — Наверное, я хочу сказать, что не злюсь на нее, потому что... — он сделал паузу, чтобы сделать глубокий вдох, его сердце бешено колотилось. — Рейна, я люблю тебя. Ее глаза расширились от шока, а затем она улыбнулась ему. В следующее мгновение обе ее руки крепко обхватили его лицо, а губы прижались к его губам. Когда она отстранилась, он улыбнулся. Он беспокоился, как она отреагирует на его признание. — Я влюблена в тебя уже некоторое время, — призналась она мягким тоном. Он молча смотрел на нее, а потом оторвал взгляд от ее прекрасного лица и посмотрел на поместье. — Я думаю, что выбрал наименее романтичное место для этого, — понял он. — Да, может быть, — сказала она, но, похоже, ей было все равно. Он хотел жить в этом моменте вечно, где были только он и она, но Лука все еще был где-то там, и у них все еще была работа, которую нужно было закончить. Она закончила с его бинтами, и они направились обратно к большому дому, как раз когда Джейсон покидал его. Он покачал головой, прежде чем они успели что-то спросить. — Больше ничего от него не получил, — сказал он им. — С чего мы начнем поиски Луки? — спросил Перси. — Не знаю, — ответила Рейна, — но у нас все еще есть некоторые шансы. Здание выглядело зловещим на взгляд Перси, старое и потрепанное. Он знал, что внутри находились бессознательные убийцы и несколько мертвых. Он чувствовал, что это зовет его, зовет внутрь, чтобы выместить свой гнев и ярость на тех, кого он теперь ненавидел. — Я могу это сделать, — сказал Джейсон. — Тебе не нужно этого делать. Перси покачал головой. Он подумал об обещании, которое дал Хирону. Эти люди когда-то были его друзьями, его семьей. Он не хотел убивать их, но их нужно было остановить раз и навсегда, пока еще кто-нибудь не пострадал. Другого выхода не было. Он упал на одно колено, возможно, слишком быстро, когда Рейна и Джейсон бросились к нему, думая, что он упал из-за раны. Под ногами послышался глухой рокот, и земля задрожала. Грохот был тихим рядом с ними, но достаточно яростным там, где стоял дом. Его стены начали разрушаться, и дом обрушился. Дерево и камень, из которых он был построен, сокрушили все и всех, кто был внутри. Пыль осела, и сын сотрясателя земли поднялся на ноги. — Пошли, — сказал он, не глядя ни на одного из них. Он начал уходить, но остановился, услышав отчетливый звук обнажаемого меча. Он быстро обернулся и увидел, что Джейсон целится острием меча в небо. Молния спустилась с неба и соединилась с металлом в длинном, непрерывном потоке энергии. Сын Юпитера опустил свой меч и направил его на разрушенное здание, и молния ударила в него. Дрова загорелись, и пламя медленно распространилось, пока не охватило всю кучу. Джейсон встретился взглядом с Перси и сказал: — Даже злодеи заслуживают надлежащего ритуала. Перси лишь серьезно кивнул. *** Когда Перси участвовал в восстании, у них было десять лошадей. Одна была потеряна после того, как его схватили в Карфагене, а еще две пропали из конюшни поместья. Перси, Рейна и Джейсон взяли троих и направились обратно в Неаполь после того, как Перси использовал свою особую способность общаться с лошадьми, чтобы рассказать остальным четверым, как найти безопасный путь. Они ехали чуть больше часа, когда показались городские стены. Когда он покидал город, Перси надеялся, что в следующий раз, когда он увидит его, конфликт с мятежниками закончится, но Лука и Алебастр все еще были где-то там, и он сомневался, что они планировали просто залечь на дно до конца своих дней. — Всадник, — сказал его конь. — Что? — сказал Перси. Рейна ошеломленно посмотрела на него. Прежде чем она успела что-то сказать, их внимание привлек свистящий звук, за которым последовал глухой удар. Стрела вонзилась в землю перед ними, заставив троицу полубогов натянуть поводья и остановить лошадей. Хирон вышел из-за деревьев, перекинул лук через плечо и поманил их за собой. Привязав лошадей и устроившись в новом лагере кентавра, они рассказали ему, что произошло со времени их последнего разговора. Они кратко упомянули, что у них было довольно много встреч с чудовищами, рассказали ему, как на них напали смертные, и вспомнили события в поместье. — Понятно, — серьезно сказал Хирон. — Тревожные новости повсюду. Мне грустно слышать о том, что тебе пришлось сделать, но я знаю, что они сами выбрали свою судьбу уже давным-давно. — А как же Лука и Аннабет? — спросил Перси. — У тебя есть какие-нибудь предположения, куда они могли пойти? Или куда он послал Алебастра? Хирон молча размышлял. — Лука является решительным человеком. Я не знаю, почему он решил бросить своих союзников. Возможно, он подозревал, что ты придешь, и знал, что падет, если останется. Возможно, он больше не доверял своим союзникам. Я не уверен, но Лука не сдается. Его амбиции с каждым днем все больше и больше поглощают его, делая его все более и более отчаянным. Я думаю, что существует только одна вещь, которую он может попробовать достичь сейчас. — Какая? — Убийство римских лидеров, конечно. — Консулов? — сказала Рейна. — Если бы их убили, это привело бы к хаосу. Это сделало бы Рим уязвимым. Это может привести к тотальной войне. — С этим я согласен. — Мы должны немедленно вернуться в Рим, — сказал Джейсон. — Мы должны предупредить их. — Да, — согласился Хирон. — Я обещал, что мы еще поговорим, когда твоя миссия будет выполнена, но дело еще не сделано. Они поднялись на ноги. — Где мы снова найдем тебя? — спросил Перси. — Я найду тебя, когда придет время, — ответил кентавр. Перси кивнул. Троица отвязала лошадей и поспешила прочь. *** Вскоре они прибыли в Неаполь. Двое легионеров остановили их у ворот и попросили представиться, а затем один из них повел их к Галлиону после того, как Джейсон рассказал им, что они подозревают. В поле зрения появился каструм, и легионер провел их внутрь, остановившись у претория. Он велел им подождать снаружи, пока он войдет, и вскоре вернулся вместе с Галлионом. — Персей? — сказал Галлион, увидев их. — Это, конечно, сюрприз. — Легат, — сказал Перси, — Марк приказал нам прийти сюда и выследить мятежников. Глаза легата сузились. — Он так сказал? Перси кивнул и начал рассказ. — Мы нашли их и убили, но их предводителя, Луки, там не было. У нас есть основания полагать, что он планирует убить консулов. На лице мужчины появилось выражение шока, которое быстро сменилось сомнением. — У вас есть доказательства этого? — Только подозрения, — признался Перси. — Но я знаю этого человека уже много лет. Он ничего не желает так сильно, как увидеть падение Рима. Теперь, когда он потерял свою армию, это самое большое, что он может сделать, чтобы навредить Республике. — Хм, — Галлион задумчиво посмотрел на них. — Почему я должен верить твоим словам? — А что плохого может случиться, если мы лжем? Консулы получат дополнительную защиту и никогда не подвергнутся нападениям? А если вы пошлете несколько легионеров на восток, то обнаружите заброшенное поместье и здание, превратившееся в руины и пепел, под которыми они смогут обнаружить останки мятежников. — Ладно. Я пошлю голубя в Рим, но если он не долетит до Марка, мне нужно, чтобы ты предупредил его лично, — он подозвал одного из своих воинов. — Отведи этих троих в западную конюшню и дай им трех наших самых быстрых лошадей. Никаких задержек. — Да, легат! — послушно ответил легионер. — Эм, сэр, — заговорил Перси. — Быстрее всего будет, если мы поплывем по морю. — Да, — согласился Галлион. — К сожалению, ни один из моих кораблей не стоит в гавани, и было бы слишком дорого и долго освобождать один из гражданских. Путешествие на лошади — это единственный вариант. — О, — сказал он разочарованно. — Я молю богов, чтобы вы успели вовремя, — сказал им Галлион. С этими словами он повернулся и пошел обратно в преторий. Они проехали через город быстрой рысью и остановились у конюшен, расположенных сразу за западными городскими воротами. Легионер объяснил им, где поставить лошадей в стойло, а сам отправился на поиски ближайшего центуриона. Вскоре две кобылы (одна черная, другая белая) и белый жеребец были оседланы, и им вручили поводья. Черная кобыла понравилась Рейне, поэтому она села на нее, Перси взял белую, а Джейсон вскочил на жеребца. Затем они помчались в сторону Рима. Но как бы ни были быстры их лошади, они не могли ехать вечно. После нескольких часов езды лошадь Перси настояла на том, что ей нужно отдохнуть, поэтому он объявил привал, и они разбили лагерь на ночь. Они только-только устроились и собирались решить, кто будет нести первую вахту, когда в их лагерь вошел четвертый человек. Это была необыкновенно красивая женщина в шелковом голубом платье и накинутом на плечи плаще из козьей шкуры. Ее волосы были заплетены в сложную косу и украшены богато украшенной диадемой, а в руке она держала высокий золотой посох, увенчанный цветком лотоса. — Гера, — не подумав, ответил Перси. Женщина бросила на него ядовитый взгляд, ее глаза пылали и смотрели прямо сквозь него, заставляя его сглотнуть. — Юнона, — поправила она. — Не говори больше, пока я здесь, Персей. Он открыл было рот, чтобы спросить, откуда она знает его имя, но вовремя опомнился и остановился. Он последовал примеру своих друзей, которые опустились на одно колено и склонили перед ней головы. — Встаньте, — сказала богиня. Они повиновались. — Госпожа Юнона, — сказал Джейсон. — Для меня большая честь видеть вас снова. Снова? Джейсон уже встречался с царицей римских богов? Перси действительно многого о нем не знал. — Джейсон, — ласково сказала Юнона. — Я вижу, ты хорошо держишься, несмотря на компанию, с которой водишься, — она посмотрела на Перси. — Могу я спросить, что вы здесь делаете, моя госпожа? — просил Джейсон. — Я сказала тебе после твоего первого похода, что однажды снова приду к тебе. Время пришло, мой чемпион. — Прямо сейчас? Ее глаза сузились, как будто она не привыкла, чтобы ее допрашивали. — Да, сейчас. Разве это проблема? — Моя госпожа, жизнь консулов в опасности. Мы должны... — Да, я знаю о вашем затруднительном положении, — перебила она. — Дочь Беллоны и спаситель Греции более чем способны справиться с ситуацией. Есть гораздо более насущная проблема, требующая твоего внимания и только твоего. Джейсон посмотрел на Рейну и Перси. Рейна ободряюще кивнула, и Перси неохотно последовал ее примеру. Он не хотел, чтобы Джейсон уходил, но знал, что нельзя просто так ослушаться богиню. — И что я должен сделать? — спросил Джейсон. Юнона улыбнулась. — Я оставлю тебя на минуту наедине с твоими спутниками. Иди со мной, когда будешь готов, и тогда я все объясню, — она повернулась и ушла тем же путем, каким пришла. Перси не знал, какой из своих многочисленных вопросов задать первым. Как только Юнона ушла, Джейсон сказал: — Когда мне было два года, Юнона узнала об измене моего отца и рассердилась. Она хотела убить меня, но Юпитер настоял, чтобы меня назвали в честь настоящего Ясона... — Аргонавта? — Да. Мой тезка был ее любимым героем, поэтому Юпитер надеялся, что, назвав меня в его честь, она успокоится. Вместо того чтобы убить меня, она потребовала, чтобы меня отправили к Лупе тренироваться, пока я не буду готов стать ее чемпионом. Мне было около десяти лет, когда она отправила меня в мое первое путешествие. Мне это удалось, и она сказала, что когда-нибудь снова навестит меня. — И вот сейчас она здесь. — Сейчас она здесь, — повторил Джейсон, соглашаясь. Последовало молчание, пока все они думали о неожиданном препятствии. Из всех времен именно сейчас Юнона нуждалась в Джейсоне. И как это она назвала Перси? Спаситель Греции? Что это значит? Джейсон встал. — Думаю, мне пора идти. Извините. Все, что я могу сделать, это надеяться, что вы, ребята, успеете вернуться в Рим вовремя. — Марк захочет узнать, почему ты не вернулся, — сказал Перси. Джейсон пожал плечами. — Я не так боюсь его, как Юнону. Я придумаю какой-нибудь предлог, когда вернусь. — Но ты все равно вернешься, — сказала Рейна. — Конечно, — сказал он с уверенной улыбкой. Сначала он обнял Рейну, а потом пожал Перси руку. — Я постараюсь побыстрее закончить то, что хочет от меня Юнона. Не разрушай Рим, пока меня не будет. Они попрощались, и Джейсон пошел тем же путем, что и Юнона. Странное чувство охватило Перси. Несмотря на обещание, он почему-то сомневался, что когда-нибудь снова увидит своего друга.