Adapting to the Fall

Нико медленно и тихо вошел в лес. Он нашел хорошее темное пятно и опустился на одно колено, положив руку на землю. Он почувствовал, как тени заплясали от его прикосновения, и приказал им повиноваться. Он закрыл глаза, но все еще мог видеть. Тени говорили ему обо всем, что его окружало, даже о том, что не попадало в поле его зрения. Он сосредоточился, обыскивая все вокруг, пока не заметил необычный сгусток темноты. Ну вот, подумал он. Он быстро пробрался между деревьями к большому валуну, за которым, казалось бы, не было ничего, кроме темноты, но он знал лучше. Он протянул руку и коснулся невидимого плеча, затем появилась женщина, которая позволила теням естественным образом вернуться на свои места. Бьянка улыбнулась и поднялась с валуна, на котором сидела. — Ты становишься все более быстрым, братишка, — сказала она ему. — Все равно не таким быстрым, как ты, — пробормотал он. — Ты можешь найти меня почти мгновенно. Она пожала плечами. — Ты гораздо лучше обращаешься с мертвецами, чем я. — И что хорошего это нам дало? — Ты все еще можешь управлять этой штукой лучше, чем я, — она похлопала по валуну. Приняв это за приглашение покрасоваться, Нико протянул руку и сосредоточился. Валун поднялся с земли. Пот начал стекать по его лицу, валун поднимался все выше и выше, пока он не смог больше сдерживаться. Он опустил руку, и массивный камень с громким стуком упал на землю. Бьянка взъерошила ему волосы. — Видишь? У каждого из нас есть свои таланты. На секунду задержав дыхание, он благодарно улыбнулся сестре. — Хочешь попробовать щит прямо сейчас? — спросила она. — По-моему, я устал, — ответил он. — Тогда я просто сделаю свой, — она подняла руку перед собой, как будто держала щит, и вокруг нее образовался густой темный туман, сгущаясь и темнея, пока он не превратился в почти сплошную черную пластину. — Попробуй ударить меня, — сказала она. Прежде чем он успел ответить, их внимание привлек громкий свист. Они оглянулись на лагерь и увидели, что Уилл зовет их к себе. — В другой раз, — пообещал Нико. Щит теней Бьянки рассеялся. Она побежала трусцой к Уиллу, и Нико последовал за ней. — Лука ищет вас, — сказал Уилл. — Я думаю, у него есть задание. — Он в своей палатке? — спросила Бьянка. — Конечно. Она кивнула ему и направилась в лагерь. Нико на мгновение замолчал. — Спасибо, — сказал он. — Нет проблем, — ответил Уилл с усмешкой. — Эй, не хочешь развлечься, когда вернешься, или что-то в этом роде? — Конечно, — тихо ответил он, покраснев. — Отлично. Тогда увидимся. Удачи вам в вашем задании. Он ушел, а Нико погнался за сестрой. Они вошли в большую палатку и увидели, что Лука ждет их. — Стратег, — поприветствовал его Нико. — Разведчик, — ответил Лука. — С тех пор как мы подняли восстание, Рим хранил зловещее молчание. Я хочу, чтобы вы оба отправились в Карфаген и узнали все, что сможете. Доложите через две недели, если ничего не найдете, но немедленно возвращайтесь, если обнаружите какое-либо движение с их стороны. — Когда мы уходим? — спросила Бьянка. — В идеале — сегодня. Если только у вас нет причин медлить? Никто из них ничего не сказал. — Хорошо. Я хочу, чтобы вы двигались быстро, так что возьмите двух лошадей. — Лошади меня не любят, — сказал Нико. — Тогда попроси помощи у Перси. Принимаете ли вы свое задание? Они молча кивнули. — Хорошо. Начинайте готовиться к отъезду. Они разошлись в разные стороны и направились к своим палаткам. Нико начал собирать свои вещи, и пока он укладывал их, к нему подошел Перси. — Привет, — поздоровался сын Посейдона. — Ты слышал? — спросил Нико. Перси кивнул. — Пришел проводить тебя. — Лука хочет, чтобы мы путешествовали верхом. Мне нужно, чтобы ты убедил одну из лошадей позволить мне прокатиться на ней. — Да. Все говорят, что от тебя пахнет смертью. — Ну, они тоже не очень хорошо пахнут. Перси рассмеялся. Нико когда-то был неравнодушен к нему, но эти чувства умерли после того, как стало ясно, что его отец — Аид, и Перси стал его кузеном. К тому же он был с Аннабет, и Нико сомневался, что доживет до того дня, когда эти двое расстанутся. — Мне не нравится, что вы поедете вдвоем, — сказал ему Перси. — Мы будем прикрывать друг друга, — заверил Нико. — У двух детей Аида будет сильный запах. Это слишком опасно. — Мы знаем, что делаем. Мы уже делали это раньше. — Конечно, но никогда так далеко от всех нас. — Перси, — твердо сказал Нико. — Мы будем в порядке. У нас есть способности. — Ладно, — сдался Перси. — Просто будь осторожен. Нико кивнул. *** Несколько часов спустя брат и сестра привязали своих лошадей к деревьям и разбили лагерь на ночь, пройдя чуть меньше половины пути до места назначения. Лошадь Нико нервно попятилась от него, в то время как лошадь Бьянки с удовольствием съела яблоко из ее руки. — И почему ты им нравишься? — раздраженно спросил Нико. Бьянка пожала плечами. — Может быть, если бы ты не был все время таким мрачным, они бы к тебе потеплели. — Я вовсе не мрачный, — мрачно пробормотал Нико. Бьянка усмехнулась. Нико принялся собирать дрова для костра и бросил их в кучу, а Бьянка принялась разводить огонь. Как только Нико удовлетворился количеством собранных дров, он приказал нескольким камням подняться с земли и образовать круг. Они встали на свои места, и Нико бросил дрова внутрь кольца как раз в тот момент, когда Бьянке удалось разжечь тлеющий уголек. Она спрятала его под палками, и вскоре вся куча была объята пламенем. Нико удовлетворенно сел, просто наслаждаясь теплом, и Бьянка сделала то же самое, жуя кусок вяленого мяса. — Помнишь той случай, — сказала Бьянка, — на рынке? — Неаполь или Капуя? — просил Нико. — Капуя. — Да, я помню. Это было, когда тот парень приставал к тебе. Она рассмеялась. — Ты напугал его до полусмерти. Наверное, ему до сих пор снятся кошмары о тебе. Нико ухмыльнулся. — Надеюсь, что так. Почему ты об этом заговорила? — Ну, я много думаю о том дне. Я могла бы и сама от него отбиться, но в этом не было необходимости, потому что ты был рядом. — Всегда. Она улыбнулась. — Это был первый раз, когда ты защищал меня. Именно тогда я поняла, что ты больше, чем просто мой надоедливый младший брат. Нико начал было протестовать, но она продолжила: — Именно тогда я поняла, что тебе не нужно, чтобы я вечно была твоей чрезмерно заботливой старшей сестрой. И теперь ты вполне способен сам о себе позаботиться. — Что ты такое говоришь? Она глубоко вздохнула. — Я вот что хочу сказать... Я хочу... — она внезапно остановилась с выражением тревоги на лице, а затем вскочила на ноги. Нико тоже это услышал. С края их лагеря донеслось низкое рычание. Пара красных глаз появилась на фоне темной полосы деревьев, и огромный зверь прыгнул на них. Он был в два раза выше их и покрыт лохматой черной шерстью. Нико выхватил меч, а Бьянка, к его ужасу, подошла к нему без оружия. — Бьянка! — сказал Нико. — Не подходи, это адская гончая! Она проигнорировала его, и чудовище в замешательстве наклонило голову, как бы говоря: "почему моя еда не боится меня?" Нико хотелось ударить его, пока он отвлекся, но он знал, что любое резкое движение может заставить гончую наброситься на его беззащитную сестру. Поэтому ему пришлось с досадой ждать, чтобы увидеть, какую глупость она делает, и надеяться, что ее не убьют. Он был совершенно сбит с толку, когда Бьянка положила руку на морду адского пса, и тот перестал рычать. Она погладила его по морде и почесала за ухом. Зверь закрыл глаза и наклонился к ее руке. В конце концов она остановилась, и зверь стал печальным, но она что-то прошептала ему на ухо, и он отступил на несколько шагов, исчезая в темноте. Нико уставился на нее, разинув рот, и она небрежно пожала плечами, прежде чем снова сесть у костра. — Что это было? — удивленно спросил он. — Он из подземного мира, — ответила она беспомощно. — Бьянка... — Я просто знала, что он подчинится, — перебила она. — Не знаю, откуда я это знаю, но могу сказать точно. — А что ты ему приказала? — Я просто попросила его оставить нас в покое, и он это сделал. Наконец Нико вложил меч в ножны и сел. — Ты видела, как он исчез? Она кивнула. — Это было путешествие по теням, я уверен. — Что? — Просто название, которое я придумал для этого. Он вошел в тень в одном месте и, вероятно, вышел совсем в другом. Я хотел научиться делать это. — Не повезло? Он покачал головой. Некоторое время он просто смотрел на пламя, пока Бьянка не заговорила. — Я думаю, тебе надо немного поспать, — предложила она. — Я могу дежурить первой. Некоторое время Нико молчал, потом вспомнил, о чем они говорили до появления адского пса. — А что ты собиралась сказать раньше? Она колебалась. — Нико... Я хочу покинуть восстание. Он уставился на нее, уверенный, что он, должно быть, неправильно ее понял. — Что? Она не смотрела ему в глаза. — Я хочу уехать. Я еще не знаю куда, но уже некоторое время думаю, что мятеж не совсем то, чего я хочу. — А как насчет Греции? Рим становится все более могущественным с каждым днем. Мы не можем остановиться сейчас. — Мы родились в Неаполе, — напомнила она ему. — Мы всегда были чужаками среди других полубогов. — Но это то, что мы должны сделать: освободить дом наших предков. — Это не то, что я должна делать! — она сделала глубокий вдох. — Извини, мне не следовало повышать голос. Я только пытаюсь сказать, что чувствую себя неправильно. Я не прошу тебя сдаваться или что-то в этом роде, просто отпусти меня, когда придет время. Нико молчал с хмурым выражением на лице. Он не мог поверить своим ушам. После стольких лет, после всех этих приготовлений, она просто хотела оставить восстание, оставить своего собственного брата. — Нико, — умоляюще произнесла Бьянка, в ее глазах ясно читалось беспокойство. — Пожалуйста, попытайся понять. — Что тут понимать? — спросил он. — Тебе все равно на меня, на восстание, поэтому ты собираешься бросить нас. — Ты же знаешь, что это неправда. — Тогда почему? — сердито спросил он. Она смотрела на него со слезами на глазах. Затем она закрыла глаза и сделала еще один глубокий вдох. Когда она снова открыла глаза, на ее лице было выражение решительного спокойствия. — Я никогда этого не хотела. Конечно, я так же зла из-за того, что случилось с Дедалом, как и все остальные, но я никогда не хотела идти на войну. Я просто хочу иметь возможность вести нормальную жизнь. С тех пор как умерла мама, мы так много убегали, что у нас просто никогда не было детства. — Рим украл у нас это. Рим отнял у нас детство и все шансы на нормальную жизнь. — Нет. Мы забрали это у себя сами. Нико раздраженно усмехнулся. Бьянка вздохнула. — Давай поговорим об этом позже. В любом случае, какое-то время это не будет иметь значения, пока я не выясню, что именно я действительно хочу сделать. Просто поспи немного. Ему нечего было сказать ей прямо сейчас, поэтому он использовал свои силы, чтобы сделать кусок земли относительно мягким, а затем лег на него спиной к сестре. Некоторое время он не мог заснуть. *** Город Карфаген выглядел абсолютно процветающим. Корабли плыли в гавань и обратно, люди наводняли улицы, и архитектура была совсем не такой элегантной, как в Неаполе. Если не считать нескольких участков стены, которые явно были недавно отремонтированы, и разрушенных зданий тут и там, вы не смогли бы догадаться, что город был в осаде десять лет назад. — Я постараюсь разузнать кое-какие сплетни у местных жителей, — сказала ему Бьянка. — Ты должен найти солдат, пошпионить за ними и узнать все, что сможешь. Нико только кивнул. Его сестра, казалось, хотела сказать что-то еще, но передумала и ушла. Он огляделся и, не обнаружив ни одного римского солдата, выбрал случайную улицу и двинулся по ней. Прошло некоторое время, прежде чем он наконец нашел того, кого искал. Пока он шел, из-за угла показалась пара вооруженных людей, должно быть, римлян, и направилась в его сторону. Нико смотрел вперед, избегая встречаться с ними взглядом, но римляне не обращали на него внимания. Как только они миновали его, Нико остановился, повернулся и начал преследовать их так осторожно, как только мог. Солдаты не ушли слишком далеко. Они сделали еще пару поворотов и шли несколько минут, прежде чем достигли здания, которое было немного более величественным, чем остальные в городе. Они вошли через парадную дверь, и Нико больше не мог их видеть. Он подошел к зданию и приложил ухо к двери, но ничего не услышал. Он уже собирался скрыться в тенях и войти внутрь, когда чья-то рука схватила его за руку. — Нико! — прошипела его сестра. — Что ты делаешь? Он удивленно посмотрел на нее. — Выполняю задание, — ответил он. — Ты попадешься в ловушку. — Я знаю, что делаю! — ответил он с негодованием. — Ты что-нибудь узнала? — На самом деле, да. Несколько человек видели, как римская трирема прибыла в порт около недели назад, и какой-то важный офицер остановился здесь на день, прежде чем снова сесть на корабль и отправиться в Гадрумет. Нико посмотрел на дверь и отошел от нее, жестом приглашая сестру следовать за ним. Они остановились в пустом переулке и продолжили разговор. — Он, вероятно, здесь, чтобы бороться с мятежом, — сказал Нико. — Похоже на то, — согласилась Бьянка. — Мы должны вернуться и доложить об этом Луке. Некоторое время Нико молчал, размышляя. — Или... — Или что? — Мы могли бы добраться на корабле в Гадрумет и выяснить, что он задумал. — Лука велел доложить, как только мы что-нибудь узнаем. — Какое тебе дело до приказов Луки, если ты все равно отказываешься от восстания? Отплыть в Гадрумет будет быстрее, чем вернуться обратно в лагерь, и мы сможем узнать гораздо больше полезной информации непосредственно от офицера, чем от этих хрюкающих солдат здесь. — А как насчет лошадей? — Мы вернемся за ними в другой раз. Это гораздо важнее. Бьянка будто хотела возразить, но, похоже, замечание о том, что она отказывается от восстания, застряло у нее в голове. — Прекрасно, но мы купим билет до Гадрумета. — Окей. *** Нико обнаружил, что его сестра следит за случайным легионером, и подошел к ней. Солдат повернулся, и прежде чем она успела последовать за ним, Нико схватил ее за плечо, останавливая. Она обернулась и с тревогой посмотрела на него, но тут же расслабилась, увидев, кто это был. — Тебе обязательно так подкрадываться ко мне? — спросила она. Нико проигнорировал вопрос. — Я нашел его, — сказал он. — Неужели? — Я видел, как один солдат передал другому приказ явиться к "легату". Я последовал за ним к зданию на западной окраине города. Он вошел внутрь. — Легат, — пробормотала она. — Это командир легиона. Я не думала, что здесь находится целый легион. — Как бы то ни было, я знаю, где мы можем его найти. Она выглядела задумчивой, но кивнула ему. — Показывай дорогу. Он повел ее по улицам Гадрумета, пока они не достигли довольно нового здания с единственным входом и без окон. Два охранника стояли по бокам двери, которая, как знал Нико, была единственным входом, так как он уже проверил остальные стены и не нашел других. Они нашли укромный наблюдательный пункт, откуда могли смотреть за входом, и стали ждать, когда что-нибудь произойдет. Рано или поздно легату придется выйти, либо стражники случайно создадут им возможность проскользнуть внутрь. — Мы должны просто понаблюдать за зданием некоторое время, — предложила Бьянка. — Попытайся выяснить, сколько людей находится внутри, и найди наилучший способ войти. Вероятно, после того, как этот легат уйдет, один из нас сможет следить за ним, а другой проберется внутрь, чтобы попытаться найти какие-то письменные планы или что-то, что может нам помочь. Нико рассеянно кивнул. Его взгляд был прикован к одному из охранников, который нервно ерзал, словно чего-то ждал. Он догадывался, что кто-то идет или его смена вот-вот закончится. И то, и другое оказалось правдой, когда дверь открылась и оттуда вышла новая пара легионеров. Все четверо обменялись несколькими словами, а затем первые двое повернулись к выходу. Нико воспользовался своим шансом. Он скрылся в темноте, которая сделала его почти полностью невидимым, и бросился к зданию. — Нико! — прошипела Бьянка, но он уже ушел. Когда дверь уже почти закрылась, Нико ворвался внутрь и прижался к стене. Ни один из охранников, казалось, не заметил его, скрываясь в глубине здания. Прежде чем последовать за ними, Нико огляделся и заметил, что он находится в какой-то прихожей, с оружейным и винным стеллажами и столом, занимающим большую часть пространства. Напротив него была открытая дверь, ведущая в коридор, куда вошли стражники. В коридоре было несколько дверей. Нико заглянул в одну из них, когда стражники вошли в комнату, и решил, что это какое-то спальное помещение, поэтому он проигнорировал его и продолжил путь. Он прикладывал ухо к остальным дверям, но ничего не слышал, пока не добрался до предпоследней. Он услышал приглушенные голоса, говорившие на латыни. Дверь слишком сильно приглушала звуки, чтобы он мог понять, о чем идет речь, но ему удалось разобрать слово, похожее на "легат". Желая услышать, о чем говорят римляне, он осторожно и очень медленно повернул ручку и чуть приоткрыл дверь. Говорившие внезапно умолкли, дверь распахнулась сама по себе, и он увидел пару фиалковых глаз, смотревших прямо на него. Быстро, словно молния, мужчина вытащил из-за пояса книгу, открыл ее, и тут Нико поразила мощная сила. Его отбросило назад к стене, и он почувствовал, как завеса тьмы рассеивается против его воли. Он был ошеломлен и попытался схватиться за меч, но пара грубых рук подняла его на ноги и отобрала оружие. Нико попытался бороться, использовать тени как оружие, но не смог. Эти фиалковые глаза свирепо смотрели на него, и он почувствовал, что его клонит в сон. Он сопротивлялся несколько секунд, прежде чем сознание покинуло его. *** Нико почувствовал, что в комнате абсолютно темно еще до того, как открыл глаза. Ему пришлось несколько раз моргнуть, чтобы полностью сфокусировать взгляд, но это мало что прояснило. В углу стояло ведро, стены были сделаны из камня, за исключением одной, которая состояла из металлических прутьев. Нико сел, дотронулся до предмета, на котором лежал, и определил, что это куча соломы. Затем он положил руку на землю, но тени не отреагировали на его прикосновение. Он попробовал еще раз, но ничего не вышло. Нико поднялся на ноги и потряс решетку, но она не поддалась. — Нико? — произнес знакомый голос. Нико вздохнул с облегчением. Бьянка была здесь. Она спасет его, и он сможет извиниться за то, что вел себя как идиот. — Бьянка. Где ты? — спросил он. Он услышал стук в стену слева от себя. — В соседней камере, — мрачно ответила сестра. У него упало сердце. — Что? — Они и меня поймали. Этот человек... он не смертный. Я не могу использовать свои силы. Нико тяжело привалился к стене. — Мне очень жаль, — сказал он. — Все в порядке. — Нет, не в порядке. Я втянул нас в это дело. Я должен был просто придерживаться твоего плана. Я был просто... Прости. — Я тоже была безрассудна. Когда ты не вернулся, я напала на охранников и вошла в здание только для того, чтобы попасть в плен. Последовало короткое молчание, которое в конце концов нарушил Нико. — Бьянка, прости меня. — Я уже... — Не только за это. Я сожалею о своей реакции. Я был эгоистом. Ты сказала, что не хочешь участвовать в восстании, и я так разозлился, потому что не хотел, чтобы ты уходила. — Нико, у каждого из нас есть свое место в этом мире. Я просто не думаю, что мое место в восстании. — Теперь я это понимаю. Когда мы выберемся отсюда, я не буду пытаться остановить тебя. Ты всегда была рядом со мной, была такой понимающей. Самое меньшее, что я могу сделать, — это отплатить тебе тем же. — Спасибо. Но не думай, что мы прощаемся. Мы все равно будем видеться каждый раз, когда представится возможность. Нико улыбнулся, хотя она и не могла этого видеть. Послышался звук открываемой двери, и свет хлынул из коридора в их камеры. В камеру вошли двое мужчин. На одном были очень дорогие доспехи, украшенные пурпурной накидкой, а на другом — стандартные римские доспехи и книга, пристегнутая к поясу, как меч. Они оба остановились возле Нико, и он едва смог разглядеть человека с книгой и фиолетовыми глазами. Он самодовольно уставился на Нико, а тот, что в плаще, разглядывал его, как интересное животное. — Меня зовут Марк, — сказал человек в дорогих доспехах. — Я командир величайшего римского легиона и прибыл сюда из-за греков, поднявших мечи против Республики. Кто вы такие и почему проникли в защищенное военное здание? Нико не ответил. Он просто смотрел на стоявшего перед ним человека, который, как он теперь понял, был тем самым легатом, которого они искали. Марк вздохнул. — Я полагаю, нам все же придется пройти этот трудный путь, — он посмотрел на человека с фиолетовыми глазами и указал на камеру Бьянки. Он кивнул, достал книгу, держа ее открытой в одной руке, и подошел к двери камеры. Его рука засветилась, и дверь открылась сама по себе. Бьянка тут же сделала выпад и попыталась напасть на него, но была поражена невидимой силой. — Нет! — завопил Нико. Человек с книгой поднял Бьянку на ноги и приставил к ее горлу кинжал. Он подтащил ее поближе к легату, чтобы Нико мог ее хорошо видеть. Она старалась сохранить спокойное выражение лица, но Нико заметил крошечную искорку страха в ее глазах. — Я спрошу еще раз, — сказал Марк. — Кто вы, почему вы здесь? Нико оторвал взгляд от сестры и с ненавистью посмотрел на легата. — Меня зовут Нико, — представился он. — Ее зовут Бьянка. Мы разведчики восстания. Мы пришли сюда, чтобы узнать, какие планы вы строите против нас. — Хм. Вы полубоги? Нико на мгновение удивился этому вопросу, но, взглянув на человека, угрожавшего его сестре, понял, что он тоже полубог. Он кивнул. — Да, мы оба. — Кто твой родитель? — спросил человек с фиолетовыми глазами. — Аид. — А ее? — Она моя сестра. Казалось, он был доволен ответом. — Пожалуйста, не говори больше без разрешения, Нит, — сказал Марк своему солдату, прежде чем снова переключить внимание на Нико. — Расскажи мне о восстании. Все, что ты знаешь. Прежде чем заговорить, Нико посмотрел на нож, приставленный к горлу Бьянки. Он рассказал им, что все они являлись полубогами, что они постоянно передвигались лагерем, что их вел человек по имени Лука. Он попытался уклониться от рассказа о планах восстания, но у него не было выбора, когда Марк спросил о них конкретно. Вскоре Нико больше нечего было сказать. — Хм, — промычал Марк. — Нит, отведи девочку обратно в ее камеру. Я хочу, чтобы ты держал эту информацию при себе, пока мы не разберемся, что делать с этой информацией. Целая банда полубогов подняла оружие против Рима. Я не хочу пугать солдат. — Да, легат, — ответил человек по имени Нит. Он вернул Бьянку в камеру и запер дверь. — Я хочу встретиться с этим Лукой, — сказал Марк. — Посмотрим, удастся ли нам заставить его сдаться, прежде чем мы проведем жизнь, встречаясь с полубогами в открытом бою. Утром я хочу, чтобы ты, — он указал на Нико, — отправился с Нитом туда, где твои друзья разбили лагерь. Вы встретитесь с вашим лидером наедине, чтобы договориться о встрече. Никаких курьезов мы не потерпим. Если Нит вернется с донесением о предательстве, твоя сестра умрет. Она также умрет, если он не вернется вообще, так что на твоем месте я бы послушался. Нико печально кивнул. — Нит, поколдуй над этими клетками, чтобы они не могли убежать или еще что-то. — Я уже это сделал, — сказал Нит, но Марк уже двинулся прочь. Нит повернулся, чтобы последовать за ним, но остановился, когда Нико заговорил. — Ты сын Гекаты, — понял он. В восстании был еще один ребенок Гекаты по имени Алебастр, но он не знал его слишком хорошо. Но он был достаточно хорошо знаком с его заклинаниями, чтобы суметь определить, что этот римлянин тоже был одним из них. — Ее зовут Тривия, — прорычал Нит и зашагал прочь. Наступила тишина, и он почти почувствовал, как Бьянка осуждает его. — А что мне оставалось делать? — спросил он. — Я не виню тебя, Нико, — ответила его сестра. — Мы выберемся отсюда. — Каким образом? — Даже не знаю. Мы что-нибудь придумаем. В ее голосе не было уверенности. Она так же хорошо, как и он, знала, в каком трудном положении они находятся. *** — Остановись здесь, — прошептал Нико. — Что? — негодующе воскликнул Нит. — Не смей мне приказывать, грек. — Мне велели доставить тебя к Луке так, чтобы нас никто не заметил. Если ты не хочешь, чтобы тебя подстрелили наши лучники, остановись здесь. Нит нахмурился, но все же остановился. Нико медленно двинулся вперед и взобрался на скалу, чтобы увидеть лагерь повстанцев на том же месте, где он его покинул. — Это здесь, — сказал он. Нит вскарабкался рядом с ним, чтобы увидеть все своими глазами. — Вон та большая палатка сзади принадлежит Луке, — объяснил Нико. — Его можно найти там большую часть времени. Мы можем незаметно подкрасться к нему, но нам придется быть осторожными, чтобы нас не заметили те, кто стоит на страже. — Ладно. Показывай дорогу. Помни, что произойдет, если ты попытаешься предупредить своих друзей... — Я знаю! — рявкнул он. Нико повел Нита вокруг лагеря, держась от него подальше, чтобы его не заметили. Он никогда не думал, что ему придется красться среди своих товарищей. Сейчас он был так близко от дома, но тем же временем так далеко, ведь Бьянка была в тюрьме. Они без проблем нашли дорогу к большой палатке. Нико указал Ниту место, где он должен был подождать его возвращения, и подошел к палатке. Он коснулся теней и приказал им заговорить с ним. Внутри было слишком светло, чтобы он мог разглядеть что-то отчетливое, но он чувствовал достаточно, чтобы сказать, что там находился только один человек. Он приподнял брезент палатки и забрался под него. Поднявшись на ноги, он обнаружил прямо перед собой острие меча, который быстро упал на землю, когда его владелец понял, кто перед ним стоит. — Нико? — сказал Лука. — Какого черта ты прокрался в мою палатку? Где Бьянка? Нико умоляюще посмотрел на стратега. — Мы отправились в Карфаген и узнали, что там остановился важный римский офицер, прежде чем продолжить путь в Гадрумет, поэтому мы пошли по следу. Там нас и схватили. — Как вам удалось попасть в плен? Как тебе удалось сбежать? — Мне не удалось. Он все еще держит Бьянку и угрожает убить ее, если я не приведу к тебе их гонца. Глаза Луки расширились, а затем сузились от гнева. — Ты привел сюда римлянина? — вскипел он. — Только одного. Пожалуйста, поговори с ним, или они убьют Бьянку. Они готовы вести переговоры. Лука уставился на него с раздражением в глазах, и на секунду Нико испугался, что он откажется сотрудничать. Затем он прорезал щель в задней части палатки и жестом пригласил Нико пройти. — Показывай дорогу, — сказал он. Нит все еще был там, где Нико его оставил. Как только они появились в поле зрения, фиалковые глаза римского полубога встретились с голубыми глазами Луки, и стратег, вложив меч в ножны, крепко пожал Ниту руку. Он на мгновение опустил взгляд на книгу, висевшую у него на боку, прежде чем снова взглянуть в лицо римлянину. — Говори, и я, возможно, позволю тебе остаться в живых, — приказал Лука. Нит сверкнул глазами, а затем перешел на греческий язык с сильным акцентом. — Ты не в том положении, чтобы угрожать, грек. Если ты убьешь меня, его сестра умрет. — Ну и что? — ответил Лука пугающе убедительным тоном. — Что хорошего в разведчике, если его поймали? А теперь скажи мне, почему твой командир вынудил Нико привести тебя сюда вместо армии. Решимость Нита поколебалась лишь на мгновение, прежде чем он прочистил горло и заговорил. — Меня зовут Нит, и я здесь по поручению легата Марка. Он хочет встретиться с тобой на нейтральной территории, чтобы договориться о мирном решении конфликта. — Мирное решение? Или под этим предлогом вы хотите заманить нас на бойню? — Ты, конечно, понимаешь, что было бы гораздо выгоднее застать вас врасплох, если бы мы хотели просто убить вас всех. Будет альтернативой, если вы будете начеку и готовы к нападению, которое, вероятно, закончится плохо для нас. Легат желает только поговорить. Если будет достигнуто соглашение, дети Плутона вернутся к вам невредимыми. Нико виновато опустил глаза, но почувствовал, что Лука пристально смотрит на него. — Отлично, — сказал Лука. — Я встречусь с этим Марком, но только если он приведет с собой не больше четырех человек, а также моего разведчика, и я сделаю то же самое. Я выберу место сам. Нит на мгновение задумался, потом кивнул. — Я могу согласиться с этим. Где мы встретимся? — Я дам вам знать. Он ошеломленно уставился на Луку. — Каким образом? Лука свистнул двумя короткими очередями. Прошло несколько секунд, а потом с неба свалилась птица и села ему на плечо. Лука протянул руку к сыну Тривии, который нервно попятился, и голубь прошелся по его руке, пока его лапы не уперлись в кулак. Какое-то время она с любопытством смотрела на Нита, потом пару раз взмахнула крыльями и снова повернулась к Луке, который погладил ее по голове другой рукой. — Его зовут Нит, — сказал Лука своей любимой птичке. Она радостно заворковала и расправила крылья, как бы говоря, что понимает его. Лука подбросил птицу в воздух, и она улетела. Нит все еще выглядел смущенным, но, казалось, понимал достаточно, чтобы не спрашивать дальше. — Итак, ты хочешь, чтобы я что-нибудь передал Марку? — спросил он. — Только то, что я с нетерпением жду этой встречи, — ответил Лука со зловещей усмешкой. *** Марк увел своих людей и пленников с дороги и повел их вверх по склону. Они остановились на поляне, похожей на ту, что была описана в письме Луки, и стали ждать. Прошло несколько минут, прежде чем Лука вышел на поляну со своими солдатами: Итаном, Алебастром и парой лучников. Лучники заняли свои позиции на некотором расстоянии, в то время как остальные трое греческих полубогов приблизились к римлянам. Алебастр остановился перед Нитом, и оба пристально посмотрели друг на друга, держа руки на своих книгах заклинаний. — Вы, должно быть, Марк, — сказал Лука, нарушая молчание. — Я — Лука, стратег восстания. — Стратег? — повторил Марк. — Почему не полемарх? Ты ведь главный, не так ли? — У нас недостаточно солдат, чтобы занимать такую важную позицию. — Хм. Справедливое замечание, — он подошел к Нико и Бьянке. — А теперь в знак доброй воли я отдаю пленников на ваше попечение. Марк снял с них кандалы и позволил им присоединиться к мятежникам. Нит посмотрел на своего начальника так, словно тот сошел с ума, в то время как остальные нервно переглядывались. — Спасибо, — сказал Лука с улыбкой. — Теперь, я думаю, мы можем начать. Нико взглянул на лучников и заметил, что их руки нетерпеливо дергаются, как будто они готовились натянуть луки в любой момент. Алебастр все еще настороженно смотрел на Нита, а Итан выглядел так спокойно, как никогда. Его осенило осознание. — Подожди секунду, — сказал Марк, как будто тоже понимая, что задумал Лука. — Я думаю, ты захочешь услышать, что я скажу. — И что же? — спросил Лука. — Наши народы враждовали с тех пор, как Рим был еще просто маленьким королевством. Теперь это республика, и она быстро превращается в империю во всем, кроме названия. — К чему ты клонишь? — Признаюсь, я не испытываю любви к Греции, но и к Республике тоже. Они так часто вели войну в этих землях, что люди едва ли знают, как жить без нее. Я думаю, что должен остаться только один, а с остальными должно быть покончено. Глаза Луки сузились, а рука легла на рукоять меча. — Вы нам угрожаете? — Ты ошибаешься. Я делаю вам предложение. Ваш разведчик рассказал мне все о ваших планах, но я думаю, что вы можете рассчитывать на лучшее, нацелиться на что-то большее. Зачем довольствоваться возвращением того, что отнял у вас Рим, если вы можете отомстить? С моей помощью, конечно, ваше восстание может привести к падению Рима. В глазах Луки вспыхнул интерес, хотя он все еще выглядел настороженным. Люди Марка никак не могли понять, пытается ли их командир обмануть Луку, за исключением Нита, который, похоже, решил, что это не так, и теперь медленно отступал. Внезапно, гораздо быстрее, чем можно было ожидать от человека его возраста, Марк выхватил меч и повернулся к своим солдатам. Он перерезал горло одному из них, затем проткнул живот второму, прежде чем встретить клинок третьего, который едва успел выхватить меч, чтобы защититься. Однако Марк был слишком хорош, и третий тоже быстро упал. Нит держал в руке книгу и собирался наложить на Марка какое-то заклятие, но его перехватило другое. Римский полубог был поражен невидимой силой, и его книга заклинаний вылетела из рук. Прежде чем он успел опомниться, его прикончили две стрелы. Нико чувствовал, как они умирают. Он видел, как их души покидают тела, погружаются в землю и направляются прямиком в подземный мир. Воздух сгустился от смерти, как невидимый туман, более плотный, чем он когда-либо видел раньше. Нико и Бьянка в ужасе попятились, стараясь незаметно отделиться от остальных. Нико понял, что его окружают убийцы, и Бьянка, похоже, пришла к такому же выводу. Марк вытер кровь с клинка и бросил его к ногам Луки. Лицо стратега светилось одновременно от удивления и восторга. — Если ты все еще намерен убить меня, — сказал легат, — покончи с этим. Но я имею двенадцать когорт непосредственно под моим командованием, две из которых находятся по эту сторону Нашего моря и так же послушны, как и остальные, несмотря на то, что формально не являются частью моего легиона. Они могли бы оказаться весьма назойливыми, если бы я оказался мертв, и они остались бы сидеть без дела. Некоторое время Лука молчал, потом наконец взял меч Марка и вернул ему. — Я верю, что мы можем заключить союз, — сказал он с улыбкой. Нико был в полном ужасе. Этот человек только что предал своих людей, убил их, как будто это ничего не значило, а Лука собирается вступить с ним в союз? Мало того, Алебастр и лучники помогли убить Нита, что шло вразрез с клятвой, которую они дали, когда восстание только началось, а Луку, похоже, это не волновало. Он посмотрел на сестру, и они оба пришли к молчаливому соглашению. Бежать! Они развернулись и помчались прочь от Луки, Марка и остальных. — Остановите их! — приказал голос Луки. — Если остальные узнают о том, что здесь произошло, все это будет напрасно! Секунду спустя Бьянка вскрикнула от боли и рухнула на землю. Нико остановился и упал на бок, чтобы увидеть наконечник стрелы, торчащий из ее живота. Он был слишком напуган, чтобы злиться. "Пожалуйста, — подумал он, — не дайте ей умереть!" — Нико! — взмолилась Бьянка. — Беги! Он покачал головой. — Нет! Я не оставлю тебя. Полетели еще две стрелы. Нико создал щит из теней, который отбросил одну из них от Бьянки, но другая ударила его в бедро. Кожа начала горела, и слезы неохотно покатились из глаз, но все, что его волновало, была Бьянка. Он крепко сжал ее руку и помолился своему отцу, Зевсу, Гекате и всем другим богам, о которых только мог думать в этот момент, чтобы они смогли выбраться живыми. Время, казалось, замедлилось. Он услышал звон еще двух выпущенных стрел и смотрел, как они летят в воздухе. Он был слишком слаб, чтобы что-то предпринять. Первая попала Бьянке в сердце, а вторая — в лицо. Он закрыл глаза и стал ждать смерти, но стрела так и не прилетела. Внезапно он почувствовал толчок в животе, а затем ощущение быстрого движения. Когда движение прекратилось и он открыл глаза, он оказался где-то совсем в другом месте. Марк исчез. Лука исчез. Остальные полубоги тоже. Даже стрела, попавшая в ногу, осталась позади. Он совершил путешествие по теням. Единственным человеком, оставшимся рядом с ним, была Бьянка, глаза которой были пусты, а тело неподвижно. — Нет! — закричал он. — НЕТ! Он сжимал ее безжизненное тело, плакал и умолял, пока не потерял слишком много крови и не почувствовал, что теряет сознание. Смерть поползла по его коже и начала тянуть его вниз, в подземный мир. А потом он вообще перестал что-либо чувствовать.