Adapting to the Fall

— Жди здесь, — центурион указал на скамью у стены и ушел, не сказав больше ни слова. Джейсон сел на то место, куда ему было велено, и огляделся. Вокруг толпилось множество солдат, и все они были по меньшей мере на пару лет старше его. Все здания были в таком хорошем состоянии, что он с легкостью поверил бы, что они были построены лишь вчера. Все вокруг выглядело так организованно, поэтому он легко мог понять, как республика получила столько власти за такой относительно небольшой промежуток времени. Как ни странно, он не чувствовал себя здесь как дома. Он сидел в военном каструме в центре Рима, города, в котором он родился, как сообщила ему Лупа, и чувствовал себя опустошенным. Его учили быть солдатом, и теперь он собирался им стать. Так почему же ничто не говорило ему, что здесь его место? После долгих минут ожидания центурион, который сопровождал Джейсона в каструм, вернулся вместе с каким-то человеком. Его первым впечатлением было то, что этот человек выглядел так... по-римски. Все в его внешности было просто чистой сутью республики. И дело было не только в доспехах. Его черные волосы, спускавшиеся до самой шеи, идеально подходили к густой бороде и придавали ему грубоватый вид, который можно было бы ожидать от военного лидера. У него было мускулистое телосложение, которое дополнялось броней, придавая ему вид сильного человека. Но самым главным была его осанка и взгляд, которых было бы достаточно, чтобы подчинить себе любой легион. Этот человек был римлянином до мозга костей, в этом не было никаких сомнений. — Джейсон Грейс, — сказал он, пристально глядя на него. — Меня зовут легат Марк. Я управляю этим легионом. Ты знаешь, кто управлял им до меня? — Эм, нет. Нет, сэр, — ответил Джейсон. — Легат Катрей Грейс женился на женщине невероятной красоты. Самыми яркими чертами ее лица были светлые волосы и голубые глаза. Эти черты кажутся тебе знакомыми? Джейсон смотрел на него с недоверием так долго, как только осмелился. — Вы хотите сказать, что она моя мать? — Я хочу сказать, что не считаю совпадением то, что ты поразительно похож на нее и носишь одну фамилию с ее мужем. Несмотря на отсутствие сведений о том, что Берил Грейс родила моему предшедственнику детей, вот ты сидишь передо мной. — Я никогда не знал свою мать. — Хм. Ну, пойдем со мной, мальчик. Мы доберемся до сути этого дела. Легат Марк повернулся и пошел прочь, даже не проверив, следует ли за ним Джейсон. Молодой полубог быстро поднялся на ноги и пошел за ним, его мысли лихорадочно метались. Он собирался встретиться со своей матерью. Легат вел его к женщине, о которой он ничего не знал. Он всю жизнь гадал, умерла она или просто бросила его. Ему предстояло получить ответы, которые он искал всю свою жизнь, и он не знал, радоваться ему или волноваться. Немного побродив по улицам Рима, они подошли к приличного размера дому, который назывался "домус". Марк прошел прямо к входной двери и постучал, а Джейсон последовал за ним. Это был всего лишь дом, но он выглядел так устрашающе. Его мать и ее муж, чье имя он носил, были внутри него. Сегодня утром он думал, что самое большее, что с ним случится, — это вступление в легион. Он не был готов к этому. Дверь открылась как раз в тот момент, когда Джейсон подошел к Марку. На пороге появился мужчина лет пятидесяти, совершенно не похожий на Джейсона. Он мог быть только вышеупомянутым Катреем Грейсом. — А, Марк, — сказал тот, о ком шла речь. — Вот это сюрприз. Марк почтительно кивнул. — Катрей, мне кажется, я нашел кое-что, что может принадлежать тебе, — затем он указал пальцем на Джейсона. Катрей проследил за пальцем Марка и посмотрел на Джейсона, который настороженно наблюдал за ним. Он мог видеть, как выражение лица мужчины мгновенно меняется, переходя от замешательства к узнаванию, а затем к медленному осознанию происходящего. Катрей уставился на него с открытым ртом. — Джейсон? — сказал он. — Да, — ответил он. — Это я. — Обычно мы не позволяем мальчикам его возраста вступать в легион, — сказал Марк. — Но поскольку он твой сын, я полагаюсь на твое мнение. Пришли его обратно ко мне с запечатанным письмом одобрения, и я приму его вместе с другим моим особым случаем. Джейсон решил, что говорить о том, что Катрей не был его отцом, было бы не очень хорошей идеей, поэтому придержал язык. Катрей откашлялся и закрыл рот. — Конечно. Спасибо, легат. Марк кивнул. — Я оставлю тебя, чтобы ты восстановил родственные связи, — он ушел. Катрей устремил на Джейсона задумчивый взгляд. — Войди внутрь. Твоя мать захочет тебя увидеть. Джейсон вошел в домус следом за ним и прошел в главную жилую зону. В кресле сидела женщина, подпиливавшая ногти, точно соответствуя описанию, которое дал Марк. Как только ее глаза увидели его, воцарилась напряженная тишина. Это продолжалось пять секунд, а затем она подбежала и сжала его в удушающих объятиях. — Мой мальчик! — воскликнула она. — О, мой милый, храбрый мальчик. Я знала, что ты вернешься. Я знала, что однажды ты вернешься к своей матери. Потребовалось несколько минут, чтобы она наконец отпустила его. После этого ей потребовалось еще несколько минут, чтобы перестать плакать. Затем Джейсону велели выйти из комнаты, пока они разговаривали. В общем, прошло не меньше получаса, прежде чем он наконец смог сесть и поговорить с ними. — Значит, ты хочешь вступить в легион, — сказал Катрей. Джейсон кивнул. — И почему же? Прежде чем он успел ответить, за него ответила мать: — Потому что это его судьба. Он всегда был солдатом, и самым сильным из всех. Катрей холодно взглянул на нее, и она замолчала. — Ты мне не сын, — сказал он. — Я знаю это, ты знаешь это. Джейсону потребовалась секунда, чтобы ответить. — Ты знаешь, кто мой отец? — Я знаю, кого твоя мать считает твоим отцом. — Юпитера? — предположил Джейсон. Глаза Катрея расширились, а глаза его матери сверкнули. — Ты с ним встречался? — спросила она. — Нет. Только с Юноной и Лупой. Выражение ее лица вытянулось. — Это Юнона забрала тебя у меня. Это она украла тебя, когда тебе было два года. — Она сказала, что "привела меня" к Лупе, которая научила меня сражаться и использовать свои силы. — Она украла тебя, — настаивала мать. — Я ничего так не хотела, как воспитать своего сына, но она забрала тебя против моей воли. Она назвала тебя предложением мира, пообещала, что ты "перекинешь мост через пропасть". Я не поняла, что она имела в виду. Я думала, она тебя убьет. — Она этого не сделала, я здесь. Она улыбнулась. — Так и есть. И ты выглядишь таким сильным. — О каких силах идет речь? — с сомнением в голосе спросил Катрей. Джейсон почувствовал покалывание на коже и легкий привкус металла на языке. Он направил молнию через себя и пожелал, чтобы она проявила себя. Несколько маленьких искорок заплясали вокруг его глаз, прежде чем снова исчезнуть. Катрей сглотнул. Мать Джейсона с надеждой посмотрела на мужа. — Ты понимаешь, что это значит? Он может продолжить семейную линию. Катрей выглядел задумчивым. — Мне не нравится мысль о незаконнорожденном наследнике. Я бы предпочел, чтобы моя кровь продолжала жить в потомках с именем Грейс, но до тех пор, пока твоя мать не сможет родить мне детей, я заявляю, что кровь бога более чем подходит для моего имени. Джейсон стиснул зубы. Ему не нравился этот человек. Он считал свою жену чем-то, чем владеет и может управлять, а детей — личным призом, который ему причитается. Но он стоял между Джейсоном и легионом, поэтому Джейсон держал свое мнение при себе. — Я позволю тебе сохранить мое имя, чтобы люди поверили, что ты мой сын, — продолжал он. — Взамен я ожидаю законных внуков. Никаких незаконнорожденных. Имя Грейс будет жить через тебя. — Мы должны найти тебе невесту, — сказала его мать. — У тебя будет красивая жена, которая подарит тебе великолепных, сильных детей. — Что? — сказал Джейсон. Он не просил об этом. Он просто хотел записаться в легион. — Ну, ты, конечно, должен жениться, — сказала она, как будто это было очевидно. — У меня есть несколько коллег, у которых есть здоровые дочери, — предложил Катрей. — Мы найдем идеальный вариант. — Подождите, — запротестовал Джейсон. — Я не хочу ни на ком жениться. Технически это было неправдой. Была одна особа, на которой он хотел жениться, но она, вероятно, либо уже вышла замуж, либо скоро выйдет. Она даже не жила в Риме. — Не будь глупым, — упрекнула его мать. — Ты должен. — Но почему? — Чтобы продолжить семейную линию! Разве ты не понимаешь? — Но... — Ты хочешь вступить в легион, не так ли? — вмешался Катрей. — Марк ждет, что ты передашь ему мою печать. Я не буду писать никаких одобрительных писем, пока ты не согласишься внести свой вклад в эту семью. У Джейсона было много вещей, которые он хотел сказать в ответ на это. Это была не его семья, ведь только его мать была его семьей. Имя Грейс ничего ему не говорило. Его совершенно не волновало, будет ли продолжено наследие этого человека. Он уже подумывал о том, чтобы отказать им обоим и просто подождать, пока не достигнет совершеннолетия, чтобы вступить в легион, но понимал, что это плохая идея. Катрей легко мог бы сделать так, чтобы Джейсону никогда не позволили вступить в легион, или сделать что-нибудь похуже. Ему оставалось либо согласиться на его условия, либо вернуться в Неаполь, но он никогда не думал об этом. Джейсон задумался, есть ли еще один легион, к которому он мог бы присоединиться. У Рима, скорее всего, был один, размещенный в бывшей Греции, но чтобы добраться туда, потребуется слишком много времени и сил. Возможно, ему удастся найти работу наемника, чтобы заработать деньги и купить проезд туда. Потом он подумал о Пайпер. Он понял иронию ситуации, в которой оказался. Пайпер выбрала себе супруга, которого не хотела выбирать, и теперь Джейсону придется жениться на ком-то, кого он не хотел, чтобы достигнуть своей цели. Интересно, есть ли у женщины, которую выберет его мать, своя любовь, с которой ей придется расстаться? Этой мысли было почти достаточно, чтобы просто сказать "нет", но он знал, что это бессмысленно. Если Джейсон не женится на ней, ей придется выйти замуж за другого "важного" холостяка. По крайней мере, если это окажется он, он мог бы позволить ей жить так, как она хочет. Он сомневался, что кто-то еще даст своим женам такую возможность. — Ладно, — сказал Джейсон, понимая, что есть только один правильный выбор. — Я сделаю это. *** — Сюда, стажер, — сказал легионер, указывая на изолированное здание в дальнем углу каструма первой когорты. Джейсон подошел к двери, а легионер удалился, закончив свою работу по сопровождению его сюда. Внутри он обнаружил четыре кровати с сундуками по краям. Там же была оружейная стойка, заполненная тусклыми металлическими мечами и четырьмя манекенами для доспехов, три из которых были пусты. У одного из них была простая кожаная броня, которая подошла бы только тому, кто был меньше его ростом. — Эм, привет, — произнес чей-то голос. На одной из кроватей сидела девушка примерно его возраста, возможно, чуть старше. У нее были заплетенные в косу черные волосы и глаза такого же цвета. Она определенно была хорошенькой, но сердце Джейсона все еще тосковало по Пайпер. — Привет, — сказал он. — Я Джейсон. Новый стажер. Она понимающе кивнула. — Я тоже стажер. Я здесь уже почти год. Меня зовут Рейна. — Я не знал, что Рим разрешает женщинам вступать в армию. — У тебя с этим какие-то проблемы? — Определенно нет. Она слабо улыбнулась. — Хорошо. — Ты не возражаешь, если я спрошу, что для этого потребовалось? — Вероятно, то же самое, что и для тебя. Мой отец... — она сделала паузу и сглотнула. — Он был хорошо известен своей службой, поэтому Сенат решил дать мне шанс. — В этом есть смысл. Мой... отец раньше был легатом, поэтому меня и приняли в таком возрасте. — Мне очень не хочется тебя огорчать, но ты ничего не добьешься, пока они не решат, что ты достаточно взрослый, чтобы стать легионером. Пока что это лишь тренировки и работа по хозяйству. — Наверное, это и есть начало. — Действительно, — Рейна подошла к оружейной стойке и взяла два тренировочных меча. Она протянула один ему, и он почувствовал себя комфортно с ним руке. Он был похож на настоящий меч, который действительно мог иметь некоторую силу удара, в отличие от деревянных, с которыми он тренировался раньше. Он слегка взмахнул им и сделал пару движений, чтобы почувствовать баланс. Он мог бы к этому привыкнуть. — Где ты этому научился? — спросила Рейна. — Меня научил волк, — он сказал это как шутку, но ее глаза расширились, как будто она приняла ответ всерьез. — Волк? — повторила она, внезапно напрягшись. — Нет, конечно, нет. Я учился сам с другом, когда жил в Неаполе. — О, — ее плечи расслабились, но она все еще выглядела неуверенной. — В любом случае, — сказал Джейсон, меняя тему, — мы можем тренироваться на улице или нам нужно ждать, пока кто-то скажет нам, что нужно делать? — Обычно ближе к вечеру приходит мой... Прости, наш... инструктор. Думаю, у нас есть время для тренировки. — Отлично. С тех пор, как я получал приличную практику, прошло немного времени, так что я, вероятно, заржавел. — Не жди, что я буду относиться к тебе с жалостью. Он ухмыльнулся. Она сдержала свое слово. Они вдвоем вышли из здания и направились в уединенное место, где могли свободно позаниматься на мечах. Как только она атаковала, он понял, что ее мастерство соответствует его собственному. Сначала она одержала верх и похвасталась тремя победами, прежде чем Джейсон вошел в свою колею. Ему удалось выкинуть хитрый трюк и заявить о своей победе, но затем она снова победила его. Именно во время той последней схватки он, наконец, уловил ее приемы, которые на самом деле были его приемами. Ее боевой стиль был идентичен его. Как только он это понял, ее движения стали более предсказуемыми. Он изменил тактику, используя больше импровизированных движений, чтобы попытаться застать ее врасплох. И это сработало. Он был способен предвидеть действия, которые она собиралась предпринять, и противостоять им. Это лишь сделало ее менее трудной для поражения, потому что она все еще была невероятно искусна. В конце концов, однако, он нанес победный удар. Она все еще одержала на две победы больше, но это его не волновало. Он кое-что понял. — Где ты тренировалась? — спросил он ее, и Рейна, стоявшая в стойке, готовая к новой дуэли, опустила меч. — Меня научил отец, — солгала она. — Не Лупа? Ее глаза расширились, но лишь слегка. Похоже, она пришла к тому же выводу, что и он. — Я знала, что это не шутка. Джейсон улыбнулся. — Значит, ты тоже полубог. Она кивнула. — Моя мать — Беллона. Я тренировалась у Лупы несколько лет с тех пор, как мне исполнилось двенадцать, а потом приехала сюда. — Она растила меня около десяти лет, прежде чем я ушел. Она пристально посмотрела на него. — Насколько ты был молод? — Наверное, мне было около двух, когда она впервые взяла меня к себе. Я не могу вспомнить свою жизнь до Лупы. На нее это произвело впечатление. — Так кто же тогда твоя мать? — Смертная, которая замужем за бывшим легатом. Мой отец — Юпитер. Казалось, это произвело на нее еще большее впечатление. — Итак, если твой отец — царь богов, значит ли это, что ты принц? — Я так не думаю. Хотя это было бы отлично. Она кивнула в знак согласия. — Я полагаю, что "принц богов" не будет служить легионером в армии смертных. Джейсон снова поднял меч и принял стойку. Она последовала его примеру быстрее, чем он ожидал, как будто постоянно была готова к драке. Джейсон взмахнул мечом и направил его на Рейну. — Но мы же не можем допустить, чтобы "принц" проиграл четыре к двум, верно? — сказал он. Она ухмыльнулась и нанесла удар. *** Через полтора года Джейсон шел мимо нескольких домов. Всего за пару месяцев до этого он и Рейна, которая стала ему близким другом, были официально повышены до полноценных легионеров. Эти двое были назначены в одну и ту же центурию девятой когорты и даже не нуждались в испытательном сроке, как большинство солдат, из-за того, что уже прошли всю подготовку. За то короткое время, что они были легионерами, они доказали, что вполне способны выполнять свои обязанности и даже заслужили уважение своего центуриона. Во время патрулирования с мечом в ножнах на боку, одетый в полный комплект доспехов легионера, он кое-что заметил. В одном из самых роскошных домов было открыто единственное окно, и оттуда небрежно вылезал человек с мешком на плече. Мешок был бугристым и неровным, как будто он был наполнен твердыми предметами, сделанными, возможно, из дерева или металла. Одежда этого человека выглядела грязной и потрепанной, а обуви на нем не было вовсе. Решив выяснить, в чем дело, Джейсон быстрым шагом приблизился к незнакомцу и крикнул: — Эй, извините! Он обернулся, чтобы бросить на него быстрый взгляд, а затем побежал. Получив подтверждение своим подозрениям, Джейсон бросился в погоню. На бегу он проклинал свои доспехи. В последнее время он немного привык носить их, но не мог отрицать, что он был намного медленнее в них. Он не мог двигаться так же хорошо, что делало бег довольно трудным занятием. К счастью, грабителя тоже тормозила тяжелая сумка, которую он не хотел выпускать из рук. После пары крутых поворотов Джейсон схватил вора, когда он замешкался на перекрестке. Вор протестовал и пытался притвориться невиновным, но если бы он был невиновен, то не убежал бы. Как только Джейсон вернулся в дом с открытым окном, он обнаружил раздраженного хозяина снаружи. Выражение его лица сменилось с раздражения на радость, когда он увидел, что приближается Джейсон вместе с вором и мешком краденого. Хозяин провел его внутрь дома, где в многочисленных шкафчиках хранились серебряные тарелки, кубки и столовые приборы. Открыв сумку, он обнаружил все перечисленное. Вор ничего не ответил. — Ты настоящий друг, — сказал ему хозяин дома. — Я просто выполнял свой долг, — смиренно ответил Джейсон. — Многие солдаты не стали бы этого делать, и я тебе глубоко признателен. — Да, конечно. Пожалуйста. — Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится от меня, не стесняйся попросить. Ты только что спас мне целое состояние. — В этом действительно нет необходимости. — Я настаиваю. Джейсон хотел было снова сказать "нет", но потом понял, что в этом нет никакого смысла. — Ладно. Хозяин дал ему веревку, чтобы связать вору руки, и Джейсон отправился проводить его до ближайшего каструма. Обходя дом снаружи, он мельком взглянул на огороженную территорию. Внутри был великолепный сад, беседка и фонтан. Джейсон подумал о Пайпер. Он знал, что ей это понравится. Он видел, как они вдвоем сидят в беседке и устраивают пикник или что-то в этом роде. Он остановил эту мысль на полпути. Этот мост был сожжен. Ему действительно нужно было найти способ двигаться дальше. К сожалению, это было легче сказать, чем сделать. *** — Эй! — кто-то окликнул его. Рейна и Джейсон остановились на полпути через каструм девятой когорты и повернулись к источнику голоса. К ним подошел легионер из их центурии. Он был привлекательным мужчиной, которого Джейсон не очень хорошо знал. Он лишь знал, что тот был хорошим солдатом и всегда дружелюбно относился к ним, поэтому он пользовался уважением Джейсона. — В чем дело, Алексий? — спросила его Рейна. — Саллик уходит на пенсию, — сообщил им Алексей. Джейсона это удивило. — Неужели? — Да, и он хочет поговорить с вами обоими. Сказал, что если увижу вас, то дам знать. — А он не сказал, по какому поводу? — спросила Рейна. — Нет. Но он не казался расстроенным, так что я не думаю, что тебе стоит волноваться. — Хорошо, спасибо. Он в претории? — На тренировочной площадке, насколько я знаю. Рейна благодарно кивнула ему и направилась к выходу. Джейсон похлопал его по плечу и улыбнулся, прежде чем последовать за ней. И действительно, они нашли там своего центуриона, разговаривающего со своим опционом. Рейна терпеливо ждала, пока они закончат разговор, а затем подошла, как только опцион ушел. — Сэр, вы хотели поговорить с нами? — сказала она покорно. Саллик перевел взгляд на них, когда Джейсон подошел ближе. — Арельяно, Грейс. Я уверен, что вы уже слышали, что я подаю в отставку со своего поста и увольняюсь из легиона. — Ага, — сказал Джейсон. Рейна бросила на него суровый взгляд, прежде чем снова посмотреть на центуриона. — Слышали, сэр. — Тогда вы также знаете, что мое место займет кто-то другой. И я думаю, что это должна быть ты, — он не сводил глаз с Рейны. Она дважды перевела взгляд с него на Джейсона, прежде чем поняла, что он обращается к ней. — Я? — А кто же еще? Ты самый способный легионер центурии. За сравнительно короткое время службы ты проявила себя весьма искусно и достигла большего, чем большинство легионеров за полдесятилетия. Ты — подходящая женщина для этой работы. — Но... разве женщина когда-нибудь была центурионом? — Женщина никогда раньше не была даже легионером. Согласишься ты на эту должность или нет? Рейне потребовалось время, чтобы взять себя в руки. — Конечно. Для меня это большая честь. — А теперь, пока ты не слишком разволновалась, я не гарантирую, что ты ее получишь. Я дам свои рекомендации, но в конце концов это не от меня зависит. Я просто подумал, что должен дать тебе знать, что ставлю на тебя. — Хорошо, — сказала она с легким разочарованием в голосе. Саллик повернулся к Джейсону. — И я полагаю, ты получишь должность опциона. С ее стороны было бы глупо не выбрать тебя. — Да, конечно, — ответил Джейсон через мгновение. — Спасибо. — Просто знайте, что я болею за вас двоих. И я рад, что был вашим центурионом. Не дожидаясь ответа, он ушел, оставив их наедине с неожиданной новостью. Джейсон с усмешкой повернулся к Рейне. — Перестань так на меня смотреть, — упрекнула она. — Ты слышал его. Это не гарантировано. — Ты нравишься Сенату, — рассудил он. — А с твоим послужным списком, наверное, и подавно. — Да, но Марк ненавидит меня. Он может отвергнуть эту идею еще до того, как она дойдет до Сената. — Этого не случится. Ты получишь повышение. Никто не заслуживает этого больше, чем ты. Она продолжала молчать. — Ладно, мы собирались в столовую, помнишь? Я все еще умираю с голоду. — Да. Пойдем. *** Джейсон не был известен своими превосходными плавательными способностями. Он сокрушался об этом факте, торопливо прокладывая себе путь обратно к берегу с огромным морским чудовищем не так далеко позади. Он умудрился ударить его молнией, но это, казалось, лишь на мгновение оглушило его. Он чувствовал, как зверь сокращает расстояние позади него, и ускорился. Наконец Джейсон добрался до берега и выскочил на сушу. Змей хотел вцепиться в него, но промахнулся. Оказавшись на берегу, Джейсон развернулся и поднял меч. Он посмотрел на него с презрением. Он был сделан из простого старого железа. Он был способен заставить монстра истекать кровью, но не мог убить его достаточно быстро. Он хотел бы, чтобы у него был небесный бронзовый меч, как у Перси, или его старое копье из имперского золота. Если бы у него было что-то подобное, то морской змей, возможно, уже был бы мертв. Змей зарычал, и Джейсон отступил еще дальше на сушу. Чудовище звали Цет. Это была большая чешуйчатая змея с головой дракона, массивными плавниками и десятками острых как бритва зубов. Его глаза были золотыми, а зрачки узкими, как у змеи. В настоящее время не более чем кусочек его шеи поднимался над водой, когда он яростно смотрел на него. Он был готов наброситься на него в ту же секунду, как он приблизиться. Возможно, это не будет сюрпризом, но Геракл однажды убил эту тварь (в свое время). На самом деле, он победил его, фактически позволив себе быть проглоченным и заколов его изнутри. В Тартаре у него не было ни единого шанса повторить это. Стратегия Джейсона состояла в том, чтобы проделать в нем множество дыр (в чем он преуспел, точно ударая меж чешуек) пока он не ослабнет настолько, чтобы нанести смертельный удар. Судя по бледно-багровому цвету воды вокруг Цета, он решил, что уже сделал это, и теперь пришло время нанести смертельный удар. Джейсон бросился вперед ровно настолько, чтобы поддразнить его, а затем отпрыгнул назад, как только он набросился на него. Его рефлексы сработали, и время, казалось, замедлилось. Цет бросился на него с широко раскрытой пастью, готовый разорвать его пополам. Воздух сгустился, и волосы у него встали дыбом. Молния ударила с неба, отскочила от его меча и по дуге попала прямо в пасть зверя. Джейсон мысленно отпраздновал это событие, поскольку уже дважды пытался сделать это и потерпел неудачу, потому что все произошло слишком быстро. Морское чудовище издало булькающий вопль и плюхнулось на землю, половина его тела была на земле, а другая все еще в воде. К сожалению, он все еще выглядел живым. У Джейсона появилась небольшая возможность для атаки, и он не колеблясь воспользовался ей. Он вскочил ему на голову и свободной рукой ухватился за одну из чешуек, пока тот извивался в агонии. Он вонзил острие своего клинка под другую чешую и сделал надрез, несколько чешуек оторвались и отлетели. Джейсон тут же начал рубить обнаженный кусок кожи мечом снова и снова, пока не стала видна большая рана. Когда змей, казалось, достаточно оправился, чтобы поднять голову, Джейсон в последний раз воззвал к небесам. Мощный электрический разряд ударил прямо в рану. Цет сделал последнюю попытку вырваться и отшвырнул Джейсона прочь, издавая рев. Когда Джейсон поднялся на ноги, голова чудовища была полностью отрублена, а тело обмякло. Голова осталась, но остальная часть тела превратилась в золотую пыль, которая осела в землю и море. Он сел и потратил пару минут, чтобы прийти в себя от усталости. Как только он достаточно отдохнул, Джейсон прошел мимо головы своего поверженного врага к морю. Он снял свои доспехи и использовал воду, чтобы смыть с них змеиную кровь. Он покончил с доспехами и плеснул немного воды себе в лицо, чтобы не потерять бдительность, а потом что-то услышал. Он повернулся и быстро поднял оружие. Навстречу ему на полной скорости с мечом в руке бежал человек на несколько лет старше его. У него были светлые волосы песочного цвета, голубые глаза и большой шрам над левым глазом. Перси нарисовал достаточно четкую картину, чтобы Джейсон догадался, кто это. Лука, лидер восстания. Джейсон встретил его клинок своим собственным, и дуэль началась, а затем закончилась на удивление быстро. Перси, пожалуй, слишком часто говорил, как искусен этот человек в бою. Он сказал: "один из лучших фехтовальщиков, которых я когда-либо видел". И все же он был здесь, сражаясь с чрезвычайно измотанным Джейсоном, и проиграл всего за минуту. Он был хорош, определенно, но не оправдал ожиданий Джейсона. Он был совершенно не впечатлен. Он подтащил бесчувственного мятежника к голове Цета и оставил его там. Затем он обернулся и увидел подарок, который Юнона обещала ему прямо перед началом боя: большую груду цепей. — Спасибо, — сказал он в воздух, зная, что Юнона услышит. *** Некоторое время спустя, когда солнце опустилось ниже, Джейсон разбил лагерь со своим трофеем и пленником. Цепь оказалась длинной, с кандалами на одном конце. Он связал Луку, а затем обернул оставшуюся часть цепи вокруг головы Цета, чтобы тащить ее за собой. Это делало путешествие медленным, но он подумал, что это может быть необходимо, если он хочет, чтобы Марк простил его за дезертирство. Джейсон сел, прислонившись к дереву, а Лука сидел спиной к нему. Джейсон раздумывал, стоит ли ему довериться цепям или подождать, пока Лука уснет. Прежде чем он принял решение, Лука произнес единственные слова, которые сказал за все время путешествия: — Почему ты так похож на нее? Джейсон удивленно уставился на его затылок. Попытки заставить его говорить были ранее безуспешны, и он смирился с мыслью, что так оно и останется. — На кого? — спросил он. Ответа не последовало. — На кого я похож? Лука молчал. — Ты задаешь вопрос, но не даешь мне возможности на него ответить? Мятежник по-прежнему отказывался вдаваться в подробности. Джейсон сдался и прислонился головой к дереву. Он на мгновение задумался. Очевидно, он проиграл нарочно. Другого ответа не приходило ему в голову. Он хотел, чтобы его поймали, но зачем? Как он ни старался, Джейсон не нашел ответа. В конце концов, он решил просто позволить себе поспать. Если Лука хочет, чтобы его поймали, то планирует гораздо большее, чем его убийство во сне. Его глаза закрылись, и вскоре он задремал. *** Не прошло и часа после того, как Перси отправился спасать греческих богов, как Джейсон увидел нечто странное. Посреди каструма, который сам по себе находился практически в центре Рима, стояла коза. Он огляделся вокруг, пытаясь оценить реакцию остальных, но все они вели себя так, как будто этого не было. — Значит, теперь я вижу коз, — пробормотал он. Проходивший мимо легионер бросил на него странный взгляд, но ничего не сказал. Джейсон подошел к козе, и та потрусила прочь. Он последовал за ней. Она вывела его из каструма и повела по улице. Затем она свернула между двумя зданиями, и Джейсон вошел в переулок позади нее. Когда он завернул за угол, козы уже не было. Вместо этого его ждала Юнона. — Мой чемпион, — сказала Юнона с теплой улыбкой при его приближении. Джейсон опустился перед ней на колени. — Моя госпожа. Ему следовало бы предположить, что это ее рук дело. В конце концов, козы для нее священны. Она буквально носит плащ из козьей шкуры. — Встань, — нетерпеливо сказала она. Джейсон встал. — Что вам нужно от меня, госпожа Юнона? — Еще одно задание, — сказала она. Джейсон помолчал. — Еще одно? — Да. Это наш последний разговор. — Но почему? Что-то случилось? — Нет, ничего не случилось. Мне нужно от тебя только одно последнее задание, и оно, несомненно, самое важное. — После этого я больше не буду вашим чемпионом? — Ты всегда будешь моим защитником, Джейсон Грейс. Если не в делах, то в титуле. — Что это за задание? — Ты найдешь моего проводника за городом. Он приведет тебя к определенному месту, и там ты найдешь свои ответы. — И это все? Она кивнула. — Наше время вместе подошло к концу. Ты заставил меня гордиться тобой. — Благодарю вас, госпожа. — Как бы я ни радовалась долгому, слезливому прощанию, у нас нет на это времени. У тебя есть немного времени, чтобы добраться до места назначения, так что поторопитесь. Прощай, мой чемпион. Потом она исчезла. Он никогда больше не увидит ее, если верить ее словам. Он не знал, радоваться ему или огорчаться. *** Джейсон побежал за козой, быстро запыхавшись. Он оставил свои доспехи в Риме, но сохранил меч и все припасы, которые купил на собственные деньги. Он сомневался, что даже Рейна (с которой он даже не смог попрощаться) будучи легатом, простит его второе дезертирство, но он знал, что кража доспехов легиона не улучшит его шансы. После очень долгой пробежки и нескольких коротких передышек Джейсон добрался до места назначения. Только после того, как небо на некоторое время потемнело, коза отвела его с дороги в лес. Джейсон последовал за ней, но она набрала скорость, и он потерял ее из виду. Он продолжал идти в том же направлении, куда ушла коза, пока не заметил свет. Он вышел на небольшую поляну, где стоял лагерь, в котором находились три человека. Кентавр, которого он встречал раньше, стоял у костра с луком в руке. Хорошенькая девушка со светлыми волосами и серыми глазами, которые, казалось, изучали его, стояла рядом с деревом, держа в руке кинжал. А ближе к краю лагеря спал на спине Перси. Джейсон поднял руки, сдаваясь, но кентавр уже вернул стрелу в колчан и закинул лук за спину. Девушка все еще смотрела на него с подозрением, а Перси продолжал спать. — А, — сказал Хирон. — Ты Джейсон, если я правильно помню? Джейсон кивнул. — Ты его знаешь? — спросила девушка у кентавра. — Да, — ответил Хирон. — Он друг Перси. Джейсон, это Аннабет. — Аннабет? — повторил он, узнавая ее. — Ты и Перси... Вы с ним... Ух. Он замолчал, ее убийственный взгляд нервировал его. — Вы участвовали в восстании, — неловко закончил он. Она не ответила. Вместо этого она убрала кинжал в ножны и села, прислонившись спиной к дереву. Джейсон перевел взгляд с ее спины на Хирона. — Я не знал, что найду здесь тебя или Перси, — сказал он ему. — Так что же привело тебя сюда? — спросил Хирон. — Меня прислала Юнона, — ответил он, решив не вдаваться в подробности о преследовании козы. — Она сказала, что я найду ответы здесь. — На какие вопросы? — Она сказала мне, что я должен выполнить свое самое важное задание, но не сказала, какое именно. — В самом деле? — кентавр задумчиво погладил бородатый подбородок. Через мгновение он оглядел Джейсона. — У тебя усталый вид. — Да, немного, — небрежно ответил он, хотя его ноги невероятно болели, и он чувствовал, что мог бы уснуть сейчас даже на камне. — Тогда отдыхай. Было бы лучше обсудить эти неожиданные обстоятельства, когда Перси проснется. Несколько минут спустя Джейсон лежал на простой импровизированной койке и закрыл глаза. Ему не потребовалось много времени, чтобы заснуть, и вскоре за этим последовали сны. Он увидел девушку, возможно, ей оставалось пару лет до совершеннолетия. У нее было лицо, которое чем-то напоминало ему лицо его матери, взъерошенные черные волосы и голубые глаза более светлого оттенка, чем у него самого. Он чувствовал, что должен знать ее, но не знал. Девушка была не одна. Она стояла с копьем в руке рядом с подростком Лукой. Они уставились на большого уродливого человека с единственным глазом в центре головы. Он держал зазубренный, ржавый двуручный меч в одной руке. Девушка бросилась на него, но циклоп без малейших усилий отбросил ее в сторону, рубанув мечом, пока она была в воздухе. Она вскрикнула, ударившись о землю, а затем замерла. Лука позвал ее по имени, но остался стоять. Молодая девушка выбежала из укрытия, едва избежав удара меча циклопа. Она выглядела как детская версия Аннабет. Затем сцена изменилась. Девушка лежала на земле и выглядела очень бледной. Лука стоял на коленях рядом с ней с заплаканным лицом, сжимая ее руку в своей. Аннабет стояла на коленях с другой стороны от девушки, наливая ей в рот воду. Затем девушка отбросила флягу в сторону. Она закашлялась и прошептала свои последние слова. А потом она исчезла. Джейсон вздрогнул и проснулся. Он огляделся и увидел, что Аннабет заснула, а Перси еще не проснулся. Хирон все еще стоял у костра, раздувая пламя. Небо выглядело лишь немного светлее. Он не знал, почему проснулся так рано. Это был сон, но он не знал, о чем он был. Образ ее лица был в его памяти, но он был нечетким. Он знал, что у нее черные волосы, и это было все. Джейсон отмахнулся от этой мысли. Если бы сон был важен, он бы его запомнил. Он сел у огня и принял от Хирона миску с тушеным мясом. Через некоторое время проснулся и Перси. *** Джейсон почувствовал себя легче воздуха. Впервые за много лет он был совершенно счастлив. Все это время его удерживало одно-единственное чувство, но теперь уже нет. Наконец-то он получил ответы, которые всегда желал получить, и почувствовал себя полностью удовлетворенным. В кои-то веки он был взволнован предстоящим будущим, но сейчас ему нужно было сосредоточиться на настоящем. Примерно через полчаса поисков Перси он наконец нашел его возле доков. На самом деле, это должно было быть первым местом, где стоило его искать. Сын Посейдона стоял на пирсе и смотрел на море. Джейсон подошел к нему и откашлялся, чтобы объявить о своем присутствии. — О, привет, — сказал Перси, повернувшись к нему лицом, и нахмурился. — Почему ты так улыбаешься? Джейсон и не подозревал, что делает это. Он сделал сознательное усилие, чтобы его лицо выглядело нормальным, а затем сказал: — Как все прошло с Галлионом? Перси, казалось, не удовлетворился этим ответом, но все равно сменил тему. — Отлично, честное слово. Он был очень благодарен за то, что я остановил его несостоявшегося убийцу и вернул лошадь и все остальное. Я рассказал ему о том, что недавно произошло в Риме. Оказывается, Марк ему тоже никогда не нравился. — Это потрясающе. Так что насчет корабля? Перси указал на корабль вдалеке, который медленно приближался. — Это наш. — Наш? — Ну, по крайней мере, на некоторое время. Там есть команда, капитан и все такое, но Галлион обещал, что мы доберемся до Ламии. Мы можем отплыть завтра утром. — Отлично. Тогда почему ты просто стоишь здесь? — Я не был уверен, попытаешься ли ты сначала найти меня в мастерской Лео или здесь. Я не знал, сколько времени займет то, что ты собирался сделать, поэтому решил просто расслабиться здесь на некоторое время. Джейсон предпочел не упоминать, что ему не пришло в голову проверить мастерскую Лео и Архимеда III. — Ну, я думаю, нам нужно где-нибудь переночевать сегодня. — Лео все равно велел заглянуть перед отъездом, так что можно и спросить. У меня нет денег на комнату в гостинице. Джейсон жестом показал Перси, чтобы тот шел впереди, и последовал за ним обратно в мастерскую.