Глава 2.
25 сентября 2022 г., 15:38
Отнимите у человека надежду и сновидения, и он будет несчастнейшим существом на свете. @И. Кант
В бесконечном космосе висел огромный корабль класса «звездный разрушитель». Он весь кипел жизнью, от носовой кормы до реактора, находящегося где-то в самой глубине. Лишь в одной из личных комнат Дарта Вейдера, временно переделанной под медотсек с новейшим оборудованием, шла борьба за жизнь маленького пациента. Давящую тишину прерывали лишь впивающиеся, как остро наточенные ножи, в душу тихие слова личного врача главнокомандующего, Лиара Кирена, произносимые с мрачным спокойствием. — Лорд Вейдер, я всего лишь хирург, не бог. Могу пересадить сердце, удалить опухоль, отрезать что-то в крайнем случае. Кома не по моей части. В данной ситуации моя компетенция заканчивается на контроле работы меддроидов, но и они не всемогущи. Мальчику необходим узкий специалист. Если вы настолько боитесь за него, могу провести его как… Да хоть как! Темный Лорд смотрел на человека, который буквально вытащил его с того света шесть лет назад и собрал заново, буквально по кусочкам. Ему не хотелось верить, что сына придется доверить кому-то другому. Сейчас он мог доверять только Лиару, когда-то навязанному ему лично Императором и теперь впервые за много лет по-настоящему пригодившемуся. — Насколько все плохо? — шипящий голос наводил ужас на незнающего человека, но тот, кто знал Вейдера лучше, легко мог уловить нотки волнения. Доктор замер, осознавая, на кого только что кричал. — Я задал вопрос. На шее мужчины внезапно сомкнулись призрачные пальцы, перекрывая доступ кислорода, впрочем, через мгновение, будто одумавшись, отпустившие доктора, давая возможность глубоко вздохнуть. — У мальчика множественные гематомы, легкое сотрясение мозга, небольшое истощение. Я не обнаружил ничего, что могло бы стать причиной комы, да ещё и столь глубокой. Но в данный момент состояние удалось стабилизировать и, если отправимся в столицу сейчас, то с большой вероятностью успеем помочь вашему сыну. Организм молодой, при должном лечении должен справиться, — просипел доктор и повисло тяжёлое молчание. — Я отдам приказ. Подготовьте Люка к транспортировке. Приняв, наконец, волевое решение доверить сына специалистам, Вейдер кивнул и покинул медотсек. Оставшись один на один с бессознательным мальчиком, доктор подошёл к маленькому пациенту, тяжело вздыхая. — Будто мне одного Скайуокера было мало, — это было сказано настолько обречённо, что если б кто-то находился рядом, ему бы точно стало жаль Лиара. Вейдер же в этот момент несся по коридорам корабля, одним своим видом пугая подчинённых. К радости для них, сейчас главнокомандующему не было дела ни до кого, кроме сына, в данным момент находящегося в его покоях и оплетенного множеством трубочек, капельниц и проводков, поддерживающих жизнь. Вейдер не мог простить себе, что так преступно поздно узнал о существовании Люка. Если бы он прилетел раньше, то его ребенку не пришлось бы пережить похищение и плен у тускенов. Никто не мог даже предположить, как сильно Вейдер корил себя за то, что не сумел уберечь своего ребенка. Как и Падме. Эта встреча с лечащим врачом Люка обернулось ворохом мучительных воспоминаний. Сейчас все мысли Вейдера заняли призраки событий, произошедших почти шесть лет назад. — Эни, я беременна… Всепоглощающая радость, затмившая все вокруг. Тем больнее было падать. — Ты умрешь при родах. — О, — сказала она. И больше ничего. Ей осталось жить всего несколько месяцев. Им осталось любить друг друга всего несколько месяцев. Она никогда не увидит их ребенка. И все, что она сказала: «О». Ее рука тронула его щеку, и он открыл глаза. Карие глаза спокойно взирали на него. — А ребенок? — Я не знаю, — покачал он головой. Тогда он даже не мог представить, что видения правдивы, а Сила сыграет такую дурную шутку и ему придется не только каждый день проклинать себя за смерть Падме, раз в год приезжая на ее могилу, но и видеть буквально на глазах совершенно без причины угасающего сына.***
Ло поморщился. Он любил свою работу, но иногда вышестоящие делали все для возникновения у мужчины противоположных чувств. Десять лет кадетского корпуса, пять лет имперской академии, тринадцать лет полевой работы и, наконец, получение столь желаемого статуса агента самого Императора. И все для чего? Явно не для того, чтобы выслушивать причитания супругов с захолустной планеты. — Повторяю еще раз, — сквозь зубы прошипел Ло. — Вашего сына нашли имперские штурмовики в критическом состоянии, мальчику потребовалась срочная медицинская помощь и… Договорить ему не дал Оуэн Ларс, с еле сдерживаемой ненавистью в голосе прервавший его. — И ее решили оказать не в ближайшей больнице этого сектора, а на самом Корусанте, в центре Империи?! Вы хотя бы врать научились бы, прежде чем людей похищать, молодой человек, — голос Оуэна был напряжён. Ло очень захотелось побиться головой об ближайшую стену и оповестить мужчину, что вообще-то они с ним примерно одного возраста, просто запускать себя так не надо. Однако прекрасно понимал — это еще больше усложнит ситуацию. Сейчас первостепенной задачей, поставленной самим Лордом Вейдером, было уговорить семейную чету полететь на Корусант, вслед за сыном, ещё два часа назад отправленным туда на «Палаче». Самому же Ло следовало выдвигаться не позже, чем через полтора дня, одна треть из этого времени уже благополучно прошла. — Послушайте, я ведь показал вам удостоверение… — Да у нас тут каждый шестой самопровозглашенный император, а агентов еще больше! — закричал мужчина, от злости брызгая слюной, и достал бластер, направляя дуло прямо в голову агента. — Убирайтесь по-хорошему. Ло не оставалось ничего иного, кроме как кивнуть и уйти. А через сутки Ларсов уже насильно сгребли штурмовики из 501-го отряда и засунули в шаттл, отправляющийся прямиком в столицу Империи. Ну, как говорится, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.***
Люка удачно перевели в медицинский центр на Корусанте, обслуживающий всю императорскую семью. Состояние мальчика удалось стабилизировать, но пока что юный Скайуокер ещё не пришел в себя. Находясь в стабильно-тяжелом состоянии под присмотром лучших врачей, Люк уже мог дышать сам, хотя все ещё и был окутан множеством капельниц и датчиков. Пока организм ребенка боролся за свою жизнь, в смежной с его палатой комнате шел разговор на повышенных тонах. С того времени, как Ларсов насильно доставили в центр Империи, уже прошло чуть более недели и они свыклись с мыслью, что Люка и в правду привезли лечиться, а не ради продажи всего семейства в рабство. К их радости, а может и нет, нагоняющего ужас на всю Империю Дарта Вейдера они увидели лишь сегодня в этой комнате, выходящей затонированным с другой стороны окном на палату их приемного сына. Оуэн, приобняв плачущую жену за плечи, рассматривал с виду здорового, но не приходящего в сознание племянника. Он корил себя за то, что оставил ребенка одного. Ведь Ларс знал, что участились нападения тускенов, но был слишком уверен в защите фермы. Это его и подвело. Размышления Оуэна и истерику Беру прервал сам Вейдер, ворвавшийся в комнату широкими шагами. Даже не чувствительные к Силе Ларсы ощущали волну ярости, идущую от главнокомандующего. Глухой голос, изредка срывающийся на крик и прерываемый лишь тяжёлым дыханием Вейдера, заполнил маленькую комнатушку. — Оставить шестилетнего ребенка одного дома! До этого не каждый житель элитного района Корусанта додумается, а это Татуин! Несмотря на безэмоциональный синтезированный голос собеседника, по логике не имеющий возможности выдавать чувства говорящего, Ларс готов был поклясться, что у того сейчас самая настоящая истерика. — С ним был дроид… Беру попыталась заступиться за мужа, но Вейдер даже не обратил внимание на эту жалкую попытку защититься. Он был во власти чувств и сейчас никто не смог бы остановить его, если бы ему захотелось убить людей, подвергших его сына смертельной опасности. Между прочим, у него мелькала мысль казнить Ларсов, но Вейдер здраво понимал, что это расстроит Люка, скорее всего успевшего привязаться за эти долгие пять лет к своим опекунам. — Мне не нужны ваши оправдания. Подумайте лучше, что вы скажете Люку, которому сами подписали смертный приговор. А теперь идите. TC-15, проводи Ларсов в их комнату. Незаметный дроид, сливающийся из-за цвета своей обшивки со стеной, шустро отправился выполнять приказ и через минуту в помещении оставался лишь один Вейдер. Взгляд его визоров был направлен на бессознательного Люка, а мысли витали где-то далеко в прошлом. Великая Сила обволакивала все вокруг, устанавливая между отцом и сыном связь, становящуюся все более крепкой с каждой минутой.
