Мне жаль, мистер Старк

      Питер просыпался очень медленно, сознание к нему приходило как-то неохотно. Первое, что он заметил, еще даже не открывая глаз — ему очень легко дышать, и удобно лежать. Рядом писк какого-то монитора. Открыв глаза Питер понял, что его догадки подтвердились — он находился в башне Старка. Он тут часто бывал, так как постоянно попадал в неприятности, и ему все время требовалась медицинская помощь — то он руку порежет, то сломает, то еще что-нибудь. Врачей тут постоянно не было, а вот комната на всякий случай была. — С пробуждением, Питер, — мягко отозвалась Пятница, что лишний раз подтвердило догадки. И Питер понял, что ему тогда не показалось, что Тони быстро прилетел, и что беспокоился о его состоянии. Но неужели он смог его вернуть к жизни? Точнее, Питер и не уверен, что он умирал, но было максимально близко к этому, и парень это явно помнит. — Кто тут очнулся, надо же, — саркастично произнес мужчина, входя в комнату. — Наш смертник-самоубийца проснулся. Сильно расстроен, что я помешал твоим планам умереть?       Питер на это покраснел и отвернулся. Ему было очень неловко и стыдно, и не знал что на это можно ответить. Со стороны и правда выглядело так, будто он просто хотел умереть. — Простите… — тихо ответил парень, подняв взгляд. — Да, ты уже извинялся, — все тем же тоном проговорил Тони, скрестив руки, и опираясь плечом об косяк двери. — Вначале я даже не понял, за что тебе жаль. Но когда врач показал на твою «татуировку», и из-за чего у тебя настолько сильно ослаблено тело и почему ты умираешь, я понял тебя, — продолжил он, уже более спокойно, но какая-то злость чувствовалось, и напряжение, будто от сдерживаемых эмоций. — Только вот ты мне объясни, Паркер, ты чего сразу ко мне не пришел?! — уже не сдержался мужчина, медленно подходя к кровати. Смотря на такого Старка, Питеру вспомнился его сон, за что стало еще более стыдно.       И было непонятно, что подумал и что решил мужчина. Просто спас жизнь, и все? Один поцелуй, пара дней, и дальше жить как и прежде? Или же… — Мистер Старк… — Хотя не нужны мне твои объяснения, — резко прервал его мужчина, и махнул рукой, отвернувшись. Немного постояв у окна, и смотря на город, он продолжил. — Вот ты вроде молодой, умный парень. Симпатичный, сильный, герой. Тебе нет проблемы найти себе девушку. Или парня… — чуть замялся он, снова поворачиваясь к Питеру. — Ты мне при первой встрече нашей сказал, что если не пользуешься силой, то будешь виноват в том, что не предотвратил. Или как-то так. И неужели это твое кредо изменилось?       Сам Тони не предполагал, что у парня могут быть к нему такие чувства. То есть да, изначально какой-то фанатизм был, потом он постепенно сменился на желание одобрения. Но ведь в последнее время Питер вырос, стал как-то умнее, и не было ничего похожего на какую-то детскую влюбленность. Иногда было раздражение на что-то, иногда какие-то обиды. Но это было как-то по мелочи, и при том хорошо скрывалось. И сейчас выясняется, что его в прямом смысле душила любовь к Старку. Конечно, были иногда случаи в истории, когда люди против своей силы и своих желаний влюблялись в своего соулмейта, и при отвержении того, умирали. Какая-то больная игра природы… И неужели и Питер такой же? — Нет, просто… — вздохнув, начал Паркер. — Понимаете… — не зная как начать, он повторно вздохнул, отметив про себя, что это оказывается так легко и приятно делать. — Я не так уж и много делаю. Есть спасатели — они помогают народу. Есть мстители, есть вы, есть полиция. Я не единственный, не уникальный. Иногда, конечно, помогаю, но это так незначительно… Понимаете, мистер Старк, иногда лучше промолчать о своей больной любви, чем сказать, и этим мучить. К чему-то принуждать, заставлять… У вас и так хватает проблем, чтоб еще и дополнительно со мной нянькаться. Вы не верите в родство душ, вы не верите в любовь, вам не нужны отношения. И вам не нужен несмышленый малолетка, ребенок. И говорить я не хотел, чтоб по возможности не узнали ни о чем. Чтоб на вашей душе не лежала очередная смерть…       Питер понял, что ему вновь стало трудно дышать. Но на этот раз от невыплаканных, выступающих слез, от осознания всего этого, от боли. Он откровенничает с тем, про кого рассказывает. Он не хочет говорить громких слов о любви — и так все ясно, и не хочет принуждать и что-то требовать. — Спасибо вам, что спасли меня. Теперь я постараюсь сделать максимально много, и прожить достойно оставшееся мне время… Раз уж вам пришлось… — снова вздохнул, Питер замолчал. Он смотрел куда угодно, но не на Тони. Он не видел его эмоций в этот момент, и не знал, как расценить его молчание. Но и смотреть боялся. — Я знаю, что это все глупо, и что я еще ребенок, — проговорил он, и посмотрел на мужчину. — Да ты походу сильно головой ударился в подворотне, парень. Отдохни пока лучше, мы позже поговорим, как отойдешь, — ответил Старк, с нечитаемым выражением лица, лишь немного улыбнувшись, будто бы говоря в шутку. — Я буду проверять, чтобы ты лежал, не пытайся сбежать, — сказал напоследок мужчина и вышел.       Такая реакция была неожиданной и неприятной. Питер надеялся получить хоть какой-то ответ от Тони, а не так, чтоб тот выслушал и практически молча ушел. Из-за пережитых эмоций, парень понял, что плачет. Он привык к мысли, что умрет, что не увидит больше мужчину, что не узнает о его мнении. А на деле вышло лишь последнее. Он так и не понял мотивы любимого человека, не узнал о его мыслях, и чего стоит ожидать. И оттого чувствовал себя разбитым. Его практически заставили жить, и даже не дали какую-то надежду. Заперли, как какую-то принцессу, в башне, и сказали отдыхать. Ни о каком отдыхе и речи быть не могло, хотелось лишь сброситься вниз, и разбиться. Точно так же разбиться, как и его сердце только что.       В какой-то степени, получается, что Питер был прав. Его спасли лишь из-за того, что были обязаны спасти любой ценой. Нет, не было и не будет никакой любви, лишь, может быть, привязанность. — Он беспокоился о тебе, Питер, — произнесла ПЯТНИЦА. — Не находил себе места, пока ты был без сознания.       «Даже искин пытается меня поддержать и что-то сказать… — подумал парень, пытаясь успокоиться. — А он даже никак не отреагировал на мои слова…»

***

      Восстановление Питера проходило быстро, прогноз врачей был благоприятный, и добавили, что шанс невелик повторения болезни. А если они начнут хорошо общаться, станут парой, то он проживет долгую жизнь. — Ну, как себя чувствуешь, паучок? — спросил Тони, входя в палату. — Доктор сказал, что теперь все показатели в норме, и нечего бояться. Даже синяки прошли, — добавил он, подходя к кровати.       Питер сидел на застеленной кровати в позе лотоса, и копался в телефоне. Подняв глаза, он чуть смутился, увидев наставника, так и не решив, как себя с ним вести. — Да, и чувствую себя отлично, — чуть улыбнулся он, откладывая телефон. — Теперь я могу уже возвращаться домой, да? — с надеждой спросил Паркер, мечтая возвратиться в свою квартиру, к тете, к школе. Ну, и конечно же, хотелось поскорее уйти отсюда, и постараться забыть о своей любви. Взаимности как таковой он добиться не сможет, а если продолжать так же любить и возводить Старка до уровня героя, то его полоса может вернуться. А это было последнее, чего хотел Питер. Снова все это пережить он не хотел. — Не думал, что ты таким прытким будешь, — произнес мужчина, присаживаясь на стул. — Я думал, что у тебя вопросы будут, — с улыбкой проговорил он, закидывая ногу на ногу, и с интересом поглядывая на парня.       Питер на это стушевался, опустил взгляд. В руки взял телефон, немного его повертел, и положил обратно. Конечно, у него были вопросы, но он боялся услышать ответы на них. Он догадывался, и ему этого вполне хватало, и он просто не готов был услышать подтверждение своих мыслей. Когда он, наконец, посмотрел на собеседника, то увидел насмешливый взгляд, который таил в себе эмоции, и их уже было не распознать. — Ну… Мне кажется, что и так все очевидно. Вам пришлось меня спасти, так как моя смерть будет в любом случае висеть виной на вас, как вы мне однажды сказали, — с усмешкой проговорил он, напоминая. Как и в последний их разговор, только тогда Тони напомнил слова его. — И мне хватает ума не лезть из-за этого к вам на шею, ведь… — «поцелуй означал только мое спасение, и то я его не помню» — У вас своя жизнь, и меня устраивают наши отношения наставник/протеже. И я только надеюсь, что открывшиеся новости не изменят этого.       Питер судорожно вздохнул, безумно боясь показаться глупым ребенком. Хотя, по сути, им он и являлся, тем более что выражение лица Тони это подтвердило. Во взгляде была еще какая-то нежность, и, может быть, умиление. Точнее распознать было трудно, ведь Тони — хороший актер, а Паркер совсем немного думает о другом. — Видимо, я зря надеялся, что подобная дурь выветрится из твоей головы, — чуть насмешливо произнес мужчина, вставая. — Ещё забыл извиниться за свою болезнь, и за нашу связь, — посмеялся он, присаживаясь рядом с парнем, который моментально вспыхнул от этих слов, ведь он думал о том, чтобы сказать это. — Только не говори мне… — начал неверяще он, и засмеялся, потрепав по голове. — Питер, не будь таким ребенком, не заставляй меня чувствовать себя педофилом, пожалуйста. Еще пару таких фраз, и совесть меня убьет быстрее, чем тебя та болезнь, — проговорил Тони, убирая руку на плечо, и как ни в чем не бывало продолжил. — Может, отчасти ты и прав, я не испытываю к тебе тех же чувств. Но ты мне нравишься, Питер, ты мне дорог. И я совершенно точно не хотел бы тебя потерять, что бы ни случилось.       Тони вздохнул, обдумывая свои слова. Короткое признание, казалось бы, он не дал никаких надежд, ничего не обещал. Но все равно было сложно отчего-то это произнести. Старк был не из тех, кто мог спокойно вывернуть душу другому человеку, и не важно, какие чувства к нему испытывает. Всегда легче все держать в себе, говорить шутками и намеками, а внутри сгорать. И теперь, смотря на своего соулмейта, мужчина понимал, что настало время изменить что-то в себе. Он и правда что-то испытывал к этому пареньку, он дорожил им, и готов был дать ему все, что тот только захочет. И если ему в данный момент нужен он сам, то Тони попробует. Попробует его полюбить, построить отношения. В конце-то концов, на то и даны родственные души — идеальные половинки, несмотря ни на что. — Я не могу тебе ничего обещать, Пит, кроме того, что я и правда попытаюсь стать правильным соулмейтом для тебя. Время покажет, получилось ли у меня, но я правда этого хочу. Мне всегда было интересно, есть ли у меня родственная душа, и найду ли я когда-нибудь ее. И я нашел все же, — продолжил говорить он, смотря на Паркера, который просто неверяще смотрел на него. — И я тебя еще успею отругать за твой бездумный поступок, что ты столько времени себя убивал, но ко мне не шел.       Питер не знал как на это отреагировать, и просто опустил взгляд, чувствуя легкое поглаживание по плечам. Ему так хотелось верить в чувства любимого человека, что тот и правда, искренне хотел этого. Но все равно было больно, что его и правда не любят, и вряд ли смогут ответить взаимностью хоть когда-то. Но сам факт того, что Тони и правда готов на это, говорил о многом.Если бы он был нечестен, то и говорил бы по-другому, наверное. Парень не был уже ни в чем уверен, но постарается поверить в Старка, и постарается стать для него хорошим парнем, постарается соответствовать. — Ну что, теперь пошли пообедаем? Пятница заказала что-то вкусное, — улыбнулся Тони. — Можем посмотреть потом фильм какой-нибудь на твой вкус? — сделал максимально доброжелательное лицо, внутри мужчина был неуверен в своих действиях и мыслях. Он знал, как можно ухаживать за девушками, порой женщинами. Он был в этом ас, и всегда знал, что надо сказать или сделать. Но вот с подростками, хоть и соулмейтами… — Ну что, пошли?       Тут же встав, Старк пошел на кухню, все еще обуреваемый неуверенностью. Правильно ли поступал сейчас, стоит ли начинать что-то с Питером, получится ли скрывать. Опять же разница в возрасте, в положении в обществе, и в опыте. Парень еще был невинен, хоть и умен — но не опытен. У него было большое будущее, и с определенными усилиями, он смог бы добиться не меньшего, чем сам Старк, но при этом с большим количеством друзей. И мужчина знал, что наверняка его испортит, если их отношения-таки перейдут на новый уровень. Плюс есть большой шанс того, что Паркер подрастет, и разлюбит его. Лет через пятнадцать Тони будет уже шестьдесят, в то время как самому парню будет только тридцать три. Старик и молодой парень в расцвете сил. Это едва ли лучше совращение малолетнего, как сейчас, ведь пока что мужчина в самом расцвете сил, и связывается с подростком… — Мистер Старк?.. — неуверенно прозвучало где-то сбоку, и увидев вопросительный взгляд, Питер продолжил. — А почему так еды много? Я не очень голоден… — Ну у тебя хороший метаболизм, и нужно много сил на восстановление, — просто ответил мужчина, поймав себя на том, что руки тянуться потрепать голову милого мальчика. ! Он мне почти как сын, будет максимально сложно и неловко… — подумал он. — И во что я ввязался…» — Давай приступай, ничего не хочу слышать.       Далее они сели ужинать, а после смотреть фильм. Включили наугад какой-то популярный ужастик, и ближе к середине поняли, насколько он ужасен был. И только для этого Тони заказал попкорн, чтобы на особо нелепых сценах бросаться им в экран, весело смеясь с Питером. Этот вечер снял легкое напряжение и всякую неуверенность. Стало ясно, что разница в возрасте им не помеха — Старк порой ребенок, причем похлеще Питера, а сам парень умеет рассуждать очень взросло. Это было начало их отношений, когда можно обнять, поговорить и о чем-то порассуждать. Один мог подать какую-нибудь сырую идею, а второй ее подхватить, и улучшить и разработать. Отличный тандем, в котором они порой менялись местами. Один взрослый — чаще расслаблялся и ребячился, в то время как второй научился самостоятельности, и порой одергивал первого. Но обычно, конечно, Тони держался за взрослого, а Питер оставался тем мальчишкой, смущающимся, просящим ласки. И это не было сильно навязчиво, не было неприятно. А даже наоборот, в такие моменты хотелось его обнять, прижать поближе, и не отпускать. И смотря на милый румянец на щеках, как тот лежит рядом под боком, мужчина ловил себя на мысли, что больше особо и не надо.