Discovering the Future

Кейтилин улыбнулась и протянула руку за книгой. — Я могу прочитать следующую главу, — тихо сказала она. Честно говоря, Кейтилин все ещё была ошеломлена описанием падения Брана и отчаянно нуждалась в чем-то, что отвлекло бы её. Она даже не могла представить свою реакцию, если что-то подобное случилось бы на самом деле. Если она была так так потрясена книжной версией, когда на самом деле все были в безопасности, то настоящее наверняка свело бы её с ума. Решительно отодвинув эти мысли на задний план, Кейтилин открыла книгу на нужной странице и, подняв бровь, прочла название главы. — "Джон". Робб и Джон обменялись нервными улыбками. С нетерпением ожидая продолжения, Кейтилин сделала глубокий вдох и храбро начала читать. Джон пытается не думать о том, что это может быть последний раз, когда он поднимается по ступенькам. Арья посмотрела на Джона широко раскрытыми серьёзными глазами. — Это день, когда ты уезжаешь? — требовательно спросила она. Джон грустно улыбнулся ей и недоверчиво покачал головой. Он не мог представить себе, что когда-нибудь снова вернётся в Винтерфелл. Призрак молча идёт рядом с ним. Снаружи кружится снег, и двор полон шума, но внутри замка тихо. Слишком тихо. Он доходит до лестничной площадки и долго стоит, ощущая страх. — Чего ты боишься, Джон? — спросил Бран. Джон только покачал головой. У него действительно была мысль, но она могла оказаться неправильной. Но даже если она была верной, он не хотел об этом говорить. Джон странно нервничал из-за того, что леди Старк прочтёт о нем дальше. Он не хотел усиливать возникшее между ними напряжение. Призрак утыкается носом в его руку, давая ему смелость войти в комнату. Кейтилин ненадолго замолчала. Её глаза уже скользнули по странице, так что она знала, что произойдёт дальше. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с духом. Эта пауза заставила всех остальных странно занервничать. Что находилось внутри этой комнаты? Почему Джон так боялся войти туда? Джон, Нед и Робб уже догадались, что Джон идёт туда попрощаться с Браном. Однако Бран, Арья и Санса все ещё пребывали в замешательстве. Леди Старк стоит рядом с кроватью. — О, — выдохнула Санса. — Бран. Арья посмотрела на сестру и понимающе кивнула. Бран неуверенно оглядел лица членов своей семьи. Разве они не узнали в предыдущей главе, что Бран жив? Из-за чего бы им нервничать сейчас? Однако он не успел обдумать все, потому что его мать продолжила чтение. Голос её звучал твёрдо и решительно. Она дежурила там днем и ночью уже в течение двух недель. Бран уставился на мать широко раскрытыми глазами. Неужели мать действительно делала это ради него? Кейтилин неуверенно улыбнулась и крепко сжала руку Брана, не прекращая читать. Джон нервничал из-за неизбежного будущего разговора с леди Старк, но также не мог не волноваться за Брана. Он ни разу не очнулся за последние две недели? Как долго можно оставаться без сознания, прежде чем умереть от голода? Нед думал о том же самом. Вся эта ситуация казалась ему кошмаром. Его сын пролежал без сознания две недели. Роберт заставил его оставить свою страдающую семью ради этой ужасной должности в Королевской Гавани. Легендарные Иные вновь поднимаются по ту сторону Стены. Всё ещё было трудно поверить, что его мир так изменился бы всего за два месяца, если бы их анонимный друг не прислал бы эти книги. Нед заставил себя посмотреть на своего абсолютно здорового и счастливого сына, чтобы напомнить себе, что все это ещё не произошло. Этого не было и теперь уже никогда не будет. Она ни на минутку не отходила от Брана. Она почти не спала и сама кормила Брана, ни разу не выходя из комнаты. Поэтому Джон до сих пор держался в стороне. Джон молчал, чувствуя себя неловко. Он знал, что леди Старк тоже не получала удовольствия от чтения этой книги. Ему было интересно послушать свои собственные мысли о леди Старк. Всё это очень интересовало его, несмотря на запреты. Но теперь времени уже не осталось. Он на мгновение застывает, боясь заговорить. В открытое окно доносятся завывания волка. — Мой лютоволк, — прошептал Бран, не отрывая глаз от книги в руках матери. Он жалел, что не смог придумать для него имя раньше... Теперь у него уже не было шанса назвать его. Леди Старк смотрит на него, словно не узнавая. Потом она моргает и ровным голосом спрашивает, что он здесь делает. Джон говорит ей, что пришёл попрощаться с Браном. Арья переводила взгляд с матери на Джона. На лицах обоих возникло непроницаемое, пустое выражение. Арье просто хотелось, чтобы они поладили. Почему эта ситуация постоянно такая напряженная? Почему её мать просто не могла быть милой с её братом? Арья вопреки здравому смыслу надеялась, что в этот раз все будет по-другому. В последний раз Джон находился в Винтерфелле. Её разум все ещё не мог полностью осознать эту мысль, поэтому она на время выбросила это из головы. В конце концов, этот момент происходил лишь в далёком для неё будущем. Её лицо бестрастно, волосы спутаны. Она выглядит на двадцать лет старше. Кейтилин резко сглотнула. "Возможно, это самая неприятная глава", — подумала она. Ей не нравилось слушать о своей реакции на падение сына. Но ещё больше её бесило, что в книге об этом рассказывал бастард её мужа. Она ненавидела, что вся семья слушала о том, как она разваливается на части, особенно с точки зрения Джона. Наконец она говорит, чтобы он уходил, ибо его слов о прощании вполне достаточно. Какая-то часть Джона желает поскорее убежать, но он знает, что больше никогда не сможет увидеть Брана, поэтому он нервно входит в комнату и говорит: "Пожалуйста". Сердце Неда оборвалось, когда он представил себе это. Нед никогда раньше не слышал, чтобы Джон говорил такое Кейтилин. Он мысленно умолял жену смягчиться. Джону нужно было попрощаться с братом. Он был сильнее, чем Нед предполагал ранее, и по мере продвижения книги он все больше убеждался в этом. Она повторяет свои слова о том, чтобы он уходил... Кейтилин снова замолчала. Она не хотела это читать. Бросив быстрый, почти нервный взгляд на мужа, она заставила себя продолжать. ... и добавляет, что они не желают видеть его здесь. Джон сглотнул, моргая, чтобы остановить выступившие на глазах слезы. В конце концов, он ожидал такую реакцию и не хотел плакать. Бран сейчас нуждался во внимании и заботе, а не он. Джон взял себя в руки и глубоко вздохнул. Леди Старк плохо соображала от горя, ведь она никогда не сказала бы таких слов в обычных условиях. Когда-то это заставило бы его убежать. Возможно, он даже заплакал бы. Санса молча слушала, широко раскрыв глаза. Слышать это с точки зрения сводного брата было совсем по-другому. Она даже не задумывалась об этом раньше. Сколько раз её сводный брат плакал из-за замечаний её матери? Доводила ли его когда-нибудь сама Санса до слез своим поведением? Почему она никогда не думала об этом раньше? Теперь он лишь злится. Скоро он станет частью Ночного Дозора, и ему придётся столкнуться с более худшими опасностями, чем Кейтилин Талли-Старк. Эта мысль придала Джону смелости. Он раньше никогда не думал об этой ситуации подобным образом, но это было правдой. Если он действительно вскоре собирается присоединиться к Ночному Дозору, ему нужно быть храбрее. Леди Старк не причинит ему вреда. Почему его так волнует то, что она о нем думает? За все эти годы она ни разу не намекнула, что может изменить свое мнение о нем. Это были мальчишеские надежды, а Джон скоро станет мужчиной. Он решил, что ему стоит повзрослеть и попытаться пережить все это. Он говорит ей, что Бран — его брат, а она угрожает вызвать стражу. Он вызывающе отвечает, что она может звать кого угодно, но это не помешает ему увидеть Брана. Он пересекает комнату, подходит к другой стороне кровати и смотрит на Брана. Бран в замешательстве посмотрел на мать. — Почему ты не разрешала Джону навестить меня? — прошептал он. — Ты же знаешь, что я хотел бы попрощаться с ним, не так ли? Кейтилин не ответила, но почувствовала, как её захлестывает чувство вины. Ей действительно стоило позволить Джону попрощаться. Хотя она и могла понять свои сомнения, вызванные двумя неделями постоянного недосыпа и беспокойства, но, несомненно, была рада, что больше не пытается открыто остановить его. Леди Старк держит Брана за руку, и Джон говорит... На этом моменте её голос дрогнул. ... что Бран похож на скелет. Плоть исчезла, и кожа туго натянулась на костях. Ноги Брана изогнуты так, что Джона начинает тошнить, а глаза открыты, но ничего не видят. Бран задохнулся от ужаса. Он никогда не хотел быть таким. Это описание ещё больше напомнило Брану о реальности этой ужасной ситуации, о том, как близко к смерти он был. Даже если в конце концов он очнется, он никогда больше не сможет ходить. Сансу затошнило от этих слов, но она не могла удержаться и слушала их с каким-то извращенным восхищением. Один взгляд на Арью сказал ей о том, что сестра чувствует то же самое. Все видели, что Кейтилин борется со слезами, читая эти строки вслух, но тактично молчали. Все были слишком напуганы, чтобы обсуждать это. Падение сделало его ещё меньше, чем раньше, будто сильный ветер мог подхватить его и унести в могилу. Но под сломанными рёбрами его грудь поднималась с каждым слабым вдохом. Робб посмотрел на Брана, молча сидевшего рядом с матерью и напомнил себе, что брат все ещё дышит. Даже в том ужасном будущем Бран был все ещё жив, все ещё дышал. Эта мысль успокоила его. В реальности ничего подобного не произойдёт. Он почувствовал новый прилив благодарности за то, что у них появились эти книги. Теперь, когда они получили предупреждение, такого никогда не случится. Джон говорит Брану, что сожалеет о том, что из-за страха не пришёл раньше. По лицу Джона катятся слезы, но ему все равно. Он умоляет Брана не умирать и говорит, что все они с нетерпением ждут, когда он очнется: Робб, Арья и Санса. Санса снова тихо заплакала. Бран молча подошёл к ней, и сестра тут же обняла его. Никто из них не произнёс ни слова. Через некоторое время Кейтилин вновь начала читать дрожащим голосом. Леди Старк молча наблюдает за происходящим, и Джон принимает это за согласие. Лютоволк, которому Бран не успел дать имя, снова воет. Джон говорит, что ему пора идти, ведь его ждёт дядя Бенджен. Они должны отправиться на север сегодня без промедления, пока не выпал снег. Он помнит, как радовался Бран предстоящему путешествию. Нед мягко улыбнулся при воспоминании об этом. Он посмотрел на Бран, все ещё видя в его глазах горящую жизнь. Как быстро её можно было погасить. Перед его глазами внезапно возник образ сестры, лежащей на окрававленной постели. Такое могло случиться и с Браном. С его сыном. Эти мысли не желали покидать его голову. Большего Джон вынести не в состоянии. Он смахивает слезы и легонько целует брата. Леди Старк тихо говорит, что очень хотела, чтобы Бран остался с ней. Она не смотрит на Джона. Она бездумно говорит, что молилась всем семи богам, чтобы Нед оставил его с ней и добавляет, что эти молитвы были услышаны. Эту фразу Кейтилин было весьма трудно прочесть вслух. Она не хотела обременять своих детей мыслями, вызванными чувством вины. Кейтилин прекрасно могла представить себе картину, в которой она думает о подобных вещах, однако она не могла и предположить, что мысли эти доведется озвучить Джону. Должно быть, она была действительно вне себя от горя. Джон не знает, что ответить на это. После неловкой паузы он говорит ей, что это не её вина. Её глаза полны яда. Она говорит, что... Кейтилин снова сделала паузу, глубоко вздохнула и закончила фразу. ... не нуждается в прощении бастарда. — Мама! — Арья была потрясена. — Как ты можешь так говорить? Джон был очень добр! —Не надо, Арья, — пробормотал Джон. — Твоя мать ещё не говорила этого. Она ведь очень горевала. Я уже привык к этому слову, и нет смысла сердиться из-за него. — Но.. это же не значит, что нужно так говорить! — сказала Арья, глядя на Джона большими глазами. Кейтилин быстро продолжила читать, желая поскорее закончить эту главу, пока она не свела её с ума. Джон опускает глаза, нежно сжимая руку Брана и прощаясь. Он уже стоит в дверях, когда она зовёт его по имени. Джон в шоке поднял голову. Что же происходит? Он сделал исключение и пришёл попрощаться. Что Леди Старк хотела сказать ему? Он должен идти, но ведь она никогда раньше не называла его по имени. Он оборачивается и она смотрит на него так, будто видит впервые. Кейтилин побледнела, прочитав про себя следующее предложение. Как бы она ни была измучена, как бы ни сходила с ума, она никогда не могла и представить себе, что произнесет вслух эти слова. Посмотрев на семью и на Джона, она сказала: — Перед тем, как я прочитаю эти слова, я хотела бы заранее извиниться. Я бы никогда не сказала подобного при обычных обстоятельствах. Мне... очень жаль. Нед озабоченно нахмурился. — В чем дело, моя леди? Кейтилин опустила глаза и в тревоге закусила губу. Как отреагирует её семья? Она не могла тянуть слишком долго, потому что все смотрели на неё с ожиданием. Она говорит Джону, что он должен был быть не месте Брана. Эти слова ударили Джона, как мешок с камнями. Неужели она действительно так думала? Конечно, Джон с радостью бы пожертвовал своей жизнью в обмен на жизнь Брана или любого из членов своей семьи, но... Каким-то образом он знал, что леди Старк имела ввиду совсем другое. Джон знал, что она ненавидит его и желает, чтобы он навсегда покинул Винтерфелл. Джон знал это всю свою жизнь. Но желать ему смерти? Это было что-то совсем другое. Он изо всех сил старался не заплакать. Он даже не знал, как это воспринять. Арья обвиняюще смотрела на мать. Никто так не говорил о Джоне! Джон был её братом! Как могла её мать сказать такое? Первым тишину нарушил Бран: — Почему ты так говоришь, мама? — прошептал он. Его голос, казалось, эхом разнесся по безмолвной комнате. — Как ты могла? — закричала Арья. — Это жестоко! Мы все пришли в ужас, услышав о Бране, но... Как можно говорить такое?! Джон — член нашей семьи! Нед молча смотрел на жену. Он знал, что она чувствовала себя преданной из-за существования Джона. Он также знал, что она желает его ухода, что её возмущает его присутствие в доме. В конце концов, Кейтилин совершенно ясно выразила свои чувства. Но узнать, что её ненависть находилась на таком уровне, было ново для него. Нед постоянно испытывал противоречивые чувства. Он любил Кейтилин и любил Джона. Эти двое были совершенно разными, но он всегда пытался быть справедливым ко всем. Однако в этой ситуации Нед был полностью на стороне Джона. О чем вообще думала его леди-жена? Кейтилин опустила глаза. Она знала, что все это было неправильно. Но самая большая жестокость заключалась в том, что даже сейчас она прекрасно понимала свои будущие мысли. Ей было стыдно признаться, что даже сейчас, в данный момент, она все равно желала зла Джону. Она любила своих детей больше, чем могла выразить словами. Но не любила Джона. Она ничего не могла поделать со своими чувствами. Однако она было в ужасе от того, что в будущем могла высказать свои мысли вслух. Она никогда не считала себя жестокой, но, возможно, так и было. — Мне очень жаль, — снова прошептала она. Больше сказать было нечего. Следующее предложение она прочла непослушным голосом. Затем она снова поворачивается к Брану и начинает безудержно рыдать. Джон впервые видит её плачущей. Санса отрицательно покачала головой. Вся эта ситуация была слишком тяжёлой для неё. Конечно, ей было жаль Джона. Никто и никогда не должен говорить такое кому-то. Но это была её мать. Санса никогда не видела её плачущей, пока они не начали читать эту книгу. Она никогда не плакала. А Бран уже две недели лежал без сознания в постели, и Санса не знала, что и думать. Поэтому она молчала. Казалось, никто не знал, что сказать. После долгого ошеломленного молчания Кейтилин откашлялась и вернулась к книге. Он долго бредет обратно на улицу. Во дворе все кричат, грузят телеги и сделают лошадей. Робб стоит посередине и выкрикивает команды. Робб заинтересованно выпрясился, чрезвычайно обрадованный сменой темы разговора. Он был зол на свою мать за то, что она сказала такое его брату, но знал, что сейчас нельзя ничего изменить. Он надеялся, что будущий Робб сможет хотя бы немного подбодрить Джона. Джон не заслужил такого, и особенно ему не нужно было, чтобы его последнее воспоминание о Винтерфелле было таким. Он, кажется, вырос за последнее время, будто бы падение брата и горе матери сделали его сильнее. Джон улыбнулся брату. Он очень легко мог себе это представить. Робб был одним из тех людей, которые были прирожденными лидерами. Робб преуспевал в трудных ситуациях. Джон был счастлив, что из всей этой трагедии выходило что-то хорошее. Рядом с ним стоит Серый Ветер. Робб говорит Джону, что его ищет Бенджен. Джон отвечает, что скоро пойдёт к нему. Он оглядывается по сторонам и говорит Роббу, что уходить гораздо труднее, чем он думал. Робб отвечает, что чувствует то же самое. Он спрашивает, навещал ли Джон Брана. Джон молча кивает, не доверяя своему голосу. Робб говорит, что уверен, что Бран не умрёт, и Джон соглашается с ним. Робб понимает, что что-то не так, и нерешительно спрашивает о своей матери. Атмосфера в комнате снова стала напряжённой, и все мысленно подготовились к тому, что Джон расскажет Роббу о случившемся. Робб и Нед с опаской смотрели на книгу, боясь реакции Робба. Они оба надеялись, что он не устроит большой сцены на глазах у всех. Джон был единственным, кто оставался спокойным. Он знал, что ничего не расскажет Роббу, если только он не изменился до неузнаваемости за последние два месяца. Да и как он мог? В конце концов, леди Старк была его матерью. У Джона не было никаких оснований жаловаться. Было бы несправедливо ставить Робба в такое положение. Никто не заслуживает того, чтобы оказаться в центре такого конфликта. Джон говорит ему, что она была очень... добра. Читая эти строки, Кейтилин с удивлением смотрела на Джона, несомненно, благодарная ему за любезность, но все же пытаясь понять его. Зачем бы ему было лгать? Может быть, потому что он действительно сын Неда? Робб резко повернул голову и в шоке уставился на Джона. — Почему ты мне ничего не сказал? — спросил он, нахмурившись в замешательстве. Джон неловко пожал плечами в ответ. Он сам не мог объяснить это. Это было одна из тех вещей, которые Робб никогда не сможет понять. Робб с облегчением вздыхает и улыбается. Он говорит, что в следующий раз, когда они увидятся, Джон будет весь в чёрном, на что Джон отвечает, что чёрный всегда был его цветом. Джон рассмеялся, заставив Робба улыбнуться. Робб заявляет, что они скоро снова встретятся, и яростно обнимает Джона. Джон обнимает его в ответ и просит позаботиться о Бране. Они отрываются друг от друга и неловко смотрят друг другу в глаза. Наконец Робб снова спрашивает о Бенджене, но Джон отвечает, что ему ещё нужно попрощаться, прежде чем уйти. Арья с надеждой посмотрела на старшего брата и улыбнулась. Джон усмехнулся и взъерошил ей волосы. Он был почти уверен, что последнее его прощание будет с Арьей. Он почувствовал знакомый укол грусти, но тут же отогнал это чувство. Сейчас он был здесь и все ещё проводил время со своими братьями и сёстрами. До оружейной можно было дойти всего за несколько минут. Он забирает свой сверток и возвращается в замок. Глаза Арьи расширились. Значит ли это...? Она отказывалась надеяться на лучшее. Но... может быть? Арья сейчас находится в своей комнате, упаковывает сундук, который больше её самой. Нимерия помогает, но как только видит Призрака, садится и скулит. Арья оглядывается и вскакивает, увидев Джона. Она обвивает руками его шею и говорит, что боялась, что он ушёл, потому что ей не разрешали выйти и попрощаться. — Что? — спросила Арья возмущённо. — Но почему? Что я сделала? Джон улыбнулся ей, радуясь, что их отношения не изменились. — Твоя мать наверняка скажет нам об этом, если мы позволим ей продолжить, — прошептал он ей на ухо. Джон смеётся и спрашивает её, что она сделала на этот раз. Арья отходит и строит гримасу, отвечая, что ничего не сделала и даже уже собрала вещи, но септа Мордейн приказала Арье сделать это снова. Арья раздражённо закатила глаза. Септа Мордейн, похоже, действительно по какой-то причине имела на нее зуб. Почему септа не может просто оставить её в покое? Никому не должно быть дело до того, как сложена её одежда! Во всяком случае, во время путешествия они все равно испортятся. По словам септы, вещи Арьи были неправильно сложены, и что леди не разбрасывает свои вещи, как старые тряпки. Джон спрашивает младшую сестру, послушалась ли она. Она отвечает, что одежда все равно испортится, так что какая разница, как она сложена. Арья коротко рассмеялась, радуясь, что вела себя так же, как и сейчас. Даже если её мать изменилась до неузнаваемости, остальные остались прежними. Джон ухмыльнулся над нахальным заявлением Арьи, радуясь, что настроение в комнате стало светлее. Он будет скучать по Арье больше всего, когда уедет. Джон говорит, что принёс ей кое-что, что нужно тщательно упаковать. Её лицо светится от перспективы получить подарок. Джон велит ей закрыть дверь, что она и делает, оставляя Нимерию снаружи на страже. Джон показывает ей подарок, и её тёмные глаза, так похожие на его собственные, удивлённо расширяются. "Меч", — шепчет она. — Ты действительно принёс мне меч? Настоящий меч? — Арья едва сдерживала волнение. — Спасибо! Джон, спасибо, спасибо! — она подбежала к нему и взволнованно обняла. Джон улыбался как идиот, когда обнимал её в ответ, и недавняя сцена с леди Старк совершенно вылетела у него из головы. — Осторожно! — рассмеялся он. — Я ещё не отдал его тебе. — Нет, но ты сделаешь это! — сказала она, неохотно возвращаясь на свое место. Она не могла перестать улыбаться. Ничто не могло испортить её счастливого настроения. Нед и Кейтилин переглянулись. Теоретически они оба не одобряли наличие у Арьи меча, но пока хранили молчание. Настроение у всех наконец-то улучшилось, и им не хотелось так скоро разочаровывать своих детей. Нед решил в ближайшее время поговорить с Арьей о мече. Джон говорит ей, что это не игрушка, и предупреждает, чтобы она не порезалась. Нед бросил на Джона благодарный взгляд за то, что тот объяснил Арье всю опасность настоящего острого меча. Джон ответил ему лёгкой улыбкой. Края достаточно острые, чтобы ими можно было бриться. Арья отвечает, что девушки не бреются, и Джон шутит о ногах септы, заставляя Арью смеяться. Она все ещё восхищается мечом и говорит, какой он тонкий. Джон отвечает, что она тоже тонкая, поэтому он попросил Миккена сделать для неё нечто особенное. Такие мечи — обычное дело в Вольных Городах. Ими не отрубишь голову, но можно проткнуть человека до дыр, если быть быстрым. Арья отвечает, что может быть быстрой. У Арьи все ещё от волнения кружилась голова. Может быть, у неё будут настоящие уроки? Она сможет учиться так же, как Джон, Робб и Бран? В голове у неё крутились разные варианты. Джон говорит, что теперь она должна будет тренироваться каждый день, и показывает, как держать меч. "Первый урок", — говорит Джон. — "Всегда тыкай острым концом". Это заставило всех, кроме Кейтилин и Сансы, расхохотаться. Семья все ещё испытывала облегчение от того, что им удалось побороть напряжение. Они отчаянно нуждались в смехе, чтобы избавиться от неловкости, которая витала в комнате со вчерашнего дня, когда книга была впервые открыта. Арья бьёт его по руке плоской стороной клинка, отчего Джон ухмыляется как идиот. Сейчас Джон улыбался точно так же. Он был так благодарен за свою нерушимую связь с Арьей. Младшая сестра могла вывести его из любого мрачного настроения с невообразимой лёгкостью. Она говорит ему, что и сама знает, какой конец использовать. Арья боится, что септа Мордейн заберёт его и что она не найдёт никого, с кем можно было бы потренироваться, но Джон отвечает, что септа не может забрать меч, если не знает о его существовании, и что Королевская Гавань в тысячу раз больше Винтерфелла, так что найти партнёра будет легко. "И не нужно говорить Сансе.. " — говорят они в один голос и смеются. Санса слушала все это с искренней, едва заметной улыбкой, но после этого замечания она опустила глаза, и улыбка сползла с её лица. Она так старалась радоваться за них обоих, особенно после печали Джона и Арьи в последних главах. Но она не могла не испытывать ревность к их близким отношениям. Почему Арья лучше ладила со сводным братом, чем со своей родной сестрой? Ну почему Арья не может быть больше похожа на Сансу? Сансе очень хотелось бы иметь сестру, с которой можно было бы играть в переодевания, петь, танцевать, заниматься рукоделием и рассказывать истории. С другой стороны, Арья была вполне довольна тем, что проводила время со своими братьями, и вела себя так, словно была одной из них. Как будто Сансы вообще не существовало в мире Арьи. Джон ерошит ей волосы и говорит, что будет скучать. Арья почти плачет и говорит, что хотела бы, чтобы он пошёл с ней. Джон отвечает, что иногда разные дороги ведут к одному замку, так что кто знает. Арья грустно улыбнулась Джону. Она ненавидела саму мысль о его отъезде. Даже если бы отец не взял Арью и Сансу на юг, Джон все равно бы присоединился к Ночному Дозору. Так что им все равно придётся попрощаться, скорее раньше, чем позже. Сейчас Джон чувствует себя гораздо лучше, так что отказывается грустить. Он говорит, что ему нужно идти, так как он не хочет сердить дядю Бенджена. Арья подбегает к нему, чтобы в последний раз обнять. Он смеётся и говорит, чтобы она сначала спрятала меч, что она и делает, прежде чем осыпать его поцелуями. Он идёт к двери, но снова оборачивается. Арья вопросительно посмотрела на Джона, но Джон в ответ лишь пожал плечами. Он тоже ничего не понимал. Должно быть, это что-то очень важное. Кейтилин все ещё чувствовала себя неловко, читая этот разговор, но она видела, что глава почти закончена, поэтому уверенно продолжала. Он говорит, что у всех хороших мечей есть имена. Арья смотрит на свой клинок и спрашивает, какое у него имя. Джон шутливо спрашивает, догадается ли она, ведь это её любимая вещь. Джон и Арья растерянно переглянулись. Казалось, они одновременно обдумывали ответ. — Игла? — сказали они вместе, и это заставило Арью хихикнуть, а Джона улыбнуться. Арья озадачена, но вскоре понимает. Она такая быстрая! "Игла!" — кричат они в унисон. Это заставило Арью засмеяться ещё сильнее, а Джон присоединился к ней. — Игла — хорошее имя, — одобрительно сказал Робб. — Спасибо, — сказал Джон, все ещё радостно улыбаясь. Воспоминание о её смехе согревает его по дороге на север. Эта мысль согрела сердце Джона. Несмотря на ужасное начало главы, конец был положительным. – Глава окончена, — сказала Кейтилин с лёгким вздохом облегчения. Нед оглядел комнату. — Я думаю, нам нужно отдохнуть, — сказал он наконец. Все согласно закивали головами. Все, что они прочитали сегодня, начиная с откровения Ланнистеров и падения Брана и кончая разговором между Джоном и Кейтилин, было очень эмоционально утомительным. — Может быть, снова соберёмся через час? — предложил Нед. — Да, это хорошая мысль, — сказал Робб. Они определённо нуждались в отдыхе. Один за другим члены семьи Старк поднялись со своих мест и вышли из вымнаты, погруженные в свои мысли.