Discovering the Future

— Полагаю, теперь моя очередь читать следующую главу, — сказал Нед, открывая книгу. Никто не возражал, и он быстро нашёл нужную страницу. Он на мгновение закрыл глаза, чтобы собраться с мыслями, а затем прочёл заголовок: — "Кейтилин". Она удивлённо подняла брови. Они уже давно не читали ничего с её точки зрения. Что на этот раз будет происходить в её голове? Ведь Нед и девочки ушли, а Бран... О боги, Бран! Кейтилин чувствовала себя невероятно виноватой за то, что некоторое время не думала о дальнейшей судьбе своего сына. Её разум настолько был переполнен всеми этими новыми открытиями, что она забыла об этом страшном событии будущего. Кейтилин в ужасе закрыла глаза, когда её муж начал читать. Он чувствовала себя совсем не готовой к этому. Через восемь дней после отъезда Неда и девочек мейстер Лювин навещает Кейтилин в комнате больного Брана с бухгалтерскими книгами, говоря, что им давно пора все пересчитать, чтобы узнать, во сколько им обошелся королевский визит. Робб с интересом посмотрел на родителей. — Во сколько же нам обойдётся королевский визит? — тихо спросил он. — Ну, это зависит от нескольких вещей: от того, насколько большой была королевская свита, и от того, сколько еды было съедено во время пиршества. В любом случае, цифры мы будем рассматривать уже после. Было бы  невежливо отказывать королевским гостям в чем-либо, если они об этом попросят, поэтому никогда нельзя быть уверенным заранее, — он улыбнулся сыну, и тот понимающе кивнул. Кейтилин смотрит на Брана и убирает ему волосы со лба, понимая, как они отрасли. Скоро ей придётся их обрезать. Не сводя глаз с Брана, она говорит мейстеру Лювину, что ей незачем смотреть на цифры и что он должен забрать книги. Бран нахмурился и озабоченно посмотрел на мать. Почему она не слушает мейстера Лювина? Что же с ним было не так? Они прочитали в главе Тириона, что он выкарабкается и оправится после падения, разве не так? Бран внезапно почувствовал укол страха, когда отец продолжил чтение. Он не мог оторвать глаз от матери, надеясь на утешение, но её лицо было каменным. Мейстер Лювин протестует, но Кейтилин обрывает его, говоря, что управляющий позаботится о нуждах Винтерфелла относительно продовольственных запасов. Однако мейстер Лювин отказывается уходить, говоря Кейтилин, что управляющий отправился в Королевскую Гавань вместе с лордом Эддардом. Он напоминает Кейтилин маленькую серую крысу, вцепившуюся в эту тему. Робб, Санса и Арья обменялись встревоженными взглядами. Это было совсем непохоже на их мать! Маленькая серая крыса? Мейстер Лювин? Однако все молчали, слушая, как Эддард читает следующее предложение. Она рассеянно кивает в знак согласия. Она думает о том, каким бледным выглядит Бран. Она спрашивает саму себя, не могут ли они перенести его кровать к окну, чтобы он мог получить больше солнечного света. По мере продолжения главы Санса чувствовала себя все более и более неловко. Её мать казалась совсем неузнаваемой, и так странно себя вела. Ухудшится ли состояние Брана после того, как она, Арья и отец уедут? Была ли её вина в продолжающемся сне брата и... странном поведении матери? Она закрыла глаза и молилась, что бы с Браном все было в порядке. Мейстер Лювин все ещё говорит, рассказывая Кейтилин о нескольких назначениях на посты, которые требуют её незамедлительного внимания: им нужен новый капитан гвардии, новый конюший... Кейтилин резко вскидывает глаза. "Конюший?" — спрашивает она голосом, похожим на удар хлыста. Кейтилин была явно потрясена, слушая, как её муж читает эти строки. Она даже представить себе не могла, что ей предстоит пережить в будущем. Было достаточно трудно слушать о падении Брана, но это? Неужели ей предстоит пережить свой самый страшный кошмар?  Она закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями, а затем посмотрела на своего сына, сидящего рядом с ней, здорового, бодрого и живого, сосредоточившись на голосе мужа. Мейстер потрясён её ответом, но пытается объяснить, что Халлен тоже отправился на юг. Кейтилин его не слушает. Её сын лежит здесь... Голос Неда дрогнул, но он продолжил читать. ... сломанный и умирающий... Все вздрогнули, а Бран посмотрел на мать со слезами на глазах. Он сердито потёр их, не желая плакать. Кейтилин потянулась к сыну и крепко обняла его. ... а Лювин хочет обсудить нового мастера верховой езды? Ей совершенно безразлично, что происходит в конюшне! Она громко говорит, что с радостью бы перерезала всех лошадей в Винтерфелле, если бы это помогло Брану открыть глаза. В комнате воцарилась тишина. Никто не знал, что сказать. Её тираду перебивает Робб, говоря, что сам все сделает. Санса испустила дрожащий звук облегчения от того, что будущий Робб прервал ее. Ей не нравилось это слушать. Её мать никогда раньше так себя не вела, насколько Санса помнила за всю свою жизнь. А Бран... Она даже думать об этом не могла. Неужели именно таким будет их будущее? Если это та цена, которую Сансе придётся заплатить за то, чтобы стать королевой и счастливо жить в Королевской Гавани, то она не готова её заплатить. Кейтилин не слышала, как он вошёл. Только сейчас она осознает, что кричала, и её внезапно охватывает стыд. Что же с ней происходит? Она так устала, и у неё постоянно болит голова. Кейтилин, слушая эти слова, испытывала такое же чувство стыда. Её дети не должны слушать о том, как их мать сходит с ума от горя. Особенно Бран. Он должен быть на улице, играть со своими друзьями и братьями, не заботясь ни о чем на свете. Уже не в первый раз Кейтилин пожалела, что таинственный отправитель этих книг не разрешил ей и Неду прочесть их наедине. Семилетний ребенок не должен был быть обременен этим. Кейтилин закрыла глаза и взмолилась, чтобы её будущее "я" не развалилось совсем из-за этой трагедии. Она сомневалась, что её дети будут в состоянии выдержать это. Мейстер Лювин поворачивается к её сыну и даёт ему список тех, кого они могли бы рассмотреть на имеющиеся должности. Робб одобрительно смотрит на имена и говорит, что они обсудят этот вопрос завтра. Он отдаёт список обратно и говорит мейстеру Лювину, чтобы тот оставил их одних. Когда Робб закрывает дверь и поворачивается к ней, она замечает, что он носит меч. Робб почувствовал лёгкую вспышку возбуждения при известии о настоящем мече, но быстро взял себя в руки. На кону стояли гораздо более важные вещи, такие как его мать и брат. Он почувствовал лёгкий стыд за собственные мысли. Робб спрашивает Кейтилин, что она делает. Кейтилин всегда думала, что Робб похож на неё, как Санса, Бран и Рикон с их светлыми волосами и голубыми глазами, но теперь она видит суровое и жёсткое выражение Эддарда Старка на его лице. Глаза Неда потеплели, когда он посмотрел на своего старшего сына, гордясь его зрелостью. Робб слегка смущённо улыбнулся в ответ. Она озадачена вопросом Робба и объясняет, что заботится о Бране. Как он может об этом спрашивать? Робб говорит, что она не выходила из этой комнаты с тех пор, как Бран упал. Она даже не подошла к воротам, когда отец и девочки уезжали. — Правда? — разочарованно прошептала Санса. Никто не услышал её замечания. Санса слегка покраснела, чувствуя себя неловко из-за своего ребячества в такой ситуации. Она хотела, чтобы её мать подошла к воротам и попрощалась с ней, ведь она переезжала на другой конец королевства. Неужели это плохо? Нед продолжил читать, не обращая внимания на мысли дочери. Кейтилин отвечает, что она попрощалась здесь, наверху, а потом смотрела в окно. Она помнит, как умоляла Неда не уезжать из-за случившегося с Браном, но это было бесполезно. Он сказал ей, что у него нет выбора, а потом ушёл, сделав свой выбор. Прочитав это предложение, Нед послал Кейтилин печальный взгляд. Что заставило его вот так просто бросить семью? Своего сына. Свою жену, которая нуждалась в нем и умоляла не уезжать. Чувство долга. Долг и его старый друг Роберт Баратеон. Судя по его главам, он уже начинал жалеть о принятом решении, а ведь он даже ещё официально не вступил в должность. Эддард Старк на мгновение закрыл глаза и помолился, чтобы на этот раз ему удалось принять правильное решение. Вслух она говорит Роббу, что не может оставить Брана даже на мгновение, когда любое мгновение может стать для него последним. Она должна быть с ним, если... Санса не могла сдержать слез, которые текли по её лицу. Она потянулась, чтобы взять дрожащую руку своего брата. К этому моменту в комнате не осталось ни одного сухого глаза. Она протягивает руку и берет его вялую ладонь. Он такой хрупкий и худой, но она все ещё чувствует тепло его кожи. Голос Робба мягок, когда он говорит ей, что Бран не умрёт, что самая большая опасность уже позади. "А что, если это не правда?" — спрашивает она. — "Что, если Бран нуждается во мне?". Робб резко говорит, что она нужна Рикону. Кейтилин почувствовала прилив стыда после этих слов. Рикон! Да что же с ней такое? Даже сейчас, когда все эти ужасы ещё не коснулись её семьи, она находилась в этой комнате с другими своими детьми, оставив трёхлетнего сына на руках у няни. Кейтилин подумала, что в будущем ей нужно вести себя лучше, и решила провести больше времени с младшим сыном этим вечером. Ему всего три года. Он не понимает, что происходит, думает, что все его бросили, и весь день ходит за Роббом и плачет... Робб замолкает, а потом говорит, что тоже нуждается в ней. Он не знает, что делать. Он пытается, но не может сделать все сам. Силы Арьи окончательно покинули её, и она больше не смогла сдерживать слезы. Она сердито вытерла глаза, не желая плакать, но ничего не смогла с собой поделать. Джон послал сестре успокаивающий взгляд и положил руку на её плечо. Голос Робба срывается от волнения, и внезапно Кейтилин вспоминает, что ему всего четырнадцать лет. Она хочет подойти к нему, но все ещё держит руку Брана и не может пошевелиться. Нед озабоченно посмотрел на свою страдающую семью и прервал чтение, чтобы прочистить горло. — Нет ничего постыдного в том, чтобы попросить перерыв, если это кому-то необходимо, — спокойно сказал он. — Если вы хотите, мы можем остановиться здесь и продолжить чтение завтра утром. Старки неуверенно посмотрели друг на друга, пытаясь прийти к какому-то решению. Бран, все ещё обнимающий мать, первым нарушил молчание. — Нет, — сказал он дрожащим голосом, выглядя невероятно маленьким. — Я хочу закончить хотя бы эту главу. Мне нужно знать, что произойдёт дальше. Эддард Старк послал сыну лёгкую гордую улыбку. — Если ты этого хочешь, — согласился он и вернулся к книге. Кейтилин крепче прижала к себе Брана, готовясь к тому, о чем прочитает её муж. Снаружи начинает выть волк, и Кейтилин слегка вздрагивает. Робб говорит, что это волк Брана, и открывает окно, впуская свежий воздух в душную комнату, отчего вой становится громче. Он звучит холодно, одиноко и совсем отчаянно. Кейтилин протестует, ведь Бран должен оставаться в тепле. Робб отвечает, что Бран должен услышать, как они поют. Это заставило Брана мягко улыбнуться. Он так сильно любил своего волка. Когда Нед продолжил читать о том, как Лохматый Пёсик и Серый Ветер тоже присоединились к вою, все Старки начали слегка улыбаться, выпрямляясь на своих местах, словно черпая силу из этих слов. Кейтилин вся дрожит. Горе, холод, вой лютоволков ночь за ночью все продолжаются и продолжаются, никогда не меняясь, и её мальчик лежит сломанный. Самый нежный из её детей, Бран, который любил лазать и смеяться. Она больше никогда не услышит его смеха. Всхлипывая, Кейтилин высвобождает руку и закрывает уши от этого воя. Она кричит на Робба, чтобы тот заставил их остановиться. Она не может этого вынести! Кейтилин даже не заметила, как сильно её трясло, пока Санса, сидевшая рядом с ней, не сжала её руку. В ответ она одарила свою старшую дочь едва заметной благодарной улыбкой. Как странно было быть одной из тех, кого утешают собственные дети. Она помнила то недавнее время, когда все было совсем наоборот. Она не замечает, что падает на пол. Рядом стоит Робб, который подхватывает её и обнимает. Он говорит мягко, чтобы она не боялась, и что волки никогда не причинят им вреда. Робб помогает Кейтилин добраться до кровати в углу комнаты и велит ей немного поспать. Робб посмотрел на свою мать, которую с обеих сторон окружали Бран и Санса, широко раскрыв глаза на протяжении всего абзаца. Он никогда не видел, чтобы она вела себя так, как описано в этой книге. Убитую горем, в панике, с трудом дышащую. Как он мог ей помочь? Что же случилось с Роббом за эти последние несколько месяцев, что он стал таким взрослым, таким уверенным и спокойным? Робб повернул голову и встретился взглядом с Джоном, который был так же поражён этой главой, как и все остальные. Они обменялись беспомощными взглядами и вновь повернулись к отцу, пытаясь сосредоточиться на его спокойном голосе. Волки все ещё воют, и Кейтилин кричит Роббу, чтобы он закрыл окно. Робб подходит к окну, но останавливается, потому что вдруг слышит лай множества собак. Он хмурится, говоря, что они никогда не лаяли раньше. У него перехватывает дыхание, когда он видит огонь, и его лицо бледнеет. Семья запаниковала после такого поворота событий. — Что происходит? — спросила Арья, широко открыв глаза. Всё проигнорировали её вопрос, слишком потрясенные, чтобы ответить. Нед медленно продолжил чтение, чтобы понять, что происходит. В конце концов, как эта ситуация может стать ещё хуже? Первая мысль Кейтилин — о Бране, и она настойчиво просит Робба помочь перенести его, но он не слышит ее. Он говорит, что горит библиотечная башня. Кейтилин облегченно вздыхает. Бран в безопасности. Робб смотрит на неё так, словно она сошла с ума, и велит ей оставаться здесь, а сам выбегает из комнаты за помощью. Кейтилин слышит крики паники снаружи, когда люди разбегаются. Она запоздало осознает, что вой прекратился. Голос Неда дрогнул и оборвался, когда он кинул взгляд на следующий абзац. На его лице появилось хмурое выражение, но прежде чем он смог заговорить, его семья попросила немедленно продолжить чтение. — Мои извинения, — тихо пробормотал он, прочищая горло, чтобы продолжить чтение. Кейтилин  произносит еще одну благодарственную молитву и закрывает окно. Когда она оборачивается, вместе с ней в комнате находится какой-то мужчина. Казалось, все чуть ли не задохнулись от шока и страха. Всё замерли на своих местах, не отрывая глаз от книги и отчаянно нуждаясь в объяснении. Он медленно бормочет, что она не должна была быть здесь. Никто не должен был здесь быть. Арья нахмурилась, широко раскрыв глаза. — Что он задумал? — прошептала она. Никто её не услышал, кроме Джона, который в ответ только смущённо и нервно пожал плечами. Это мужчина маленького роста, худой и грязный, и Кейтилин не узнает его. В руке у него кинжал. Кейтилин смотрит на нож, потом на Брана, и шепчет "нет". Кейтилин отрицательно покачала головой. Этого просто не могло произойти. Она крепче прижала к себе сына, не отрывая глаз от книги, которую держал в руках её муж. Мужчина отвечает, что это милосердие. Он итак уже мёртв. "Нет", — снова повторяет Кейтилин несколько раз, но уже громче. Она пытается позвать на помощь, но мужчина тут же оказывается рядом, одной рукой закрывая ей рот, а другой прижимая кинжал к горлу. Кейтилин словно застыла на месте. Ей хотелось заглушить голос мужа, но она не могла сдвинуться с места. Робб хотел вскочить на ноги от гнева. Как этот человек посмел поднять руку на его мать? Джон положил руку на плечо брата, пытаясь успокоить его. — Этого ещё не случилось, Робб, — тихо сказал Джон. — Мы собираемся это изменить. И мы изменим. Этого никогда не случится. Робб все ещё тяжело дышал, но все же откинулся на спинку стула. Отец упорно продолжил читать, стараясь говорить спокойным тоном. Его вонь просто ошеломляет. Она протягивает руки и хватает клинок обеими руками, оттягивая его от своего горла. Санса крепко зажмурилась, молясь, чтобы эта проклятая глава наконец закончилась. Ей это совсем не нравилось. Непрошенные картинки этой сцены продолжали лезть ей в голову. Воображение буйствовало. Схватить острое лезвие голыми руками.. Санса едва сдержала дрожь. Он ругается прямо ей в ухо. Её пальцы скользят от крови, но она не отпускает кинжал. Он ещё крепче закрывает ей рот, и она не может дышать. Кейтилин поворачивает голову и изо всех сил кусает его за руку. Мужчина хрюкает от боли и отпускает её. Она глубоко вздыхает и кричит, а он хватает её за волосы, тянет вниз, а потом встаёт над ней, дрожа всем телом. Он все ещё держит кинжал и тупо повторяет, что её здесь не должно было быть. Кейтилин видит, как в открытую дверь входит какая-то фигура. Раздаётся низкий рык, и мужчина оборачивается как раз в тот момент, когда волк прыгает. Все испустили слабый вздох облегчения. Их мать будет в порядке. Даже Бран, который последние несколько минут прятал голову на груди Кейтилин, пытаясь отгородиться от всего этого, начал неуверенно улыбаться. Волк хватает его за горло, и крик человека длится меньше секунды. Бран вздрогнул, когда отец прочёл это предложение. Его тёплая кровь струится по её телу. Кейтилин содрогнулась от этого мысленного образа, но была невероятно благодарна волкам за то, что они существуют. Однако она была все ещё потрясена услышанным. Мысль о том, что все это произойдёт через два месяца, была просто невыносима. Волк смотрит на неё. Она понимает, что это волк Брана. Конечно, это он. Арья и Бран обменялись неуверенными улыбками. Бран на самом деле хотел сбегать на кухню и обнять своего волка, но пока оставался на месте, так как его отец ещё не закончил главу. Робб только улыбнулся, испытывая головокружительное облегчение от того, что худшее в этой главе уже позади. Постепенно все в комнате начали улыбаться. Волк подходит ближе, обнюхивает её и облизывает, чтобы очистить от крови, а затем поворачивается и ложится на кровать рядом с Браном. Кейтилин начинает истерически смеяться. В таком состоянии её находят Робб, мейстер Лювин и сир Родрик, ворвавшиеся в комнату в сопровождении половины стражников. Нед бросил на жену встревоженный взгляд, проверяя, как она справляется со всем этим. В ответ она послала ему лёгкую ободряющую улыбку. Теперь, когда весь ужас этой главы был позади, она, конечно, все ещё пребывала в шоке, но больше всего её волновало благополучие сына и выяснение личности человека, который напал на неё. — Продолжай читать, любовь моя, — тихо сказала она Неду. Ей нужно было узнать об этом больше. Как только она перестаёт смеяться, её заворачивают в одеяла и уносят в её покои. Старая Нэн помогает ей принять горячую ванну. Мейстер Лювин приходит позже, чтобы перевязять её раны. Порезы на её пальцах очень глубокие, а кожа головы болит от того, что мужчина вырвал несколько волос. Мейстер Лювин даёт ей маковое молоко, чтобы помочь уснуть. Через четыре дня она снова просыпается. — Через четыре дня? — выдохнула Санса, бросив на мать обеспокоенный взгляд. Должно быть, она действительно была очень больна, если проспала четыре дня подряд. Все после падения Брана кажется ей просто ужасным кошмаром, но боль в руках напоминает ей, что все это было на самом дело. Она чувствует себя слабой, но так, словно с неё сняли огромный груз. Она велит слугам принести ей хлеба и мёда, а мейстеру Лювину сменить повязки. Слуги повинуются, выглядя удивленными. Кейтилин вспоминает, какой она была все это время, и ей становится стыдно. Сейчас Кейтилин чувствовала то же самое. Её немного пугала мысль о том, что она способна вот так запросто развалиться на части, вплоть до пренебрежения своими детьми. Если случится нечто подобное, Кейтилин мысленно поклялась себе, что никогда не позволит себе такого. Она сделает все возможное, чтобы остаться сильной и сохранить свою семью. Она подвела своих детей, своего мужа и свой дом и решает, что это больше не повторится. Она покажет северянам, насколько сильным может быть Талли. Нед тихонько хихикнул, читая эти строки, и почувствовал гордость за свою жену, которая все преодолела. Она была невероятно сильна, и он не сомневался в её способности взять на себя ответственность и сделать все необходимое, чтобы защитить Винтерфелл и их семью. Появляется Робб, а за ним Теон Грейджой, Родрик Кассель и Халлис Моллен, который, как объясняет Робб, является новым капитаном гвардии. Нед одобрительно кивнул. Халлис Моллен был хорошим человеком и прекрасно подходил для этой работы. Робб явно принял хорошие решения, когда возглавлял Винтерфелл. Кейтилин тут же спрашивает их о том мужчине, но, по-видимому, никто в Винтерфелле не знает его имени. Со всеми этими незнакомцами из королевской свиты, заполнявшими Винтерфелл в последнее время, он мог быть кем угодно. Грейджой говорит, что мужчина прятался в конюшне, а Робб добавляет, что они нашли место, где он спал. Там был мешок с девяноста серебряными оленями, спрятанными под соломой. — Девяносто серебряных оленей? — спросил Робб, недоверчиво глядя на отца. — Кто же заплатит столько, чтобы... — он не смог закончить фразу. Нед покачал головой в ответ. — Мы узнаем больше, если продолжим читать, — сказал он, возвращаясь к книге. Кейтилин с горечью говорит, что хорошо знать, что жизнь её сына не была продана дёшево. Халлис Моллен смущается и спрашивает, уверенна ли она, что он собирался убить мальчика. Грейджой добавляет, что это безумие, но Кейтилин уверена и повторяет, что он приходил за Браном. Кейтилин объясняет, что он постоянно бормотал о том, что её не должно было там быть. Он, должно быть, поджёг библиотеку, думая, что она побежит её тушить. План сработал бы, если бы она не была наполовину обезумившей от горя. Робб спрашивает её, зачем кому-то понадобилось убивать Брана. Он всего лишь маленький мальчик, спящий и беспомощный... Кейтилин бросает на сына вызывающий взгляд и говорит, что он должен хорошенько все обдумать, если собирается однажды править Севером. Члены семьи посмотрели друг на друг, и в головах у них мелькнула одна и та же мысль. — Ланнистеры, — прошептала Арья. — После того, что Бран увидел в башне... Конечно, у них мог быть запасной план, — очень тихо сказал Джон. Прежде чем Робб успевает ответить, слуги возвращаются с подносом, полным хлеба, мёда, масла, ежевичного варенья, бекона, сыра, яиц в смятку и мятного чая. Они принесли гораздо больше, чем она просила, и, глядя на всю эту еду, Кейтилин обнаружила, что у неё нет аппетита. Мейстер Лювин входит в комнату сразу после слуг, и Кейтилин сразу же спрашивает его о сыне. Он опускает глаза и отвечает, что состояние Брана не изменилось. Именно такого ответа Кейтилин и ожидала. Её руки пульсируют от боли. Санса послала матери встревоженный взгляд. Она знала, что ничего этого на самом деле не было, но в любом случае ей не нравилось читать о своей матери, страдающей от боли. Она смутно подумала, сколько времени потребуется, чтобы такая серьёзная рана полностью зажила. Неужели это вообще возможно? Или у её матери навсегда останутся жуткие шрамы? Она отсылает слуг прочь и спрашивает Робба, если ли у него ещё какие-то ответы. Робб говорит, что кто-то боится того, что Бран может проснуться. Боится того, что он может сказать или сделать. Услышав это, мать Робба улыбнулась, а отец одобрительно кивнул. Робб почувствовал странный прилив гордости за свой ответ, хотя на самом деле ничего не сделал в реальной жизни, чтобы заслужить одобрение родителей. Кейтилин гордится им и говорит, что ответ был очень хорош. Она поворачивается к новому капитану стражи и говорит ему, что они должны охранять Брана. Когда он спрашивает у неё инструкции, она отвечает, что её сын — нынешний хозяин Винтерфелла. Робб становится немного выше и говорит, что один человек всегда должен быть в комнате больного, один за дверью, и ещё двое внизу лестницы. Робб добавляет, что волк Брана тоже может оставаться в комнате, и Кейтилин соглашается. Как только Халлис Моллен выходит из комнаты, сир Родрик спрашивает её, рассмотрела ли она кинжал, которым воспользовался убийца. — А почему кинжал так важен? — спросила Арья, нахмурившись, изо всех сил пытаясь осознать все, что произошло. — Вполне возможно, что на рукояти был выгравирован герб или какой-то другой символ, — тихо объяснил Джон. — На нем могут быть даже инициалы или имя. Арья улыбнулась брату и понимающе кивнула. Сухо улыбнувшись, Кейтилин отвечает, что в силу сложившихся обстоятельств ей не удалось рассмотреть его поближе, но она может поручиться за его остроту. Нед подавил смешок, когда прочитал это. Честно говоря, даже лёжа в постели раненая, даже всего через несколько дней после того, как в комнату её сына ворвался вооружённый человек, Кейтилин не потеряла своего остроумия. Он восхищённо покачал головой и продолжил чтение. Он объясняет, что нож был в руках злодея. Клинок из валирийской стали, рукоять из драконьей кости. Такой кинжал слишком хорош для такого человека, а это значит, что кто-то дал его ему. Нед задумчиво кивнул. Он ожидал чего-то подобного. Похоже, Ланнистеры не пожалели денег на осуществление своего плана. Кейтилин задумчиво кивает и просит Робба закрыть дверь. Она говорит им, чтобы они поклялись в том, что ни одно из сказанных ею слов не покинет эту комнату. Если хотя бы часть её подозрений верна, то Нед и девочки попали в смертельную опасность, и одно словно, попавшее в чужие уши, может стоит им жизней. Теон Грейджой говорит, что лорд Эддард Старк для него как второй отец, и клянётся никогда никому не рассказывать о том, что он сейчас услышит. Робб нежно улыбнулся, зная, что это правда. Он не мог не желать, чтобы его лучший друг читал эту книгу вместе с ними, хотя он знал и понимал, почему это должно было быть ограничено лишь их семьёй. Сир Родрик, мейстер Лювин и Робб тоже дают ей слово. Кейтилин рассказывает, что её сестра Лиза считает, что Ланнистеры убили её мужа, десницу короля. Кейтилин помнит, что Джейме Ланнистер не присоединился к охоте в тот день, когда упал Бран, а остался здесь, в замке. После её слов в комнате воцаряется мертвая тишина. Кейтилин говорит, что она не думает, что Бран сам упал с той башни. Она думает, что его сбросили. Семья внимательно слушала, как Кейтилин излагала в книге свою теорию. Лицо Кейтилин было старательно непроницаемым. Было все ещё слишком странно слышать её мысли. Сир Родрик говорит, что это чудовищное предположение. Даже Цареубийца не стал бы убивать невинного ребёнка. Теон Грейджой не согласен с такой оценкой Джейме, а Кейтилин напоминает сиру Родрику, что гордости и честолюбию Ланнистеров нет предела. Мейстер Лювин задумчиво говорит, что мальчик всегда был уверен в своих силах. Бран почти ничего не говорил во время этой главы, все ещё слишком потрясенный, чтобы все понять, но внимательно слушал, хоть все это и было невероятно трудно для него. Однако, услышав это, Бран слегка улыбнулся. Ему нравился мейстер Лювин. Лицо Робба темнеет от гнева, и он выхватывает свой меч и кричит, что если это правда, то сам убьёт его. Глаза Неда стали суровыми и неодобрительными. Однако он предпочел промолчать, желая услышать, что скажет сир Родрик. Было бы несправедливо отчитывать Робба за то, чего он ещё не делал. Сделав глубокий вдох, Нед продолжил читать, испытывая облегчение от того, как близка была эта глава к завершению. Сир Родрик тут же делает Роббу выговор. Он должен убрать меч. Ланнистеры находятся в сотне лиг отсюда, и Робб никогда не должен обнажать свой меч, если действительно не собирается им воспользоваться. Смутившись, Робб убирает меч в ножны, внезапно снова становясь похожим на ребёнка. Кейтилин говорит сиру Родрику, что время пришло. Возможно, скоро Винтерфеллу понадобятся все мечи, и явно сделанные не из дерева. Теон Грейджой торжественно говорит ей, что если уж на то пошло, то его дом в большом долгу перед ними. Мейстер Лювин напоминает им, что все, что у них есть, — это догадки. Им нужны доказательства, если они хотят обвинить любимого брата королевы. Она не отнесётся к этому легкомысленно. Сир Родрик говорит, что кинжал — это доказательство, и Кейтилин понимает, что есть только одно место, где можно найти истину. Кто-то должен отправиться в Королевскую Гавань. Кейтилин нахмурилась. Она боялась, что до этого дойдёт. Зная тот небольшой объем информации, она даже поддержала это решение и поняла, почему оно было принято. И все же, вопреки всем надеждам, Кейтилин молилась, чтобы ей не пришлось покидать Винтерфелл. Может быть, существовал какой-то другой путь, другой вариант, который она ещё не рассматривала? Кейтилин не считала разумным оставлять троих своих детей одних в Винтерфелле, тем более что с момента попытки убийства прошло всего несколько дней. Робб тут же вызывается пойти сам, но Кейтилин решительно говорит ему, что его место здесь. В Винтерфелле всегда должен быть Старк. Нед мрачно кивнул в знак одобрения. Он был рад, что его жена действительно понимает этот простой факт жизни. Посте пятнадцати лет, проведённых на севере, она действительно стала северянкой. Она смотрит на сира Родрика, мейстера Лювина и молодого Грейджоя и не знает, кого послать. И тут она понимает. Она с трудом откидывает одеяло своими туго забинтованными пальцами и вылезает из постели, говоря, что пойдёт сама. Мейстер Лювин предупреждает, что Ланнистеры встретят её с подозрением, а Робб смущается, спрашивая о Бране. Неужели она собирается его бросить? Кейтилин кладёт руку ему на плечо и говорит, что сделала для Брана все, что могла, и, как напомнил ей Робб, ей ещё нужно было думать о других своих детях. Теон замечает, что ей понадобится большой эскорт, и Робб предлагает послать с ней отряд гвардейцев, но она отказывается. Она предпочла бы, чтобы Ланнистеры не знали о её приезде. Она согласна взять с собой сира Родрика, но не поедет по Королевскому тракту. Они поедут в Белую Гавань, а там сядут на корабль. Если повезёт, то они прибудут в Королевскую Гавань задолго до Неда и Ланнистеров. А потом они увидят то, что увидят. — Конец главы. В ней многое произошло, — сказал Нед, закрывая книгу. — Что вы думаете об этом? — Я думаю, нам нужно отдохнуть, — заметила Кейтилин, глядя на своих детей. Все они были явно эмоционально истощены после этой главы, и она чувствовала себя не лучше. Бран благодарно кивнул на это предложение. Арья виновато подавила зевок. — Может быть, встретимся уже завтра утром? — предложил Робб. — Тогда у нас будет время поесть, поспать и подумать обо всем, что мы узнали сегодня. Все закивали, довольные этой идеей. После нескольких минут оцепенелого сидения, глядя друг на друга, Старки начали подниматься один за другим в надежде поесть и хоть немного отдохнуть.