Список дел

— Тебе бы сделали выговор, знаешь? — Знаю. — И, возможно, штраф. — Понимаю. — Эгоцентричный показушник. Юнги фыркает. Чимин расплывается в улыбке. Ну ушел он вчера красиво, и что? Вообще-то, Чимин переживал весь вечер и сейчас очень благодарен Юнги за то, что тот не стал идиотничать. Нашел ключи, закрыл студию и не дал Чимину получить втык. И он хочет сказать «спасибо», хочет поблагодарить, но у него странные ощущения, вроде застрявшего в жопе шила. Это все Милли и ее влияние, Чимин в этом уверен. — Поэтому ты здесь? Чимин шумно тянет сок через трубочку. У них обед, и Чимин наконец может расслабиться. Он вчера забирал Милли с английского при параде и с подарочным пакетом в руках. Там лежал набор с уходовой косметикой. Сунан такой пользовалась и очень хвалила. Говорила, что одна из самых лучших фирм. Набор потом передался той самой мамочке, которая Чимина выручила. А ее сыну достались сладости. Чимин теперь образцовый папочка и самый лучший мужчина. Чимину не привыкать. Он лишь улыбнулся и сказал «Не стоит» на благодарности. Потом бросил между прочим, что преподает в институте. Планка репутации медленно поползла вверх. Следом Чимин, вздыхая, поведал о разводе и что вот совсем-совсем не успевает и чувствует себя плохим отцом. Отныне Милли забирают из садика и отвозят на дополнительные занятия, а оттуда прямиком домой. И все это не Чимин. Он, конечно, в промежутках думает, как бы все устроить иначе. Но Милли пока не жалуется. Хотя сегодня — да. Сегодня она звонила и плевалась ему в трубку. Чимин собрал ланч и случайно положил свой зеленый чай без сахара Милли, а себе забрал ее сок. Ну ничего, сегодня он откупится вредной газировкой. Все-таки плохой отец он не только по ощущениям. — Ну что ты на меня так смотришь? — Чимин не выдерживает пытливого взгляда и даже мысли о дочери не спасают. — Как «так»? — Как ученый на подопытную мышь. Юнги давит смешок, но это любопытство на его лице никуда не девается. — Потому что ты странная мышь. Другие сразу дохли, а ты продолжаешь дергать лапками. Чимин хочет запустить в него коробкой от сока. — Я тебе все еще хён! И кто еще из нас эгоцентрик? — Мне, правда, интересно, хён. Ты выглядел как глубоко увязший в быте семьянин. — И чем же тебя привлек такой скучный тип? — Это, скорее, я тебя привлек и потом решил не отгонять. Не знаю. Ты хорошо выглядишь, знаешь? Чимин гнет брови. Ему немного обидно, хотя и неудивительно. — Это грубо. — Как есть. — Тогда зачем ты здесь все еще сидишь? Пустых столиков много. — Просто пытаюсь понять... Зачем? Ты правда из-за меня? Эта мысль не дает мне покоя. Чимин вздыхает и закатывает глаза. — Да, правда. Как ты сказал? Я был погрязшим в быте семьянином. Ты меня вытянул на поверхность, и мне понравилось. Поэтому я избавился почти от всего, что тянуло меня обратно вниз, и приехал сюда. — Чимин, мы просто переспали несколько раз. — Ты не веришь в любовь с первого взгляда? — Господи, ты серьезно?! Чимин наблюдает, как с Юнги слетают слои один за одним. Чимину нравится, когда Юнги не может держать лицо. Чимину нравится выбивать его из колеи. Возможно, если бы Чимин поступил более опрометчиво, если бы Милли осталась с Сунан, он бы прилетел сюда на крыльях надежды и шмякнулся лицом в грязь. Но... у Чимина Милли, Юнги не главная его забота, поэтому ему забавно. Ему, конечно, жаль, что вот так. Чимин и правда капельку влюбился, но в нынешней ситуации ему почти плевать. У него было много времени, чтобы подумать и осознать. — Я абсолютно серьезно. И да, Юнги, мы переспали всего несколько раз. Я последний раз прошу об уважении. Чимин складывает палочки. Его контейнер пуст. У него впереди окно, и он может просто расслабиться. Чимин смотрит, как Юнги откидывается на спинку стула и складывает руки на груди. Чимин видит насколько это выглядит оборонительно, он знает почему. Когда Чимин перестает улыбаться и говорит абсолютно серьезно, хорошим он больше не кажется. — А иначе? — А иначе эту работу ты тоже потеряешь. Юнги дергает плечом. Щурится и пронизывает взглядом. Чимин снова расслабленно улыбается: — Я шучу. Просто прекрати грубить. Я же от тебя ничего не требую. Юнги не выглядит расслабленно. Чимина это веселит еще больше. Чимин может, конечно, сделать гадость. Но он не думал об этом серьезно. Просто капельку встряхнул. То, что было между ними, Чимину понравилось. Это было ярко, было сочно и горячо. Но уже понятно, что дальше так не будет. Чимин тогда сыграл свою роль. Юнги — свою. Это легко сделать, когда встречи коротки. Но теперь, когда они рядом, притворяться сложнее и, по всей видимости, в таком амплуа они друг другу не подходят. Чимин забирает контейнер, не забывает прихватить мусор и, задвинув стул, уходит. У него есть пустой танцевальный зал и целых полтора часа на рефлексию, а после будет не до этого. После он забудет и больше не станет вспоминать.

***

— Так где твоя жена?.. Хён? Чимин стискивает зубы и оборачивается. Юнги чуть позади, но быстро подстраивается и идет сбоку шаг в шаг. — Осталась в Пусане. — А почему дочь не с ней? — По решению суда. Юнги, такое ощущение, что ты меня преследуешь. — Не я прилетел за тобой из другого города. — Я уже начинаю об этом жалеть. — Неправда. Чимин тянет воздух между сжатых зубов. Несмотря на их разговор и вроде поставленную точку, Юнги крутится вокруг. Чимина это напрягает, потому что Юнги играет. Снова. Он теперь не такой загадочный, но все равно цепляющий... Цепляющий острыми коготками, царапающий. Не больно, но до дрожи. — И как ты, справляешься? Нанял кого-то? Няню? — Нет. Милли не понравилась эта идея. — Тогда как? Ты целыми днями здесь. — Какая тебе разница? — Интересно... Ты раздражаешь меня, знаешь? — Взаимно. Чимин косит взглядом на Юнги, тот отвечает тем же. Чимин толкает двери и в последний момент все-таки придерживает их, чтобы не припечатали Юнги. На улице холодно. Начало зимы выдалось морозным. Чимин опускает голову, пряча подбородок в шарф, и как-то на автомате вскидывает руку, ловя Юнги под локоть. Выпал первый снег. Хотя снегом назвать тяжело. Мелкая труха, буквально на полсантиметра. Этого хватило, однако, чтобы сделать из плитки каток. Лестница и площадка на входе вся обита резиновыми полосками, но Юнги умудрился встать между и поскользнулся. Чимин капельку сожалеет, что не позволил ему разбить затылок, и одновременно радуется своей реакции. — Как насчет кофе? Юнги спрашивает вместо благодарности. Чимин смотрит, как сгустились сумерки и включились фонари. Только шесть вечера, но задерживаться не стоит. Милли час как дома, и Чимин хоть и стал более спокойно оставлять ее, но задерживаться просто так не любит. Мало ли что. — У меня нет... — Времени? — Именно, — Чимин кривит губы, отпускает чужой локоть и, ухватившись за перила на всякий случай, спускается вниз. — Такой занятой? — У меня ребенок дома один. — И что? Ты танцуешь ей с бубном? Чимин обычно не думает о рукоприкладстве, но сейчас — да. Юнги переходит от игры в провокацию, и Чимина это злит. Однако он реагирует на это... никак. Пожимает плечами и молча спешит к парковке. Кажется, температура минусовая. У него склеиваются ресницы. Ощущения паршивые. — Давай вдвоем? — Вдвоем что? — Ты будешь танцевать, а я займусь бубном, вроде как моя тема. — Твоя тема — рояль, и ему в моем доме будет тесно. — Я ведь и обидеться могу. Чимин смеется. — Юнги, у меня пятилетняя дочь, я привык. Юнги толкает плечом. Несильно. Да и плитки под ногами больше нет. Поэтому Чимин еле заметно отклоняется вбок, но делает вид, что даже не заметил. — И все-таки? Чимин останавливается у машины. Достает брелок. Снимает с сигнализации и хватается за ручку. Стоит пару секунд, размышляя. — Ты на машине? — Нет. Чимин размышляет еще немножко, потом тянет на себя. Замок щелкает, дверь открывается. — Забирайся, — Чимин кивает на противоположную сторону и садится сам. Пока машина прогревается, он трет руки друг о друга, потому что не надел перчатки, и молчит. Юнги на удивление тоже притих. На нем черный пуховик, достаточно большой, чтобы Юнги вжал шею и спрятался в ворот по самые уши. Да и вообще, пока Юнги шел, выглядело все как обычно. А сейчас дутая ткань как-то разрослась и скрыла все очертания фигуры, оставив только непонятный ком с черноволосой макушкой на поверхности. — Замерз? — Ну как бы не лето. Юнги отвечает изнутри своего укрытия, глухо и хрипловато. Чимин прибавляет мощность печки и плавно двигается с места. Надо бы еще остановиться где-то ближе к дому и купить кофе, потому что дома у Чимина нет. Он его не пьет. А Юнги вроде как хотел? А еще нужно придумать, что сказать Милли. И чтобы она ни в коем случае не ляпнула про нового папочку. Чимин сгорит со стыда, и Милли придется возвращаться к старой мамочке. Чимин уже знает, что Милли это абсолютно не по нраву, хотя все еще удивляется такому факту.