Воин и кадет

851 год. ― Смотри внимательно, ― Зик продемонстрировал Кольту набор медицинских игл с разными диаметрами отверстий. ― Этот вводишь в вену на левой руке, а те два ― в позвоночник. Запомнил? Кольт кивнул. Он прекрасно помнил назначение каждой иглы, каждой трубки, катетера и колбы ― пустой или наполненной обезболивающей жидкостью. Даже присутствовал во время нескольких процедур забора, но все равно нервничал. Зик заверил, что, если Кольт ошибется, ничего страшного не произойдет. Они даже пренебрегли стандартной техникой безопасности и решили проводить процедуру в жилой комнате штаба ― это ли не доказательство, что Зик полностью уверен в самоконтроле. Кольт даже думать не хотел, сколько людей может погибнуть, если Звероподобный гигант не выдержит боли и обратится. Кольт вздохнул, стараясь унять дрожь в руках. Нельзя обманывать самого себя, ведь на самом деле он не за марлийское командование и свою жизнь волнуется, а боится причинить наставнику боль сильнее, чем положено. Процедура забора спинномозговой жидкости была обязательна для каждого Воина в Марли. Примерно раз в полгода носители гиганта являлись по повестке в пункт забора и в течении суток сдавали от двухсот до трех тысяч миллилитров жидкости. С элдийцами не церемонились. Сковывали по рукам и ногам, вводили катетеры и оставляли в одиночестве на бесконечные часы. Возвращались только когда назначенная нормой или военным заказом емкость была заполнена. И никогда никого не волновало, что Воин за толстой, укрепленной на случай обращения в гиганта, стеной кричит от боли. В первый час еще можно было терпеть, но уже со второго тело начинало бить крупная дрожь. Потом шли судороги, резкое охлаждение конечностей, учащение сердцебиения, но это были мелочи по сравнению с быстро увеличивающейся болью в каждой клеточке тела. Боль крутила мышцы, заставляя рваться из оков, удерживающих Воина на месте. Иногда, чтобы Воин не прокусил себе язык, ему вставляли кляп ― ни сглотнуть, ни крикнуть. Оставалось только сходить с ума, чувствуя, как твое тело буквально горит, распадаясь на волокна, которые продолжали болеть, рваться, умирать… Все ради усиления военной мощи Марли. Из-за того, что на материке остались только Звероподобный и Перевозчик, такие процедуры редко длились меньше суток. Это была настоящая пытка. После первого наблюдения за этим процессом, Кольт долго не мог успокоиться. Он выдержал только час наблюдения ― с восьмого по девятый час забора. Просто стоял и смотрел, как Зик корчится на столе от боли, плачет, но не просит прекратить. Кольт смотрел и не мог заставить себя сделать шаг ни в сторону Зику, ни к двери. Смотрел и не чувствовал, как по щекам текут слезы. Очнулся только когда Тео Магат потряс его за плечо и сказал уйти. Кольт подчинился, а потом, отойдя от увиденного, услышал странный слух: говорили, что Магат, несмотря на запреты и здравый смысл, зашел в комнату и ― что вообще звучало как бред сумасшедшего ― стал говорить с Зиком, успокаивал и чуть ли по голове не гладил. Странный, неправдоподобный слух, но Кольту очень хотелось верить, что командующий поступил именно так. Ведь Кольт, еще не зная, насколько мучительна процедура забора, в запале обещал Воину быть с ним рядом, но просто не смог. Понимание, что Зик все-таки не был все время один, немного грело душу, хотя груз вины продолжал давить. Он ведь подвел своего наставника… Странно, но когда Кольт набрался смелости и извинился, Зик не был зол. Лишь грустно усмехнулся и пробормотал, что в первый раз не продержался и тридцати минут. «В этот раз я не сбегу», ― думал Кольт, постукивая по шприцу, чтобы убрать пузырьки воздуха. Про себя он ужасно жалел, что нельзя использовать обезболивающие, которые совсем недавно вошли в повсеместный обиход армии. Исследования показали, что от них ухудшается качество сыворотки из спинномозговой жидкости. А вот средство для стимуляции регенерации крови использовали ― Зик сказал ввести ему двойную дозу. Трудно было абстрагироваться, когда вводишь иглу в живое тело, ― Зик морщился, но молчал. Значит, Кольт делал все правильно. «Он просто не любит чужие прикосновения», ― успокоил себя Кольт. Убрал руку от последнего катетера, сел у изголовья кушетки и стал как завороженный следить за первой желтой каплей, поползшей по прозрачной трубке. Представил себя на месте Зика, вздрогнул то ли от понимания, что когда-нибудь будет также лежать, связанный по рукам и ногам, то ли от нервного напряжения. Зик сказал, что процедура забора займет не больше трех часов, около часа потратили на подготовку и отсоединение Воина от сложной системы забора. А что, если Зика резко вызовут на собрание или он понадобится Магату? Как ответить без вреда для командира? Кольт не был наивным дураком и понимал, что это не просто практическое занятие по не самой приятной стороне силы гиганта. Зик под носом у марлийского главнокомандования создавал нелегальную партию спинномозговой жидкости ― практически смертоносного биологического оружия для элдийцев и всех, кто окажется рядом. И это пугало. Не то, чтобы Кольт не верил своему наставнику ― кому же верить, если не ему. Додумать Кольт не успел. ― Ну что, пошло? ― спросил Зик. Он лежал лицом в подушку и выглядел вполне хорошо, если не брать во внимание нескольких кровавых пятен вдоль мест, в которые входили катетеры, и бледности. Голос его был спокоен. ― Да, но пока медленно. ― А ты думал, что оно хлынет? Не будь наивным. Если бы это было так просто, мы бы не лежали на столах сутки на пролет. «И не мучились бы от процесса восстановления еще неделю», ― подумал Кольт, но вовремя прикусил язык. Эта фраза могла задеть самолюбие Зика, а Кольт слишом уважал своего наставника, чтобы так бестактно поступить. ― Кольт, что молчишь? ― Я просто… Извините, я прослушал. ― Понятно. Я тут его благодарю за то, что он мне помогает, ― хмыкнул Зик и поморщился. Страшно хотелось курить ― никотин также вредил качеству жидкости. Быстрее, чем обычно начали цепенеть пальцы на ногах. Нужно было срочно отвлечься. ― Сэр, я там… Гитару принес. Хотите? Я немного играю. Несильно хорошо, но все-таки, ― Кольт жутко нервничал, предлагая это. ― Я слышал, что раненным солдатом помогает заснут. Может от музыки вы сможете немного поспать. Зик скосил взгляд, чтобы рассмотреть кадета, и Кольту показалось, что он заметил в глазах, не прикрытых сейчас стеклами очков, удивление. Йегер молчал какое-то время. Молчал и Кольт, но заговорили они вместе: ― Простите, я не должен был такое предлагать. ―Сыграй, но чуть позже, хорошо? ― Вы уверены, сэр? ― Кольт почувствовал такую радость и прилив сил, что чуть не вскочил с места. Он был счастлив, что хоть чем-то сможет облегчить боль Зика. Но ему пришлось взять себя в руки. ― Погоди. Я сказал Магату, что буду заниматься с тобой тактикой и военной историей. Не нужно его полностью обманывать. ― Конечно, сэр. ― Расскажи мне все, что ты знаешь о веществе «СМЖ дробь три». ― «СМЖ» или «спинномозговая жидкость» была известна в узких кругах с момента появления первых элдийцев. Считается, что первоначально после смерти предыдущего носителя, его потомков охватывал приступ каннибализма. Ели даже кости. Следующим носителем становился тот, кто первым добирался до костного мозга в позвоночнике. ― Переходи к использованию в военных операциях. ― Битва под Бертрудой является первым задокументированным упоминанием массовой атаки диких гигантов. Точнее называть ее «бойней». Военные историки короля Фрица Восьмого, прозванного Кровавым, писали, что король приказал раздать своим солдатам напиток, который якобы предаст им сил. А потом он совершил действие, именуемое «Криком войны». Волна агрессивных гигантов снесла марлийский город Бертруда и прилегающие населенные пункты с лица земли. После этого данная тактика стала использоваться во всех военных операциях Элдийской империи. Во время так называемой Войны семей, когда враждовали Девять правящих хранителей силы Имир, данная тактика привела к полному уничтожению населения двадцати крупных элдийских городов. Потери со стороны Марли и других стан до сих пор не поддаются подсчетам. Кольт говорил долго и очень подробно, а сам наблюдал, как бледнеет лицо Зика, как начинают подрагивать его сжатые в кулак пальцы. Не замолкал, потому что заметил, что наставник внимательно его слушает, цепляясь за его голос, и тем самым отвлекаясь от возрастающей боли. ― В наши дни распространена тактика позиционной войны, что затрудняет использование гигантов. Они не могут преодолеть минные поля и огненные рубежи. В связи с этим, многоуважаемое Марлийское командование, ― Кольт по привычке понизил голос. ― А в частности главнокомандующий Тео Магат и командир Воинов Зик Йегер разработали тактику проникновения уже зараженных элдийцев на территорию вражеского города. Взрывы от их обращений наносят непоправимый урон стратегически важным объектам и моральному духу противника. Инновационным прорывом стала разработка формулы химического оружия, в состав которой входит «СМЖ дробь три», ― Кольт настороженно посмотрел на колбу, которая уже практически была заполнена. «Такой хватит на человек двести. Еще сотню гектар непригодными для жизни элдийцев сделает». ― Данная формула используется для непредвиденного прорыва обороны противника, а также тотального уничтожения. В полной мере тактику проверили и доработали во время боевых действий на острове Парадиз, где Зик Йегер блестяще провел операцию… ― Хватит, Кольт. Не цитируй газетные сводки. В них правды как в… ― Зик устало вздохнул. Его трясло. ― Все ты знаешь. Лучше сыграй, раз хотел. Кольт кивнул, борясь с желанием укрыть страдающего командира пледом, и пошел за гитарой. Сел в метре от мужчины, проверил настроены ли струны. Начал играть долгую, спокойную, много раз повторяющуюся мелодию. И хотя он иногда сбивался и фальшивил, а пальцы с непривычки болели так, что, казалось отвалятся, Кольт не переставал играть. Видел, что Зик, убаюканный мелодией, забылся болезненным сном. Иногда он стонал, морщился, когда мелодия прерывалась, и Кольт играл, останавливаясь только чтобы заменить полную колбу на пустую. За отведенные три часа они набрали около семисот миллилитров. Всего подобных встреч было пятнадцать. И каждый раз Кольт играл, а Зик слушал, не прося большего. После, слегка восстановившись и поблагодарив Кольта, смотревшего на него с таким беспокойством, что начинало щемить сердце, Зик забирал колбу и передавал ее людям Елены. Первая партия особого вина вот-вот должна была отправиться на остров Парадиз.