Бой за планету

      Двое надсмотрщиков медленно тащили споровую колонию от малого улья к центральному. Похожая на выкорчеванный пень масса плоти волочила по земле корни и цеплялась за все подряд. Они старались приподнять груз выше, чтобы не терять клубни-наросты с запасом питательных веществ и ресурсов, но им просто не хватало сил. Наконец они добрались до симбиотического ковра и расслабили щупальца. Те соскользнули с жесткой коры-шкуры колонии и повисли плетями. Полная живительных соков плоть глухо шлепнулась на сикр и из ее корней полезли белесые отростки. Надсмотрщики же развернулись и медленно поплыли в сторону одинокой горы на границы долины с низиной.       «Назад, отдохните», — приказала им Королева, наблюдавшая за доставкой очередной партии ресурсов из малого улья. Так и не подобравшие щупалец надсмотрщики тут же опустились на землю и стали в буквальном смысле сдуваться. Их шарообразные тела опали и теперь они походили на вспученные половые тряпки с размохрившимися до крайней степени краями. Рядом с переводящей дух парой шлепнулась очередная споровая колония, а принесший ее повелитель, бодро развернулся и, помахивая собранными в пучок щупальцами, словно подгоняя самого себя, полетел к горам на юге. Там, укрытая вершинами, возле давно потухшего вулкана, располагался юный, но уже весьма производительный улей.       «И все же баланс мне не удержать», — печально щелкнула жвалами Королева. В маточниках заканчивали созревание первые крушители, скоро они выберутся наружу и их придется кормить. И рост следующей партии обеспечить надо. И об охотниках с подавителями забывать нельзя. И плеватили с прыгунами. Еще и жнецы. «Довольно откладывать», — решила Королева, и приказала надсмотрщикам с воинами первых поколений собраться возле Улья.       Она и без того совершила маленькое чудо, сумев удержать баланс роя при таких нагрузках, но дальше так продолжаться не могло. Тем не менее, Королева собиралась сделать все возможное, чтобы отсрочить момент разбалансировки идеального бинома роя. «Давно пора пощипать конкуренток. И без того затянула. Заодно и от лишних ртов избавлюсь», — подумала она, и заскрипела плотно стиснутыми жвалами.       Ее злила необходимость самой разрушать идиллию мирного развития. Раздражала мысль отправлять наиболее слабых членов роя на убой, вместо переработки. Бесила неизбежность траты времени на войну, а не на радость возни с балансом роя. Но весь ее опыт говорил — в покое не оставят. А ориентированная на войну часть сознания уже давно кричала — ты слишком увлеклась налаживанием экосистемы роя и упускаешь время.       И вот, когда, не смотря на все ее усилия, нарушение выверенного механизма стало неизбежным, она вняла этим голосам и начала действовать. Изначально Королева планировала посадить на надсмотрщиков наиболее старых боевых особей, усилить их стаей охотников и отправить на север. По ее задумке, они должны были совершить облет по большой дуге и атаковать малый улей восточного роя. Но один из повелителей, ведущих наблюдение за стальным роем, обнаружил разведчика золотых в южных горах. Тот следил за малым гнездом стальных, и у Королевы возникла идея атаковать сразу две цели.       Усилив надсмотрщиков повелителями и увеличив численность десанта, она отправила отряд по первоначальному плану, но не стала усиливать его охотниками. На них у нее были другие планы. Правда, их выполнение пришлось немного отложить. Королева решила дождаться, когда вылупятся пополнения летунов, ведь крылатым воинам предстояло действовать в одиночку. Впрочем, она не видела в задержке ничего критичного, наоборот, благодаря этому десант повышал шансы незаметно подобраться к цели.       «Но это все равно не повлияет на его судьбу», — подумала Королева, и поспешно отринуть неприятную мысль, сосредоточившись на мясистом грибообразном шпиле, шляпку которого украшала бахрома из коконов. Вот ближе к вечеру один из них треснул, разошелся на всю длину, словно кто-то стручок сдавил, и сквозь широкую щель стал выбираться новорожденный охотник.       Лапки, еще светлые от не затвердевших в должной мере покровов, уцепились за край, раздвинули его, вытянулись, ухватились за край грибовидной шляпки шпиля и вытянули наружу розовое тело. Поскрипывая жвалами, охотник пополз вверх. Его крылья перестали обнимать панцири и больше не напоминали наброшенную на швабру половую тряпку. Теперь они стали чем-то сродни подолу длинного платья, волочащегося за спиной и колышущегося от порывов ветра.       Вскоре на мясистой шляпке собралось новое поколение охотников. Он впились в сочную плоть вырастившего их шпиля и жадно утоляли голод. Их покровы на глазах темнели, становясь прочнее и тверже. Крылья разглаживались, многочисленные жилки в них наполнялись кровью, а в утробе чудовищного яйцеклада зрели живые ракеты.       Когда небо стало золотистым от опускающегося к горизонту светила, охотники, словно по команде, прекратили насыщаться и поползли к краю шпиля. Там, среди бахромы пустых коконов уже висели новые личинки. Они прилепились задней частью тела к шляпке, выпустили капилляры-корешки и уже успели немного раздуться от тока питательных веществ.       Охотники не обратили внимания на неутомимо работающих жвалами личинок. Они не помнили, как вот так же спешили сжевать коконы предыдущего поколения. Все это было в прошлом, а потому не имело значения. Охотников манило небо. Они ощущали волю роя, чувствовали нетерпение собратьев, их недовольство из-за задержки. Охотники прыгнули, расправили крылья, заработали могучие мышцы и меняющие массу тела органы. Миг, и падение перешло в крутой, практически вертикальный взлет. Секунда-другая, и молодое поколение пронзило телами облачный покров, присоединилось к заждавшейся стае и познало радость прямого приказа Королевы.       Перемахнув через южные горы и пройдя над малым ульем, стая резко снизилась и полетела на юго-запад. Охотники старались держаться ближе к земле, старались подобраться к цели незаметно, ударить первыми. И вот, под утро, когда угасла заря, стая прилетела к перевалу. С победным клекотом, пища от предвкушения, охотники устремились в небо.       Ракетные башни и шагоходы обнаружили опасность сразу. Но как ни быстра оказалась их реакция, их атака запоздала. Впрочем, даже успей они упредить охотников, это ничего бы не изменило.       Живые ракеты разминулись с мертвыми, прорвались сквозь огонь автопушек и ударили в цель. Танки, бункеры, солдаты, шагоходы и оборонительные башни утонули в огне. Охотники торжествовали. Казалось, ничто не могло выжить в разверзшемся на земле пламени. Смерти сородичей и быстро зарастающие ранениям и вовсе не придавали значения. «Вперед», — распорядилась Королева, но тут из пыли, копти и дыма вылетели новые ракеты и ударили трассеры.       «Какие живучие», — восхитилась Королева, и чуть завистливо прищелкнула жвалами. «Надо покорить конкуренток, такие воины пригодятся в битве за право новой экспансии», — размышляла она, почти не следя за тем, как охотники добивают уцелевших защитников и крушат малый улей стального роя. Лишь когда с этим оказалось покончено, Королева вновь отвлеклась от мыслей и сосредоточилась на происходящем.       Только интересовала ее не стая охотников, победно и довольно бестолково мечущаяся над уничтоженным ульем, а следящий за каньоном повелитель. Даже не он сам, а разведчик золотого роя.       Разумеется, удачно спрятавшийся в камнях зонд Нила оставался на месте. «Вот и славно», — подумала Королева и, от избытка чувств, прижала усики. «Вперед», — послала она мыслеобраз радующейся победе стаи.       На миг ей стало жаль охотников, ведь она послала их на смерть. Малый улей стального роя в западной части каньона имел куда более надежную оборону. Охотников было слишком мало, чтобы справиться с десятками ракетных башен и шагоходов, но этого и не требовалось.       Королева не собиралась побеждать. Она собиралась расчистить путь. Соблазнить открывшейся возможностью золотой рой. Спровоцировать его на удар по стальному. Ведь добить раненного врага — так просто, так легко, так выгодно… «Я бы не устояла», — честно призналась она самой себе и отстранилась от охотников.       Она как бы со стороны осмотрела рой, точнее взглянула на него сразу глазами всех его составных частей, убедилась в его прекрасном самочувствии, проверила дозревающих крушителей, и лишь затем сосредоточилась на десанте. Надсмотрщики и повелители уже добрались до северных гор и теперь, прячась за высокими, покрытыми снегом вершинами, стали забирать западнее.       «Еще не скоро», — поняла Королева, но решила не отстраняться и просто понаблюдать. Не хотелось ей видеть гибель охотников. А о слабости их крыльев перед осколочными повреждениям она уже узнала, и даже придумала, как решить проблему. «Все равно для зреющих на шпиле поздно менять геном», — успокоила она себя мысленно и предалась наблюдению за игрой света на снегу. Раньше ей не приходило в голову рассмотреть его с такого близкого расстояния.       «На кристаллы похоже», — сообразила Королева, и эта мысль ее так поразила, что она аж зашипела от накатившего на нее восторга, а когда один из перегруженных десантом надсмотрщиков вытянул щупальце и зачерпнул снега, у нее и вовсе что-то сродни экзистенциального шока случилось. Даже мысль идти своим путем, а не следовать шаблонам Роя, не поразила ее так, как след на снегу и блеск кружащихся в солнечном луче снежинок.       Ощущение от множества смертей охотников, приглушенное Ульем и повелителями, заставило Королеву встряхнуться и вернуться к делам. Но теперь она точно знала мерило идеального, нет, Абсолютного баланса роя. До тех пор, пока отстраняясь от роя и обозревая его в целом, она не будет впадать в восхищенное, лишенное мыслей оцепенение, ее работа не может считаться законченной.       Десант принялся забирать южнее, выходя на цель, а Королева сосредоточилась на паразитах. Ее неудачные творения наконец-то достаточно разрослись и дозрели до того, чтобы поставлять хоть какую-то информацию. Пока весьма судную и отрывочную, но Королева знала — скоро это изменится, а пока ей хватило и общего ощущения суеты в центре золотого роя. «Клюнули или нет — не важно», — подумала она и приказала атаковать.       Идущие налегке надсмотрщики приняли на себя обжигающие споры огненных цветов и выстрелы защитников. Ценой жизни они дали следующим за ними возможность высадить десант. Прыгуны и плеватели обрушились на воинов золотого роя, связали их боем и тогда в дело вступили повелители. Они перемахнули через сошедшиеся в остервенелой свалке силы и высадили десант прямо возле чужого Улья. Затем, почти не пострадавшие, они взлетели повыше и отошли в сторону, зависли над кряжем и стали наблюдать.       Через них Королева видела, как пал последний защитник, до последнего сражавшийся у входа в улей. Она видела, как прыгуны разрушают последние огненные цветы, а плеватели уничтожают парящие над землей голубые, полупрозрачные камни в золотистой оправе. Наконец, под многочисленными ударами полыхнуло синим и погасла невидимая защита Улья.       «Странная и неудобная конструкция», — думала Королева, смотря десятки взрывающихся шипов, проломивших стену. Прыгуны ворвались внутрь и растерзали рабочих особей, попытавшихся задержать их в квадратных тоннелях. «Какое бесполезное и нерационально расходование материала», — отметила Королева.       Когда в Улье золотого роя не осталось никого, она приказала уничтожить его. Победа далась намного легче, но это не влияло на судьбу десанта. Плеватели, сейчас разрушающее пирамидальное строение, и прыгуны, разламывающие все, до чего только могли дотянуться, оставались лишними и наименее приспособленными к войне особями.       Когда повелители заметили на горизонте точки приближающихся летунов противника, Королева велела им укрыться в горах. Поставив себя на место хозяйки золотого роя, она пришла к выводу, что обязательно бы попытается найти и уничтожить их охотниками. «Но я бы не стала искать повелителей рядом с погибшим ульем», — шевельнула она усиками, и отстранилась.       Ей не хотелось видеть и чувствовать гибель десантников. Она предпочла присутствовать при рождении крушителей.