Бой за планету

      Выбравшись из глубочайшей медитации Нил открыл глаза и посмотрел на лежащее перед ним тело храмовника. Внешне, он был практически его полной копией, если не считать лишенного рта и носа лица, едва заметного отличия в оттенки материализованной из пси-энергии плоти, а так же забыть о выглядывающего из груди кончика пси-кристалла искусственного очага.       «Ну вроде все в порядке», — подумал Нил, развеивая соединяющую его и храмовника сеть импульсоводов. Хрустнув суставами Нил поднялся и размял затекшую шею. Затем прогнулся, потянулся и покачнулся от прилившей к голове крови. «Да уж, нелегкая это работа», — хмыкнул он и отправился на террасу.       Все равно храмовника еще предстояло энергией напитать, а засунуть его в саркофаг и послушники могли. Чем, собственно говоря, они занялись, когда помощник передал им соответствующий приказ. Конечно, он мог и без посредничества обойтись, но чуть ли не полноценное копирование собственного разума отняло столько сил, что Нилу оказалось проще озадачить голосом пробу, чем напрягать истощенное тяжелым и кропотливым трудом сознание.       Подставив лицо теплым лучам, Нил прикрыл глаза и откинулся на нагретую стену. На этот раз он не стал сползать по ней, предпочтя остаться в вертикальном положении. И без того засиделся, а так хоть какая-то работа мышцам. Немного постояв и бездумно повпитывав тепло светила, он вспомнил одну из многочисленных лекций наставника. Суть ее сводилась к банальной максиме — ноги работают, голова отдыхает. Ноги отдыхают, голова работает».       «Почему бы и нет», — пожал плечами Нил и, оттолкнувшись спиной, отправился гулять по террасе храма. Прибегающий с гор ветерок создавал приятный контраст жгучим лучам звезды, тело радовалось движению, на сердце было легко и спокойно, и голова сама собой заработала. Вот только завертевшиеся в ней мысли оказались не самыми радужными.       Когда Нил свернул за северо-восточный угол, сработал призыватель, и толпа проб кинулась растаскивать кубики овеществленных ресурсов к парящим в сторонке пилонам. Целой россыпи пилонов. Помощники не слишком церемонились и просто сваливали в кучу принесенное. Оставленные ими кубы начинали тут же истаивать, вновь становясь энергией и перемещаясь в пилоны. Процесс шел не без потерь, но переправлять таким экзотическим способом ресурсы с малых колоний оказалось выгодней.       «Еще и безопасней», — подумал Нил, и тем самым задал направление мыслям. Впрочем, они бы все равно на войну свернули, ведь за северо-западным углом его ждали врата и парящие над ними первые носители. Мощные проекторы маскировочного поля скрывали оружие победы от любопытных глаз. Нил перестраховывался, не надеясь на тройное кольцо обороны основной колонии. Полюбовавшись великолепными красавцами и вздохнув, он продолжил путь, но его разум окончательно заняла война.       «Надо действовать, хватить откладывать», — сказал он себе, когда добрался до того же места, с которого начал путь. «Замкнул кольцо», — усмехнулся он определенному символизму, но не стал отвлекаться и тратить время на бесплодные мысли. «Откровенно говоря, ты просто хочешь вновь окунуться в битву и испытать себя», — хмыкнул Нил, направляясь к саркофагу.       Храмовник плавал в потоках пси. Его глаза уже открылись, но еще не стали излучать свет. «Ничего, за этим дела не станет», — подумал Нил, создавая импульсовод. Лезть в саркофаг не хотелось, и дело тут было не в недостатке места. «Видимо еще не достаточно размялся», — подумал он, пересобирая шестиугольные экраны так, чтобы видеть их со своего места.       Времени на это ушло немного, но все же больше, чем Нил потратил на осмотр собственных владений. В принципе, он и не ожидал увидеть или узнать что-то новое. В конце концов, случись нечто выходящее за весьма узкие рамки, он бы узнал первым. Так что он просто визуально уточнил кое-какие детали и принялся командовать.       Первым делом приказал воплотить в Храмах призыватели. Теперь, когда у него есть храмовник, подобная трата энергии и ресурсов имела смысл. Все же, рисковать собой Нил не хотел. Не тот уровень противостояния для подобного, а вот конструкт — это другое дело.       Следующим приказом стало воплощение Храма на военной базе в отрогах. Разумеет, можно было и призывателем обойтись, но Нил решил позаботиться о безопасности храмовника. В конце концов, он потратил на него столько времени и сил, что любой Малый Храм просто мерк на этом фоне. «А ведь придется еще двоих сделать», — подумал Нил, и его кожа стала серой, но он быстро взял себя в руки. «Раз надо, значит надо», — сказал он решительно, и задавил в зародыше росток лени, чудом пробившийся сквозь волю.       Раздав еще с десяток мелких, чисто хозяйственно-бытовых приказов, Нил перешел к главному — планированию атаки малых колоний противника. Мудрить он не стал. Скомандовал послушникам и разрушителям грузиться в транспорты, а эскадрильям Звездных прогревать двигатели и накачивать накопителей.       «Ударим по базе у одинокой горы и быстренько отскочим», — зажмурился на миг Нил, представив бой. «Нет, мое дело командовать», — буркнул он, покосившись на храмовника и, вернувшись взглядом к карте, прочертил на ней прямую линию. «Не усложняй то, что просто», — утешился он древним изречением и стал спокойно наблюдать за сбором рейдового отряда.       Тут-то ему и поступил сигнал зонда-разведки из каньона. «Что-то у меня плохие предчувствия», — буркнул Нил, смотря на самоубийственную атаку измененных. Малая колония отступников была лакомым, но чересчур твердым камешком. Именно поэтому он собирался атаковать куда менее защищенную колонию у одинокой горы в долине. «Но ведь это шанс», — сказал он самому себе, когда последний крылатый воин рухнул на одну из немногих целых бешен периметра. «Прорваться они не прорвались, но защиту уничтожили. Может это все спектакль для меня?» — задумался Нил. «Нет, они бы могли разбить меня совместным ударом, а это… в худшем случае потеряю Звездных, но это не критично», — хмыкнул он, все еще ища аргументы против, но уже понимая, что не сможет упустить подвернувшийся шанс. «Но силы распылять не стану. Сначала налет Звездными на отступников, а потом, если это не ловушка и они вернуться, атака на измененных», — решил Нил.       Наземные силы еще продолжали грузиться в транспорты. Послушники закрепляли сложивших ноги разрушителей и сами окутывались полями безопасности, а эскадрильи Звездных уже неслись на юг. Нил решил действовать быстро, нагло и в лоб, но все же счел нецелесообразным прорываться через оборону плато. Потому-то его авиации и пришлось потерять немного времени на облет предгорий вне зоны контроля отступниками.       Наконец, выйдя к непроходимым скалистым гребням северо-западной части каньона, эскадрильи задрали носы и форсировали двигатели. Они буквально перебросили себя по баллистической траектории через препятствие. Подобно снарядам чудовищных пушек они обрушились на западную базу Рена и сходу открыли огонь, полностью оправдав свое название.       Для уцелевших защитников этот ливень из плазменных зарядов оказался последней каплей. Разумеется, шагоходы разрядили ракетные установки в ответ. Само собой, их поддержали огнем башни. Даже пехота внесла свою лепту, поливая атакующие конструкты из автоматических винтовок, но все это было даже не агонией, а так, последним сокращением мышц умирающего.       Обжигающие капли ударили по броне. Брызнул во все стороны металл. Полыхнули в небе ракеты. Вспыхнули щиты атакующих. Рухнули развороченные тела пехотинцев. Грохнула взрывом ракетная башня.       Звездные потянули вверх, спеша скорее сделать мертвую петлю и вновь обрушить чудовищный град на обреченную базу. Одинокая очередь чудом уцелевшего шагохода уперлась в щит одного из напавших. Тот вспыхнул синим, погас, и пули, словно живые и ненавидящие, впились в корпус. Ударили по двигателям. Спеша скорее, за отведенные им мгновения разрушить, уничтожить, растерзать цель.       В небе полыхнул взрыв. Золотистые обломки разлетелись в стороны, а одинокий шагоход с задранным вверх изъязвленным корпусом рухнул, сметенный огненным ливнем. Если бы кибер-мозг умел полноценно чувствовать, он бы порадовался салюту над павшими. С другой стороны, может и хорошо, что он не мог испытывать полноценных чувств и погиб до того, как Звездные превратили добывающие комплексы базы в оплавленное и чадящее месиво.       Нил не успел даже начать радоваться успеху, как получил сообщение о десанте измененных на северо-западную колонию. «Вот оно что», — хмыкнул он, испытав даже некоторое восхищение измененными. Они все же подловили его, но сделали это своеобразно. «Я запомню», — пообещал Нил, лихорадочно думаю над возможным ответом.       Без Звездных он не мог помочь базе быстро. Помощники так же не успевали воплотить призыватель. Но у него имелся готовый к вылету отряд. «Вопрос лишь в том, просчитали меня или у них тут где-то разведчик сидит», — подумал Нил вслух, и приказал десанту лететь к малой колонии. «Вот и выясню, так ли я плох и так ли хороши измененные», — подумал он.       На него вдруг накатило совершенное спокойствие, которого он раньше не находил и в глубочайшей медитации. Нил сложил руки на груди и безучастным изваянием замер перед экранами. Он молча и отстраненно наблюдал за гибелью воинов, не делая различий для своих и чужих. Совершенно спокойно проложил путь отхода Звездных, ведущий к северо-западной колонии. Равнодушно смотрел на приземление транспортных кораблей и идущий в атаку десант. Хладнокровно поправил мелкую, практически незаметную огреху, придержав правый фланг и синхронизировав его с чуть вырвавшимся вперед левым. Отчужденно фиксировал и запоминал все, но не акцентировался на чем-то конкретном.       Когда над потерянной колонией появились Звездные, Нил словно очнулся. Тряхнул головой, пару раз моргнул, затем на секунду зажмурился и потряс головой. «Будет время, обязательно выясню в тенетах памяти», — пообещал он самому себе разобраться с необычным состоянием сознания и взглянул на экраны.       Оценив обстановку, потери и силы вновь собравшегося ударного отряда он решил выполнить первоначальный план и все же нанести удар по базе измененных у одинокой горы. «Вряд ли от меня ждут подобного», — рассудил он и приказал отряду выдвигаться на восток. Бросив взгляд на разгорающиеся светом пси-силы глаза храмовника, он пару секунд подумал, но решил не рисковать им в атаке.       Все же, столь сложный и много могущий конструкт предназначался для управления Храмом и колонией. Никто и никогда не рассматривал его как участника боя. Впрочем, пси-мощь позволяла храмовнику многое. Тем не менее, вне прочных стен и без надежных щитов, он становился слишком уязвимым. «Надо еще как минимум одного создать», — вздохнул Нил, помня о воплощаемом Храме и старательно отгоняя шальную мысль о способности храмовников породить пламенеющего.       Слишком уж пугающей была случайно обнаруженная предками возможность столкнувшихся ядер сгорать и высвобождать невероятное количество пси. Насколько Нил знал, страшнее это считалась лишь бомба на основе грязных пси-кристаллов. Ее взрыв коверкал само пространство, но бомба была понятна, предсказуема хоть и не слишком стабильна. «Может сделать», — подумал Нил, но сразу отказался от рискованной затее. «Не с моим опытом и навыками», — сказал он собственному отражению в потемневшем экране, еще секунду назад отражавшим картинку с зонда в каньоне.       Пока Нил размышлял и отвлекался на претившее ему управление колониями, ударный отряд из транспортов с десантом и эскадрилий Звездных вышел на цель и начал атаку. Так как новых приказов и уточнений не поступало, развивалась она по старому плану — пока высаживается десант, работает авиация.       Размер горы и расположение малой колонии измененных не позволял повторить уже опробованный маневр, зато была возможность выскочить как бы из-за угла. Вот это-то и проделали Звездные. Разумеется, при подобном маневре они потеряли скорость, а на панику обороняющихся и вовсе не рассчитывали. Тут-то Нил и узнал о новых споровых колониях роя.       Бой получился скоротечным и жестоким. К тому моменту, когда в дело вступили послушники и разрушители, большинство Звездных лежало в виде обломков, а из опаленного сикра торчали истекающие белесой сукровицей истерзанные пни — все, что осталось от оборонительных органов роя.       Звездные ушли назад, предоставив десанту закончить дело. Победа авиации над ПВО роя обошлась дорого. Это очень не понравилось Нилу. На миг он и вовсе усомнился в носителях, но быстрая и относительно бескровная победа наземных сил помогла вернуть расположение духа.       «В конце концов, не одними же носителями сражаться буду», — подумал он и отдал приказ отступать. Он не собирался повторять ошибки измененных и подставлять свои силы под удар возмездия.       Пока десант грузился на транспорт, Нил с легким раздражением смотрел на то, как оставшиеся в строю Звездные зависли напротив Храма измененных и открыли огонь. Тот корчился в огне, запекшаяся коркой обугленная плоть трескалась и из нее брызгали жидкости, а порой и вовсе бил пар. Живой храм умирал в муках, и это не нравилось Нилу.       Наконец Звездные превратив цель в пепел и перестроились. Образовав две жиденькие линии, они принялись быстро, но тщательно, выжигали беззащитные остатки малой колонии измененных. Смотреть на это Нил не стал. Ограничился приказом транспорту с десантов взлетать по готовности и развеял экраны с импульсоводами.       «Уж как-нибудь хватить соображения отступить», — подумал он, отступая назад и готовясь к полноценному пробуждению храмовника. Конечно, все проверено и перепроверено, но всякое бывает. О том, что столкнувшиеся ядра начинают гореть и порождать чудовищный выброс пси-энергии узнал опытнейший мастер, чудом переживший ошибку и давший не только новые знания, но и объяснивший изредка случающиеся несчастные случаи с летальным исходом.       Храмовник зашевелился, повернулся в пси-потоках саркофага и посмотрел на Нила. Время замерло, миг стал вечностью, но стоило конструкту поднять руку и приветствовать создателя, как оно вновь сорвалось в бег. «Вот и хорошо», — выдохнул Нил. «Вот и славно», — сказал он, и его кожа утратила сероватый оттенок. «Вылазь давай», — приказал он храмовнику сварливым тоном, ощущая внезапное желание, даже потребность, отдохнуть в потоке пси. Захотелось стать невесомым и парить, сняв наконец-то нагрузку с неожиданно уставших коленок.