Слабость вампира

Прошло пару дней, как Чарли побывал в покоях Господина. Впрочем, он ушел оттуда даже на своих двоих, ополоснулся в общей душевой и хотел было отправится досыпать, но его погнали буквально веником, мести задний двор. От чего парнишка вырубился как миленький, едва его голова после ужина коснулась подушки.

***

Вампир сегодня освободился от дел лишь под вечер и решил прогуляться в подлесок, забредая за пределы сада, дабы насладиться ветром, шуршанием начавшей расцветать огненными красками листвы и просто безмятежным щебетом таких недолговечных и дурашливых птиц. И каково было его удивление, когда он увидел здесь Чарли. Настроение резко поменялось и стало игривым: «интересно, а как ты отреагируешь на пристающие ветви деревьев?» Усмешка расцветает на лице, как поздний цветок по осени, и Вампир решает, что это будет не плохое развлечение, всяк получше обычной прогулки. Да и возможно удастся вкусить сладости мальчишки. Чарли выбрался на прогулку, кое-как успокоив своё беснующееся сердце и фантазию, ведь ему казалось, что Господин теперь беспрестанно наблюдает за ним и каждый задевающий его угол — это всё проделки Высшего, хоть Джозеф и старался его убедить, что у него разыгралось воображение и наконец гормоны, с чем он его и поздравляет. Но Чарли это не успокаивало. Он всё ещё побаивался обещания Вампира, засунуть в него что-то больше пальцев и всё гадал, что же это может быть. Ветка? А может ножка от табуретки? Или и вовсе кочерга, которой в кухне переворачивают и разбивают золу? Нет, такого он точно не выдержит и умрёт! Но обещание? Точно, Вампир обещал его не есть, но не убивать же? Вся эта паника крутилась весь день в голове юноши, пока Джоз его не огрел тряпкой, не всучил яблоко буквально в зубы и не дал пинка просто погулять в сад, заверив, что, если что прикроет его «недовскрытый проход». Термина, впрочем, Чарли не понял, решив, что имелся в виду «уход» и Джозеф спутал слова. Зато прогулка и впрямь помогла, и он даже не сразу заметил, расслабившись и грызя яблоко, как каменная дорожка сада закончилась и начался лес с протоптанными тропами. Но решив, что уж тут точно ему не стоит бояться приставаний и прочего, расслабился, сев под огромное раскидистое дерево на полянке, и задремал, в тёплых лучах заходящего солнца. Именно таким безмятежным и увидел его Листар. Первым Вампир решил направить в изощрённую охоту извилистую лиану, но перед этим ветка погладила Чарли по плечу, привлекая внимание, а ползучий, зелёный хлыст как раз подобрался поближе и полез под рубашку. От лёгкого прикосновения к телу Чарли открыл глаза и взглянул, что же его тронуло, но тут же взвизгнул, почувствовав что-то на груди и испугавшись, что это может быть змея, уже мысленно сетуя, что он всё же похоже станет чьим-то ужином. Ведь хладнокровное никаких обещаний не давало и дать не могло в помине. Это же лишь молчаливый хищник! Но даже через панику, Чарли попытался вырваться, но лиана резко окрутила его торс, сжимая и привязывая к дереву, давая понять, что ни одна змея так поступать не будет. И слуге ничего не оставалось делать как оглянуться и тихо позвать: — Господин?.. — в душе очень надеясь, что всё же это он, а не излишне умная змея. И в этот момент пришло осознание, что Листар может и страшный, как хищник, но намного разумней и с ним… безопасней? — Уже понял, что это я? — и Вампир тихой поступью вышел из-за дерева, а ещё одна лиана подползла к парню спереди не таясь, поднялась коброй и стала извиваться, готовая к броску, метя прямёхонько в пах. Ловкие пальцы словно прокрутили воздух над кистью и пуговицы штанов расстегнулись сами собой, оголяя пах Чарли. — Да… Я не думал, что Вы пойдёте сюда, но… признаться, я надеялся, что это Вы, а не просто хищник, — вздыхает и расслабляется, нервно сглатывая и прикрывая глаза, сам не понимая своих чувств. Вот, он бежал от Господина, боясь его ласк, а сейчас счастлив, что это Высший. — Хищник? Ну, в каком-то роде я и есть он, — усмехается Вампир, а у лианы появляется рот, и она продолжает метить в бросок. Два поменьше отростка опускают штаны парня, а «кобра» кидается в атаку и начинает тереться, затем заглатывая орган целиком. Из земли прорастают прочие лианы, стягиваясь от других деревьев вокруг неподалёку засохшего пня и образуя подобие трона, на который и садится Высший и с интересом наблюдает за реакцией мальчишки, перекинув ногу на ногу, положив одну руку на подлокотник, а другую согнув в локте, уперев так же в лианы, но поддерживая свой подбородок, элегантно расставив большой и указательный палец треугольником, говоря всем своим телом: «я внимаю». Чарли вздрагивает, и всё же пытается отстраниться, но обнаруживает, что и руки привязаны уже к дереву, и лишь скулит, сгибаясь от нахлынувшего возбуждения, расползающимся жаром от паха. — Нравится? Ты это с собой делал уже? — смотрит внимательно Вампир и велит поднять голову, взглянув на себя. Ведь в первый раз мальчишка излился почти без прикосновения к своему органу, а значит, сейчас он должен захлебнуться в новых эмоциях и ощущениях, что лишь волнует Листара сильней и заставляет кровь разгоняться по жилам, от чего сердце своим биением начинает напоминать человеческий ритм. Слуга смотрит как велено и отрицательно мотает головой, снова зажмуриваясь и пытаясь сморгнуть слёзы. Листар снисходительно смотрит и не даёт страху перекрыть возбуждение и опасть органу, щелкая пальцами, заставляя лиану начать двигаться на малом достоинстве юноши, лаская и посасывая. Сам же Вампир встаёт и подходит ближе, присаживаясь на корточки и оглаживая мокрые щёки, переходя пальцами на губы, которые послушно распахнулись. Высший удивлён реакцией, но догадывается, что это наставления Джозефа так повлияли на мальца. А Чарли и впрямь вспоминает тот утренний бананный разговор с соседом, аккуратно ловит мягкими губами Господские пальцы, чуть посасывая их, и настороженно смотрит, словно боязливый зверёк, который не разобрался в разнице между погрызть тапки и взять в зубы и принести хозяину. — А это приятно. Такие мягкие… Только не порежься, — хвалит Вампир и предостерегает о когтях, которые не успел втянуть, и другой рукой оглаживает юношу по груди. Чарли аккуратно вылизывает пальцы, пытаясь не резать губы об когти, но плохо получается, и он уже почти постоянно сглатывает кровь. Вампир вздыхает неумёхе, и когда язык слуги замирает, он втягивает когти и на его руках остаются лишь аккуратные, закруглённые ногти, вполне похожие на человеческие, которыми он и играл с нежной попкой парнишки пару дней назад. Парень недоумевает, но решает, что так было нужно, когда видит метаморфозу, на отстранившейся руке Высшего. А сам Вампир приближается к его лицу. — Открой рот, — приказывает и начинает вылизывать кровь языком, а лиана внизу ускоряется. Парнишка держит послушно рот открытым и прикрывает глаза от усиливающихся с каждой секундой ощущений, начиная уже от всего происходящего получать удовольствие, учащённо дыша. Кровь слуги сладка и Вампир увлекается, случайно переходя в поцелуй, сминая и посасывая губы мальчишки своими, но резко отстраняется, осознав это. Немного раздумывает, ведь так не принято, но затем хватает парня рукой за затылок и уже осознанно целует. Ведь нет свидетелей, никто не узнает, а он просто получает наслаждение. Одним секретом больше, одним меньше. Какая разница? Если это так сладко, тепло, упоительно и живительно! Почему он должен себе это запрещать? Верно, не должен! Чарли замирает, не зная, как отвечать, широко распахнув глаза, сердце выдаёт бешеный марш, кровь ударяет от осознания в голову, ну и не только туда, и внезапно он, выгнувшись, изливается от стараний лианы, застонав в поцелуй. «Но почему меня поцеловали???» — звенит мысль в голове юноши, заглушаемая сотней колокольчиков оргазма по всему телу. От неожиданного стона Вампир пробил язык мальца клыком и отстранился, остановив лиану и просто уже аккуратно вылизывая маленькую ранку, истекающую словно ромом, как пробоина в борту контрабандистского корабля. — Понравилось? — отрывается от языка Листар и проводит по пунцовой щеке. — А мне сделаешь приятно или ты полный неумёха? А тем временем лиана со звуком всасывания отцепляется от органа мальчишки и поднимается к лицу Вампира, и он из неё выпивает сладостный нектар в пару глотков и сетуя всем своим видом, что так мало, чем вгоняет Чарли в краску ещё больше. А последние лучи солнца облизывают соблазнительное, растрёпанное тело слуги. — А… Как это? Приятно? Я правда не знаю… — виновато смотрит парень и пытается хоть руки выкрутить из хватки лиан. — Ртом… Как тебя давнишнем утром пытались научить, — и не мигаюче Вампир смотрит в глаза парнишки. — Но… Банан и так еле влез… Я не думаю, что смогу Вам… — замирает Чарли и опять настороженно смотрит на Господина. — Попробуй, — садиться на пень Вампир, передвинув его ближе, и его пах как раз оказывается на уровне рта Чарли. Холёные руки легко приспускают штаны, придерживая плоть. Чарли смотрит на орган и нервно сглатывает, но открывает рот, охватывая головку губами. Но он неосторожен, и, не сумев проконтролировать зубы, оцарапывает. От этого раздаётся недовольное шипение, словно коту наступили на хвост, и Вампир отстраняется. — Давай для начала ты просто его вылежишь, — и парнишка видит, как у Господина поддёргиваются скулы от негодования. Но в итоге ничего дельного из этой затеи не вышло. Высшему самому пришлось быстро себя удовлетворить рукой, но кажется, пара капель попала Чарли в рот, хоть Господин специально и не метил на лицо, а больше на дерево. Высший оперся о тёплую кору, пару раз глубоко вздохнул и застегнул штаны. Затем щелкнул пальцами и лианы освободили юное тело из заточения. — Тут не далеко. Сам дотопаешь, — сухо сказал Листар и скрылся за деревьями, устремившись в замок, явно с подпорченным настроением. Во всяком случае, Чарли впервые видел, как уголки губ высшего опущены, а бровь поддёргивается. «Лучше уж пусть улыбается своей неискренней улыбочкой. И то так спокойней», — мелькнуло в голове слуги, хоть он и отдавал себе отсчёт, что по большей части эта улыбка не фальшь и слава всем Первородным Высшим что это так!

***

Настроение было испорчено, даже цирк встретившего его на пороге Джоза не очень помог его поднять. А потому, поужинав, Листар засел в кабинете, разбирать почту. Но через пару минут почуял что-то странное и погрузился в транс, который на удивление утянул его в сон Чарли, как он по началу подумал. У всех разная реакция на семе вампиров, но и эффект длится не долго. Хотя, и это по-разному бывает — от получаса до трёх в целом. Но когда Высший увидел бывшего владельца Джозефа, его не очень плохого приятеля, он сразу понял, что через Чарли видит сон второго парнишки. Как занятно! Похоже, мальчишка хоть и не умёха, но смог всё же предоставить новое развлечение на ночь. — Господин, прошу Вас, сделайте это! Я хочу Вас! Хочу это почувствовать вновь! — Молит Джозеф, а Высший словно смотрит его глазами на Паули, мускулистого вампира-бастарда с тёмной щетиной-недобородой и рассеченной бровью. Его грубый облик всегда Листару напоминал берсерка, а темная шевелюра забранная в пучок со шрамами по телу эту ассоциацию лишь дополняла. Паули набрасывается на мальчишку, разводит его ноги и подносит шприц, вводя золотящуюся жидкость сперва в одно яичко, а затем и в другое, придерживая пока что мягкую плоть. «Экстрат?! Так вот как он играл с Джозем? И судя по цвету — натуральный, а не химический, искусственно созданный и более безопасный для людей!» — поражается Вампир, почему-то всецело начиная доверять, что это не просто сон, а реальное воспоминание. Ведь если так, то это многое объясняет! В том числе почему парень не растёт и почему пустышка, как мужчина. Возбуждение пробегает молнией по мальчишке, искрами отдаваясь в его алчных до страстей глазах, и он, перевернувшись и встав на колени, предоставляет свой зад, прогибаясь и отклячиваясь, а его мошонка начинает увеличиваться под действием экстракта, от чего он стонет и закусывает нижнею губу. Паули набрасывается на него как зверь и просто нещадно долбит в своё удовольствие, а парнишка от стонов срывает голос, его лёгкие пылают, но продолжает молить лишь об одном, что бы ему помогли излиться. А мошонка все увеличивается от переполненных яичек и сладкое удовольствие становится уже невозможно терпеть. Паули ударяет один раз кулаком прямо по яичкам, затем сжимает, и Джоз с криком изливается. И так продолжается раз за разом. За тем картина меняется и Листар видит Джоза в разорванной одежде, лет явно 18, совсем юного, с пышной, чёрной шевелюрой волос, и нависающего над ним Паули. Похоже, это их первый раз. Мальчишка трясет головой, а Паули подносит иглу с экстратом. — Господин, прошу Вас, не нужно! Я и так возбуждён! — А так возбудишься ещё сильней! — и Джоз уже через пару мгновений кричит, не контролируемо изливаясь, прогибаясь и трясясь в цепях, дергая тазом и моля, что б что-то с ним сделали. Сцена вновь меняется. Кажется, Джозу уже 19, но может и младше. Паули его вновь берет как зверь, мальчишка кончает, и он вновь вводит экстрат. Мошонка уже не уменьшается, а с приличный тесненный мячик. — Господин! Прошу! Вы ведь уже всё! — молит юноша и Паули выходит из него, кидает на пол и велит встать на четвереньки, разведя широко ноги. Джоз исполняет и Паули начинает его бить ногой по мошонке, от чего мальчишка заходится криками сладострастия и удовольствия, прося, что б его ударили посильнее, орошая пол. А Господин держит его крепко за отросшие волосы уже с проседью и продолжает долбить носком ботинка, пока мальчишка полностью не выплескивается и не падает в собственную лужу, от экстаза закатывая глаза. Джозу уже почти 20. Паули вновь вкалывает экстракт, но орган мальчишки не реагирует, но сам слуга дико возбужден и молит, что б его взяли. Паули это устраивает, ему нравится такая игрушка и он всячески нахваливает и поощряет Джозефа. Но вот вечер традиционной полнолунной оргии, Паули отдаёт Джоза другому вампиру и тот не вкалывает ему экстрата, после обвиняя Паули в бесчестии и в под тасовании сломанной игрушки. Паули смеётся ему в лицо и вкалывает экстрат, начиная брать прилюдно Джоза. Но все говорят, что мальчишка притворяется, ведь его плоть не реагирует и просто обмяклой болтается меж ног. Но Джоз не играет. Ему действительно до одури хорошо и от того, что его берёт с животной яростью Господин, сжимая и оставляя синяки на теле, за которые он даже благодарен, ведь это часть удовольствия и память. Паули заканчивает, и бьет Джоза привычно меж ног, позволяя кончать с воплями и визгами, удивляя толпу. Но многие говорят, что игрушка сломана и пора избавится от неё, нагоняя отрицательную атмосферу и тени сомнения, которые своими шёпотками пробираются всюду, даже словно под кожу, теребя мозг и заставляя усомниться в своих убеждениях. Паули думает, как поступить, но из толпы слышится множество предложений — сожрать, убить, и лишь одно — продать. Паули вкалывает еще одну порцию экстрата, харохорясь, что накажет так мальчишку, а после продаст! И предоставит гостям в следующий раз новую игрушку. Джоз не помнит, чем все закончилось, лишь какие-то смазанные урывки и как оказался после в постели. А потом его взгляду предстал дом Листара.

***

*** — Листар, купи его и позаботься, ведь ты самый лояльный из моих друзей. И да, мальчишка импотент, — говорил Паули перед аукционом. — Только, ставку… не сразу, ладно? — Есть претенденты? — Есть, нооо… Там обещание и… — Этого разговора не было. Я оценю находящихся в зале и, если там кто-то окажется более лояльный нежели я — уступлю без зазрений совести. Но учти, коли он будет бесполезен, я его не убью, в отличие от прочих, но… — Я понял, можешь не продолжать. «А ведь Паули мог бы не врать! Но должно быть, не хотел, что б я брал мальчишку. Да и без экстракта, как я теперь понимаю, это уже было бесполезно. Все же странные сны у Джоза, но хоть так я узнал его прошлое», — раздумывает Листар и уже просто следит за комнатой, понимая, что Джозу просто уже сниться какая-то ахинея и более не сосредотачивается на нём. Джозев же вертится и зовет во сне своего старого господина, от чего Чарли просыпается. Удивленно смотрит в темноту в направление кровати Джоза. Парень не утихает, и младший слуга тихо встаёт, подходя к нему. Садится на край кровати и аккуратно, заботливо оглаживает его лицо, как не раз будил мальчишек из приюта от подобных кошмаров. — Джоз, Джоз… Ну что же ты. Проснись. Это всего лишь сон, — и аккуратно его тормошит. А Вампир дивится тому, как Чарли может быть таким спокойным после подобного сна. Джозеф подскакивает, ошалевши и заплакано смотря на своего соседа и обнимает. — Да, я знаю… Сон… Но я скучаю по старым временам. Вампир вздыхает и, считая, что более ничего интересного здесь не увидит, оставляет мальчишек наедине, раздумывая, где Паули брал чистый экстрат. Ведь он годен всего сутки после изъятия из тела юного вампира. Да и не каждый его может выработать, а лишь тот, за которым не уследили приставленные «гувернантки» и он перетерпел и не остается нечего, кроме как иглой откачивать отравленное гормонами и не вылившееся семя, иначе юный вампир сойдет с ума и им овладеет жажда. Хотя, как эти процессы взаимосвязаны, Листар так и не вызнавал. Как-то не было такой необходимости. Чарли укладывает обратно Джоза и, подумав, идёт прогуляться по замку, просто от того, что ему не уснуть. Он в одной лишь длинной ночнушке, плутает по таким пустым и красивым коридорам, играющими тенями в свете полной луны, и внезапно осознаёт, что стоит у той самой дверей, что ведёт в Господскую обитель. Листар, слышит какое-то нерешительное шебуршание под дверью, но почуяв знакомый запах, приоткрывает её, сидя в кресле, уже в наряде «для сна» и отнимает от книги свой ясный взор. — Заходи, неумёха. Чарли тем не менее вздрагивает, так и не привыкнув, что Высший может двигать вещи даже не сходя с места, но заползает в проём, а дверь прикрывается сама за его спиной. — Почему неумеха, Господин?.. — Потому что ничего не умеешь. Я же по сути сам себя и удовлетворил, — хмыкает Вампир, а Чарли замечает даже в тусклом свете луны и едва горящих ламп, что на красивом лице нет привычной улыбки. Парнишка вздыхает устало и несмело опускается опять на колени перед Высшим. — Простите, Господин, — упирает глаза в пушистый ковёр под креслом и пытается столь же неумело загладить вину. Вампир лишь посмеивается с нерешительных рук на своих коленях. «Вот же забавный мальчишка. Интересно, он и впрямь хочет услужить сам или потому что его этому обучили?» — раздумывает Высший, а эффект от его семени похоже еще не прошел и Чарли не сразу понимает, что это был вопрос не в слух. — Я хочу отработать долг приюта, который взрастил меня на деньги вашего дома, — отводит взгляд и задумывается, после того, как выдал заученную фразу, что ежедневно вбивали всем мальчишкам в головы. И подумав немного, всё же добавляет, хоть и понимает, что это будет дерзко с его стороны: — Ничего не услужить. Я не собака. — Вот как? Я и не говорил ничего в слух. Значит от моего семени горазд читать мысли всех? Даже от тех малых крупиц? — и Высший сощуривает глаза, наклонившись к слуге и гладя по голове, перебирая волосы, проигнорировав дерзость, ведь его интерес подогрели как нельзя сильней. А отругать и поставить на место можно и позже. — Не знаю… — нерешительно отвечает парень и замирает под Господской рукой, побаиваясь, что за лаской последует увесистый тумак. Но его не следует, лишь касание острых ногтей, напоминающих, что б он не забывался. — У меня еще дела, но останься в моей комнате. Мне нужно проверить обстановку в городе, — и Листар перебирается на кровать, и укладывает слугу поперек своих ног, что б грел. — А утром я поэкспериментирую, и ты проглотишь все до последней капли, — и Господин уходит в астрал, бродить по закоулкам города и витать над крышами. Чарли не понимает, про что говорит Высший и что надо проглотить, но зевнув, засыпает, как самый послушный питомец в ногах, расслабившись, поняв, что его не накажут. В этих покоях мелодично потрескивает камин, потухли лампы, какие-то трубы тянуться по стенам и в них что-то тихо булькает, и в целом, намного теплее и комфортнее, чем в их комнате с Джозем. И хоть тут в его распоряжение всего лишь лёгкое покрывало, но и под ним кажется теплей, чем под тем ворохом до одури отличной постели. «Хоть и ноги у моего Господина под моим животом холодные, но всё же, здесь почему-то приятней.»