долгий путь вниз

В истории Чеен, в которой и так было слишком много неизвестных переменных, появилось ещё одно таинственное лицо, а именно - Мин Юнги, школьный профессор. Каким образом браслет Розэ попал в бардачок его машины? При том, если верить бабуле Пак, Чеен сама садилась в автомобиль профессора, и не раз. Понаблюдав пару уроков за мужчиной, Лалиса не выяснила ровным счётом ничего интересного или дающего ответы на поставленные задачи. «Значит, пора обратиться к той, кто наверняка в курсе всего и вся, происходящего в Намвоне. К Ким Джису.» Дождавшись перерыва на обед, Лиса оперативно утянула одноклассницу во двор, но, естественно, спокойно поговорить наедине им не удалось. За девушками тут же увязались Намджун и Хосок, прихватив с собой бенто. Манобан не нашла адекватных причин для отказа, поэтому молча расположилась вместе с ребятами в тени раскидистого дерева. У Намджуна на скуле красовался лейкопластырь, свидетельствуя о том, что тренировки по волейболу идут исправно. В промежутках между жеванием Ким снова начал возмущаться слишком скромному составу команды и что им катастрофически не хватает людей. Манобан уличила момент, чтобы вставить интересующий ее вопрос: - Ты жаловался, что никто в Намвон из новичков не приезжает, но разве Мин сонсе-ним не молодой специалист? Или он местный? Лалиса постаралась прозвучать как можно более естественно и невинно. - Нет, учитель Юнги из Кенгидо и, по-моему, он просто сумасшедший, - пожал плечами Намджун, - раз в 26 лет переехал из города в глушь. - Или учитель бежал от какого-то скандала, - с горящими глазами выдвинула гипотезу Джису. Лиса повернулась к Су. - Например? - Не знаю, - Джису задумчиво прикусила палочку для еды, - может, карточные долги? - Тогда, будь я его женой, я бы бросил должника, а не поехал за ним в провинцию, - возразил Хосок. - У Юнги сонсе-нима есть жена? - удивилась Лалиса. Теория с романтическими отношениями между учителем и школьницей отпадает? - Да, Им Наен, наша медсестра из здравпункта, - Джису хитро прищурилась, наклонившись к Джуну поближе, - спортсмены просто обожают ее, верно? Кончики ушей Намджуна покраснели. - Перестань, - смущённо возмутился парень, - не болтай ерунды. - Ничего это не ерунда, - продолжила дразниться Чичу, - многие мальчишки специально калечились, чтобы попасть в здравпункт на лечение к медсестре Им. Правда, она быстро просекла фишку и нарочно натирала их жгучей мазью. Моментально желание отбила. - Выходит, Наен-онни сногсшибательно красивая? - полюбопытствовала Лалиса. - Не сказала бы. Скорее, харизматичная. Но лучше узнать у нашей мужской половины, чем же их так зацепила медсестра Им, - Джису хихикала, не переставая. - Я больше не участвую в этой беседе, - Намджун сделал вид, будто собирается уходить, но Чон, который тоже не удержался от смеха, усадил приятеля обратно. Помучив друга ещё немного, Джису переключилась на Лису. - Вот кому не помешало бы навестить здравпункт, так это тебе, Лиса, - Чичу осторожно дотронулась до бинта на коленке рыжеволосой, - смотрится плохо. Манобан меланхолично отковырнула краешек грязного пластыря, заляпанного кровью. Одноклассникам она объяснила появление своих увечий тем, что задумалась, наехала на камень и навернулась с велосипеда прямо на асфальт. Лалиса планировала забыть об этом мелком происшествии, но внезапно нарисовалась отличная возможность использовать полученные травмы и под благовидным предлогом наведаться к жене Юнги сонсе-нима. - Хорошо, схожу. Если пробьюсь сквозь толпу воздыхателей. Учитель Мин не ревнует Наен онни? Джису и Хосок синхронно фыркнули. - Кто в их семье главный ревнивец, так это нуна, - пояснил Чон, - когда учитель только начал работать, ему тоже разные подарочки и внимание от старшеклассниц перепадало. Потом нуна закатила страшный скандал и поклонниц поубавилось. - Хм, - Манобан кивнула собственным мыслям. Значит, Наен аки Цербер, тщательно охраняет муженька. Тогда откуда… черт, откуда у него браслет Розэ? Постепенно разговор сошёл на нейтральные темы. Вдоволь посплетничав, Джису свернула их спонтанный пикник под громкое дребезжание звонка. Лалиса вместе с одноклассниками вернулась обратно в школу, так и не заметив чужой пристальный взгляд, буквально сверливший в ней дыры. Тэхен отдыхал в тени навеса для велосипедов, не выпуская девушку из поля зрения ни на секунду. Ким двинулся было следом за рыжеволосой, однако Дженни уверенно перегородила брату путь. - Чем занимаешься? - Руби Джейн склонила голову набок. - Просто гуляю, - немного раздраженно ответил Тэ, пытаясь обойти сестру справа. Брюнетка специально шагнула вбок, не пуская его дальше. - Тэ, я же не слепая. Я прекрасно вижу, как ты пялишься на неё. - На кого? - На Манобан. Не вздумай даже приближаться к ней. Я предупредила. - Забавно, что подобные условия мне выдвигаешь именно ТЫ. Дженни смягчилась. Нахмуренная складка между бровями разгладилась, а голос потеплел на сотни градусов. - Тэ, я забочусь о тебе, глупый…я люблю тебя, ты же знаешь. Прошу, не совершай ошибок, о которых потом пожалеешь. Руби Джейн нежно положила ладонь на щеку юноши. Он тяжело вздохнул. Противостоять сестре у Тэхена никогда особо не получалось. Назревавший конфликт разрешился сам собой, не успев толком начаться. Убрав ладонь Дженни со щеки, Тэхен развернулся и отправился в противоположную школе сторону.

***

Медпункт встретил Лалису чистотой, прохладой, рядом ровно застеленных кроватей и развевающимися на ветру прозрачными шторами. - Кто там? - недовольный возглас заставил Манобан притормозить у порога. - Мне бы перебинтоваться... Из-за ширмы показалась молоденькая привлекательная медсестричка. Увидев посетительницу, женщина мгновенно приняла более приветливый вид. - О, здравствуйте. Я уж думала, снова футболисты пожаловали. Ну, что у нас здесь? Медсестра аккуратно, пальчиками подцепила подбородок Лалисы, повертела голову рыжеволосой в разные стороны и поцокала языком. - Ну и ну. Где же ты так? - С велосипеда упала, - удивительно, но Лисе даже не пришлось врать. - Ты ехала с закрытыми глазами? - удивилась Им, выкладывая бинты, вату, щипчики и спирт на металлический лоток. Манобан хитро прищурилась. Присев на край кушетки, девушка игриво поболтала ногами над полом. - Нет. Просто наткнулась на машину. Наен осторожно сняла старый пластырь со лба Лалисы, смочила ватный шарик в спиртовом растворе и приложила к ране. - Не знала, что в Намвоне есть лихачи. - Нет, водитель тут не при чем. Вам не о чем беспокоиться, ваш муж не сделал ничего плохого. Рука Наен замерла в воздухе, в миллиметре от ссадины. - Мой муж? - Да, - невинно захлопала ресницами Лалиса, - он был водителем сбившей меня машины. Он вам не сказал? Наен молча распаковывала лейкопластыри. Пауза неприлично затягивалась. - Нет, первый раз слышу, - наконец, вымолвила брюнетка. Ее мимика заметно изменилась. Губы сжались в тонкую ниточку, брови нахмурились, вздернутый носик напряженно подергивался. - Ах, наверное, потому что мы договорились не распространяться о том случае. Но я считаю, лучше сразу прояснить недоразумение. Люди могли увидеть нас и не правильно понять. Поселение маленькое, слухи расходятся быстро... - Какие слухи? - довольно резко воскликнула Им. - Всякие... - Манобан настойчиво прикидывалась дурочкой, - учитель Юнги молодой, кто-нибудь может вообразить непристойный роман с ученицей... Наен с грохотом бросила щипцы в лоток. Ее плечи тряслись от злости. - Мой муж..., - она чуть не задыхалась от гнева, - не ввязывается ни в какие непристойные романы. К чему все эти разговоры? На что ты намекаешь? - Намекаю? - Манобан отрицательно помахала руками, - разумеется, ни на что. Я просто рассказываю об инциденте. Вы так злитесь, словно подобное уже случалось. Будто опомнившись, Им выдохнула и взяла свои эмоции под контроль. - Нет, конечно же, нет. Извини, что вспылила, просто люди горазды болтать всякую чушь. - Вот поэтому я предупредила, - с готовностью закивала Лиса, - чтобы потом не возникло вопросов. - Спасибо, - не смотря на значительно смягчившийся тембр голоса, Наен безжалостно, резко оторвала последний старый пластырь и небрежно забинтовала колено. Лалиса поблагодарила медсестру и покинула медпункт, едва сдерживая ухмылку. Девушке удалось затронуть нужную струну в душе госпожи Им. Реакция Наен говорила сама за себя - за учителем Мином либо ходили подобные слушки о романе со школьницами, либо происходило кое-что посущественнее болтовни.

***

Манобан продолжила размышлять о ревнивой жене Юнги сонсэ-нима вплоть до позднего вечера. За хлопотами по дому время пролетело стремительно, стрелки часов указывали на 12 ночи, когда девушка помогла отцу закрыть ворота гостиницы и решила немного задержаться на свежем воздухе. Вокруг не было ни души. Узенькие улочки расходились, кто куда - некоторые в гору, некоторые в долину, утопая в зелени и телефонных проводах. Подмётки шлёпанцев старшеклассницы ударялись об асфальт, эхом распространяясь по сонному краю. Вдалеке Манобан приметила яркую точку - ровно горящий огонек на территории, принадлежащей Кимам. «Сигнальный свет…но для кого? Для Тэхена или для Дженни?» машинально подумала Лалиса, заворачивая за угол, где боковая улочка плавно перетекала в трассу. Внезапно мимо стрелой пронеслась Руби Джейн на велосипеде, чуть не задев Манобан. К счастью, Дженни не обратила внимание на случайного свидетеля, а вот Лиса обратила внимание на наряд брюнетки - короткое яркое платье торчало из-под тёплой кофты, в ушах покачивались массивные серьги в виде цветов. Одежда для свиданий? Без лишних сомнений, Манобан двинулась следом за ней. Трасса пролегала между полей с подсолнухами, склонивших головы к земле, то есть, находилась на открытом пространстве, поэтому, чтобы оставить слежку в тайне, Лалиса держалась на значительном расстоянии от Дженни. Джен довольно резво крутила педали, Лиса же полагалась только на свои ноги и, спустя пару минут, Руби Джейн окончательно пропала из поля зрения. Манобан ускорилась, практически переходя на бег. Трасса раздваивалась у автобусной остановки, на которой ранним утром обычно кипела жизнь, когда мужчины и женщины спешили на работу в город. Сейчас остановка казалась пустой и заброшенной, освещённая единственным работающим фонарем. Рыжеволосая чуть-чуть запоздала - Дженни швырнула велосипед прямо на землю и села в автомобиль, припаркованный у обочины. «Темно-синий? Интересно…чей? Быстрее, надо запомнить номера!». Лиса уставилась на маленькую белую табличку с расплывающимся цифрами. К сожалению, машина в этот момент тронулась и она успела рассмотреть лишь первые три цифры. В оврагах стрекотали кузнечики. На небо выкатилась полная луна, взирая на закрытый газетный киоск с опущенными ставнями и брошенный велосипед, завалившийся на бок. Лиса осторожно дотронулась до руля. «Забрать его с собой, что ли?». - Привет, - глухой мужской бас окликнул девушку сзади. Рыжеволосая вздрогнула. - Вечно ты подкрадываешься! Раскрасневшийся Тэхен с растрёпанными кудрями чуть виновато улыбнулся. - Прости. Что ты здесь делаешь? - Гуляю. А ты что здесь делаешь? - Тоже гуляю. Итак, они снова соврали друг другу. Ничего нового. Ложь плотно вплелась в канву их общения, уже неотделимая от правды. Немного потоптавшись на месте, Тэ поднял велосипед Джен и перекинул ногу через раму. - Тогда позвольте мне побыть вашим кавалером сегодня ночью и проводить вас до дома. Юноша кивнул на багажник, приглашая прокатиться вместе. Лиса посмотрела на дорогу и затем обратно на Тэ. Злость, отчаяние и безысходность вспыхнули внутри девушки, загораясь, подобно спичке. - Ты любишь сестру? - Да, конечно. - Поэтому ты хранишь ее тайны? - Конечно. Как и она мои. - А я люблю Чеен и хочу узнать, кто причастен к ее смерти любым способом. Ты понимаешь, о чем я? Тэхен серьезно ответил: - Понимаю. - Поэтому, - продолжая закипать от злости, промолвила Лалиса, - скажи мне честно, откровенно и прямо - ты или Дженни имеете какое-либо отношение к смерти Чеен? - Нет! Откуда такие мысли?! Тэхен казался не на шутку возмущённым, настолько искренне оскорбленным, что Манобан даже стушевалась, утратив изначальный запал. - Клянёшься? - Клянусь. Ни я, ни Дженни пальцем не тронули Чеен. Почему ты вообще подозреваешь нас? При чем тут мы? - Ким тоже перешёл в наступление. - С кем уехала Руби Джейн? Она села в чью-то машину, не отрицай! - голос Лисы сорвался на крик, цепляясь за последнюю зацепку. - Она встречается с каким-то взрослым мужчиной из Пусана. Я не в курсе его имени, да и лезть в личную жизнь сестры не горю желанием. Просто помогаю иногда, прикрываю ее поездки в город аналогично тому, как она прикрывает мои походы на пляж. «Предупредительный свет на горе» подумала Лиса, обессилено выдыхая. Ниточка, по которой Манобан планировала добраться до развязки, внезапно оборвалась, вновь оставив ее слепо блуждать в темноте. - Ладно. Поехали, - Лалиса примостилась на багажнике и смело ухватилась за талию юноши, чем немало удивила его. - Ну и ну, - хмыкнул Ким, покачав головой. Секунду назад Тэ кричал, доказывая свою невиновность, а сейчас, подражая смене настроения рыжеволосой, успокоился и обмяк, - поехали. Оттолкнувшись от асфальта кроссовком, Тэхен закрутил педали. Они рассекали холодный ночной воздух в поразительной тишине, немыслимой для крупных городов, нарушаемой лишь пением цикад. Ветер раздувал густые кудри парня и трепал рукава однотонной футболки. Манобан смотрела в худую спину Тэ. Может быть, действительно стоит бросить свою глупую затею о поимке мифического преступника и просто начать жить жизнью обыкновенного подростка? Готовиться к экзаменам, общаться с друзьями и… попробовать влюбиться? Мимо проплывали все прежние понурые подсолнухи. Самое последнее фото, присланное Чеен, запечатлевало как раз эти поля. В груди у Лисы предательски защемило. Нет, так нельзя. Нельзя вычеркнуть Чеен и забыть то, что занимает огромную часть сердца. Нельзя отпускать убийц безнаказанными. Нельзя позволять им спокойно совершать свои злодеяния. Нельзя. Тэхен притормозил у развилки, ведущей к гостинице. - Подвезти к воротам? - Спасибо, я пройдусь, - Лиса легко спрыгнула с велосипеда. На прощание Тэ коснулся ее запястья, почти неуловимо, будто бы случайно, но на деле же специально подобрав нужный момент. Лалиса вздрогнула от нежного прикосновения, однако ничего не сказала, морально устав от разочарований дня. Девушка молча двинулась обратно к гостинице, в надежде, что завтра окажется более продуктивным, чем сегодня, мечтая рухнуть в постель и забыться крепким, умиротворяющим сном.