долгий путь вниз

Тик. Минутная стрелка дернулась на циферблате часов. Так. Время ползло максимально медленно, а жара летнего дня растягивала минуты в столетия. Джису щебетала о чем-то на фоне, пока Лиса нервно стучала карандашом по столику, заваленному учебниками и тетрадками. Мысли Манобан витали вдали от гостиной. Предполагалось, что они с Джису будут вместе готовиться к контрольной, однако Су, как обычно, принялась пересказывать сюжеты вчерашних сериалов, а Лалиса, как это часто случалось с ней в последнее время, провалилась в глубокие размышления. Профессор Юнги, Тэхен, Дженни. Эти имена по-прежнему вращались по кругу, кругу, к сожалению, замкнутом, ибо Лиса не могла найти новых зацепок, способных пролить свет на случившееся. - И я пропустила интервью с Кантой по телевизору, потому что помогала папе убираться в его кабинете. В полицейском участке что, уборщиц нет? Сколько там было пыли! И куча папок. Мне пришлось таскать их из кабинета в архив. Не понимаю, зачем... - Погоди, - Лалиса вынырнула из мыслей, зацепившись за словосочетание "полицейский участок", - твой отец работает в органах? - Ну да, я ведь тебе об этом уже говорила. Ты что, меня не слушала? - Су обиженно надула губки, - в общем, я пропустила прямую трансляцию интервью с Кантой. Оно повторяется только в 7 утра в субботу, но не вставать же в 7 утра в выходной... - Стоп, - рыжеволосая перебила поток речи, изливающийся из подруги, - у него есть свой кабинет? Он занимает высокую должность? - Ну типа того. Начальник подразделения. - Ого, - прищурилась Лиса, скрывая довольную ухмылку. - Это лишь кажется крутым, - смутилась Чичу, - на самом деле в Намвоне очень маленький участок. Здесь ведь почти ничего не происходит. Последнее стоящее происшествие случилось неделю назад - драка пьяных туристов. Ну и еще самоубийство Чеен в позапрошлом месяце. Ой. Прости. Не стоило мне произносить это вслух. Брюнетка прикрыла рот ладонью. Каждый раз, когда упоминалась трагедия, связанная с Пак, новые одноклассники Лалисы понижали тон или умолкали, словно разговаривали с тяжелобольной. Манобан махнула рукой. Раньше она действительно остро реагировала на любые высказывания о Чеен, теперь же, спустя несколько месяцев, боль рыжеволосой слегка притупилась. Похоже, Манобан потихоньку свыкалась с фактом, что Розанны больше нет. - Ничего страшного. Скажи, папки с делами хранятся в кабинете твоего отца? - Вроде да. - А когда ты убиралась в кабинете, ты находилась там одна? - Дааа... на что ты намекаешь? - Чичу покосилась на Лалису, чуя подвох. Лалиса приподнялась на коленках, вцепившись в ладонь Ким своими тонкими пальцами. Придав голосу жалостные нотки, девушка принялась увещевать Су: - Пожалуйста, возьми меня с собой. Прошу. Мне хочется побывать в кабинете начальника полиции, прям до жути хочется. - Врушка. Ты хочешь посмотреть на документы дела Чеен? - нахмурилась Джису, выдернув руку из цепкой хватки Манобан, - не пытайся обмануть меня, я же не совсем идиотка. Вздохнув, Лиса нависла над маленьким чайным столиком, который они приспособили в качестве учебного стола, и горячо затараторила: - Хорошо, признаюсь честно. Я планирую покопаться в документах. Но мне это правда нужно, Су! Я уже объясняла тебе. Чеен не сбрасывалась со скалы, ее кто-то столкнул. Если во вскрытии будут описаны какие-нибудь дополнительные травмы, или вещества в крови или... хоть что-нибудь... - Но если отец нас поймает, меня сурово накажут, - покачала головой Чичу. - Нас не поймают! Ты же сама сказала, что убиралась там одна и что других происшествий за прошедшие месяцы не происходило, а значит, мне не придется долго искать. Возьму нужную папку, прочитаю за пять минут и верну на место. Джису прикусила губу. Видя, что брюнетка все еще сомневается, Лалиса применила припрятанное в рукаве тайное оружие. - Если ты мне поможешь, то я попрошу папу купить тебе выпуск журнала "Тинейджеры" с Кантой и плакатом с ним в полный рост. - Серьезно? - Конечно, папа как раз послезавтра поедет в Пусан за алкоголем для постояльцев гостиницы. Ему будет несложно купить еще и журнал. Глаза Джису загорелись. - Ну ладно, ладно. Умеешь ты убеждать. Только я все равно боюсь. Вдруг отец нас застукает? - А есть какой-то промежуток дня, когда он точно будет занят? - Хммм, - Джису нахмурила брови, запуская напряженный аналитический процесс, - наверное, утром, пока проводит брифинг с подчиненными. - Во сколько? - Примерно в 9:30. Погоди... ты же не собираешься..., - Су вскочила на ноги, - ты же не собираешься проникнуть в участок во время совещания? - Почему нет? Это же отличная возможность! - Но тогда придется прогулять школу! - с праведным негодованием воскликнула Джису. - И что? - Как что? Наше отсутствие заметят и позвонят родителям! Крики Чичу привлекли госпожу Манобан, проходившую мимо по коридору. Женщина осторожно заглянула в комнату через маленькую щелку между дверью и косяком. - Девочки, у вас все в порядке? - Да. Мы эээ.... занимаемся, - Лиса схватилась за первый попавшийся учебник. - Может, принести лимонад? - Нет, спасибо, - Лалиса, настойчиво подталкивая мать в спину, выгнала ее из спальни и требовательно обратилась к маленькой брюнетке: - так ты согласна? Отец уезжает послезавтра с утра, мне заказывать у него журнал с Кантой? Манобан выбрала правильный метод воздействия на подругу. Джису просто не могла устоять перед заветным постером с кумиром. - Ладно, - окончательно сдалась Чичу, - умеешь же ты уговаривать. - По рукам? Они обменялись рукопожатиями, скрепив сделку. Поохав и поахав еще немного по поводу предстоящей авантюры, Джису взволнованно ускакала домой, условившись встретиться утром на перекрестке.

***

По привычке попрощавшись с бабулей Пак, отдыхавшей на крыльце, Лалиса с разбегу запрыгнула на велосипед, предвкушая их с Джису секретную вылазку. Чичу уже ждала ее на перекрестке, нетерпеливо притоптывая на месте. Вместо приветствия, Су принялась жаловаться: - Сегодня география... старая госпожа Чжоу очень строгая, она обязательно позвонит нашим предкам, чтобы сообщить о прогуле. - Плевать, - Лисе действительно было плевать на выволочку от учителя. Все ее мысли занимали новые улики, которые они, возможно, найдут в архиве. Девушки быстро добрались до намеченной цели, минуя оживлённые части поселения. Полицейский участок Намвона представлял собой скромное двухэтажное здание с официальной табличкой по центру. Приемная внутри напоминала холл какой-нибудь провинциальной библиотеки, нежели сердце борьбы с преступностью в округе Инсон. Даже за стойкой сидела пожилая женщина добродушного вида, в огромных нелепых очках, больше смахивающая на чью-то тётушку. Женщина приветливо поздоровалась с Джису. - Ты к отцу? - Угу, - кивнула Чичу, нервно поправив волосы. Сглотнув, Су еще несколько раз потрогала волосы, действуя максимально странно для дочери, которая просто пришла навестить отца. Лисе пришлось толкнуть брюнетку локтем, чтобы та перестала вести себя подозрительно. - Он сейчас на брифинге, освободится через полчаса, - секретарь проверила часы на стене. - А я в кабинете подожду. Пожилая женщина без лишних вопросов пропустила школьниц дальше. Лиса снова поразилась тому, насколько естественно в деревне обстоят дела с доверием. Например, в Пусане им ни за что не удалось бы провернуть подобный трюк. Оказавшись в кабинете, Манобан, не теряя времени, бросилась к шкафу с документами. Джису не обманула - в самом верхнем ящике лежало лишь несколько папок, и папка с именем Пак Чеен выглядела толще других. Манобан схватила папку, опустилась на пол возле ящика и принялась судорожно читать документы. Пока Лиса читала, Джису металась по кабинету, то вытирая пыль, то поправляя цветы, то замирая и чутко прислушиваясь к звукам из коридора, словно смешной суррикат. Лалиса внимательно изучала записи, стараясь не упустить ни малейшей детали. Раздел с опросом свидетелей был крайне скудным - никто из школы не общался с Чеен, родители Розэ понятия не имели, чем жила их дочь, случайные прохожие не могли сказать про день катастрофы ничего конкретного. Во сколько Чеен ушла из дома? Куда направилась? С кем пошла на пляж? Эти вопросы зияли прочерками на пустых белых листах. В конце досье прилагались письма от Лисы, изъятые из личных вещей Розанны, и фотографии с места преступления. Манобан немного задержалась здесь, рассматривая фото тела Чеен, сделанное криминалистами на берегу океана. Жуткие кадры демонстрировали посеревшее от влаги белое платье, растрепанные волосы персикового оттенка с запутавшимися в них водорослями, распухшие конечности сине-зелёного оттенка и кровавое месиво вместо лица. Конечно, Лалиса знала, что Чеен была жестоко убита, и догадывалась, в каком состоянии обнаружили тело, но догадываться и видеть реальность собственными глазами - совсем разные вещи. К таким шокирующим картинам Манобан морально не готовилась. Ощутив, как в горлу подступает комок слез, Лиса поспешно перевернула страницы назад, чувствуя легкую дрожь в пальцах. «Успокойся. Успокойся, Лалиса, соберись». В заключении патологоанатома говорилось об отсутствии воды в легких. Сморгнув пелену влаги, замутнявшую зрение, Лалиса сосредоточилась на чтении сложных медицинских терминов. Доктор писал, что смерть возникла вследствие тупой, закрытой черепно-мозговой травмы, то есть, наступила еще до падения в воду. Тем не менее, детективы закрыли дело как самоубийство, объяснив травмы головы ударами о скалы. В целом, ничего нового - халатность и лень полиции сквозила в каждом пункте отчета, приводя к закономерному концу. Лалиса разочарованно захлопнула папку и закрыла ящик. - Уже все? - удивилась Джису, оборачиваясь к подруге. - Да. Информации очень мало, полиция поработала на отвали, - Лиса не могла скрыть своей досады, - я, пожалуй, пойду. - Куда мы? - Джису накинула рюкзак на плечи, - едем в школу? - Нет. - Как нет? - Чичу засеменила ногами быстрее, чтобы нагнать рыжеволосую, стремительно удалявшуюся из кабинета. - Настроение испарилось, - буркнула Лалиса, - я домой. - Что? Погоди! А что было в папке? Ты нашла что-нибудь? Лалиса! Хей! Крик Су повис в коридоре полицейского участка, оставшись без ответа. Манобан действительно поехала домой. Она планировала притвориться больной и остаться в постели до ночи. Вчерашнее предвкушение прорыва полностью выветрилось, а силы покинули тело девушки. Неужели это тупик? Неужели больше нет никакой надежды? Неужели убийца так и не будет наказан? Бросив велосипед у гаража небрежнее, чем обычно, Лиса вошла в дом. Услышав голоса родителей, доносящиеся из гостиной, рыжеволосая притормозила у порога. Девушке следовало обдумать подробности своего "заболевания", чтобы убедительнее соврать, однако зацепившись за имя Чеен, проскользнувшее в беседе отца и матери, Лиса отбросила сомнения, прокралась внутрь и притаилась у косяка. - К Лисе приходила в гости одноклассница. - Да? - Я рада, что она по тихоньку осваивается здесь и заводит новых друзей. Может быть, это поможет ей освободиться от воспоминаний о Пак. Смерть Чеен так сильно повлияла на нашу девочку... я думала, у меня сердце разорвется при виде ее страданий. - Освободится от воспоминаний? Как же, - сварливо промолвил господин Манобан, - ты в комнату Лалисы давно заходила? Там все обклеено фотографиями и плакатами этой девчонки. - Видела, - грустно подытожила мать, - поэтому Лисе все-таки нужно показать то последнее письмо от Чеен. - С ума сошла? - возмутился мужчина, - хочешь довести нашу дочь до истерики? - Наоборот, хочу помочь избавиться от иллюзий! Лалиса перестанет грустить по подруге, когда узнает правду о ней! - Или впадет в депрессию снова! - спор между супругами перешел на повышенные тона, - ты же сама сказала, что у тебя сердце болело от того, в каком состоянии находилась Лиса пару месяцев назад! Если она узнает... - Узнаю что? - громко спросила рыжеволосая, смело шагнув в гостиную. Ей надоело прятаться в тени и слушать, как родители ругаются. - Дочка! Ты что здесь делаешь? Ты почему не в школе? - от неожиданности госпожа Манобан подскочила на месте, чуть не опрокинув своё рукоделие. Родители сидели за чайным столиком - мать перебирала засушенные цветы для ошибаны, а отец проверял квитанции. - У меня живот заболел, - огрызнулась девушка, - так о каком письме идет речь? - Ни о каком, - отрезал отец, сердито скрестив руки на груди. - Нет уж, рассказывайте полностью! Я имею право знать правду! Госпожа Манобан, вздохнув, поднялась на ноги. Отец бросил на нее грозный взгляд. - Не надо. - Надо. Лиса права - она должна получить то, что изначально предназначалось ей. Мужчина заворчал, не согласный с решением жены, однако вмешиваться не стал. Госпожа Манобан открыла верхнюю полку комода, вытащила оттуда конверт и протянула его Лалисе. - Это письмо пришло от Чеен незадолго до ее смерти. Я решила спрятать его ради твоего же блага. - Ты что… ты читала мои письма? - шокированно воскликнула Лалиса. - Нет, конечно, нет! - испуганно замахала руками мама, - Только вот это прочитала… Я случайно пролила сироп на конверт, пока готовила. Подумала, что чернила внутри потекли и вскрыла письмо, чтобы проверить. Я ведь знала, как важна для тебя переписка с Чеен, милая. А когда прочла... спрятала письмо в шкаф от греха подальше. Но с момента трагедии прошло достаточно времени. Ты готова. Поэтому я верну его тебе. Лалиса вновь ощутила бешеное сердцебиение, совсем как утром, когда они с Джису ехали в полицейский участок, предчувствуя раскрытие тайны. Девушка с нетерпением выхватила конверт, покрытый синими пятнами засохшего сиропа, и буквально влетела по лестнице на второй этаж, закрывшись в комнате на замок. Упав на ковер, Лиса погрузилась в содержимое письма, датированное за неделю до "самоубийства" Розанны. "Привет, лисенок! Как у тебя дела? Прости, что давно не писала, была занята. Ты, наверное, не поверишь, но мне все больше и больше нравится жить в Намвоне. Здесь так красиво, спокойно и... ладно, чего скрывать, скажу прямо - здесь я нашла свою любовь! Хихик. Я долго держала это в тайне от всех, но просто не могу не поделиться с тобой! Ты за меня рада? Даже когда я пишу о нем вскользь, то не могу сдержать улыбки. Мое сердце буквально рвется из груди. Я так счастлива, Лиса, боже мой, ты даже не представляешь! Мне кажется, скоро я раздуюсь, как воздушный шар, и улечу ввысь, подальше от земли. Разве один человек способен испытывать столько счастья? Родителям я пока не говорила, потому что они вряд ли поймут... но, надеюсь, меня поймешь ты. Он предложил уехать вместе в Кенгидо, потому что дядя оставил ему там в наследство дом. Лисенок, ты же прекрасно знаешь, что я не из тех девушек, которые готовы потерять голову из-за парня, однако сейчас все по другому. Я уверена, что это моя судьба, понимаешь? Высшее образование подождёт. Нельзя упускать любовь всей своей жизни! К тому же, университет в Сеуле никуда не денется. Можно ведь поступить чуть позже. Некоторые артисты вообще начинают свою карьеру только после 30-ти... да и музыкой в принципе можно заниматься где угодно. Короче, я приняла решение. После школы я сразу же уезжаю в Кенгидо вместе с любимым. Интересно, как быстро мы поженимся? Хи-хи. А у тебя какие планы, Лиса? Если все-таки поедешь учиться в Сеул, то обязательно напиши мне про академию искусств. Там должно быть очень круто. И не теряйся, ладно? Ну, до связи! P. S. Надеюсь, в следующий раз я подпишусь другой фамилией." Письмо выпало из одеревеневших пальцев Лалисы. Рыжеволосая тупо уставилась в одну точку, находящуюся где-то под потолком комнаты. Перед глазами каруселью пронеслись воспоминания из летнего кафе в Пусане - как они с Розэ болтали обо всем на свете, смеялись, и как Чеен обнимала ее, обещая всегда быть вместе. Как строили планы на будущее, мечтали переехать в Сеул. А ведь Лиса даже не хотела поступать в этот дурацкий университет искусств. Согласилась лишь ради Розэ... чтобы теперь прочитать, с какой удивительной легкостью Чеен отказалась от их совместных планов! Чеен бросила ее из-за... из-за… из-за кого? Лиса понятия не имела, кем был этот парень. Ложь, ложь, все сплошная ложь, все слова Розанны. Лалиса почувствовала, что задыхается, будто кто-то резко ударил ее в солнечное сплетение и выбил разом воздух из легких. Перед глазами возникла пелена горьких, злых слез, буквально выжигающих нутро. Значит, она, словно идиотка, сбивается с ног, пытаясь найти убийцу Чеен, а та наплевала на нее ради парня! Интересно, где он теперь? Не похоже, чтобы хоть кого-то в Намвоне волновала судьба Чеен так же, как Лису! Манобан захлестнула обида. Вскочив на ноги, рыжеволосая принялась яростно срывать со стен плакаты Чеен и скидывать учебники Пак на пол. К черту все! Пускай этот загадочный парень занимается расследованием, если ему вообще есть дело! Манобан собрала полароидные фото, которые бережно хранила до сего момента, и грубо затолкала их к себе в рюкзак. - Лиса! - обеспокоенно крикнула госпожа Манобан вослед дочери, когда Лалиса пронеслась по лестнице со скоростью молнии. Лалиса не ответила, бросившись на улицу. К черту, к черту все - мысленно повторяла рыжеволосая, запрыгивая на велосипед. Соленые дорожки щипали ее скулы, подсохнув под упругими струями встречного ветра. Лисе отчаянно хотелось, чтобы земля разверзлась под ногами и проклятый Намвон, отнявший у неё самого дорогого человека, провалился прямо к центру земли. Довольно быстро добравшись до пляжа у дамбы, Манобан вытащила ворох фотографий из рюкзака и швырнула их в воду, сгорая от бессильной злобы. Волны, накатывающие на шероховатую гальку, подхватили полароидные снимки, унося за собой в бескрайние просторы океана. Подобно волнам, на Лису поочерёдно накатывали новые приступы безудержных рыданий. Как она могла, как Чеен могла так поступить с ней? Опустившись на колючий песок, Манобан уткнулась лицом в колени, стискивая пальцами подол юбки. Девушка не знала, сколько она просидела в таком положении, потеряв счёт времени, пока позади не раздался хруст гальки под чьими-то ботинками, возвращая ее в реальность. - Я знал, что ты будешь здесь. Манобан краешком глаза посмотрела на носок ботинка, остановившегося рядом с ней. Ну конечно же, это был Ким Тэхен, собственной персоной. - С чего бы? - голосом, охрипшим от слез, глухо ответила Лалиса. - Ты не появилась сегодня в школе. Джису сказала, что ты заболела. Я же предположил, что ты будешь сидеть на своем любимом месте. - Почему? Джису ведь сказала - я больна. - Ну, а мне хотелось думать, что ты здорова, и просто решила прогулять скучные занятия, чтобы поразмышлять о чем-нибудь, - упрямо возразил Тэ, - Я, например, частенько так делаю, хожу на пляж возле Тории. Лалиса тяжело вздохнула. У неё физически не хватало сил спорить с Кимом или философствовать. Может, как нибудь потом, но точно не сейчас. - Ты прости, но у меня слишком плохое настроение для болтовни, - устало промолвила Манобан. Тэхен немного помолчал, а затем осторожно поинтересовался: - Тебе противна моя компания? - Нет, вовсе нет... - удивилась рыжеволосая, - почему ты так решил? - Тогда я посижу тут. Молча, - Тэ невозмутимо опустился на песок чуть поодаль от Манобан. - Дамба общая, я не могу тебе запретить здесь находиться, - буркнула Лалиса. Однако гнев ее значительно поутих. Пообещав сохранять тишину, парень молчаливо наслаждался пейзажем, подставляя лицо под мягкие лучи вечернего солнца. Затем, решив прогуляться вдоль берега, Ким наткнулся на прилипшие к песку мокрые полароидные снимки, уже превратившиеся в бесформенную серую субстанцию. - Что-то случилось? Я думал, они дороги тебе. В прошлый раз ты даже накричала на меня из-за этих снимков, помнишь, в лесу мугунхвы? - Да, пожалуй, случилось. Я потеряла веру… веру в дружбу. У меня такое чувство, будто я ходила кругами все это время. Куда и зачем? Теперь мне кажется, что все мои усилия были бесполезны, - с горечью промолвила Лиса, ещё крепче стискивая ткань платья в кулаке. Тэхен немного нахмурился, тщательно обдумывая сказанное. - Знаешь, у меня тоже возникло подобное чувство. Что ты бежишь за чем-то, у чего нет конечной цели, а следовательно, ты бежишь по кругу, упуская при этом множество разных вещей. Как бы это лучше сказать? Будто ты смотришь на мир не своими глазами, понимаешь? Будто ты…ну, чья-то чужая тень. В качестве подтверждения своих слов, брюнет поднял из воды фото, изображавшее море и пляж возле дамбы. Лиса была вынуждена признать, что Тэхен прав. Начиная со средней школы она копировала Пак абсолютно во всем - от стиля в одежде вплоть до выбора любимого сериала, и, переехав в Намвон, продолжила заниматься тем же самым. Даже это место, полюбившееся ей - стало бы оно любимым без указания Чеен? Без подсказок, оставленных в письмах? - Да. Какая теперь разница, - раздраженно промолвила Манобан, вскакивая на ноги. Лалиса злилась одновременно на всех - на себя за слабость, на Чеен за предательство, и на Тэхена за то, что тот решил поумничать. Выдрав из пальцев брюнета полароиды, она швырнула их обратно в океан. Картонки жалко обмякли, покачиваясь на волнах прибоя. Тэхен спокойно отнесся к вспышке агрессии девушки и невозмутимо произнес: - Послушай. Я по прежнему не знаю, что конкретно творится в твоей душе, но я готов поддержать тебя в любом случае. Похоже, по каким-то веским причинам ты решила избавиться от воспоминаний подруги, запечатлённых на фото и сейчас, наверное, ощущаешь пустоту. Хорошо. Это нормально, переживать боль от утраты. Но ты можешь создать новые, свои собственные воспоминания. Тогда, в лесу, я предложил тебе сделать другие фото. Мое предложение остается в силе. Лалиса обмякла, опустив плечи вниз, и тихо вздохнула. И чего она, в самом деле, злится? Срывается на Киме, который, кажется, и правда хочет ей помочь. - Спасибо. Тэхен задорно улыбнулся, получив, наконец, желаемый отклик. Золотистые веснушки на носу Кима практически сливались с загаром медового оттенка, равномерно покрывающим кожу. - Не грусти. Теперь у тебя появилась возможность наверстать упущенное. Вокруг множество прекрасных вещей. Тебе нужно лишь оглянуться. Тэ обхватил обеими руками лицо Лалисы и решительно развернул к себе. Манобан широко распахнула глаза от удивления. Что он имеет ввиду? - Тты… Брюнет не дал Лисе времени на сомнения или размышления - он просто быстро приблизился и осторожно коснулся губами ее губ.