"Тени Сентфора" - 4 сезон - «Жертва» (авторская версия)

      

«Огонь очищения»

             Шла середина февраля. Я наслаждалась безмятежностью на пляже знакомого до мельчайших деталей Балтимора. В воду, разумеется, никто не лез. Но посидеть на берегу и насладиться видом залива и океана можно было сполна. Настроение было предельно безмятежным. За прошедшие полтора месяца я успела отдохнуть и получить бурю положительных впечатлений. Поездка по побережью, выступления в маленьком формате уличного цирка были даже лучше, чем полноценная жизнь с установкой шатров и остановками на пару недель. Дни удавалось коротать, как хотелось. Развлекая себя изготовлением маски, все той же, которую я начала делать под бдительным руководством Генри, прогулками по городам. Ну и мелким шопингом.       Глядя на волны залива, я испытывала безмятежность сродни той, что получала в своей иллюзии. Феникс, правда, был не очень доволен близостью к воде. Для нас обоих живы были воспоминания о реке на дне ущелья и тонущей дочери Вишни. Тогда чудом удалось избежать фатальных последствий. Иногда ночами я всё еще просыпалась от ощущения полёта, ощупывая спину в поисках шрамов. Но здесь, наблюдая за закатом, в безопасной близости от холодных невысоких волн, я находила своё прошлое. Безмятежное прошлое подростка, который еще не бывал в Сентфоре, не пережил всю череду событий, предшествовавших этому дню.       Однако пляж мне нравился не только поэтому. С одобрения Генри я устраивала огненные шоу на побережье, если мы задерживались в городах по маршруту передвижения дольше, чем на сутки. Первое время долго и мучительно привыкая к песку под ногами, в конечном итоге я просто стала снимать обувь и выступать босиком. На фоне воды, в темноте, которую едва рассеивали фонари с пешеходных маршрутов, я могла не опасаться за безопасность шатров и выступления выходили грандиозными по качеству. Не было ограничения в движениях, я могла подбрасывать обруч или вращать «плети» и пои с любой длиной. Публика неизменно собиралась почти в каждом городе за считанные минуты. В коробочку для сбора денег летели неплохие купюры, позволяющие мне оставаться довольной собой и баловать циркачей неожиданными угощениями и сюрпризами. И, само собой, кормить Феникса.       Сегодняшний день был по-своему особенным. Прежде всего, потому, что он был последним, который я тут провожу. Цирк и так неделю ждал, пока я утолю свою ностальгию по знакомым с детства улицам. А во-вторых, завтра мы поедем в Батлер. И мне предстояло обрадовать Мэтта новостями о скорой свободе. Генри разрешил мне самой снять с него маску. Если это получилось с Эриком, который два столетия был неотделим от своей, за три с небольшим месяца снять её с Мэтта труда не должно составить.       Кроме того, по прибытии туда меня ожидала моя персональная дата. День рождения. Я не видела смысла устраивать из этого какой-то праздник, но очень хотела отметить его с другом. Вернее, с подругой. Я хотела сбежать на несколько часов во время стоянки и навестить Кристалл. Мы регулярно переписывались по электронной почте, но это все равно было не то, что могла дать личная встреча. Хотя бы в той же пекарне. Сейчас меня ничего не беспокоило, но все же хотелось хоть на малый промежуток времени представить себя простой девушкой с большой кружкой какао и пончиком в уютной пекарне. Без мистики, без ужасов и проклятия, давящего на нервы.       А потом… потом вернуться в трейлер и провести свой праздник в самых крепких объятиях. Ну, может, и не просто объятиях. Я все чаще ловила себя на мысли, что отношения, начавшиеся с интима, обрели совершенно другой характер.       В последний раз втянув морской воздух полной грудью, я проводила глазами закат и пошла к автобусной остановке. Брать сегодня автомобиль в прокат не имело смысла. Я не брала реквизита и не планировала устраивать шоу: сегодня у меня был выходной. Вскоре, почти в самом конце маршрута я покинула теплый салон и пошла к трейлерам, стоящим вдоль трассы в техническом кармане.       Первым делом стоило зайти к Мэтту. Немного прикинув то, как пройдет диалог, я постучалась в дверь.       Спустя примерно секунд тридцать, дверь открылась, являя мне нашего индуса. Он удивленно посмотрел на меня, словно увидел привидение.       — Привет. Можем поговорить? — я чуть неуверенно улыбнулась.       Он молча кивнул и отступил вглубь, позволяя мне войти.       Я опустилась на стул и приглашающим жестом позвала его последовать своему примеру.       — Мэтт, тебе пора домой. — Я снова улыбнулась.       Глаза парня расширились от удивления:       — Уже?       Я рассмеялась:       — С учетом двух суток в пути. Но да, уже. Или тебе понравилось?       Индус неуверенно посмотрел на свои лишние ноги и покачал головой:       — Знаешь, я бы не отказался продолжить путешествие, правда, без этого дополнения.       Мои брови приподнялись:       — Так в чем проблема? У тебя есть номер. Бери машину, катайся по стране, изучай новые места, давай выступления. Когда маска будет снята, разумеется.       Он со вздохом сложил беспалые ладони на столе:       — Честно сказать, я не знаю, как обставить свое возвращение. Не сказал бы, что в Батлере меня ждал кто-то, кроме собаки. Дом у меня такой же. — Он обвел рукой помещение. — Трейлер. Даже хуже, чем цирковой. Раза в два. К тому же, в городе слишком многие знали, чем я промышлял.       Я задумчиво покрутила помолвочное кольцо на пальце. У него действительно могут возникнуть проблемы с возвращением. Но мысль все же появилась, и я поспешила ею с ним поделиться:       — Мы встанем на сутки или двое в Батлере на ночлег и отдых, прежде чем двинуться дальше. Ты можешь пойти в полицию с повинной, сказать, что Уилсон обещал тебя прикончить… за что-нибудь. Придумай. Товар потерял или что-то в этом духе. Ты не знал, куда бежать, и пришел просить помощи в цирке. Если он решит проверить, я смогу подтвердить твою историю. Как и Человек, и остальные артисты. Поездил с нами, потом встретил старого знакомого, который сказал, что заместителя не могут найти, и решил, что в Батлере безопасно и можно вернуться.       Он нахмурился:       — Чистосердечное не отменит реального срока за распространение наркотиков.       Я развела руками:       — Выбор не велик. Я бы предпочла получить срок, нежели пулю в лоб от производителей наркотиков или скрываться непонятно где всю оставшуюся жизнь. — На последних словах я застопорилась: ведь практически этим сейчас и занималась.       Мэтт думал довольно долго. Я буквально видела, как на его лице идет борьба. С одной стороны, как бы худо ему не было в Батлере, а с другой — у него все же был дом, свой собственный угол.       — Хорошо. — Он наконец кивнул с неуверенной улыбкой на искорёженном маской лице. — Я схожу в полицию. Скажи…       Он неожиданно замялся. И я поняла причину.       — Я не знаю, насколько ты раскаялся в том, что делал. И не знаю, уйдет ли проклятие морозника, когда маску снимут. Как я и говорила тебе прежде: все зависит только от тебя.       Он кивнул с непроницаемым лицом и задумчиво уставился в столешницу.       Я поняла, что разговор окончен, и направилась в свой трейлер.       Чувства были смешанные. Я не лгала, когда говорила о последствиях снятия маски, но все же где-то глубоко в душе надеялась, что с ним все пройдет так же гладко, как когда-то с мамой. Её воспоминания маска замутнила куда больше. Но тогда и влияние Человека в маске было куда более велико. Однако, некоторые сомнения меня все же одолевали. Что, если его раскаяние было не так велико, чтобы проклятие цветов отступило?       Я потянула ручку своего трейлера и вошла внутрь.       Генри задумчиво склонился над очередной заготовкой, размечая карандашом детали предстоящего узора. Когда я вошла, он улыбнулся, прерывая своё занятие.       — Привет. — Я наклонилась, целуя его в висок.       — Здравствуй, милая. Как развеялась перед дорогой?       Я пожала плечами, переодеваясь:       — Прошлась по городу. Посмотрела на окна своей старой квартиры. Хотела выяснить, есть ли возможность забрать со склада свои вещи, но потом подумала, что это вызовет подозрения. Да и родителей, скорее всего, оповестят. Так что полдня просидела у океана.       Он согласно кивнул:       — Верная мысль. Пока рано раскрываться. Только обретя свободу, мы сможем рисковать и вернуться к прежней жизни.       Я улыбнулась, завязывая пояс халата:       — Не уверена, что хочу вернуться к той жизни. У меня есть куда более далеко идущие мечты. Почти никак не связанные с прошлым. Ты голоден?       Генри кивнул и вернулся к узору на маске.       Спустя двадцать минут мы мило беседовали за ужином. Я в очередной раз витала в своих мыслях о гармонии всего происходящего. Меня преследовало чувство, что я наслаждаюсь каждым из этих спокойных дней. Уютом, отсутствием спешки и возможностью побыть наедине.       — Снова задумалась?.. — Генри внимательно посмотрел на меня.       Я кивнула, отпивая чай:       — Мне хорошо с тобой. Особенно тогда, когда мы можем себе позволить никуда не торопиться. Это внушает… оптимизм, несмотря на то, что основные заботы пока еще впереди.       Он благодарно улыбнулся:       — Поверь, я уже не первый месяц ловлю себя на этой мысли.       Я смущенно улыбнулась и стала убирать посуду. Завтра утром предстояло двигаться в путь. Балтимор снова упорхнет от меня несбыточной мечтой на неопределенный срок. Впрочем, я все чаще думала, что даже Сентфор мог бы стать неплохим домом. Но оставаться там все же будет не самым верным решением. Слишком много воспоминаний, связанных с цирком у его жителей.       Из всех городов, которые мы проехали, меня вдохновил Новый Орлеан. Старые исторические кварталы, множество сувенирных лавок. Думаю, там получилось бы устроиться лучше всего. Ну и, разумеется, близость к океану. А еще, возможность открыть свой магазин сувениров.       Теплые руки, обвившие мою талию, вывели из размышлений. Генри тронул губами мой затылок, шумно втягивая запах волос:       — От тебя пахнет морской солью.       Я откинула голову на его плечо, вытирая руки полотенцем:       — Жаль, что мне так и не удалось вытащить тебя на побережье за эту неделю. — Я обернулась и провела ладонями по его груди. — Могу предположить, что ночь на пляже не была бы лишней в нашей общей копилке воспоминаний.       — У нас будет множество таких ночей, когда все закончится. Я приложу к этому все свои усилия. — Он плавным движением пальцев заправил мои волосы за ухо и скользнул по губам. — Кажется, я никогда не устану тобой любоваться.       Я чуть подалась вперед, касаясь его губ:       — А ведь я не музейный экспонат… — оторвавшись от его губ, я провела ладонью по стене, гася свет в трейлере. — Таблички «Руками не трогать!» нигде нет.       Ответом мне послужил тихий, завораживающий смех и новый поцелуй, набирающий обороты с арифметической прогрессией.              Батлер встретил нас теплой, довольно-таки приветливой погодой, если не считать промозглый противный ветер. Мне удалось уговорить Генри задержаться в городе на пару дней, чтобы все же повидаться с Кристалл. Площадка, которую мы прежде арендовали под цирк, к сожалению, была занята приезжим луна-парком. Парковки города не рассчитаны на стоянку трейлеров, а съезжать с дороги в сторону леса было опасно. В случае, если пойдет дождь, трейлеры быстро увязнут в грязи без возможности выбраться самостоятельно. Я, конечно, не против была задержаться и дольше, но не такой ценой.       — Есть мысль. Скоро вернусь. — Я выскочила из трейлера и пошла в сторону полицейского участка.       Помнится, с шерифом Харпером мне удалось найти общий язык. И, если все будет благополучно, возможно, я смогу убедить его временно приютить нашу компанию на парковке участка. Уже на подходе я обратила внимание, что места там как раз должно хватить.       Толкнув дверь в теплую приемную, я приветливо улыбнулась секретарю:       — Добрый вечер, Пол.       Парень поднял на меня глаза.       — Миссис Маск! — он неподдельно обрадовался, одарив меня очаровательной улыбкой с ямочками на щеках. — Добрый вечер! Какими судьбами к нам?       Я оперлась локтями о стойку и заговорщически подмигнула:       — Секрет. А шериф у себя? Я могу его увидеть?       — Ушел на ужин. Но должен вернуться с минуты на минуту. Можете подождать его, если хотите. — Пол приглашающе указал на стулья для ожидания.       Дверь в участок открылась:       — Вернулся уже. Кто тут у нас? — Харпер снял с головы шляпу и повесил её на крючок.       Я обернулась, улыбаясь во все тридцать два:       — Добрый вечер, шериф.       Он приподнял брови в удивленном жесте:       — Сара! Добрый вечер. Рад вас видеть. Проходите в кабинет, я буду через пару минут.       Я благодарно кивнула, прошла по коридору и уверенно толкнула знакомую дверь кабинета. По сравнению с прошлым разом, здесь было почти идеально чисто. Стол перестал походить на кладбище макулатуры от обилия газет с тревожными заголовками. Устроившись в мягком кресле для посетителей, я стала ожидать Харпера.       — Миссис Маск, взял на себя смелость сделать вам кофе. — Шериф вошел с двумя дымящимися кружками, одну из которых вручил мне.       — Спасибо. — Я обхватила кружку руками, грея подмерзшие пальцы.       Он устроился в кресле за столом и выжидающе посмотрел на меня. Я только сейчас обратила внимание, что изменения затронули не только стол, но и хозяина кабинета. При нашей первой встрече он был уставшим до предела и засыпал на ходу. Сейчас же словно помолодел лет на пять. Широкая улыбка, освещающая его лицо была приятной, отеческой и лишенной всяких подтекстов, кроме живого интереса и понятной заботы.       — Итак, могу чем-то помочь?       Я кивнула, отпивая кофе:       — Да, шериф. Помощь действительно требуется. У нас возникли проблемы с местом для трейлеров. Площадка занята, а передохнуть пару дней артистам уже жизненно необходимо. Я боюсь, если нам придется проехать еще немного, кто-то попадет в аварию. — Поджав губы, я изобразила на лице тревогу. — Вы не могли бы приютить нас на парковке перед участком?       Он немного нервно дернул плечами.       — Увы, с парковкой именно здесь не получится. Запрещено. — Заметив моё огорчение, он поспешил обрадовать. — Но вы можете передохнуть на территории двора, который прежде принадлежал Уилсону. Там достаточно широкая гравийная площадка, трейлеры должны встать без особых проблем. Разрешение вам сейчас выпишут на случай, если кому-то взбредет в голову вас потревожить.       Я благодарно кивнула. Шериф дал указания Полу и удовлетворенно отпил кофе.       — Заместителя не поймали? — я с вежливым интересом посмотрела на Харпера.       Он знакомо сморщился и махнул рукой:       — Так и не нашли, как и четверых его особо приближенных помощников. Объявили в розыск, как видите, без особых результатов.       Я неожиданно вспомнила про ситуацию Мэтта и подумала, что сейчас можно было бы уладить эту проблему. Немного поразмыслив, я все же решила рискнуть:       — А что, если я скажу, что искать придется всего троих, не считая самого Уилсона?..       Шериф чуть не поперхнулся кофе, но довольно быстро смог взять себя в руки.       — Что вы имеете ввиду?       Я улыбнулась, отпила кофе и задумчиво протянула:       — Скажем так, господин заместитель планировал убить одного из них. Парень пришел в цирк, когда мы уже разбирали шатры в день отъезда. Несколько дней до того он просидел в лесу, скрываясь от Уилсона, и, по всей видимости, совершенно не знал, что делать дальше, раз решился на такой отчаянный поступок.       Я умолкла, следя за реакцией шерифа. Тот оттянул воротник рубашки, заинтересованно ожидая продолжения. Наживка была заглочена, и я продолжила рассказ:       — Судя по всему, он давненько хотел завязать и избавлялся от наркотиков, вместо того, чтобы их сбывать. На этой почве у них с заместителем завязался конфликт. Ко всему прочему, стало известно, что убили Майкла Тёрнера. Само собой, парень не захотел стать следующим. Да и мы не звери. Прекрасно понимали, что, даже если лабораторию накроют, верные заместителю люди начнут методично уничтожать все доказательства, а также тех, кто может что-то рассказать. И совсем было неизвестно, сколько времени продлиться их охота. Мы разрешили парню остаться.       Шериф поджал губы:       — Вы понимаете, что это сокрытие подозреваемого?       Я кивнула:       — А еще это адекватное желание спасти жизнь человеку, который раскаялся в своей ошибке и пытался её исправить. Согласитесь, мистер Харпер, смертей в городе и без него хватало на тот момент. Еще один труп вам был совершенно ни к чему. — Я посмотрела на него поверх кружки.       На лице шерифа отражалась борьба между буквой закона и человеческими чувствами.       — Допустим. Чего вы хотите? — он устало откинулся в кресле, сложив руки на животе.       Я задумчиво улыбнулась:       — Что ему грозит, если он вернется в город?       Шериф вздохнул:       — Миссис Маск, вы же понимаете, что полностью избавить его от наказания я не смогу?..       Я согласно кивнула, глядя ему прямо в глаза:       — Скажем, условный срок и какие-нибудь исправительные работы на полгода, чтобы точно закрепить результат. Полагаю, этого хватит. Он придет к вам сам. С повинной. Подтвердит то, что я вам рассказала, и сможет остаться. Поверьте, за эти несколько месяцев в цирке он в достаточной мере… изменился. — Последнее слово я произнесла с нажимом.       Шериф долго и хмуро смотрел на меня, но я выдержала этот взгляд. Не утерпев, он улыбнулся и погрозил мне пальцем:       — Опасная женщина. Сначала наводка на лабораторию, теперь этот беглец. Я не удивлюсь, если во время следующего визита, вы приведёте мне Джека Потрошителя на цепи. Ладно, я думаю, что за ваше содействие в раскрытии дела наркоторговцев, это можно устроить. Жду парня завтра с повинной.       Я благодарно кивнула, поднимаясь из кресла и ставя пустую кружку на стол.       — Спасибо, шериф. И помните, что повинную голову меч не сечет.       Он махнул на прощание и со смехом откинулся в кресле.       Трейлеры выстроились на широкой подъездной дорожке около дома бывшего заместителя. Генри всю дорогу слушал мой рассказ о том, как мы получили право на стоянку, не проронив ни слова. Когда двигатели наконец заглохли и трейлер погрузился в тишину, он резко встал и потянул меня в объятия:       — Шериф прав. Ты действительно опасная женщина. — Он тронул губами мой лоб.       Я вскинула брови, пытаясь понять его эмоции:       — В чем именно?       — Хм… Дай-ка подумать… — он картинно изобразил задумчивость. — Собрать отпечатки Уилсона и рассказать полиции, где находится лаборатория, подтвердив этими самыми отпечатками, разнести в пепел старые доки в Ньюпорте, спалить там же гольф-клуб, приручить и покорить древнее могущественное зло в моём лице, подчинить себе Феникса… И это только самые значимые события.       Я прыснула:       — Древнее зло… А главное, сама скромность.       Он расхохотался и снова прижал меня к себе:       — Стемнело. Освободишь Мэтта или мне сходить?       — Я справлюсь. Отдыхай. — Встав на цыпочки, я тронула его губы легким поцелуем.       Может, Генри просто снял бы с Мэтта маску как-то иначе, но мне довелось попробовать это уже один раз. Хотелось бы повторить: мало ли, как пойдет с остальными артистами. Тем более, мне нужно рассказать парню всю задумку, чтобы в разговоре с шерифом он не ляпнул чего-то лишнего. Разумеется, секретов цирка он не выдаст. Хотя бы из чувства самосохранения. Кроме того, он не знает основной причины самого существования цирка — проклятия. Для него это кошмарный водоворот фантастических событий, в которые он попал за свои грехи, и он, вполне вероятно, понимает, что, в случае, если все же решит проболтаться, вместо исправительных работ получит принудительное лечение.       С этими мыслями я постучалась в трейлер.       Мэтт неуверенно высунулся из двери.       — Пора. — Я улыбнулась и протянула ему руку.       Он нервно поёжился и вышел наружу. Встревожено покосившись на дом бывшего заместителя мэра, Мэтт насколько мог крепко в отсутствии пальцев, ухватился за мою ладонь, будто потерявшийся ребенок.       Нам повезло: участок стоял почти на отшибе и примыкал к густому хвойному лесу. Уйдя глубже, мы могли не опасаться любопытных глаз и спокойно поговорить.       Пока мы шли, я рассказала ему легенду. Парень шел молча, позволяя мне закончить свой рассказ. Лишь изредка задавал уточняющие вопросы, чтобы сгладить углы, если шериф решит устроить допрос в полную силу. Тропинок не было; пробираясь через заросли я несколько раз попыталась споткнуться, лишь чудом удерживаясь в вертикальном положении. Мэтту, кажется, вообще ничего не мешало идти. Я невольно вспоминала, как сложно ему было вновь научиться ходить на трех ногах. Душу невольно царапнула вина за его преображение.       — Думаю, здесь можно остановиться.       Он кивнул:       — За деревьями с дороги не увидят. Что мне делать?       Я поджала губы, не зная, что ответить. Эрик был в агонии, я понятия не имела, причинила ли ему боль, разрушая проклятие маски. И что сейчас сказать Мэтту тоже не представляла.       — Честно говоря, я не знаю. Хотела бы сказать, что не причиню тебе боль. Но я этого не знаю и надеюсь на то, что ты сможешь вытерпеть, если она все же будет.       Мэтт глубоко вздохнул и вытянулся по стойке смирно как солдатик. Я невольно улыбнулась его решительности и встала вплотную, будто собираясь его поцеловать. Феникс поднялся выше, заливая мои глаза пламенем и оттесняя барьер. Сила расплескалась, освещая поляну сполохами мягкого огня.       Взяв лицо Мэтта в ладони, я наклонила его, чтобы суметь дотянуться:       — Я освобождаю тебя… Ты искупил свой грех…       Мои губы тронули его лоб в почти материнском ласковом жесте.       Энергия Феникса потекла по маске, разрушая тонкие нити проклятия цветов морозника. Лицо Мэтта начало светиться, преображаясь, становясь прежним, словно с него осыпалась скорлупа или штукатурка. Его руки взметнулись к моим ладоням, удерживающим лицо. Парень глухо зарычал, стараясь не кричать. Началось обратное преображение. Позвоночник вставал на место, уродливые отростки лишних ног втягивались в тело. Я чувствовала его боль, но ничего не могла с ней сделать. Еще немного — и я ощутила на своих руках длинные пальцы, а не просто искривленные обрубки ладоней.       С мягкой вспышкой поток силы прекратился, и я сделала шаг назад. Феникс отступал вглубь сознания с чувством выполненного долга.       Мэтт рухнул на колени, переводя дыхание и держась за голову. Его трясло, как от озноба. Это снова был тот же парень, в спортивной зеленой куртке и тёмных джинсах. Чуть надменное лицо исказила гримаса боли и непонимания.       Я опустилась на колени рядом с ним, заглядывая в лицо:       — Все закончилось. — Я мягко улыбнулась ему. — Переночуешь в цирке?       — Да… — он неуверенно встал на ноги, покачиваясь, как когда-то. — Это оказалось так же больно, как после одевания маски.       Я только улыбнулась и шагнула в сторону трейлеров.       — Сара… — Мэтт положил мне руку на плечо, вынуждая обернуться. — Прости, что я тогда… руки распустил. И спасибо, что вы прикрыли меня.       Он буквально выдохнул эти слова, а потом спокойно и уверенно зашагал к трейлерам впереди меня. Я удивленно смотрела, как под курткой сутуло покачиваются его лопатки, и чувствовала, что сумела сделать очередной шаг, ведущий нас к завершению этой долгой и мучительной истории.              Утро было хмурым. Ветер нес с севера тучи, грозящие вот-вот обрушиться либо сильным снегопадом, либо дождем. Ни то, ни другое не сулило ничего приятного и немного давило на настроение. Генри безмятежно спал, и я решила его не будить. В конце концов, вчера он провел за рулем больше полудня и нуждался в отдыхе.       Мэтт ушел, не прощаясь. Я только успела заметить его спину, удаляющуюся по улице в сторону полицейского участка. Винить его было глупо. Но… он заслужил свободу.       Я приготовила легкий завтрак на двоих, быстро расправилась со своей порцией, оставила записку с пожеланием приятного аппетита и начала собираться к Кристалл. Я не оповещала её о том, что цирк в городе, да и трейлеры мимо лавки не проезжали, так что были все шансы устроить сюрприз. Собрав волосы в высокий хвост, я натянула брюки и свитер, зашнуровала высокие ботинки и, взяв куртку, выскочила из трейлера.       До мотолавки идти было недалеко. С каждым шагом моё настроение поднималось. Сегодня я смогу отвлечься от бытовой суеты в компании близкого человека. Тем более, такого вкусного горячего какао я за все это время больше не пробовала.       Знакомая дверь подалась под моей рукой, впуская меня в теплое помещение магазина мототоваров. К моему удивлению, за прилавком было пусто. Видимо, подруга была занята. Решив подшутить, я присела на корточки, проскочила между вешалками, прижалась спиной к прилавку с обратной стороны и нажала на звонок для оповещения о посетителях на кассе.       — Одну минуту! — долетело из подсобки.       Девушка вышла в торговый зал, оглядела его и хотела было уйти, но я хитро выглянула из-за прилавка, будто черт из табакерки.       — Сара! — Кристалл отшатнулась от неожиданности. — Нельзя так пугать!       Я надула губы:       — А я думала, мне тут рады…       Кристалл выбралась из-за прилавка и крепко меня обняла:       — Всегда рада! Привет!       — Привет! — Я ответила на объятия, разглядывая свою татуированную до самой головы подругу. — Как ты тут?       Кристалл отмахнулась:       — Как и всегда. Ничего нового. Почему ты не предупредила, что вы в Батлере? Я бы хоть как-то подготовилась! Поужинали бы вместе…       Я назидательно воздела палец к потолку:       — Сюрпризы на то и сюрпризы. Поужинать не получится, а вот провести время вместе в твоей любимой пекарне мы можем запросто, если, разумеется, у тебя не ожидается наплыв клиентов.       Кристалл фыркнула, взяла куртку и написала на бумажке свой номер телефона. Мы вышли из лавки, она прилепила жвачкой бумажку с номером на стекло и повернула табличку, «обрадовав» покупателей о том, что магазин сегодня до обеда работать не будет.       — Вот теперь я вся твоя… — девушка схватила меня под локоть и потащила к пекарне. — У-у-у! Как же я по тебе соскучилась!       Начал падать снег. Крупные снежинки опускались на дорогу и быстро таяли. Кристалл беззаботно щебетала, рассказывая новости и делясь историей о том, как полиция отлавливала всех причастных к торговле наркотиками. Я наслаждалась её рассказом, позволяя мозгам в кои-то веке переключиться в режим расслабленного ничегонеделания.       Мы устроились за стоиком у окна. Помимо основного заказа, я попросила завернуть с собой большую коробку пончиков на вынос для артистов, памятуя о том, как им понравилось угощение в прошлый раз.       — Итак, ваш тур подходит к концу, я полагаю? — Кристалл заговорщически забарабанила длинными алыми ноготками по столу.       Я кивнула:       — Именно. Возвращаемся в наш старый город, чтобы помочь артистам… обустроиться. А потом займемся наконец своей жизнью. — Я потянулась, чувствуя волну умиротворения.       — Смотрю, «почти муж» добивается своих целей уже сейчас. — Кристалл красноречиво посмотрела на кольцо на моей левой руке. — Поздравляю!       Я смущенно залилась краской:       — Да-а-а… Рождество преподнесло мне интересный сюрприз.       Девушка рассмеялась, глядя в моё смущенное лицо и отпила какао.       — А еще, у меня сегодня день рождения. И я решила, что лучшим подарком будет провести его с тобой. — Я сжала её ладошку, лежащую на столе. — Настоящих друзей у меня не так уж много.       Кристалл поперхнулась напитком и обиженно посмотрела на меня:       — Эй! Я даже не смогу сделать тебе подарок… Это нечестно!       Я отмахнулась, глядя в её полыхающее праведным гневом лицо:       — То, что мы сейчас здесь, уже подарок. Человек планировал только переночевать, но я немного настояла и смогла его убедить остаться в Батлере подольше.       Кристалл улыбнулась. Но напряжение все же осталось.       — Отбегу припудрить носик. Не скучай. — Она поднялась из-за стола и отлучилась в уборную.       Я сидела и безмятежно наблюдала за падающими на асфальт за окном снежинками. Сегодня придется вкусить вторую такую же взбучку от Генри. Даже не знаю, почему я не решилась ему сказать о своем празднике. Может, потому, что для него все эти даты могли стереться в отсутствии необходимости. Или просто потому, что он не любил что-либо отмечать. Что ж, вечером узнаю…       — С Днём Рождения!!! — Кристалл поставила перед моим носом тарелку с большим куском чизкейка и зажженной свечкой.       Я благодарно взглянула на неё:       — Спасибо! Очень приятно…       Набрав в легкие воздуха, я собиралась задуть свечу, но Кристалл предупредительно подняла ладонь:       — Стоп! Желание загадай.       Я задумалась, но лишь на миг. Зажмурила глаза и тихо попросила про себя о том, чтобы у меня получилось снять проклятие с Генри. Под оживленные аплодисменты Кристалл и персонала пекарни я задула свечку и счастливо откинулась на стуле.       — Не буду спрашивать, что ты загадала, но кажется, я знаю… — Кристалл подмигнула мне и отколупнула кусочек чизкейка с моей тарелки вилкой. — М-м-м… Вкусно! Налетай!       Я послушно попробовала действительно тающий во рту чизкейк и удовлетворенно замычала. Выпечка, как и всегда, в этом заведении была на высоте.       — Эх, прощай моя фигура! — Кристалл с довольным урчанием принялась поедать пончик, а потом откинулась на спинку стула, глядя на меня. — Итак, цирк почти позади. Остались тихий домик с садиком и ребенок с собакой?       Я подавилась чизкейком:       — Насчет предпоследнего и последнего пунктов мы еще не говорили. Но, со временем… — я смутилась и спрятала лицо в кружке с какао. — У нас есть еще пара нерешенных проблем, которые мешают дальнейшей спокойной жизни.       — Ух ты… — Кристалл восхищенно посмотрела мне за спину.       Обернувшись, я увидела курьера с цветами, направляющегося к нашему столику. В руках у него была большая охапка алых кустовых роз, которые я просто обожала. Курьер положил букет на край стола, попросил оставить роспись о получении и исчез из поля зрения.       — Крис, чизкейка и твоей компании было бы вполне достаточно. — Я наклонилась над букетом, вдыхая нежный аромат.       Девушка насмешливо вскинула брови:       — А это и не от меня. Хотя, признаться, я посодействовала. Пришлось, правда, помучить брата по телефону.       Я удивленно покосилась на неё:       — Я даже боюсь подумать, кто твой брат.       Кристалл расхохоталась:       — Пол, помощник шерифа. Мы не то чтобы очень близки, но он почти сразу раскололся, стоило сказать, что я сижу в пекарне с его обожаемой «Феникс».       Я вспыхнула под смех Кристалл:       — Это от Пола?       — От Человека. — Девушка мягко улыбнулась. — Я попросила Пола, чтобы он отправил патруль в цирк и напомнил о твоем празднике. В вашем режиме жизни значимые даты могут стираться из памяти. Так что…       Я испытала чувство легкой паники и благодарности. Да уж, Генри узнал не совсем так, как я планировала. Что ж, это даёт ему время подготовиться, а значит, дома меня ждет сюрприз поинтереснее ароматного букета.       — Может, ты и права… — я с нежностью скользнула пальцами по мягким лепесткам цветов. — По правде сказать, мы впервые в этом году отмечали Рождество. Впервые за очень-очень долгое время.       Кристалл с любопытством подалась вперед, рассматривая меня:       — Можешь рассказать, как вы встретились? Должно быть, это очень захватывающая история…       Я сглотнула. «О да, очень. Сначала мы мечтали друг друга уничтожить, а потом провели вместе ночь, я сбежала на десять лет, и еще через десять лет я проснулась в лесу с цирком… Крайне захватывающая история», — подумала я про себя. Но Кристалл ждала ответа. Немного подумав, я рассказала ей легенду, которую в своё время мы придумали для Уилсона, дополнив её некоторыми подробностями, которые уже были вполне реальными. В общем-то, похожие истории в жизни встречаются, так что я не выбивалась в какие-то бесконечные фантазии.       Девушка с восхищением смотрела на меня, когда я закончила рассказ.       — Не думала, что когда-то произнесу такие слова, но это очень романтично и трогательно. — Она вздохнула. — Не знаю, смогла бы я все так же бросить и уехать за тем, кого люблю…       «Я тоже в самом начале не особо думала о том, могу или не могу, подруга…» — Но промолчала.       — Что ж, по меньшей мере это объясняет, почему он так трепетно к тебе относится. — Кристалл удовлетворенно сложила руки на груди. — Ладно. Давай закругляться. Обед уже подходит к концу, думаю, мне стоит вернуться в магазин, а тебе пора отмечать свой праздник в еще более приятной компании.       Я проводила Кристалл до мотолавки, и пошла к трейлерам, нагруженная коробкой с пончиками и букетом. Настроение было прекрасным, но легкая тревога приближающейся бури за умалчивание уже витала в воздухе, вынуждая подумывать то ли о побеге, то ли о том, как я буду оправдываться. Что ж, деваться некуда, так что придется вернуться в родные пенаты и вкусить все прелести недосказанности.       Пытаясь оттянуть час расплаты, я прошлась по трейлерам, раздавая угощение артистам. Циркачи косились на букет, смотрели на моё немного озадаченное лицо и поздравляли по мере сил. Было приятно, но дальше придется встретиться со своей участью.       Я вошла в трейлер, приживая к груди букет. Генри наигранно хмуро покосился на меня из-за накрытого стола.       — Прости… — я спрятала лицо в цветах.       — Сара, мне кажется, о таких праздниках сообщают за несколько дней, а не за пару часов. Еще и через патруль полиции. — Он засмеялся.       Я неуютно повела плечами, поняв, что убивать меня сегодня никто не будет, и отложила букет на столешницу.       — Это была полностью идея Кристалл. Я просто думала, что мы с тобой вечером выпьем вина и… — я покраснела.       Он подошел ко мне, чтобы помочь снять куртку:       — «И», разумеется, никто не отменял. — Теплое дыхание обожгло мочку уха. — Вино есть. Так чего мы ждем?       Я обернулась и благодарно обняла его, положив подбородок на грудь и заглядывая в глаза:       — Не злишься?..       Он тронул мои губы поцелуем:       — Немного, но через несколько часов ты заслужишь прощение. Ну, или к утру…