Who we are without each other?

      «Оставьте сообщение после звукового сигнала…»       — Люк! Это я, Клэри, звоню с другого телефона. Я понимаю, ты был очень утомлен работой и сегодня у тебя выходной, но… Мне очень нужна твоя помощь. Я бы хотела проверить свою кровь на наличие в ней чего-нибудь такого, чего бы я сама принимать не стала. Вот только огласки не хочу, поэтому вынуждена просить тебя провести пару таких тестов. Когда у тебя будет на это время, разумеется. Перезвони, как сможешь. Пока.              Даже без памяти о Сумеречном Мире жизнь Клэри напоминала какой-то дешевенький роман с лихо закрученным сюжетом. Порой она даже думала, что сходит с ума. И просьба, которую она адресовала Люку, уже не казалась ей чем-то странным: она считала, что кто-то подсадил ее на галлюциногенные вещества, побочным эффектом приема которых является потеря воспоминаний. Фэйрчайлд едва ли различала реальность и вымысел, и дело было лишь в том, что она не знала, что все это более, чем реально.       Рыжеволосая сидела на диване в съемной квартире. Она планировала её когда-нибудь купить, но пока что не складывалось с деньгами — работу с достойной зарплатой в 18 лет найти было трудно даже в Бруклине. Клэри задумчиво рисовала то, что видела вчера ночью (а если быть точнее, уже под утро), — два темных силуэта и парня с почти сверкающим на рассветном солнце клинком. Он ее спас от нападавших, но сказать свое имя и не подумал. «Наверное, это очередной бред, сотворенный моей больной фантазией вперемешку с какой-нибудь наркотой,» — оправдывая необычность событий вчерашней ночи, рассуждала Клэри.       — Но если проверка покажет, что я не наркоманка, я должна найти его и поблагодарить, — сказала девушка вслух. Она невольно коснулась волос нарисованного Джейса… Которого она не помнила. Все черновики и альбомы с рисунками, хоть как-то способными вернуть ей память, оставлены в институте и не могут покинуть его пределов.       — Чем дольше я на него смотрю, тем больше мне кажется, что я его видела и раньше, — продолжала монолог Фэйрчайлд. — Разговариваю сама с собой. Совсем с ума сошла, — она усмехнулась и включила музыку на телефоне. — Пусть я и одна, зато наушники не нужны.              Девушка решила навести порядок, когда заметила, что солнечные лучи «бродили» в куче раскиданных вещей. Мысленно удивившись столь резким изменениям в погоде в последние пару недель лета, она положила альбом со странными рисунками на кофейный столик и встала с дивана — уборка началась. В голову лезли разнообразные примитивные мысли: о приближении дня рождения (первый без Джослин, что не могло ее не печалить); о работе в доставке пиццы; о сегодняшнем списке дел, которых было не так уж и много. Однако все, о чем она думала, в мгновение переместилось на второй план, когда она нашла коробку. В ней лежало платье розовато-лилового цвета, туфли на непривычно высоком ей каблуке и золотая цепочка с маленьким кулоном, — все это она положила сюда чуть меньше, чем полгода назад, и не вспоминала об этой коробке до сих пор. Позитивный настрой Клэри сразу же исчез — попытки окунуться в «омут» собственных воспоминаний никогда не заканчивались чем-то полезным, особенно если речь шла о воспоминаниях о часе, в который ангелы исполнили свою волю. Наряд, лежащий в коробке, всем своим видом словно говорил, что он — последняя вещь, вынесенная ею из Сумеречного Мира. Вот только подобные «сигналы» Фэйрчайлд распознать не могла при всем желании. У рыжеволосой разболелась голова — за закрытые двери ее памяти ангелы ее по-прежнему не пускали.       Клэри написала смс своей «подруге», с которой познакомилась не так давно при повторной попытке поступить в Академию Искусств. Фэйрчайлд ощущала какую-то душевную необходимость «сбежать» из квартиры, сбежать от воспоминаний (или вовсе их отсутствия). Будущие однокурсницы договорились встретиться в уютном кафе неподалеку от Академии.                     — И где она ходит? «Вовремя» это не про нее… — причитала Клэри, ожидая знакомую возле входа в кафе. Когда времени прошло довольно-таки много, рыжеволосая уже без угрызений совести перестала ее ждать и вошла внутрь. Девушка села за приглянувшийся свободный столик и от безделья стала рассматривать меню, которое знала почти наизусть. Однако вскоре природное любопытство проявило себя — Клэри начала прислушиваться к тем немногим людям, что находились здесь. Особенно ее привлёк телефонный разговор девушки, сидящей к ней спиной.       — У меня еще тренировка сегодня, я не могу так! — восклицала она. Фэйрчайлд очень хотела услышать, что такого могли ответить на том конце «провода», поэтому невольно подвинулась ближе к соседнему столику и сосредоточила все внимание на незнакомке в капюшоне и ее телефонном собеседнике.       — Что тебе даст эта тренировка, если ты не будешь знать, кто она такая? — говорил слегка низкий голос в телефоне. Он принадлежал девушке, что не могло не поразить хотя бы на минуту.       — Не только в узнавании дело, ты же знаешь, — уже более тихо отвечала посетительница кафе. — Я не могу исполнить твою просьбу.       — Просьба-то моя, а вот выполнение ее — желание сразу двух человек, не считая меня. Знакомься с Фэйрчайлд, я тебе настоятельно рекомендую, — Клэри не смутила эта фамилия ни на секунду — в своем сознании она была Фрэй, не иначе. Ангелы сыграли с ней поистине злую шутку, отняв воспоминания даже об истинном происхождении.       — Но ее ведь тут нет! — возразила девушка собеседнице.       — Вообще-то… Есть, сестричка. Просто осмотрись.       Незнакомка закончила разговор и спешно убрала телефон в карман. Клэри сделала вид, что изучает меню, но продолжила исподлобья наблюдать за девушкой — та осмотрелась по сторонам, и взгляду Фэйрчайлд предстала обладательница светло-русых волос длиной до ключиц и ярких серых глаз… Рыжеволосая даже понятия не имела, кого только что увидела, и это не могло бы не волновать всякого, кто возьмётся рассказывать историю этой встречи.       Как бы ни старались нефилимы скрыть друг от друга факт слежения, они все же встретились взглядами. Каждой из девушек было неловко: Клэри — за любопытство и вторжение в личное пространство незнакомого человека; Трее — за саму абсурдность того, что ей нужно было сделать. Ей совсем не хотелось исполнять то, о чем говорила ей сестра, но другого выхода она не видела. И от внутренней смелости и непоколебимости Эльмерс сейчас зависел ход истории, о чем ни Клэри, ни Трея и не догадывались.       — Ждешь кого-то? — Трея встала из-за своего столика и подошла к тому, за которым сидела рыжеволосая. — Я могу присесть?       — Разумеется! — Фэйрчайлд широко улыбнулась, наивно полагая, что ей удастся «замять» свое недавнее слежение. Эльмерс села к Клэри и сняла капюшон, позволив редким лучам солнца изучать цвет ее волос. Охотница не забыла и про гламур: она скрыла ими руны и все то, что могло бы выдать в ней представителя Сумеречного Мира. Задачей Эльмерс вовсе не являлась попытка воззвать к памяти Клариссы, нет; Трея желала изучить ту, что перевернула жизнь Джейса раз и навсегда. Глубоко в душе Эльмерс понимала: она пока не чувствует к Фэйрчайлд ничего кроме зависти. За Клэри сражаются, за Клэри страдают, ее любят и ждут, стремятся оберегать; у Клэри была команда, которая еще поработает вместе, если к рыжеволосой вернется память. Эти размышления не могли не влиять на Трею: она без конца думала о том, стоит ли ей применить то, что так «заботливо» спрятано гламуром в рукав куртки-парки.       — Давай знакомиться, — охотница протянула руку Клэри. — Я Трея. Трея Эльмерс. А ты… — старалась сказать как можно естественнее она.       — Я Кларисса Фрэй. Можно просто Клэри. Даже не можно, а нужно — я так привыкла, — усмехнулась рыжеволосая, протянув руку в ответ. Трея приветливо улыбнулась девушке; «госпожа зависть» стала проигрывать другим чувствам и эмоциям. В душе Эльмерс теперь жило сочувствие нелегкой судьбе Клэри; непонимание значения того, что охотница должна была сделать, тоже не покидало сознания девушки. «Это наверняка повлечет за собой не самые приятные для нее последствия,» — размышляла ученица Джейса. Рисковать расположением своего тренера Трея не хотела — она понимала, что рано или поздно Эрондейл узнает, что с его любимой что-то случилось. Да и недавние события тяготили ее душу… Светловолосая почти утонула в своих мыслях.       — Выглядишь так, будто завалила выпускные экзамены, — Клэри непонимающе посмотрела на свою новую знакомую, чей взгляд, казалось, был устремлен в пустоту. Трея словно очнулась, и сейчас она смотрела по сторонам уже более живо.       — М… Нет, я их заваливала в течение прошлого года, хватит с меня грустных взглядов, — на удивление, Трея ощущала легкость в разговоре с Фэйрчайлд, ведь ни одной, ни другой не приходилось врать.       — Правда? Ты больше похожа на старательную выпускницу, а не на ту, для которой «удовлетворительно» — тоже оценка, — Клэри хихикнула, когда увидела, что с Треей все же можно поговорить на эту тему.       — Так и было, просто мне очень не везет. Кроме шуток. Мама говорила, что это проклятье, — Эльмерс пыталась сделать свой тон как можно менее серьезным, но выходило, мягко сказать, «так себе» — когда разговор касался ее семьи, Трея становилась хмурее грозовых туч, и винить сейчас в этом было совершенно некого — она сама вспомнила про то, что ее семья когда-то состояла не только из отца и сестры-гибрида.       — Оу… Зачем мы про экзамены заговорили? Давай лучше узнаем друг друга получше, Трея. Я начну, если ты не против, — сказала Клэри, не скрывая стремления перевести тему на что-то более подходящее. На телефон Эльмерс пришло сообщение: «Скоро будет твой шанс, твоя последняя возможность сделать то, что ты должна. Не упусти момент». Трея быстро отметила его как прочитанное и стала внимательно слушать Фрэй. — Я через пару недель буду студентом Академии Искусств, и поступила я туда только со второго раза. Не помню, почему не вышло в первый раз. Честно. Наверное, это немного странно…       Колокольчик на входной двери тихо оповестил о том, что кто-то вошел в кафе. Клэри не сразу обернулась на этот звук, считая своим долгом договорить. Трея посмотрела на рукав своей куртки — из него торчал странный загламуренный инструмент, напоминающий довольно-таки длинную иглу (правда, толщиной примерно в сантиметр). В конце «иголка» становилась прозрачной, и внутри можно было разглядеть что-то отдаленно напоминающее цветочную пыльцу. Золотую. Инструмент жаждал своего применения и, казалось, сам стремился вылезти из куртки охотницы. Клэри посмотрела в сторону двери: в кафе вошла та самая знакомая, с которой она и договаривалась здесь встретиться. «Сейчас или никогда,» — промелькнуло в голове Эльмерс. Она взяла не видимый никому кроме нее инструмент и, пытаясь унять дрожь в руках, готовилась кольнуть им Клэри — эффект должен был быть таким же, как от какой-нибудь инъекции… Трея не смогла.              — Аня! — приветствовала вошедшую «подругу» Клэри. Рыжеволосая встала из-за столика и намеревалась познакомить Трею со своей будущей однокурсницей, однако Эльмерс уже спешно уходила, спрятав инструмент как можно дальше в рукав. — Трея? Ты куда? — удивленно задала вопрос Фрэй вслед убегающей охотнице.       — Прости, у меня тренировка, я опаздываю, приятно было пообщаться, — протараторила Эльмерс и выскочила из кафе настолько быстро и незаметно, что складывалось ощущение, будто ее тут никогда и не было.       — Клэри? Ты с кем общаешься? Я, конечно, понимаю, выходные и все такое, но зачем сразу травкой баловаться? — вопрошала только что вошедшая Аня.       — Ты не видела Трею? Среднего роста такую, волосы светло-русые… — Фэйрчайлд оглядывалась по сторонам в поисках доказательств реальности существования той, с кем познакомилась несколько минут назад. И… Ничего.       Кларисса Адель Фэйрчайлд все еще видела сумеречных охотников, теперь Трее это было ясно, но все же специально примененный гламур примитивной Клэри был «неподвластен».       

***

             Звук падающей на стол книги вытащил бы из мыслей всякого, кто за этим столом сидел. Магнус не был исключением, и особенно удивительно ему было наблюдать то, как Изабель демонстративно уронила книгу, не зацепив при этом банки-склянки со всевозможными магическими ингредиентами — от волшебного синего порошка до лапок тараканов из леса фэйри. Маг поднял вопрошающий взгляд на сестру своего мужа и задумчиво потер подбородок. Изабель устало прикрыла глаза, ожидая от Бейна более «живой» реакции. Охотница скрестила руки на груди, когда наконец заметила, что он был занят прочтением, вероятно, книги намного полезнее, чем та, что принесла Лайтвуд.       — Ты так спокоен и сосредоточен, — с нотой упрека произнесла брюнетка, сверля мага взглядом. Казалось, такой тон в разговоре вполне устраивал Бейна, что не могло бы не ввести в замешательство стороннего наблюдателя данного диалога, к примеру.       — Если ты так считаешь… — протянул муж Алека и задумчиво перелистнул страницу в своей книге, подперев голову рукой.       Яркое и уже скорее осеннее, чем летнее, солнце в полдень удивляло, особенно если вспомнить ночную грозу сверхъестественного происхождения. Иззи огляделась по сторонам: она стояла в кабинете, в котором царил идеальный порядок. Никаких следов ночных развлечений, игр на выпивание и невероятно противного утреннего похмелья не было ею замечено. Голова младшей Лайтвуд сейчас «завидовала» всему, что могло легко прийти в себя после Джин Тоника, виски, фруктового пива и убойных коктейлей, так как охотница чувствовала себя прескверно и невольно говорила с Магнусом не так, как следовало бы.       — Эта чертова книга досталась нам такой ценой… Почему бы тебе не открыть в «Трюках с памятью» тот самый легендарный раздел, недоступный нам, охотникам? И лучше бы тебе поторопиться, пока ее опять не украли, — Иззи фыркнула и присела на не самое удобное в квартире Магнуса кресло. Охотница даже удивилась наличию подобного предмета интерьера в квартире мага, который за всю свою долгую жизнь явно научился отличать «хорошее» от «плохого», даже если дело касалось мебели. — Хэй, у тебя самого пятая точка не болит здесь сидеть? Это же невыносимо, — пробубнила брюнетка и встала с кресла, слегка жмурясь от резких движений, что болью отдавались в правой части головы. Похмелье…       — А кто сказал, что я там хоть раз сидел? — Магнус иронично улыбнулся и закрыл книгу, которую читал перед приходом младшей Лайтвуд. — Это кресло для отвратительных клиентов, которых я вынужден был терпеть до того, как стал Верховным Магом Бруклина. Рад, что ты оценила.       — Это так вовремя, — с сарказмом произнесла Изабель. — Так что насчет яблока раздора? — Магнус посмотрел на сестру Алека в попытке понять ход ее нелогичных в данный момент мыслей. Иззи поняла, что о смысле ее метафоры Бейн так и не догадается. — О Ангел, я про книгу! Буквально из-за нее Алек с Джейсом поругались, — оружейный мастер вновь подошла к столу Магнуса. Охотница вынуждена просить его о помощи. Снова. Наверное, ни одному смертному сейчас и не снились границы терпения Бейна-Лайтвуда, потому что их не было. По крайней мере, сегодня.       — Интуиция подсказывает мне, что вам без меня не обойтись. А еще она шепчет мне, чтобы я не трогал книгу, хотя взять ее в руки — единственный способ увидеть скрытый раздел, — маг откинулся на спинку офисного кресла и задумался.       — Ты что-то отталкивающее чувствуешь в листах бумаги или в книжном переплете? А может, я тебе просто надоела и ты решил что-то придумать, чтобы я наконец ушла? — Иззи невольно говорила все, что ей приходило в голову. Магнус знал об этом состоянии побольше охотницы — на некоторых представителях Сумеречного Мира восхитительные алкогольные коктейли мага с утра сказываются именно так. Бейн слегка вытянул руку навстречу Изабель, сделал пару причудливых магических движений, и… Лайтвуд стало легче. Легче настолько, что она теперь не напоминала стерву, а была готова искать способы вернуть память Клэри ответственнее, чем кто-либо другой. — Спасибо, — поблагодарила она мужа Алека.       — Даже не знаю, чего я жду. У меня выхода нет — книгу надо взять в руки так или иначе, — увлеченно продолжил говорить маг. Иззи сделала шаг назад, опасаясь чего-то, что должно было произойти. Магнус нахмурился и взял «Трюки с памятью». Ничего не случилось.       — Интуиция тебе изменила, — шутливо и в то же время с облегчением проговорила охотница. Магнус не поменял выражения лица и распахнул книгу. В мгновение она стала похожа на «ручное солнце» — до того ярким был свет от нее. Через несколько секунд книга «Трюки с памятью» сначала рассыпалась на тлеющие искры, а затем и вовсе исчезла. В руках Магнус держал теперь только записку:

«Никто не обещал, что книгу можно будет читать всем.»

— Королева Благого Двора.

      — О чем-то таком я, в принципе, и догадывался, — спокойно и в то же время с насмешкой над ситуацией произнёс Бейн.       — Вот же сучка! — вырвалось у Иззи.       — Пчелки, бабочки, птички, помнишь? — сказал Магнус, заставив Лайтвуд задуматься.       — Ну уж нет, отвесить ей комплимент в виде крепкого словца — это последнее, чего я теперь буду бояться, — заявила брюнетка и оперлась на стену. Она устало прикрыла глаза, все ещё надеясь, что это была шутка и у них получится найти ключ к памяти Клэри.       — Что ж… Книги у нас теперь нет. Но я ведь никуда не делся, — самодовольно произнёс маг, окинув взглядом Иззи в ожидании ее реакции. Охотница улыбнулась одним уголком накрашенных ярко-красной помадой губ.       — Это ты решил меня утешить или у тебя и правда туз в рукаве? — живо спросила Изабель.       — Этот «туз» появился у меня сегодня ночью, когда мы пили водку с содовой, — Магнус порвал записку Королевы Благого Двора, магией захлопнул дверь в кабинет и закрыл окно. Иззи непонимающе посмотрела на друга.       — Ты собрался телепортировать эту комнату и на всякий случай все позакрывал? Может, я хоть вещи соберу? — с сарказмом проговорила сумеречная охотница.       — Я бы ответил тебе что-то остроумное, да времени нет. И нет, я все закрыл, чтобы Её Величество не лезла в наши дела и не знала о моей идее.       — О Ангел! Говори скорее!       — В последние несколько часов я задумался над твоими словами о связи охотников с их стеле. Я поискал информацию и наткнулся на доказательство того, что твоя теория более чем реальна — с помощью стеле можно вернуть память. Это нелегко, и из всех охотников, которые прошли через подобное, жив сейчас только один.       — Что стало с остальными? Погибли, когда проходили ритуал возвращения воспоминаний?       — Нет. От старости или в боях пали, — спокойно отрезал Бейн и продолжил говорить:       — Этот охотник или охотница сейчас где-то рядом, в Нью-Йорке. Найти его или ее, быть может, и не было бы проблемой, если бы не одно «но»…       За окном противно каркнула ворона. Если бы в кабинете присутствовал Джейс, он наверняка бы отметил сходство этой вороны с птицей в лесу перед домом Треи. Сейчас эта птица настойчиво билась в стекло, желая подслушать то самое «но». Бейн раздраженно задернул шторы с помощью магии, и вскоре ворона улетела.       — Верховная Фэйри заинтересовалась едва ли не больше, чем я, — хихикнула охотница, а затем попросила Магнуса закончить начатый разговор.       — Это «но» заключается в том, что выживший охотник связан с каким-то пророчеством и вовсе не помнит, что ему возвращали память с помощью стеле. Так что вряд ли у нас выйдет подойти к нему и спросить: это вы тот самый уникальный нефилим?       — Пророчеством? — переспросила Иззи.       — Да. Я не смог найти, о чем оно. Ясно только одно: оно настолько свежее и настолько нужно было фэйри, что Королева Благого Двора готова сделать все, чтобы сохранить в тайне местоположение этого охотника.       — Так-так, подожди. Ты рассказал все, кроме самого главного. Как эта твоя добытая информация связана с нашим случаем? У нас нет стеле Клэри благодаря этой твари, — младшая Лайтвуд скрестила руки на груди и фыркнула от осознания того факта, что фэйри все вечно портят.       — Ты просто не дослушала меня, Иззи. У выжившего тоже не было стеле, когда ему потребовалось вернуть память. Однако они — выживший и те, кто возвращал ему память, — нашли стеле, воспользовавшись довольно-таки интересным параллельным миром.       Магнус сделал паузу в своем объяснении и, взяв какую-то книгу со стола, прочел следующее: «Этот мир — крышесносящее открытие, которое ныне прячут фэйри. Оказавшись в портале в тот мир, вы почувствуете всю его специфику: это измерение позволит вам взглянуть на ту реальность, в которой вы живете, под другим углом.»       Сестра Алека почесала затылок, хотя ей подобный жест был не свойственен.       — Сколько загадок… Знаешь, ни черта не стало понятнее. Все только хуже. Теперь у нас есть «тот, не знаю, кто», «то, не знаю, что» и портал. Про портал информации совсем нет. Напомни, что мы вообще искали?       — Перестань все усложнять. Чтобы достать стеле Клэри, нам нужно опередить фэйри и найти последнего охотника, пережившего возвращение памяти. А как найдём, отследить портал с его помощью перестанет быть проблемой, — маг закрыл книгу и вновь положил ее на стол.       — Думаешь, у нас получится? Думаешь, фэйри ещё не нашли этого беднягу? — осыпала его вопросами охотница.       — Я уверен процентов на 70, что его или ее уже нашли и выведали пророчество. Почему оставили жить — совершенно другой вопрос.       — Окей… Каков план действий?       — Для начала — помирить Джейса и Алека или хотя бы поспособствовать этому.       — Да, это не помешало бы сделать. Сегодня Джейс уже успел от злости сломать несколько тренировочных мечей, причем он даже не принес мне их на ремонт. Принес какой-то ученик, — пожаловалась мастер оружия.       — Это ничто в сравнении с Алеком. Он с утра встал и, забыв про всякое похмелье, стал срочно собирать вещи. Не удивлюсь, если и в кабинете главы Нью-Йоркского института уже собирает все, что ему принадлежит, — Магнус глубоко вздохнул.       — Он собрался куда-то? Без тебя?       — Со мной. Но с этим пока проблемы… В Аликанте к магам не привыкли ещё, сама знаешь.       — Я уже успела забыть, что его хотят сделать Инквизитором. Но черт, не сейчас, это так не вовремя… Надо остановить обоих, пока один не разгромил институт, а другой не уехал окончательно и бесповоротно.       

***

             — Тебя даже не смутило, что мы тренируемся на палках? — шумно выдохнув, спросил Джейс у Треи, когда охотница пропустила очередной выпад своего тренера. До этого момента Эльмерс блуждала в своих мыслях о Клэри, о сестре и о том, каковы же должны быть границы сведений и ответов на вопросы, которые задаст ей Джейс.       — Ну, это же моя первая тренировка в Нью-Йоркском институте… Откуда мне знать, как тут принято, — ответила русоволосая охотница, поднимаясь с пола. Ей не удавалось повторить ошеломительный успех показательной тренировки — она не активировала руну удачи, заранее догадываясь, что Эрондейл проверит ее на честность.       — Шутишь? — усмехнувшись, спросил парабатай Алека, отходя на удобную для атаки позицию. — Ты уже сумеречный охотник и так или иначе была на миссиях, думаешь, кто-то стал бы тренировать тебя с таким, с позволения сказать, оружием?       — Если честно, меня не сильно волнует способ тренировки. Но вижу, тебе либо хочется избежать какой-то темы разговора, либо ты желаешь рассказать, почему мы не используем оружие посерьезнее, — с полной уверенностью в правдивости своих слов подытожила Трея.       — Я бы сказал, что ты угадала и с тем, и с другим, но сначала — допрос, который я тебе обещал, — Джейс почти вновь сбил Эльмерс с ног, но охотница ловко заблокировала удар.       — Вау, у меня получилось! Впервые за полчаса, — порадовалась Трея своему успеху. Эрондейл воспользовался тем, что его ученица отвлеклась, и опять повалил ее. — Ай.       — Не восхищайся победе в сражении, пока не выиграна война, — поучительным тоном произнес Джейс. Русоволосая охотница нахмурилась.       — Даже самая маленькая победа, одержанная без руны удачи, радует меня, — приглушенно ответила тренеру девушка. Эрондейл протянул ей руку и помог встать. Почти как позавчера, в первый ее день здесь.       — Кстати об этом… Зачем ты ее вообще применяла? Ты настолько боялась вылететь из института? — парабатай Лайтвуда отошел от Треи, давая ей шанс перевести дыхание и собраться с мыслями для ответов на вопросы.       — Все очень просто. Я настолько задолбалась пересдавать боевой экзамен, что решила не рисковать. Мне уже 19. Я потратила целый год в попытках честно сдать экзамен, но каждый раз что-то шло не так. Даже в подробности вдаваться не хочу. И да, я боялась вылететь отсюда, потому что я с трудом заслужила прохождение церемонии посвящения в охотники. Со своим пожизненным невезением, которое касается не только экзаменов, я ничего поделать не могу. Мама предупреждала меня о нем… Когда была жива, — Трея шмыгнула носом и подошла к столику, на котором стояла бутылка воды. И не столько уставшей охотница чувствовала себя, сколько ощущала, что в горле пересохло. Джейс проникся к ней долей сочувствия и решил поставить тренировку «на паузу».       — Ясно, эм… Я бы спросил у тебя про твою сестру, но тема семьи у тебя явно не самая любимая… — прерывисто произнес тренер, сгорая от любопытства, вызванного уникальностью Мелиссы Эльмерс.       — Про сестру я готова говорить сколько угодно. Она не отбитая на голову, как тебе могло вчера показаться, — Трея усмехнулась, заметив на лице Джейса улыбку. В его глазах читались воспоминания о всех весьма забавных «гопофразах» Мэл.       — Но я был весьма удивлён. Мои ожидания кардинально отличались от реальности, — Эрондейл присел на единственную скамейку в тренировочном зале. Трея же предпочла стоять неподалеку, оперевшись на «палку». — Как вообще возможно то, что она и маг, и фэйри, и охотница, да ещё и твоя сестра?       — Все вышло довольно-таки спонтанно, — начала Трея. — Мои родители находились в свободных отношениях с тех самых пор, как встретились. Поженились они только тогда, когда мама узнала о том, что беременна мной. Потом, когда я родилась, они пытались создать дома атмосферу любящей семьи, но выходило с трудом: отца интересовали только продвижение по службе, месть Валентину и охота, а мать — ее любовные увлечения. Отца все устраивало ровно до тех пор, пока он не увидел в ее постели представителя Нижнего Мира, а именно сильного мага, у которого в роду были не только демон и примитивная, но и фэйри. Как ты мог догадаться, от этого интересного человека и родилась Мэл вместе с сестрой-близняшкой. Но отец вовсе не возражал; наоборот, он стал одержимым идеей вырастить могущественных дочерей с невероятным «набором» крови. Мне кажется, он мечтал убить настоящего отца Мэл, пока она была маленькой. Вот только это сделали вместо него, пускай и позже, чем он хотел… Вместе с ее настоящим отцом не стало и сестры. Мама не могла прийти в себя после утраты двух близких ей людей, и Конклав счел ее неспособной продолжать убивать демонов. Она отравила себя… С тех пор я и Мэл держимся только друг за друга, но она стала более суровой и винит моего отца в произошедшем. Но я не хочу рассуждать о том, кто действительно виноват.       Трея вздохнула. Она весь день старалась гнать печальные мысли прочь, и вот она вновь погружена в них. В тренировочном зале повисла тишина. Джейс «переваривал» информацию и не рисковал вставлять свои комментарии.       — Ой, прости, что я вывалила это все на тебя, как на исповеди, — протараторила Эльмерс, наконец решившись положить палку на пол и сесть на скамью рядом с тренером. — Мне просто не с кем было поделиться этим… Если ты понимаешь, о чем я, — охотница заглянула Джейсу в глаза, надеясь найти в них какой-то отклик своей израненной душе… Тщетно. Эрондейл не открывается всем подряд, скорее даже никому, кроме Алека, Клэри и Иззи.       Джейс чувствовал, что разговор течет в то русло, которое он и предполагал. Ему осталось выяснить, как Трея и ее семья связаны с Валентином, какой «долг» ее отец отдает в Аликанте и что означала буквально каждая сказанная Мелиссой фраза. Охотник чувствовал, что именно этой информации ему не хватает для составления полного образа Треи.       — Тебе, должно быть, было тяжело это переживать… Но позволь поинтересоваться, откуда Мэл подцепила столько странных выражений? — Джейс отвел взгляд от своей ученицы, дав ей возможность успокоить мысли о трагичном прошлом. На секунду ему показалось, что Трея благодарно вздохнула и продолжила говорить так, словно и не затрагивала самые страшные страницы истории ее семьи минуту назад.       — Она многое повидала в жизни несмотря на свои 17 лет. Одно время Мэл приходилось обитать на забытых ангелами улицах Лос-Анджелеса. Я уверена, что моя сестра приобрела эту манеру общения именно там. Но ей было полезно там выживать, это многому учит, — Трея неглубоко вздохнула в ожидании, когда Джейс спросит ее о чем-нибудь еще. Однако вопрос словно «застрял» в горле Эрондейла, когда в помещении раздался звонок.       — Прости, это Мэл звонит, — Эльмерс виновато улыбнулась и пробежкой исчезла из тренировочного зала. Джейс посмотрел ей вслед и ощутил, что самое главное спросить у Треи ему сегодня не удастся.              Как только массивная дверь захлопнулась, светловолосая охотница ответила на звонок, перед этим убедившись, что тренер ее не слышит.       — Мэл… — негромко проговорила Трея, оперевшись на стену.       — Ты меня с утра и разочаровала, и подвела. Но знаешь, уже не в этом суть — я начинаю понимать, что дело таких масштабов тебе доверять ваще нельзя, — Мэл недовольно фыркнула, и ее раздраженный тон старшая из сестер почувствовала мгновенно.       — Мэл, у меня огромное терпение, но я все-таки спрошу: сколько еще я должна буду делать за тебя твои нечистые дела? Речь идет о жизнях примитивных и охотников! Остановись, прошу. Мы найдем выход из ситуации. Давай я телепортируюсь к тебе прямо сейчас? — с некой надеждой спрашивала Трея.       — Нет. Мне не три года и я вполне в состоянии понять, что и как мне делать. Оставайся в институте и поспособствуй примирению Джейса Эрондейла и Александра Лайтвуда, — серьезно отвечала младшая Эльмерс.       — Подожди-ка… Откуда ты вообще взяла информацию об их ссоре? Да и про главу института я тебе не говорила!       — Сумеречный гугл — отменная прога, — гордо заявила сестра Треи. — А по поводу дел… Я бы не стала тебя просить ни о чем, если бы это не было настолько серьезно. Либо я, либо меня. Если ты шаришь, о чем я толкую. Главное, не спались ни перед кем и прочно войди в доверие. Чао, — совершенно внезапно Мелисса Эльмерс отключилась, оставив старшую сестру наедине со своими мыслями. Трея глубоко сомневалась в однозначности планов Мэл: ей казалось, что сестра заставляет ее делать все странное и опасное не только потому, что жизни Мелиссы угрожают. Однако долго над этим размышлять было некогда — Трея услышала чей-то разговор и приближающиеся шаги.       — И все же мне кажется, что карты слишком легко падают нам в руки, — раздался мужской голос.       — Магнус, я доверяю твоей интуиции, но почему бы тебе не посмотреть на эту проблему с другой стороны? В этом году абсолютно все было сложным, все требовало жертв, отваги, смертей… Почему хотя бы возвращение Клэри не может быть простым? Почему ответ не может лежать на поверхности? Мы заслужили адекватный финал всех передряг, — переубеждала его собеседница. Глухой звук каблуков очень кстати заполнял паузы между высказываниями.       — Я прислушаюсь к тебе, но это не значит, что я перестану искать подвох. Я живу достаточно, чтобы усвоить прописные истины, — отрезал маг. Изабель шумно вздохнула. Подслушивая разговор, ученица Джейса не заметила, как младшая Лайтвуд и Бейн подошли к двери, ведущей в тренировочный зал. Увидеть Трею им удалось так же быстро, как и очутиться здесь.       — А, Трея, привет, — протянула Изабель. Эльмерс слегка занервничала. — Почему ты здесь, а не внутри? — кивнула брюнетка в сторону зала. Трея пожала плечами.       — Привет, эм… Я говорила по телефону. С сестрой, — протараторила она. Магнус скрестил руки на груди и непонимающе посмотрел на сестру своего мужа.       — Я ее не видел здесь раньше, это та самая новенькая, что теперь чаще всех тренируется с Джейсом? — проницательно поинтересовался маг.       — В точку. Трея, когда закончится ваша тренировка? — обратилась к ней Иззи.       — Не знаю, если честно. Думаю, если вам нужен Джейс, то тренировка уже завершена, — усмехнулась девушка. Магнус продолжал изучающе смотреть на Эльмерс, так и не представившись ей. Изабель дернула его за предплечье, и они оба вошли в тренировочный зал, оставив Трею размышлять обо всем на свете.              — Нашли другой способ стереть мне память? — не оборачиваясь на вошедших Иззи и Магнуса, громко спросил Эрондейл. Младшая Лайтвуд шумно фыркнула и скрестила руки на груди.       — Джейс! Алек не собирался отнимать у тебя воспоминания. По крайней мере, вчера. И мы не сказали тебе, потому что сами узнали немногим раньше тебя, — попыталась успокоить его брюнетка. Охотница подошла к Джейсу и попыталась положить руку ему на плечо, но тот ловко увернулся от сего жеста, чем вызвал у Иззи легкое раздражение. Однако первый шаг на пути к примирению был сделан: тренер Нью-Йоркского института посмотрел на Изабель, пускай и не самым располагающим к общению взглядом.       — Ладно. Зачем пришли? — сурово спросил светловолосый охотник у друзей. Изабель посмотрела на Магнуса, а тот лишь слегка пожал плечами. — Тогда не отвлекайте, — отрезал Джейс и взял с полки пару самых что ни на есть запасных клинков.       — У нас есть план по возвращению Клэри, — почти в один голос сказали недавно вошедшие Магнус и Изабель. Джейс медленно обвел взглядом клинки, обдумывая сказанное друзьями.       — Что от меня нужно? — внезапно оживился Эрондейл.       — Помириться с Александром, — в своей фирменной манере произнёс Бейн, изобразил перед этим задумчивость.       — Я с ним и не ссорился.              Повисла пугающая тишина. Пугающая настолько, что все мысли в головах троицы резко сменились на одну — привести диалог в нужное русло.              Поиск портала в новый мир, поиск охотника, что может его показать, использование стеле для возвращения памяти… Всё это в теории звучало проще, чем многие события, произошедшие за этот год, пока за дверью не раздался грохот.              Распутывая нити порой невольно обнаруживаешь, что осталась ещё парочка узлов и создаются новые.