Любовь не делят на троих

Наскоро побросав вещи в сумку, мы, практически бегом добрались до соседнего корпуса. По дороге на четвёртый этаж без конца останавливались, чтобы урвать друг у друга поцелуи. Тело ломило от возбуждения, член уже давно окреп, а от мысли, что сейчас, наконец, произойдёт то, о чём я не переставал думать последние месяцы, кружилась голова и по спине толпой наперегонки бегали мурашки. Я уже ни на грамм не сомневался, что Билл отпустил близнеца, всецело растворяясь в своих чувствах ко мне. Стоило только заглянуть в его потемневшие от желания глаза, как счастье с ног до головы окатывало тёплой волной: ведь помимо страсти и возбуждения в его взгляде явно читалась нежность и… любовь? Не знаю, но так хотелось в это верить! Не разрывая поцелуя, мы ввалились в комнату, даже не задумываясь, почему она открыта и, покидав сумки, быстро стали избавлять друг друга от одежды, периодически постанывая и рыча от бешеного желания. - Ааа… эмм… - раздалось за спиной, и мы резко замерли, с удивлением глядя друг другу в глаза, - простите… я не знал… то есть я… не хотел… я… Билл отмер первым и, выглянув из-за моей спины, не очень-то дружелюбно процедил: - Ты ещё кто такой? - Ганс. Ганс Миллер. Новый сосед… ваш… Я, наконец, развернулся и со злостью уставился на очередную преграду в моих отношениях. Ну, почему именно сегодня? Почему не через три дня, когда меня тут уже не будет? Складывалось ощущение, что весь мир против нашей близости! - Да, что же это такое! Бля, заговор какой-то! – нагнулся, схватил с пола сумку и быстрым шагом направился в спальню, не забыв при этом сильно двинуть плечом белобрысое недоразумение, с ужасом глядящее в мою сторону. Ничего, пусть привыкает. Я ему устрою «добрый приём», сам отсюда завтра же свалит. Разложив вещи по полкам и кое-как успокоившись, отправился на поиски Билла. То, что увидел, заглянув на кухню, не обрадовало совсем. Билл, с улыбкой на губах, стоял возле окна, а этот белобрысый крысёнок, заискивающе заглядывая в глаза, что-то тараторил, не переставая теребить свои жиденькие волосёнки, собранные в хвостик. Подойдя практически вплотную к Биллу, он, как бы случайно прижался бедром к его бедру и на мгновение я увидел такое неприкрытое желание в глазах этой сучки, что даже растерялся. Тем временем Билл, кажется, тоже сообразил, как действует на парнишку, отстранился и с вежливой улыбкой направился на выход, замечая меня и улыбаясь ещё шире. - Я в ванную и спать. Устал, как чёрт. Да ещё с дороги… - Би, давай завтра номер в отеле снимем? Я уже не знаю, что ещё придумать. У нас всего три дня… три… - Томми, я обязательно что-нибудь придумаю. Потерпишь до завтра? - Куда же я денусь? - От меня уже никуда… - Билл незаметно сжал мою ягодицу и, чмокнув в губы, быстро направился в спальню, подбирая по дороге сумку. Я посмотрел на замершего возле окна блондина и, не сводя с него злого взгляда, медленно стал приближаться, отмечая, как резко побледнело «крысиное» личико и в страхе расширились зрачки. - Если ещё раз увижу какие бы то ни было поползновения в сторону моего парня, будешь собирать своей страшной рожей все стены в этой комнате. Да так, что ни один пластический хирург не сможет восстановить былую красоту. Ты меня понял, крысёныш? Я приблизился вплотную и, сильно сжав тонкое горло, заглянул в испуганные глаза. -Ты меня понял? – повторил, голосом выделяя каждое слово, сильнее сжимая пальцы. Тот непроизвольно сглотнул и еле ощутимо кивнул, дрожа от страха. – Вот и молодец, а вообще в твоих же интересах, попроситься завтра в другую комнату. Здесь я тебе жизни не дам, и не надейся, – схватил со стола яблоко (наверняка его), и вразвалочку направился в спальню, не переставая перебирать в голове варианты по выселению не нужных элементов с такой необходимой жилплощади. *** Проторчав сорок минут в душе, вернувшись в комнату, я с тоской обнаружил, что Билл крепко спит, отвернувшись к стене. «Крысёныш» тоже посапывал в подушку, поджав под себя все конечности и нервно вздрагивая. «Надеюсь, тебе снится моя жестокая расправа над твоим тщедушным тельцем» - мстительно подумал, ухмыляясь, залезая в тёплую постель и с головой накрываясь одеялом. Сна не было ни в одном глазу. Мысли о том, что Билл так близко, сводили с ума, заставляя кровь бежать по венам с удвоенной скоростью. Рука сама собой потянулась к эпицентру желания. Оттянув резинку боксеров, обхватил ствол в плотное кольцо, начиная плавные движения вверх вниз. Стараясь сдерживать стоны, рвущиеся из груди, я отвернулся к стене и, уткнувшись носом в подушку, ускорил темп, представляя сильные руки любимого вместо своих пальцев. Когда мой кулак накрыла горячая ладонь, проведя большим пальцем по воспалённой головке, я чуть не заорал в голос, от накрывшего возбуждения. Билл залез ко мне под одеяло, сильнее прижался всем телом со спины и, крепче сжав мою ладонь на члене, ускорил темп, начиная покусывать мочку уха. Я повернул голову и слепо потянулся к любимым губам за поцелуем, всё сильнее подаваясь бёдрами в наши сжатые ладони. Жар накрыл с головой, властный уверенный поцелуй кружил голову не меньше дорогого виски, а упирающийся в зад пульсирующий орган просто лишал разума. Я остановил наши руки и, в упор взглянул в чёрные глаза, которые из-за лунного света казались какими-то нереальными. Медленно стянул боксеры полностью и, подтянув одну ногу к груди, толкнулся назад, чувствуя, как влажная головка, все ещё сдерживаемая тонкой тканью, упирается прямо в анус, вызывая громкий стон и дрожь по всему телу. Билл рвано выдохнул, опуская мою ногу вниз. Я разочарованно простонал и хотел уже начать выяснения, как он высвободил свою плоть из тесных боксеров, крепко сжал мои ягодицы, развёл их в стороны и, скользнув членом по дырочке, зажал его между половинками, до синяков впиваясь пальцами в кожу. Мягкие толчки и я почувствовал, как его пульсирующий член гладко заскользил по промежности, постоянно с нажимом проезжая влажной головкой по анусу, заставляя стонать всё громче. Билл просунул одну руку под мою голову и прикрыл рот ладонью, прижимаясь пахом ещё сильнее и увеличивая темп движений. От переполняющих эмоций хотелось орать во всё горло. Я чувствовал каждый миллиметр его плоти, каждое движение, каждую венку. Этого было так много и в то же время так мало, что дрожь, волнами проходящая по телу, только усиливалась, грозясь вылиться в настоящую истерику. Я устал сдерживать свои порывы и желания. Мне надоело зависеть от чьего-то мнения или просто присутствия в моей жизни. Я хотел его! Хотел так, что сердце готово было разорваться от переполняющих эмоций. Вся моя сущность вопила о диком желании принадлежать любимому человеку. Никакие ласки и прелюдии не заменят настоящего единения тел и душ. Я прекрасно понимал, что сейчас не время и не место для полноценного секса. Билл правильно всё делал, не таким должен быть наш первый раз, но телу этого не объяснишь… Я взял ладонь любимого и положил на свой каменный член, сразу задавая быстрый, жёсткий темп. Хотелось поскорее кончить, чтобы избавиться от этого зудящего чувства, разъедающего изнутри. Билл прикусил меня за загривок и с удвоенной скоростью задвигал рукой по члену, одновременно ускоряя движения бёдер. Его член, уже не просто скользил по промежности, а постоянно давил головкой на анус. Я поймал себя на мысли, что если сейчас резко двину бёдрами навстречу, он войдёт в меня полностью, даже не успев отстраниться. Эта мысль током прошла по всему телу и я, не выдержав, кончил, вцепившись зубами Биллу в запястье, чтобы не заорать от оглушительного оргазма, накрывшего так неожиданно, что сознание готово было покинуть моё тело вместе с жалкими остатками сил. Перед глазами всё плыло, в голове сияло стерильной чистотой, а тело стало лёгким, как пушинка на ветру. Билл вытянул руку из-под моей головы, и снова крепко сжал свой член моими ягодицами. Несколько резких движений и я почувствовал, как горячая сперма выстрелила точно в анус, стекая вязкими струйками на яички. Билл, тяжело дыша, уткнулся лбом в мою шею, а я с наслаждением впитывал, запоминал, смаковал ощущение всё ещё пульсирующего органа, до сих пор зажатого между половинками. Хотелось лежать так всю ночь. Не шевелясь, не разговаривая, не задумываясь о расставании, которое приближалось с космической скоростью…. Хотелось быть с ним, и пусть весь мир катится к чёрту! *** - Анимализм – это изображение животного, как главного героя художественного произведения. В XX в. характер живописи меняется под влиянием средств технического прогресса (появление фото- и видео аппаратуры), что приводит к появлению новых форм искусства - Мультимедийное искусство… Я вяло водил ручкой по тетрадному листу, не понимая, как вообще смог поддаться на уговоры Билла не пропускать лекции. То, что он остался наедине с капающим на него слюной «крысёнышем», выводило из равновесия, заставляя то и дело поглядывать на часы, в ожидании конца пары. Я, конечно, безгранично доверял своему парню, но это белобрысое недоразумение постоянно крутилось рядом с Би, услужливо предугадывая его желания, глядя таким восхищённым взором, что невольно появлялось желание окунуть его крысиную мордочку в унитаз… - Все свободны, а вы, Трюмпер, задержитесь. Я удивлённо поднял взгляд на преподавателя и только сейчас сообразил, что лекция окончена и все расходятся. Быстро побросав тетради в рюкзак, подбежал к учительскому столу и нетерпеливо уставился на препода, что-то неторопливо записывавшего в журнал. - Герр Смит, у вас что-то важное? Я тороплюсь… - А, Том, ну, конечно важное. Но в большей степени важное для вас, – он с добродушной улыбкой отложил ручку и достал из портфеля какие-то бумаги. – Вот ваши рекомендательные письма и характеристика. Вы были очень хорошим студентом, и, думаю, ваши преподаватели порадуются таким отзывам. А это билеты на самолёт до Берлина. Завтра в шесть часов утра. Ваша стажировка окончена, поздравляю! Я смотрел на цветные бумажки в моих руках и чувствовал, как земля уходит из-под ног. - Но ведь стажировка заканчивается через три дня, - прошептал еле слышно, с трудом делая вздох. - Нет, сегодня был последний день. Отсчёт начинался с первого дня учёбы. Выходные не учитывались. Том… Том, что с вами? Вам плохо? - А? Нет… нет. Всё в порядке, спасибо. Я пойду? - Конечно, завтра, в половине шестого, будьте в аэропорту, я приеду проводить вас, – герр Смит улыбнулся и по-отечески обнял, похлопав по плечу, - вот бы все наши студенты были такими же прилежными и подающими надежды, как вы! Он отстранился и, взяв портфель, вышел из аудитории, оставляя меня ошарашенно смотреть в стену. Завтра… в шесть часов утра… Добежав до пустой остановки, выхватил мобильник из кармана толстовки и набрал заученный номер, попутно отмечая, что сейчас 16:30. Это значит, что в нашем распоряжении осталось всего тринадцать часов, а что дальше? - Томми, я уже соскучился, - любимый голос. Чувствовалось, Билл улыбался. Внутри всё завязалось в узел, а слёзы сами собой сорвались с ресниц… - Том? Почему ты молчишь? – в голосе нотки лёгкого волнения, а у меня душа на куски… до боли… до крика… - Том?! Ты где? Что случилось? – в голосе паника, а я уже захлёбывался слезами, сидя на автобусной остановке, и глядя, на проезжающие мимо машины. - Билли… любимый… - Том! Где ты? Я приеду! - Остановка… университет… Я не мог больше говорить. Убрал телефон и, забравшись с ногами на лавку, дал волю слезам. Вместе со мной плакало небо, крупными каплями живительной влаги разбивая полуденную жару, а у меня в душе - пустыня… выжженный кусок плоти, вместо, когда-то размеренно стучащего сердца… Воспоминания накрыли с головою. Вспоминал все... каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое слово. Как я буду жить без него? Как дышать? Как радоваться жизни? Нет, чёрт побери, я ещё не готов! Не готов!!! - Томми, - тихий шёпот и сильные руки, прижимающие моё тело к своей груди, - что случилось? Почему ты плачешь? Билл за подбородок поднял лицо, и пристально посмотрел в глаза, выискивая ответы на свои вопросы. Что мне тебе сказать? Что я раздавлен и разбит? Это и так написано на моём лице. Что я в ужасе от предстоящего расставания? И это по мне видно… что я люблю тебя? - Билл, я так люблю тебя. Если бы ты только знал, как я люблю тебя! Я вцепился пальцами в его водолазку и, уткнувшись в грудь, заплакал с новой силой, давясь слезами и не имея возможности нормально вздохнуть. - Что это? – я поднял голову и посмотрел на ненавистные бумажки. - Мой пропуск в ад, - невесело усмехнулся и, вытащив мобильник, посмотрел на дисплей, - десять часов… всего десять… - Что? О чём ты? - Билл, пожалуйста… у нас осталось всего десять часов. Умоляю, давай снимем номер? Пожалуйста, любимый! – я начал покрывать его лицо мелкими поцелуями, повторяя лишь одно слово - «Пожалуйста» - Томми, вообще-то я уже снял… на три дня. Хотел сюрприз устроить. Даже все наши вещи перевёз. Билл провёл большими пальцами по моим глазам, вытирая слёзы, и нежно поцеловал в губы, дрожащими руками крепко прижимая к себе. - Поехали? - Да. Я решительно спрыгнул с лавочки и, схватив Би за рукав, потащил в сторону стоянки такси. Сегодня ничто и никто не нарушит моих планов. Пусть хоть конец света случится, но я буду принадлежать любимому! И гори всё синим пламенем! *** Смятые простыни, горячее дыхание на напряжённом, как струна, теле, и первые, сорвавшиеся с губ стоны, когда любимые губы, плотно обхватив чувствительную головку, начали плавные движения по распалённой желанием плоти. - Бииил… боже… дааа… Его губы и язык творили что-то невообразимое, заставляя взлетать к небесам и опускаться на землю. Шире разведя мои ноги, Билл присел и достал из-под подушки, купленный по дороге, тюбик со смазкой. Даже принятый раздельно душ не смог остудить наше желание. Оба дрожали от предвкушения. Оба были на грани. Оба желали этого так, что всё остальное отошло на второй план. - Ты уверен? – дрожащий голос и сбивчивое дыхание. - Как ни в чём раньше, - откинутая на подушки голова и шире раздвинутые ноги. Билл был очень нежен и терпелив. Я прекрасно чувствовал, как его трясёт от дикого возбуждения, но он тщательно подготавливал моё тело, добавляя палец за пальцем и одновременно лаская нежными поцелуями всё, до чего мог дотянуться в данный момент. Когда три пальца уже свободно двигались в теле, Билл поменял угол и нажал на простату, одновременно глубоко вбирая в рот член. Я заорал и, положив руки на его затылок, вцепился в волосы, останавливая. - Нет, Билл… не так… я хочу кончить по-другому… пожалуйста. Он поднял на меня горящие глаза и, вынув пальцы, провёл ладонями по бёдрам, сильно сжимая кожу и разводя их ещё шире. - Чёрт, Том… ты даже представить себе не можешь, как я тебя хочу. Как часто мне это снилось, одному Богу известно. Мне кажется, если и сегодня что-то помешает этому случиться, я просто сойду с ума. Я схватил тюбик, выдавил приличную порцию на ладонь и, притянув любимого ближе, быстро заскользил рукой по подрагивающему члену, одновременно прикусывая сосок и играя языком с колечком пирсинга. Возбуждение зашкаливало, стоны стали громче, а дыхания не хватало. Билл резко откинул мою руку, закинул ноги себе на плечи и, бросив взгляд хищника, одним мощным рывком ворвался в моё тело сразу до основания. Я вскрикнул и сдавленно простонал сквозь прикушенную губу. - Прости, прости… сейчас пройдёт… расслабься любимый… Я вздрогнул и поднял взгляд, встречаясь с встревоженными глазами самого желанного парня на земле. - Любимый? Ты сказал… - Любимый. Том, я люблю тебя. Неужели ты этого ещё не понял? - Догадывался, но хотел это услышать... Впившись в пухлые губы, я опустил руки на аппетитные ягодицы своего парня, и, не без удовольствия сжав, подтолкнул вперёд, давая понять, что пора бы перейти к делу. Билл хмыкнул, и медленно выйдя практически полностью, резко ворвался в моё тело, начиная быстро двигать бёдрами. Окружающая реальность перестала существовать. Я извивался под сильным телом, как змея, стараясь сильнее и глубже насадиться на горячий ствол. Билл уже с бешеной скоростью вдавливал меня в кровать, постоянно задевая чувствительную точку внутри. Ноги дрожали и постоянно соскальзывали с влажных от пота плеч. Билл вышел полностью, и одним рывком развернув меня на живот, поставил на колени, сразу же притягивая за бёдра и насаживая на каменный член. Перед глазами всё плыло, стоны уже давно переросли в крики, смешавшись в один. Мы двигались, как слаженный механизм, с яростью подаваясь навстречу друг другу. Билл крепко сжимал ягодицы, разведя их в стороны и ритмично двигая бёдрами, врываясь в разработанное отверстие на всю длину, постоянно проезжаясь по комку нервов. Подхватив меня руками под живот, притянул к своей груди, заставляя полностью выпрямиться и, опустив руку на член, начал быстро дрочить, сильно сжав кулак, и мощными рывками входя в моё тело. Горячая волна прошла вдоль спины и разноцветными фейерверками ударила в мозг, заставляя заорать так, что, наверняка, пол отеля теперь было в курсе, что тут кого-то качественно оттрахали. Сквозь пелену наслаждения, я почувствовал, как внутри разлилось приятное тепло, а член любимого запульсировал, заставляя крепче вцепиться в мои бёдра и прикусить плечо, едва сдерживая крик. Мы рухнули, как подкошенные, на влажные простыни и, не сговариваясь, потянулись за поцелуем, шепча о любви и плавясь от накатившей нежности. Я бросил мимолётный взгляд на будильник, и сердце предательски сжалось 00:00 Всего пять часов до расставания. Жалкие пять часов и сказка закончится. Пять часов, и сердце снова превратится в пустыню… - Люблю тебя… - Люблю… И водоворот страсти с новой силой затянул, не давая возможности прекратить пьянящий танец жарких тел. У нас ещё целых пять часов… всего пять часов….