Жертвоприношение Алисы

Трактиром оказалось двухэтажное здание с соломенной плотной крышей в самом сердце города. Через окошки в темной раме пробивался мягкий свет, слышался звон посуды и веселые голоса. Держала это место Линда Высотски, чужеземка с причудливой внешностью — ярко-голубые глаза на темной, смуглой коже, с белесыми, точно выгоревшими, волосами. У нее был легкий резкий акцент, с протяжной буквой «Р». — Ох, Марта. — Женщина всплеснула руками, боязливо поглядывая на Мейко и ее окровавленный меч. — Кого это ты привела на ночь глядя? — Не беспокойся, — с улыбкой заявила благодетельница Алой. — Ты, скорее всего, сразу и не поверишь, но эта девушка, Мейко Алая, убила, — тут женщина перешла на шепот, видимо по старой привычке, — она убила самого Роджера… — Роджер? — вдруг встрепенулся один из посетителей у окна. — Да, дорогие сограждане, — торжественным тоном повторила Марта, — негодяй, проходимец, гнусный Роджер теперь кормит червей в земле и больше никогда не явится в этих землях! — Ура! — послышалось отовсюду, и многие уже по-другому взглянули на незнакомку в доспехах. — Но как так получилось? — Линда почесала затылок. — Он напал на меня в лесу, — мрачно сказала Мейко, — но со мной был меч, так и получилось… — Это просто самая прекрасная новость за все мое пребывание в этом городе! Я так понимаю, ты не из местных? — Что-то вроде того. — Алая задумчиво почесала затылок. — Соответственно, и денег тоже нет. — Получается, что так… — Да как ты смеешь?! — то ли в шутку, то ли всерьез, Марта перебила Мейко. — Она спасла наши деньги от грабежа, детей от постоянного страха, а ты… — Да полно тебе, Марта, — рассмеялась Линда. — Я всего лишь хотела понять, в чем же нуждается наша новая знакомая. — Так бы сразу и сказала. — Шумная Марта успокоилась. — Я выделю тебе комнату наверху, пребывай там сколько душе угодно, ни копейки с тебя не возьму, а вы, — теперь уже Линда говорила с толпой в зале, — всем расскажите о храброй Мейко из других земель. Вскоре хозяйка сама провела Алую на второй этаж и толкнула плечом ничем не выделяющуюся дверь. Спальня, которая была несколько метров в ширину и столько же в высоту, состояла из низенькой кровати, заправленной серым пуховым одеялом, и небольшого окна со светлыми занавесями. Под ним стоял грузный комод, а так же книжный шкаф с невиданными ранее Мейко книгами. Напротив кровати был письменный стол, со стопкой бумаги и перьевой ручкой. Освещалось помещение при помощи свеч в люстре на потолке, а также на стенах: над кроватью и столом висели канделябры. На полу расстелился мягкий и пушистый коврик шоколадного цвета. В целом — уют и красота! — Чем богаты. — Линда распростерла руки. — Я очень вам благодарна. — Ванная, если захочешь принять, находится на первом этаже справа от барной стойки. В крайнем случае, всегда можешь разыскать меня, я бываю либо в своей комнате, напротив твоей, либо где-то внизу. Так же не списывай со счетов гостей. — Буду иметь в виду, — точно сказала девушка, чувствуя усталость. Как только Линда закрыла за собой дверь, Мейко скинула с себя остатки брони, рубаху, принялась за штаны, как дверь снова открылась после короткого стука. — Ой, — расхохоталась Линда, — а я тут подумала, что у тебя даже вещей своих нет. Возьми полотенце, мыла всякие и сменную одежду… Я уже ухожу. — Спасибо. — Алая присмотрелась к двум комплектам тряпья, один для сна — белая сорочка, и один для повседневной носки — черное длинное платье с цветочными узорами. — Платье? М-да уж, давненько я такого не надевала… После освежающих водных процедур тело будто бы снова стало жить. Заодно Мейко постирала свою одежду, «привезенную» из своего мира, в надежде, что она высохнет до утра. « — А то ведь действительно надену то платье», — с ужасом подумала Алая. Ночью ей снились беспокойные сны, и в каждом фигурировала некая светящаяся дымчатая личность, с удивлением осматривающая Мейко, словно бы вживую. Как оказалось, наутро новость о подвиге Алой разнеслась по всему городку. Девушка вышла во двор подышать свежим воздухом, и почти каждый прохожий здоровался с ней, радостно улыбаясь. К обеду это превратилось в настоящее паломничество из всяких старушек, просящих поругать слишком шумного соседа или припугнуть мальчишек, иногда ворующих яблоки. Мейко выслушивала каждого заговорившего с ней, но никаких ответных действий не принимала, находя все более нелепые отговорки. Линда накормила девушку вкуснейшим мясным супом и посоветовала сильно не расстраиваться из-за местных жителей. — Они всегда такими были, ничего не умеющими, беспомощными, полагающимися на людей более сильных. И мне как-то не верится, что все они рады смерти Роджера, ведь теперь ты тут самая сильная и вполне можешь прибрать город к своим рукам… — Они так считают или ты так думаешь? — Алая даже перестала есть и во все глаза посмотрела на хозяйку. Реакция той была довольно противоречивой, так как на лице читалось дружелюбие и благосклонность, а в глазах страх и недоверие. — Понятно, — лишь выдавила Мейко, возвращаясь к еде, так и не получив ответа. Линда пробормотала что-то нечленораздельное и принялась начищать и без того чистые столы в обеденной зале. Вечером, когда солнце стало заходить, девушка решилась выйти в город, так как в это время толпа рассасывалась по домам и приставучих бабушек не наблюдалось. Она вышла, скрипнув калиткой, в том самом платье, подаренном Линдой, так как штаны все еще находились в мокром состоянии. Яркие рыжие лучи солнца прореживали пыльные тропинки, постепенно теряясь за горами. Подняв голову, Мейко приметила холм, на котором она еще вчера рассталась с теми бандитами. И куда же они ушли? Тут, в нее кто-то врезался. Проследив за копошением внизу, Алая поняла, что это были играющие дети. — Ой, — рассмеялся один мальчик, — госпожа Мейко, простите нас, пожалуйста! — И вы знаете меня… — Да кто же вас теперь тут не знает?! — возмутился второй. — Макс, Элиот, почему вы убежали? — откуда-то из-за стены прозвучал сухой старческий голос. Навстречу Мейко и ребятам шла среднего роста пожилая женщина, с грустными серыми глазами и седыми редкими волосами, собранными в пучок. — Простите моих негодников, — улыбнулась она, и Мейко приметила, что местные жители всегда улыбались. — Вы, должно быть, потерялись? — С чего вы это взяли? — Просто так показалось, может быть, вы хотите отужинать с нами? — Благодарю за приглашение, но я не могу согласиться. — Это еще почему? — Старушка пронзительно посмотрела прямо в глаза Алой. — Думаю, — слегка запнулась девушка, — я слегка вас стесню, и у меня уже есть место, где я могу поесть. — Я настаиваю, девушка! — Девушка? Она не знает Мейко? Как-то странно… — Да-да, — запричитали мальчики, — это будет нашим извинением. — Ваша взяла, — вздохнула Мейко, чувствуя себя неудобно. — Меня зовут Карен, а вы, должно быть, та самая чужестранка, спасшая нас от «великой напасти»? — Карен как-то уж слишком иронично отозвалась о проблеме набегов Роджера. — Да, но я не очень понимаю, чем он вам досаждал? — Роджер не всегда был таким, — начала Карен, ведя Мейко все дальше от знакомых мест. — Ему нравилась одна девушка из нашего города, но та сочла парня неугодным ей в женихи и грубо отказала при скоплении народа. Пристыженный, озлобленный на, тогда еще, деревню, Роджер собрал небольшую группу людей, готовых совершить псевдонападение на девушку, и заплатил им вперед. Мужчины выкрали бедняжку, привели в центр площади и по уговору ждали, когда же явится Роджер-спаситель. Он действительно появился, выиграл драку, думая, что вот она, его любовь, но девушка вновь не захотела идти с ним под венец. Тогда, Клайд пригрозил ей пистолетом и,в случае отказа, пообещал убить. Она не согласилась… — И он действительно убил ее? — Да. — Но как же его чувства? — Не каждый любит бескорыстно и открыто, для него важно было лишь получить ее как трофей. Но хватит о былом, кажется, ты хотела прогуляться где-то. И где же, если не секрет? — В окрестностях, наверное… — Но ты шла в сторону леса! — не унималась Карен. — Я просто шла, почему вы ищете смысл там, где его нет?! — Мейко начинала надоедать эта старушка. — Я просто хотела тебя предупредить, что в том лесу очень опасно. — Еще один Роджер? — Если бы. Недавно у нас люди стали пропадать, ближе к ночи, одинокие путники перестали попадать домой. « — Путники, одинокие… — Мейко слегка насторожилась, а вдруг эта старушка помышляет недобрым?» — И что? — Алая произнесла это вслух, оглядываясь. Город как будто все больше отходил назад, людей становилось все меньше, дома – реже, а потом и вовсе, как и мальчишки, пропали из виду. — А вы внуков своих не потеряли? — Мейко решительно остановилась, обдумывая свой побег. — Внуки? О ком ты говоришь? — Старушка, идущая впереди, остановилась, и ее глаза наполнились белой пустотой. — Мы все это время были одни! — Знаете… Я, пожалуй, пойду… Алая рванулась с места, с ужасом понимая, что сухая, и казалось бы, безжизненная старушка не уступала ей в скорости. Она с криками и шипением бежала за девушкой, иногда совершая нечеловеческие прыжки. В два счета она догнала Мейко, хватая ее за ступню. Обе кубарем свалились вниз, пачкаясь в пыли. Алая сто раз пожалела о том, что принялась вечером за стирку, а тем более о том, что не взяла с собой меч. Карен вцепилась худыми руками в плечи девушки, придавливая ее к земле. Лицо старухи вытянулось, и изо рта показался длинный змеиный язык. Мейко попыталась скинуть с себя грузное тело, но лишь добилась того, что нечто холодное и склизкое обвило ее ноги. Да у старухи вырос настоящий хвост! — Чего тебе от меня надо, тварь? — резонно спросила Мейко. — Я пришла предупредить, — шипяще сказала Карен, — не ходи в тот лес, не блуждай по ночам, Он все видит, Он убьет тебя, если ты сыграешь не так, как ему нужно… — приглушенный крик вырвался из глотки мутантки, и она рассыпалась на мельчайшие песчинки. Алая поднялась, наблюдая, как впереди нее, возле горы, откуда она спускалась, начинает сгущаться туман. Он был словно живым и двигался очень быстро. — Дело дрянь…