Жертвоприношение Алисы

Суматоха закончилась только тогда, когда нападавшие обыскали весь дом в поисках Кайто Шиона. Берт совершенно точно знал, что этот проходимец как-то сумел улизнуть, и не был этому рад. Подержав уже холодеющее тело младшей сестры, он окинул разгромленную комнату мутным взором. Вся правая сторона лица горела ярким пламенем боли. Но ему было некогда, надо было отыскать Адель или хотя бы ее труп. Солдаты все еще ходили кое-где, но, в целом, не от кого было уже ожидать нападения. У самого окна Берт приметил лежащую на полу девушку, со светлыми волосами. Она скатилась по стене, словно тряпичная кукла, а из спины торчала толстая, добротная стрела. — Адель… — хрипло сказал Берт, и больше не сказав ни слова, двинулся прочь из дома. « — Тебе это с рук не сойдет, Кайто! — мрачно подумал музыкант. — Пусть ты скроешься из этого города, пусть ты исчезнешь из этого мира, но тебе больше не одурачить меня своим лилейным голосочком! Я найду тебя, найду и отомщу за свою семью, которую ты так спокойно оставил умирать в своем гнезде».

* * *

Кайто, конечно и не думал, о том, что люди могут поднять восстание, но пути для отхода на всякий случай готовил. Когда началось нападение, он бросил незадачливую подружку и, стараясь остаться незамеченным, нащупал на стене незаметное отверстие. Просунув туда руку, он дотронулся до ручки двери, шагнул в темный проход, а затем, закрыв ее, сделал все так, как и было до этого. Попал он в специально оборудованную комнату, где уже ждали его темный плащ, мешок еды на неделю, короткий кинжал для самообороны. Быстро собравшись, скинув с себя дорогой костюм, Кайто вышел из дома незамеченным. Он направлялся вон из города, куда-нибудь, где еще не слышали о нем. В место, где он сможет жить спокойно. Через пять дней скитания по горам и холмам, почти доев все еду, он наткнулся на похожий городок. Вскоре, по уже знакомой стратегии, народ принял нового главу. Проходили дни, месяцы, годы. Кайто менял города, как перчатки, стоило народу слегка повести себя враждебно. Казалось, что скоро в этом мире не останется ни одного города, в котором бы тот не был. И вот, в очередной раз он выдвинулся в путь. Настигнув ворот нового города-жертвы, он прикинулся бедствующим странником, которого добросердечные охранники, конечно же, впустили. Как назло, именно в этот день пошел сильный ливневый дождь, что почему-то напомнило Кайто об его прошлой жизни на родине. В день, когда он попал в этот мир и встретился со Сном, тоже лил дождь. Людей на улицах почти не было. Благо, охранники сообщили Кайто, где можно найти ночлег, и потому сейчас он шел вдоль аккуратного ряда домов к самому большому в конце улицы — гостиничному комплексу, состоящем из пяти жилых домов. У самой обочины стояла горбатая фигура, которая сухими пальцами перебирала струны лютни. Возле нее лежала потрепанная меховая накидка, с парочкой монет. Кайто подошел ближе, и заметил, что то был старик, во всяком случае так показалось, у которого отсутствовал один глаз. — Юноша, — сухим, старческим голосом обратился незнакомец, — подайте старику на пропитание… — Вот еще чего! — возмутился Кайто. — Делать мне больше нечего. Сиди тут и играй себе в удовольствие, а меня ждут куда более важные дела… — Ну, как знаешь, — спокойно ответил собеседник, — иди тогда своей дорогой, да не мешай мне людей музыкой радовать. Кайто слегка разозлился на незнакомца, да как он вообще смел так надменно разговаривать с ним — человеком, которому подвластны людские мысли?! Что-то буркнув себе под нос, он направился к гостинице. Комната оказалась вполне уютной, но слегка тесноватой. Это совсем скоро можно было исправить, утешал себя Кайто, привыкший жить в роскошных домах. Сначала всегда так, надо лишь немного потерпеть. Отобедав в местном заведении, он в расстроенных чувствах упал на кровать, заставляя себя уснуть, под такой ненавистный ему дождь. Когда это, наконец, удалось, его разбудил какой-то шум внизу. Сонно потянувшись, Кайто свесил ноги с кровати, намереваясь проверить, что же там внизу случилось-то, вот только входная дверь отворилась сама. В комнату шагнуло нечто темное, широкое и явно настроенное враждебно. Кайто трусливо забрался обратно на кровать, прижимаясь к стене. — Что или кто ты?! — дрожащим голосом спросил он. — Уже не узнаешь старых знакомых? — изумилось чудовище, снимая плащ. Перед Кайто стоял старик, которому он нагрубил. Его лицо было просто ужасным, всю правую часть покрывали шрамы, глаза не было вовсе, а морщинистое лицо было похоже на смятую бумагу. Волосы были спутаны, висели кое-где клоками, а одежда напоминала кучу тряпья. — Вы так обиделись, что я не дал вам денег? — испугался Кайто. — Я сейчас же отдам вам все, что имею… — Совсем не узнаешь меня, Кайто? — с нажимом сказал незнакомец. — Н-нет… — А если я скажу, что мы были знакомы несколько лет назад?! — Б-берт? Берт, это и вправду ты? — Да, это я. А знаешь ли ты, зачем я пришел? — Ох, Берт, дорогой, как же я… Рад тебя видеть! Давай, как и раньше, вершить дела вместе! — Вместе, говоришь? — с натяжкой проговорил Берт и сделал шаг вперед. Кайто громко сглотнул при виде устрашающей фигуры. — Д-да… — Как ты смеешь хоть что-либо просить меня сделать?! — мужчина внезапно перешел на крик. — Из-за тебя погибли мои сестры! На моих руках умерла Мелисса, а Адель пристрелили, словно бабочку на коллекционирование… — Так давай же отомстим нашим обидчикам? — невинно спросил Кайто. — Давай. — Берт шумно выдохнул и зашуршал складками плаща. Шион с нескрываемым счастьем расслабился, но так и замер, замечая нечто блестящее в руках Берта. То был настоящий, пусть и старомодный револьвер. Берт прицелился в самое сердце Кайто и без каких-нибудь сожалений выстрелил. На лице Кайто так и застыло удивление. На ладони стала сереть его синяя метка, как будто вытекая через его сердце. Кровь становилась все более синего оттенка, пока не достигла светло-голубой окраски. Кожа трескалась, зеленела. Вдруг все тело певца Кайто рассыпалось в голубую пыль, а затем она гонимая мистическим ветром растворилась в воздухе. На кровати осталась лежать только обрезанная синяя роза.

Тремя месяцами позже.

— Мама, мамочка, а что это? — высоким голосом спросила у своей матери девочка лет пяти. — Ох, это розы, — с любовью сказала женщина средних лет. Они с дочерью направлялись из города в лес собрать немного ягод на продажу. С недавних пор на дорогах в окрестностях, иногда даже и в самих городах стали расти невысокие кусты с чрезвычайно необычными цветами. Они напоминали розы, вот только имели синий, как небо, цвет. — А можно, я сорву одну домой? — Девочка посмотрела на мать с мольбой в глазах. — Только не поранься, избегай шипов, — согласилась женщина. Девочка отдала маме корзинку для ягод, слегка неуклюже подбежала к кусту розы, который был ей почти до груди, отыскала самый красивый, еще не до конца раскрывшийся бутон. Осмотрела его стебель, оказавшийся так кстати без единого шипа, и сорвала его. Но тут конец его стебля зашипел, изнутри стал выделяться темно-синий сок. Он мгновенно окутал тело девочки, меняя цвет ее кожи. Она сипло попыталась позвать свою маму, но было уже поздно. Маленькое тело упало замертво, будучи отравленное прекрасной синей розой.