Маятник

      Шерлок включил свет и нарочно хлопнул дверью спальни: — Милый, я дома.       Человек на кровати вздрогнул и, щуря глаза, сел. Шерлок недоуменно взирал на Джима Мориарти — похоже, тот действительно вломился в его дом и просто лег спать. Кажется, нечто подобное он уже видел в чертогах. Дежа вю. — Ты, правда, спал? — А что такое, милый, — яд можно было черпать ложкой, — у меня тоже был очень насыщенный день, я устал. А ты задержался. — Он зевнул и прикрыл ладонью глаза. Протянул правую руку, чтобы зажечь прикроватный светильник. — Да выруби ты свет!       Шерлок закатил глаза, однако послушно щелкнул выключателем. Очередной акт абсурдистской пьесы. Определенно надо уточнить характер их отношений, как бы идиотски это ни звучало. Джим отнял руку от глаз. — Ты здесь, значит, восточный ветер укрощен? — Ни капли заинтересованности в голосе. — Можно и так сказать. А ты — звезда! Куда до тебя Ричарду!       Джим скромно потупил взгляд: — Льстец!       Сил продолжать пикировку не было. — Мне нужно принять ванну. Оправдай свое присутствие здесь, завари чаю, — свернул тему Шерлок. Он чувствовал себя абсолютно вымотанным. Зудящее напряжение никак не покидало тело. Кажется, в воздухе витал аромат корицы, но из-за взвинченности Шерлок не мог поручиться наверняка. Захотелось есть.       Джим спустил ноги с кровати и сладко потянулся. Не торопясь надел туфли, снял с изголовья пиджак. Глядя, как Холмс безуспешно в потемках разыскивает что-то в шкафу, милостиво разрешил: — Можешь вернуть свет, я проснулся.       Комментировать словом или взглядом наглость гостя Шерлок не стал, молча включив свет. В шкафу быстро отыскалось нужное белье, и он ушел в ванную. Джим выдохнул с невероятным облегчением. У него не было привычки врать себе. Проблема Эвр беспокоила его слишком долго. Выводила из себя собственная беспомощность. О, даже беспросветная скука не сравнится с этим мерзким чувством. По пальцам можно пересчитать ситуации, когда Джим ничего не мог поделать, но всегда оставалась возможность просто самоустраниться. Только не с Эвр. Шерлок рыцарем на белом коне все исправил и фактически освободил Джима из башни. Джим улыбнулся, ему понравилась эта аллегория. Шерлок в доспехах, благодарная принцесса и прочие романтические извращения. То, что в их случае фигурировала не принцесса, а принц, добавляло нотку пикантности сказке.       Джим все ещё сомневался, стоит ли воскресать окончательно. Нет, конечно, решение обратиться к помощи Шерлока принималось взвешенно и осознанно. Но вот теперь угроза устранена, существует ли веская причина для возвращения? Большая игра завершена, остается только определить победителя. Судя по готовности, с которой Холмс принял новый аспект их отношений, именно он считал себя победителем, а живого Джима расценивал как приз. Это тешило самолюбие в какой-то мере. Но что до него самого? Проигравшим он себя однозначно не чувствовал. По итогам отыгранных раундов он сохранил жизнь и заполучил то, ради чего и затевался многоступенчатый турнир: душу Шерлока Холмса. Почему бы не забрать полный комплект в качестве бонуса. Такой замысел вполне сходил за достойную причину. Интуиция подсказывала, что это тоже может оказаться весьма интересным. А интуиции он доверял не меньше, чем тщательным расчетам. Пусть так. Джим огляделся и, оставив светильник гореть, тоже покинул комнату. Чай, так чай. Для начала. ________________       Усталость и напряжение не получилось смыть водой. К этой смеси добавилась досадная нервозность, из-за нее его маятник раскачивался с сумасшедшей скоростью. Мориарти все же переиграл Эвр, пусть опосредовано, но сути это не меняет. Что он станет делать теперь? Убьёт Шерлока как единственного, кто в курсе его невероятной, почти идеальной аферы? Выпьет прощальную чашку чая и снова растворится в пространстве? Ведь зачем-то он пришёл. Шерлок решился на доверие. Но даже учитывая это, слишком нехарактерным было поведение Джима, чтобы пытаться объективно оценить перспективы. Оба варианта не вызывали энтузиазма.       После ванны Шерлок хотел было надеть халат, но Джим сегодня облачился в свой любимый Вествуд. Для поддержания реноме не помешает соответствовать. Он вернулся в спальню. Светильник по-прежнему горел. Значит, все же есть третий вариант. Придирчивый осмотр гардероба закончился выбором рубашки и костюма наугад.       На кухне ждал раздражающий сюрприз. Джим сгреб весь его упорядоченный бардак в одну большую беспорядочную кучу, освободив на столе место для чая и… От удивления Шерлок даже забыл о раздражении. В большой миске лежали ароматные булочки с корицей. Мориарти стоял с чайником в руках и ухмылялся. — Ты успел сходить в булочную? — На дворе ночь, детектив. Я принес их с собой. Кстати, чем ты питаешься? У тебя в холодильнике хомяки разной степени разложения. — Это морские свинки, — машинально поправил Шерлок и сел за стол. — Все равно их нельзя есть, они совсем несвежие. — Джим разливал чай.       Холмс следил за ним с любопытством исследователя. И что вот от такого Мориарти ожидать? Что за сумасбродную роль он играет сейчас? Булочки, ну надо же! Джим абсолютно точно определил, о чем думает Шерлок. — Представь себе, всю жизнь я сплю и ем, как все. Ничего сверхъестественного, увы. Ты же не думал, что питаюсь я кровью младенцев, а сплю в гробу? Ешь. Очень вкусные. — Он с аппетитом откусил от булочки и принялся жевать, блаженно закатывая глаза, — м-м-м…       Они молча сидели, пили чай и наслаждались свежей выпечкой. У Шерлока почти получилось отпустить напряжение дня и расслабиться. — Кажется, ты хотел обсудить наши отношения. — Сытый, довольный Джим откинулся на спинку стула. — Я готов. — Все чаще сомневаюсь, что в нашем случае уместно это слово. Учитывая общую богатую историю. — Ах, да! Связь! — Джим мечтательно улыбнулся воспоминаниям, — Пусть так. Можем обсудить нюансы нашей связи. Хотя терминология не важна. В нашем случае. — Ты собираешься остаться в Лондоне?       Мориарти кивнул: — Ты же не против? — Ты учтешь мое мнение? — Возможно, я не всегда поступаю в соответствии с твоим мнением, но всегда учитываю. Даже если ты не выражаешь его вербально. — Продолжишь консультации? — Я подумаю, но сейчас у меня неплохо налаженный бизнес в ряде стран третьего мира. Пока он занимает все мое время. Так что не волнуйся, я не буду тебе докучать. Приходится много путешествовать. — Оружие? Наркотики? — Не понимаю, как вся эта информация относится к нашей связи? — Просто любопытно. — Я в некотором роде посредник. Помогаю людям договариваться.       Почему-то Шерлок так и думал. — Как ты планируешь свое возвращение? Я имею в виду… — Майкрофта и всю королевскую рать? — Устало перебил Джим. — Формально я мертв и вполне чист перед законом. Я не стану мешать жить твоему брату. Думаю, его устроит нейтралитет. — Вероятно.       Пауза затягивалась. Шерлок вдруг подумал, что выяснил главное — Джим останется — и обсуждать больше нечего. Мориарти опять ворвался в его жизнь, действительность превратилась в безумный театр, и маятник больше не замирает. Не хотелось бы лишиться этого снова. Пусть ценой будет беспардонное нарушение границ личного пространства, пожалуй, он не возражает.       Раньше каждую замеченную и расшифрованную эмоцию Холмса Джим считал выигранной битвой. Сейчас в серых глазах открыто горел огонек желания, и это сбивало с толку. Мешало разглядеть за ним что-то важное. Да и было ли еще что-то? Сумеет ли Шерлок принять то, что Джим собирался ему предложить? Но пока точка невозвращения не пройдена. А обстоятельный и неторопливый качественный секс ни к чему его не обяжет. Дальше будет видно. Как и в прошлый раз, Джим обошел стол и присел рядом с Шерлоком. — Похоже, мы закончили обсуждения. Предлагаю продолжить с места, на котором нас так некстати прервали.       Джим больше не предпринимал никаких действий. Ждал, уступая инициативу Шерлоку. Тот поднялся со стула и встал вплотную. Джим смотрел снизу вверх прямо в глаза. Холмс недоверчиво рассматривал его лицо, такое странно-незнакомое без вечной маски. Может ли быть, что ему вот так запросто позволяют увидеть все без остатка? И отголосок тревоги, и ожидание, усталость, возбуждение… А за это чем придется расплачиваться? Впрочем, вопрос доверия уже решен. Счет будет адекватным. Придерживая Джима за плечи, Шерлок наклонился за поцелуем. Он понял смысл этой откровенности и покорности. Джиму тоже были нужны ответы. Оставалось надеяться, что у Шерлока получится их дать. — Пойдем, — выдохнул Джим, — на кровати удобней. ________________       В спальне у Джима резко изменилось настроение. Он жестко притянул Шерлока к себе и начал целовать напористо, собственнически, почти рыча на вдохе. Шерлоку хотелось обнять в ответ, но Джим шарил по его телу, как в лихорадке, сбрасывал с себя руки. Под таким натиском Шерлок чувствовал себя тряпичной куклой. Сердце прыгало в груди странным йо-йо в желудок к горлу и обратно. Не переставая целовать, Джим расстегивал или отрывал пуговицы. Пиджак и тут же рубашка отправились в угол. Джим принялся за брюки. Пальцы его дрожали, ремень никак не поддавался. Джим дергал пряжку и кусал губы Шерлока, будто тот был виноват. Пряжка не выдержала и отлетела, Джим рывком сдернул брюки вместе с бельём. От внезапного толчка в грудь стреноженный Шерлок потерял равновесие и упал спиной на кровать. Его обувь и остатки одежды дополнили кучу в углу. Полностью одетый Мориарти тяжело дышал, жадно глядел на него — голого, дезориентированного, потерянного в непривычной ситуации. В огромных черных глазах даже при свете слабой лампы отчетливо читалось исступленное возбуждение. Этот взгляд обрушил на Шерлока целую лавину совершенно новых эмоций. Это пугало и заставляло задуматься, не слишком ли самонадеянным было решение зайти на неизведанную территорию. Джим моргнул, словно почувствовал его сомнения. Стал раздеваться стремительно, не заботясь о сохранности дорогого костюма. Отбросив последнюю деталь одежды, он опустился на бедра Шерлока. — Вечность мечтал затащить тебя в постель, — усилием воли Джим успокаивал дыхание, дикая улыбка кривила его губы.       Шерлок наконец получил возможность касаться теплой кожи. Не целуя — просто водя губами по щекам. Гладил узкие плечи, наслаждался тем, как перекатываются мускулы, старался покрыть ладонями как можно больше. На рефлексию отвлекаться больше не хотелось. — Погоди-ка, — Джим надавил на грудь, принуждая лечь. Провел по напряженному животу Шерлока руками, длинным движением лизнул до самого подбородка. Но губ не коснулся, а приподнялся, задевая своей мошонкой член Шерлока. Он дотянулся до тумбочки и что-то достал из ящика. Шерлок даже не удивился, поняв, что в его тумбочке горкой лежат презервативы. Одну упаковку Джим ловко разорвал зубами и раскатал резинку на своем члене. — Тоже… с собой? — слова давались Шерлоку с трудом. — Конечно. Не люблю пускать дело на самотек, — голос Джима непривычно низкий, как придушенный, пробирал до костей. Огладив большим пальцем головку, другой презерватив Джим надел на член Шерлока. — Это самые лучшие резинки на свете. Такие тонкие, что ты их даже не почувствуешь, — в подтверждение своих слов он взял оба их члена в руки и провел вверх и вниз, с судорожным вздохом, — Правда же? Иди ко мне.       Так сильно Джим еще никого не хотел. Возможно, он просто никогда никого не добивался с такой настойчивостью, но сейчас анализировать точно было неуместно. И невозможно. Планы по обстоятельности и неторопливости летели к чертям — видеть Шерлока в своей безраздельной власти оказалось слишком ошеломительно. Шерлок потянулся вперед. Джим поймал и устроил его ладонь между своим животом и членом. Сам отзеркалил положение, сплел их пальцы в замок. — Прости, боюсь, в этот раз все будет очень-очень быстро. — Он начал двигать их руками, постепенно наращивая темп. — Ох, да, детка!       В нетерпении Джим толкался своим членом в член Шерлока, пружиня на коленях. Он все ускорял движения, стонал громко и непристойно. В предчувствии финала расцепил руки и крутанул несколько раз ладонью на члене Шерлока, буквально выдаивая оргазм. — Давай, детка, кончи со мной!       Тело восприняло слова как приказ. Шерлок выплеснулся мгновенно, полностью растеряв способность мыслить. Сквозь оглушающую белизну ему послышался собственный голос: — Надо же, как интересно получается.       После короткой паузы раздался негромкий смешок Джима: — Такой момент испортил!       Нежное прикосновение к волосам и почти невесомый поцелуй — теперь искренне: — Я тебя уверяю, дальше будет гораздо интересней.       Джим сполз под бок Шерлоку и блаженно замер. Ленивые минуты были почти осязаемыми. Шерлок снял презерватив и, завязав, бросил на пол. — Действительно хорошая идея.       Джим фыркнул и тоже снял использованный кондом: — Я не собирался тратить время на водные процедуры и смену белья. — Никогда ничего не пускаешь на самотек? — Очень стараюсь.       Шерлок опасался наступления тишины, не хотел неловкости. Напрасно. Размеренное дыхание Джима, его близость обволакивали теплым уютным коконом. Он раздумывал, как сильно нарушит постельный этикет, если уснет. Тут же получил шлепок по руке. — Даже не мечтай сейчас от меня отделаться! Мне тебя не хватило.       Джим чуть повернул голову. — Расскажи лучше, насколько Ирэн была права на твой счет? — Почти полностью. Разве что в юности я экспериментировал. — Ну, надо же. Девочки? Мальчики? — Девочки, мальчики. — И что, совсем не заинтересовало? — Пришел к выводу, что все эти брачные пляски абсолютно нерациональны. Сам я быстрее и эффективней могу усмирить свои гормоны.       Шерлок не видел, но ясно представлял недоверчивое удивление на лице Джима. Он добавил: — Как оказалось, я ошибался. Просто моя сексуальность очень узко ориентирована. Очень. — О, милый, это та-а-ак вдохновляюще звучит!       Рука Джима опустилась на грудь Шерлоку. Пальцы принялись выписывать круги, спустились ниже, обвели пупок. Джим повернулся, чтобы дотянуться и поцеловать в солнечное сплетение. Он немного втянул кожу Шерлока, снова запуская слабо изученный механизм, ответственный за эмоции. — Такой сладкий, — Джим щекотал губами, шептал жарко. Его ладонь легла на лобок с легким нажимом, — такой желанный.       Шерлок и понятия не имел, что его мозг способен так интерпретировать простые ощущения. Под рукой Джима рождался сгусток тепла. Он разрастался, распространялся вверх, заставлял мышцы сокращаться, заполнил легкие. После недавней разрядки реакции тела были менее острыми, поддавались контролю. Пользуясь случаем, Шерлок фиксировал каждый свой отклик, тщательно запоминал эту новую информацию о себе, чтобы потом изучить и выработать линию поведения в дальнейшем.       Джим отстранился. — Нет-нет-нет, милый, так не пойдет. Только не этот взгляд маньяка-зоолога. Оставь его своим хомякам.       Он коленом раздвинул ноги Шерлока и устроился на пятках между. — Сейчас тебе можно думать только о том, насколько я потрясающий. — Джим выпрямился, развел руки в стороны, давая себя рассмотреть в тусклом свете. Шерлок жалел, что в комнате слишком темно, зрелище и впрямь было достойным пристального внимания. — У тебя еще будет возможность пересчитать все мои родинки, — локтями Джим оперся по обе стороны головы Шерлока и прижался на секунду к его губам. — Я обещаю.       Поцелуями и легкими укусами спустился к паху, согнул ноги Шерлока в коленях. — И где же прячется наш большой мальчик, — сладко промурлыкал он, обдавая горячим дыханием, — уверен, скоро мы встретимся.       Шерлок закатил было глаза от такой глупой пошлости, но Джим взял в рот его член и медленно, слегка царапая зубами, выпустил. То ли от опаски, то ли от предвкушения Шерлок подавился воздухом. Вероятно, именно этой реакции от него и ждали, потому что кожей он уловил улыбку.       Джим определенно имел обширную практику минета. Под его руками и губами член Шерлока стремительно поднимался, дыхание становилось прерывистым. Стоны копились в горле, но Шерлок не желал их выпускать. Иррациональная ревность заставляла нелепо сдерживаться. Впрочем, в этом противостоянии шансов не было никаких. Слишком горячо, слишком талантливо. Язык кружил вокруг головки, забирался в щелку, том же ритме большой палец массировал вену. Время от времени Джим заглатывал член почти целиком, и тогда Шерлок с трудом останавливал движение своих бедер вверх. Даже в такой ситуации Джим не мог молчать. Он ухитрялся бормотать вульгарные глупости и нехитрые нежности даже с занятым ртом. Каждое слово вибрацией проходило от копчика вверх по позвоночнику. Хотелось вцепиться в волосы Джиму, вбиться в глотку до основания. Шерлок завел руки за голову и схватился руками за спинку кровати, удерживая себя на месте. Оргазм подступал, за закрытыми веками опять начинало белеть. Внезапно Джим оставил член и укусил за бедро. Боль резко выдернула Шерлока из предоргазменного тумана. Все накопленные стоны вырвались сиплым воплем разочарования. Джим лукаво улыбался и зализывал место укуса. — Видел бы ты себя сейчас. Такой возбужденный и обиженный. Не надо, мне лишь все еще мало тебя.       Не в натуре Джима было терять голову, но именно это сейчас происходило. Захватило желание немедленно взять, подчинить себе, чтобы никуда не делся, всегда был рядом. И, что совсем за гранью, приправляло жажду обладания давно забытое, если вообще когда-либо испытанное, чувство — нежность. Джим не беспокоился, его интриговало продолжение.       Опираясь на локоть, он склонился над Шерлоком. Вместо теплых губ Шерлок почувствовал у своего рта пальцы. Он непроизвольно впустил их. — Послушный, понятливый…       Жгучий поцелуй — наградой. От прикосновения влажных пальцев к анусу, Шерлок напрягся. — Тш-ш, все будет хорошо, — хрипловатый после минета голос успокаивал.       Одним пальцем Джим скользнул внутрь тела Шерлока, одновременно врываясь в его рот языком. Из юности Шерлок помнил это неприятное ощущение вторжения, но Джим самозабвенно трахал его рот, так что с этим неудобством вполне можно было мириться. Палец вошел глубже и провернулся. Прикосновение к простате заставило Шерлока выгнуться в попытке усилить внезапное удовольствие. Он положил свою ладонь поверх ладони Джима, давая понять, что его устраивает такой вариант.       Определенно, все эксперименты в области секса у Холмса остались в далеком прошлом. Джим не чувствовал в себе терпения сделать все правильно, а причинять боль категорически не хотелось. Впрочем, быть сверху и контролировать ситуацию можно разными способами. — Дотянешься до тумбочки? — Джим неожиданно убрал руку и подушечками пальцев провел по члену.       В ворохе презервативов Шерлок обнаружил маленький тюбик. Он извлек и его вместе с двумя блестящими квадратиками. Подготовки явно не хватало, но вряд ли Джим будет излишне жёсток. Под недоуменным взглядом один презерватив Джим сразу отбросил, скомандовал: — Себе, — перекинул ногу через Шерлока. — Ты что, вообще не планируешь…       Договорить ему не дали, горячая ладонь зажала рот. — Тш-ш, все будет, — не разрывая зрительного контакта, Джим выдавил гель из тюбика и завел руку себе за спину. Он неторопливо растягивал себя, томно пристанывал. От такого зрелища легко впасть в транс. Шерлок вспомнил об инкубах. Иначе и быть не может, подсознательно он уже понимал, каким образом Джим Мориарти способен изменить его картину мира, когда обратил внимание на бесполезную статью о древних искусителях. Несомненно, в его генокоде присутствуют неоспоримые признаки родства с похотливыми демонами.       Джим переместился ближе и шепнул: — Давай, вставь мне, ты же хочешь. — Сам вильнул задом в поисках члена. Руки его оперлись о спинку кровати.       Шерлок приставил головку к скользкому отверстию. Джим чуть осел, впуская в себя. Не отводя взгляда он медленно опускался все ниже и ниже, пока не соприкоснулся с пахом Шерлока. — Скажи, ты ведь тоже мечтал об этом с самого первого дня. — Джим не шевелился, привыкал. — Хотел нагнуть милого гея Джимми? Вогнать по самые яйца и слушать, как он захлебывается криком? Как я захлебываюсь. Скажи, хотел? — Провокатор, — прохрипел Шерлок. Самообладание неумолимо испарялось, и он толкнулся вверх раз, другой, крепко обхватив ягодицы Джима руками. — Давай, детка, давай, — Джим запрокинул голову, дышал шумно, но сам все еще не двигался. — Скажи, я хочу услышать. — Хотел.       Это не совсем правда. А может, так и было, но какая разница, чего он хотел много лет назад? Он нестерпимо хочет сейчас — так хочет — взять Джима или отдаться ему — уже не важно, увидеть наслаждение на его лице, лишить способности говорить. — Тогда полетели.       Мироощущение Шерлока покорно делает кувырок.       Джим почти ложится ему на грудь, стук сердца отдается у Шерлока в горле синхронно его собственному. Поражает гибкостью кошки, облизывая ключицы. С намерением точно оставить отметину засасывает кожу. Снова смотрит в глаза отчаянно. Начинает слегка раскачиваться навстречу движениям Шерлока. Амплитуда постепенно нарастает, ритм становится рваным, почти беспорядочным. Джим откидывается назад, используя в качестве опоры колени Шерлока. Он закусывает нижнюю губу и стонет сквозь зубы так, что немеют конечности. От нарастающего жара в паху, от созерцания совершенно бесстыжего, похотливого Джима Шерлока несет все ближе и ближе к оргазму. Внезапно Джим выкручивается из его рук и встает на колени. Член с хлюпающим звуком выскальзывает из его задницы, и Джим слегка морщится. Он немного отползает назад и смотрит, смотрит, поглаживая свой член. И Шерлок не может разобрать, разочарован ли он или тоже хочет наслаждаться моментом, слушать горячечный шепот как можно дольше. — Единственное, на что можно смотреть вечно, это возбужденный, готовый на все Шерлок Холмс. Такой красивый, просто умопомрачительно. Ты и в одежде невероятно хорош, но ты наверняка знаешь об этом. Эти твои узкие рубашки, эффектно летящие полы пальто. Ты не мог не видеть, как на тебя реагируют люди. Даже твой невинный гетеросексуальный до мозга костей доктор не устоял.       Упоминание Джона отчасти вернуло Шерлоку самоконтроль своей неуместностью, хотя полный смысл сказанного ускользнул. — Я не хочу сейчас слушать о Джоне. — Шерлок рвано выдыхает и понимает, ожидание становится невыносимым. Если Джим сейчас же не замолчит, он просто завалит его, не принимая возражений и протестов. — Степень твоей оральной фиксации невозможно переоценить. — Но тебя она заводит. — Джим наклоняется и плавно скользит по телу Шерлока. Притягивает его в яростный поцелуй, притираясь пахом. Шерлок кусает губы Джима, подталкивает его, он уже готов умолять вслух. — Конечно, мой хороший, сейчас, — с легким полувсхлипом он снова опускается на член и в безумном ритме разгоняется. Шерлок не успевает за ним, просто лежит, только вжимает пальцы ему в ребра до синяков. Джим выписывает бедрами сложные фигуры, выгибается, меняет угол. Матерится и стонет в такой тональности, какую не могут воспроизвести человеческие связки. И Шерлок кончает, хорал синапсов сопровождает его падение в яркую белизну.       Ни одно произведение искусства в мире не сравнится с кончающим Шерлоком, Джим уверен. Ради этого зрелища стоило годами играть в смертельные прятки с Эвр, стоило умереть и воскреснуть. Удерживать свой оргазм становилось все труднее, но Джим хотел кончить совсем иначе. Он задышал медленнее, аккуратно слез с Шерлока, чтобы не коснуться его своим членом, и встал на колени рядом.       Шерлок затруднялся определить, минуты или секунды прошли, прежде чем смог открыть глаза. Напряженный как струна Джим не отрывал от его лица маниакального взгляда. Он еще не кончил, член пачкал предэякулятом живот. Шерлок сомневался в своей способности сделать приемлемый минет, но Джим кивнул и провел влажной головкой по щеке. — Просто открой рот, mo stór*.       Шерлок принял на язык горячий член. Сжал губами, почувствовал пульсацию, осторожно втянул глубже. В тот же момент Джима тряхнуло, он вскрикнул, и в горло Шерлоку выстрелила теплая сперма. У Джима будто разом кончился завод. Он без сил вытянулся на Шерлоке, прижался к его рту, слизывая свой собственный вкус. По краю сознания мелькнула мысль, что прохождение точки невозвращения он пропустил, впрочем, это было уже неважно. — Мне всегда будет тебя мало, — сонно прошептал он в кудрявые пряди. — A leithéid de ghrá**.       Шерлок бережно переместил безвольного Джима удобнее. Завтра он ознакомится с основами ирландского. ________________       В дверь стучали. Судя по интенсивности ударов, стучать начали не только что. Шерлок открыл глаза и наткнулся на разъяренный взгляд Мориарти. По спине прокатился ностальгический холодок. — Шерлок! — из-за двери раздался взволнованный голос Джона. — Опять! — Прошипел Джим. — Твой доктор невыносим! — Тш-ш! Я разберусь.       В дверь ударили еще раз. — Шерлок, открой наконец! С тобой все в порядке? Шерлок? — Да все со мной в порядке! Что случилось, Джон? Я сплю! — Шерлок, выходи. Это важно! — Джон замялся. — Это касается Мориарти.       Джим округлил глаза в комическом ужасе. — Ну, иди, разбирайся, дело серьезное.       Накинув халат, Шерлок обернулся к постели. — Я тебя умоляю, — от этих слов глаза Джима стали еще больше, — молчи!       Джим уткнулся лицом в подушку, его плечи задрожали. Надежно загораживая пространство комнаты, Шерлок открыл дверь. — Мориарти мертв. Тебе ли не знать. Что могло произойти?       Джон потряс в воздухе какой-то папкой. — Вот! Это передал Майкрофт. Появились доказательства фальсификации его смерти. — Полный бред. Какие доказательства? — Голос Холмса был ровен и бесстрастен. — Я присутствовал при его смерти, а ты на кремации. — Тело Ирэн Адлер ты тоже опознал. — Тому были причины. Что это не она, я понял сразу. — С него станется провернуть какую угодно махинацию! И если этот психопат все-таки жив, нас рано или поздно ждут крупные неприятности! Посмотри документы. Лучше тебя специалиста в случае Мориарти не найти.       Шерлок кашлем заглушил фырканье за спиной и взял папку. Воротник халата съехал, взгляду доктора явился свежий багровый засос. — Шерлок??? Ты что, не один? — Ватсон в шоке перевел глаза с шеи друга на его припухшие губы.       Ох, как же не вовремя пришел Джон. Всеми силами Холмс выравнивал учащенные колебания воображаемого маятника. Вправо-влево, ровнее, раз-два. Но неизбежность катастрофы была очевидна. Шерлок чувствовал ее приближение и не мог предотвратить! Черт, черт, чертов любитель эффектных выходов!!! На всякий случай он крепче ухватил ручку двери. — Доброе утро, Джонни-бо-о-ой! — Из спальни лучшего друга до Джона донесся звонкий отвратительно-манерный знакомый голос. — Блядь, — резюмировал Шерлок. ________________ * — (ирл.) Мое сокровище. ** — (ирл.) Такая любовь.