Ведьмин ветер

             Оглушительной тишиной встретил его тронный зал. Собственные доспехи звенели громче, чем отворяющиеся каменные двери. Воздух был пропитан сыростью. Мрачные краски, всепоглощающая паутина, разбитые щиты и брошеные мечи давали понять, что празднеств это помещение не знало давно. Если молва не лукавила, то здесь прошло всего одно торжество, которое закончилось, не успев начаться...       Его меч был в руке. Он слишком много слышал об этом замке, чтобы прийти неподготовленным. Ему нужно освободить жителей королевства от чар Кровавой принцессы, и он сделает для этого все, что потребуется. Десятки рыцарей пытались одолеть ее, все они остались здесь, в стенах их последнего пристанища. Сэр Джеймс стоял прямо перед ним с искаженным от гнева лицом и застывшим в воздухе мечом – таким же каменным, как и его обладатель. Возле колонны он узнал сэра Нила, неподалеку от него – сэра Артура. Им повезло: их застывшие фигуры не разлетелись вдребезги, как остальные, а это значило, что у них был шанс спастись, если бы он разрушил проклятие.       В этом и заключалась проблема: проклятие завладело этими землями или принцесса натравила на жителей черную магию – никто не ведал. Случившееся здесь было историей настолько древней, что не всякий мог ее вспомнить и уж тем более поведать. Однако некогда процветающее королевство вмиг опустело, а все, кто остался во дворце, превратились в каменные изваяния, за исключением людей в тронном зале – те исчезли вовсе.       Обходя редкие полустатуи, он прислушался: за стеной полыхало пламя. Развернувшись на месте и подняв меч перед собой, он пошел на звук. Сломав замок на двери, которая все не открывалась, черновласый рыцарь отстранился на мгновение, потому что его лицо объял жар огня, охватившего комнату. Он мог бы запереть дверь, если бы не различил женский крик вдали. По мере прохождения сквозь облизывающие тело языки пламени, крик становился все явственней.       Откуда здесь взяться огню и живому человеку? Прежде он не слышал подобных рассказов. По правде говоря, их вообще не было, потому что некому было рассказывать о страшном путешествии, ведь еще никто не возвращался отсюда. Так родились домыслы о проклятиях, привидениях и тому подобной нечисти. Почему же он оказался здесь? Отнюдь не из-за легенды о злой принцессе, что заколдовала своих подданных. Рыцарство в крови, скука и жажда приключений тоже были ни при чем.       Его возглас о прибывшей к миледи помощи остался без ответа. Ее вопль, напротив, словно растворился в воздухе. Дышать становилось все труднее, он зажал нос платком, висящим на шее, но все равно задыхался. Путь назад был прегражден рухнувшей с потолка балкой. Минуя горящий коридор, мужчина обжег руку. Он так никого и не нашел, но заметил открытую дверь впереди и рванул к ней.       Испытания не закончились горящей комнатой. В синих глазах отразилась водная гладь, простирающаяся по следующему залу. Чем дальше мужчина заходил, тем глубже становилась пучина. Но не под ногами: поднимался уровень воды, здесь точно была замешана магия. Дверь была впереди. Проплыв несколько ярдов, он вдохнул побольше воздуха, чтобы снова нырнуть, когда услышал детский плач. Задержавшись над водой на секунду, он ринулся к источнику звука, рискуя остаться здесь навсегда.       – Держись, парень!       Громогласный крик рыцаря донесся до стен, которые не были в воде лишь на пару дюймов. Вода подступала к потолку. Мужчина сделал последний драгоценный глоток воздуха и вновь погрузился в бездну. Ребенок в дальнем углу исчез, точно его совсем не было. Выход находился в противоположной стороне, но рыцарь свой выбор уже сделал – запаса кислорода едва хватало на возвращение. Однако он попытался. Сознание покидало его, когда он толкнул дверь и не надеялся, что та поддастся.       В следующее мгновение он коснулся руками каменного стола и зацепился за него. Вода хлынула дальше, разлившись по полу этого зала, а затем полностью испарившись. Чертыхнувшись и сплюнув воду, он провел рукой по мокрым волосам и огляделся. В помещении было холодно, а сырая одежда только усиливала этот эффект. Скинув доспехи, он достал меч из ножен, как только услышал сзади шорох. Когда он обернулся, то увидел старца, сидящего на каменной скамье. Широкие черные брови рыцаря устремились вверх.       – Кто Вы?       Старик ничего не ответил, а лишь поднял тяжелый взгляд. Тогда мужчина заметил, что незнакомец ранен, а за его спиной кишат змеи.       – Черт возьми, нужно убираться! Вставайте же, я помогу Вам!       Раненый и не думал подниматься, как бы рыцарь ни старался. Тот отбивался от нападающих рептилий, которые сплетались в клубки вокруг них. Подхватив старика под плечи, он продвигался к следующему выходу. Сил оставалось все меньше, но он и не думал сдаваться. До тех пор пока колено не прожгла острая боль. Змея, причинившая ее, тотчас лишилась головы. Втянув воздух через нос и зажмурив глаза от вылетевших искр, мужчина сделал мучительный шаг вперед, сокрушив последних скользких тварей.       – Стойте!       Он не дал старцу открыть дверь, а сделал это сам во избежание опасности, таящейся за ней. Но, стоило ему обернуться, как комната, оставшаяся позади, оказалась пуста. Он мог бы свалить это на галлюцинации после змеиного укуса, если бы подобное не происходило в каждом зале. Тряхнув головой, чтобы прогнать зачатки отравляющего наваждения, мужчина шагнул на ледяной пол. Он пожалел, что оставил свои доспехи, но со смертельным укусом они были ему ни к чему. Какое бы зло ни роилось в этих стенах, оно станет для него последним.       Он стоял, опираясь на меч и часто выдыхая морозный воздух. Капли пота, ниспадающие по лицу и спине, превращались в лед, едва достигая пола. Казалось, он пробыл в проклятом замке целую вечность, но все еще знал, зачем находился здесь, пусть сознание мутилось все сильнее. Бедняк почудился ему за прозрачной ледяной стеной, которую он тщетно попытался разбить железом. С четвертым ударом видение исчезло. Он мог бы игнорировать этих появляющихся из ниоткуда людей, но что-то внутри не позволяло этого сделать. Он никогда не оставлял в беде страждующих.       Следующий его шаг ознаменовался чудесным спасением от вырвавшейся из пола глыбы, которая поднялась до самого потолка, что был в десятках ярдов над головой. Мужчина видел в ней свое отражение: бледная кожа, горящие глаза, синеющие от холода губы. На секунду ему показалось, что за спиной он видел чей-то изящный силуэт, который растаял в воздухе, стоило ему обернуться.       – Что за игру ты ведешь? Покажись мне!       Он снова огляделся вокруг: никого не было. Он остался наедине с заполняющими зал ледяными громадинами, возникающими то под ногами, то над головой. Очередная едва не рассекла герою плечо, он увернулся в последнее мгновение, которое посвятил кратковременному отдыху. Лишь когда его прибило к земле крупным осколком, он не смог подняться. Нога отнималась, и силы покидали доблестного рыцаря, не сумевшего избавить от страданий ни себя, ни принцессу, ни замок...       – Я знаю, как тебя спасти.       Его предсмертный шепот разнесся по залу, отражаясь от стен алмазными осколками. Вслед за тем распахнулись ставни окон, и сильный порыв ветра разбил лед вокруг. Тело рыцаря осталось лежать посреди пустой комнаты, которая степенно преображалась. Стены словно вернули былой цвет – свежескошенной травы, пол был устлан гобеленовым ковром, свечи зажглись в нескольких канделябрах, развеивая по помещению торопливые тусклые огоньки.       Он оказался в мягкой постели в следующий момент. Все также угасая и почти не дыша, рыцарь лежал неподвижно, пока вокруг вершилось волшебство. Скоро оно затронуло и его тело: раны медленно затягивались, тепло возвращалось в жилы.       С восходом пятого солнца, лучи которого никогда не попадали в замок, дверь в комнату отворилась. Пришло время хозяйке замка справиться о здоровье своего Спасителя. Не зря же этот не поддающийся насланным ею злоключениям рыцарь упомянул, что знает, как снять проклятие! Он хотел спасти всех привидевшихся людей, даже ценой собственной жизни. Иные не открывали даже первую дверь, что вела из зала, намереваясь покинуть его как можно скорее. Этот же шел напролом, ничего не страшась.       Зачем он здесь? Кто он такой? Рыцарь или колдун? На последнего не был похож, ведь он не использовал магию, чтобы защититься. Она пожелала взглянуть на него поближе, легкой поступью приблизившись к постели. Струящийся длинный шлейф темного платья шелестел за спиной, но девушка слышала лишь свое выпрыгивающее из груди сердце. Мужчина не приходил в себя – следовало проверить, бьется ли его.       Хрупкая ладонь коснулась белой рубашки и тотчас ощутила размеренные удары. Светлые локоны в причудливой девичьей прическе взметнулись в разные стороны, когда она одернула руку. Невидимая сила тянула ее обратно, и уже через мгновение ее полупрозрачные пальцы невесомо огибали красивый профиль спящего. Он был бледен, как и хозяйка замка, много десятилетий скрытая от солнечного света. Сон рыцаря стал беспокойным – веки то и дело рассеянно трепетали. Волосы его спадали на мокрый от пота лоб.       Тайна оставалась лишь в его глазах. Ей непременно нужно было знать, какого они были цвета. Но для этого он должен проснуться, чего не происходит уже пятый день. Она не желала его убить, пусть человеческая жизнь стала для нее ничтожной за все время вынужденного одиночества. Все вновь прибывшие обратились в камень, потому что их сердца на самом деле были таковыми. Свечение сердца этого рыцаря она увидела столь же отчетливо, как и его самого сейчас. Оно было ярко-алым, а его помыслы были чисты. Он был храбрым и отчаянным, великодушным и справедливым, преданным и честным.       Ее дар был для нее проклятием, но отныне она видела людей насквозь. Изменится ли это, как только она покинет пределы замка, девушка не ведала, желая свободы и ничего более. Она сама не заметила, как ее ладонь очутилась в его, после чего ее запястья обвили грубые пальцы.       – Ты все-таки существуешь.       Тысячи бабочек изумрудного цвета разлетелись над очнувшимся рыцарем, устремившись в разные стороны, как только он произнес фразу и распахнул глаза. Он пожалел, что не сделал этого раньше, потому что проснулся с минуту назад, и в нос ударил нежный лавандовый аромат, а уж потом на щетинистую щеку упала мягкая прядь длинных волос, и он понял, что в комнате находился не один. Заняв сидячее положение и отметив, что голова еще кружилась, он обвел взглядом покои.       – Вернись, я... не обижу тебя!       Но заверение не возымело результата. Он по-прежнему оставался в комнате один. Его оставили явно для того, чтобы он исполнил сказанное перед верной погибелью. Проблема была в том, что он не знал никакого способа снять проклятие, потому что его могло попросту не существовать, да и свидетелей тому никогда не было, потому что все погибли в тот роковой день. Все, кроме нее...       Возможно, случившееся было обыкновенным видением, но лавандовый аромат не покидал его мысли на протяжении оставшегося дня. Исследовав добрую половину замка, рыцарь убедился, что тот словно восстановил свой прежний облик: коридоры были объяты тусклым светом свечей, паутина исчезла, стены обрели цвет. Будь он не в проклятом королевстве, мужчина подумал бы, что гостит у старых знакомых. Однако многих из них не стало именно из-за этого замка.       Он продолжал звать хозяйку, но тщетно. Его отчаянные блуждания нельзя было сравнить с испытаниями, но неведение было для него мукой. Возможно, ему предстояло бродить по этим нескончаемым залам до конца жизни. Или же он найдет выход скорее, чем пожелает: дверь зала, в котором он очутился, вела в застекленный сад, заканчивающийся высоким ограждением. Рыцарь поспешил к нему.       Мысль о дальнейших действиях возникла сама собой. Рыцарь ловко перемахнул за ограду, желая осмотреть окрестности, но резко остановился, застыв на клочке земли, что отделял его от неизбежного падения в глубокую пропасть. Выругавшись, он запустил руки в волосы. Пропасть теперь окружала весь замок – вот почему никто не вернулся! Не выдержав, он прокричал что есть мочи.       – Я больше не играю в твои игры!       Сжав руки в кулаки, он медленно отошел, а затем разбежался и прыгнул вперед. Но летел он недолго: спустя мгновение мужчина был поглощен водной стихией, появившейся вместо бездны. Вынырнув, он оказался совсем в другом месте – вновь внутри замка. Этот зал напоминал ему самый первый, только в нем не было каменных фигур и разбитого оружия. Выбравшись из воды, рыцарь снял тяжелые сырые сапоги и босой направился к единственной двери, которая вела из зала. Та распахнулась перед ним, словно приглашая в другую комнату. Так, одну за другой, он миновал их несколько, пока не очутился в просторном зале, в центре которого располагался длинный дубовый стол, накрытый всевозможными яствами.       – Давно хотел спросить, полагается ли мне ужин?! Жутко умираю с голоду!       Выдохнув эти слова, он без зазрения совести набросился на пищу и вино. Он мог встретить смерть в любой момент, поэтому отбросил сомнения и продолжил трапезничать, даже когда ему почудился ветерок за спиной. В конце концов, возле другого края стола стоял второй стул, который пустовал все это время. Если принцесса пыталась наладить контакт таким образом, то выходило это у нее из рук вон плохо. Он стойко ощущал чье-то присутствие рядом, но убедился в этом, только когда услышал женский голос, звучавший из ниоткуда.       – Ты расскажешь, зачем пришел, и тогда будешь свободен.       Сглотнув, рыцарь прочистил горло. Он понятия не имел, что значили слова единственного найденного колдуна о том, что нужно добровольно отказаться от магии, чтобы избавиться от магического проклятия. Выходило так, что проклят может быть только тот, кто сам обладает этим даром. Но каким образом этот человек откажется от него? Определенно, нужно было тянуть время.       – Я предпочел бы личную беседу, Ваше Высочество.       Он не надеялся вывести ее на чистую воду, а потому все же был расслаблен, несмотря на сгущающиеся тучи над головой в виде разгневанной его будущим ответом колдуньи. Но когда дверь резко отворилась, и он увидел принцессу, что затмила собой последние невзрачные дни, если не годы, его жизни, то едва ли не впервые не нашел, что сказать. Она словно парила в воздухе над полом – настолько невесомы были ее шаги. Сцепив руки в замок за спиной, она гордо направлялась занять свое место во главе стола.       Ее распущенные волосы напоминали колосья пшеницы, что отзывчиво тянулись к солнцу на полях его королевства. Губы были алее рябин, что окружали ворота его замка. Кожа сияла в лунном свете, успевшем окутать зал. Длинные черные ресницы обрамляли зеленые глаза, которые ни разу не обратились к мужчине. Поправив пышный подол платья темно-зеленого цвета, она надменно глянула на потерявшего дар речи мужчину, который, опомнившись, учтиво поднялся с места.       – Теперь тебе есть, что сказать?       Изумруды на ее лебединой шее блеснули под стать глазам, когда она задала свой вопрос.       – Я...       – Ты колдун?       – Разве было похоже, что я могу противостоять твоим чарам, солнышко?       Он ухмыльнулся и вообще старался держаться уверенно, пусть за этим напускным чувством скрывались совсем другие – любопытство, восхищение, растерянность, испуг, волнение. Уголки его губ опустились, когда он услышал ее реакцию.       – Разве было похоже, что я не могу тебя убить?       – Но в итоге все же спасла.       – Много болтаешь.       Его сердце пропустило удар, когда она поднесла бокал к губам и отпила красного вина. Нужно было отвлечь ее и отвлечься самому, даже если все было иллюзией.       – В замке кроме тебя никого нет?       – Нет.       Она безмятежно приступила к трапезе.       – И ты развлекаешь себя тем, что изводишь бедных странников?       – Если таковыми можно назвать тех, кто приходит грабить и разорять мое королевство, то они получают по заслугам.       – Не похоже, что здесь осталось чем поживиться. И пара знакомых мне рыцарей любезно заняли места экспонатов в тронном зале.       Последовав ее примеру, мужчина присоединился к ужину.       – Их сердца были черны от гордыни. Они хотели власти – ничего больше.       – Они были хорошими людьми и верными товарищами.       – Однако на помощь другому поспешил только ты, а остальные опустошали погреба и витрины.       Он не уступал ей в войне взглядов. Она казалась холодной и расчетливой, но вместе с ароматом лаванды он ощущал смятение и смущение.       – Мне льстит то, что ты причислила меня к героям, но я никак не пойму природу твоего проклятия.       – Ты не знаешь, как разрушить его?       – Так это все-таки проклятие!       Еще пара лет, и он выпытает у нее все, что нужно. Если бы не ее постоянно меняющееся настроение.       – Ты солгал мне!?       Скрипучий вопль разрезал зал. Окна вмиг распахнулись, словно застигнутые ураганом. Он предполагал такой исход, но чаял надежду, что хозяйкой замка станется не злая колдунья, а прекрасная незнакомка, пусть даже злая колдунья могла попросту обратиться в оную.       – Мне еще похуже доводилось говорить, чтобы выжить, миледи.       После подобных умозаключений ему полагалось быть обращенным в пепел, не меньше, но, к его изумлению, комната наполнилась звонким смехом. С облегчением выдохнув, он тоже настороженно улыбнулся. Отложив приборы, она внимательно на него посмотрела.       – Кто ты?       – Сэр Киллиан к Вашим услугам, миледи!       Вновь поднявшись, он представился, опустив голову для поклона. Его одежда была все еще мокрой от нежеланного купания, поэтому вокруг него постепенно расплывалась лужица, на которую он не обращал совершенно никакого внимания.       – Тебе повезло, сэр Киллиан, ведь замок не выпускает никого живым. Значит, ты зачем-то нужен здесь.       – Ты всегда обладала магией?       – Наш разговор окончен. Ты нужен замку, а не мне.       Стремительно покинув свое место, она не дала ему вставить ни слова, и, не обернувшись, направилась прочь.