Одноклассники

Маргарет снова оказалась в доме Дина. Снова... Снова! Девушка лежала на кровати в когда-то уже принадлежавшей ей комнате и смотрела на свою руку, находящуюся напротив её лица. Надо же... Какой драматичный момент – лежать и разглядывать царапины на своих пальцах. Неплохая сцена для какого-нибудь сьюшеского фанфика... Но не для Маргарет и не для ее жизни... Ей бы сейчас в то время, когда можно было безмятежно читать всякие истории о бедняжках-пленницах, не опускающих голову под гнетом обстоятельств. То, что происходило, было уже не просто удивительным, а странным. Ну посудите сами – за ней буквально гоняются молодые богатые красавцы – Дин, Ихтияр, – кто будет следующим? Ладно ещё Ихтияр – он во время пребывания Маргарет в его доме спал и с другими девушками, причем со многими. К тому же, для араба Маргарет была лишь трофеем, коим обладать приятно вдвойне. А вот Дин… Ну чего он за неё уцепился? Ну продали, и продали. Неужели он не наигрался? Мистер Ильнес что-то там говорил о ностальгии и о том, как она важна для его сынка. Но это маразм какой-то! Была бы она красавицей, или хотя бы сексуальной девушкой, тогда ещё можно было бы понять мотивы Дина. С красотками любая история становится романтичной. Но Маргарет была худощавой и угловатой, как подросток, да и в принципе невзрачной… Не совсем уродлива, конечно, но и не очаровашка, скажем так. Ну и где тогда здесь логика? В комнату вошла служанка – видимо, с намереньем разбудить вновь прибывшую рабыню, ибо она обрадовалась, увидев, что Маргарет уже не спит. – Хозяева велели спуститься к ним, – сказала она. – ХозяЕВА? – тут же переспросила Маргарет. Первая мысль – они с Сандрой всё-таки поженились. – Дин здесь не один? – Недавно прибыли погостить мистер Ильнес и его младший сын. Маргарет вспомнила о том, что у Дина и правда был младший брат. Что ж, любопытно… Чего же они там хотят? Наложница сказала служанке, что сейчас придет, и вскоре спустилась вниз по лестнице. В гостиной она увидела Грегори и двух его сыновей. Дин ехидно улыбался, и Маргарет поняла, что ничего хорошего новый день ей не сулит. А его младший братец, с виду лет двенадцати, дерзко смотрел в глаза рабыне – по мальчику было видно, что характером он схож с братом. К тому же, у младшего сына явно было шило в одном месте – даже сейчас он не мог усидеть на диване рядом со своим отцом, а крутился из стороны в сторону, то пытаясь задеть Дина, то осматриваясь вокруг. Наложница слегка поклонилась. – Знакомься, Маргарет, это Дезмонд, – сказал мистер Ильнес. – Дейзи, это Маргарет. Мальчик внимательно посмотрел на наложницу, разглядывая нового человека в доме, даже перестав крутиться. – С сегодняшнего дня ты будешь делать с ним уроки, – было сказано Маргарет – Я? – вырвалось у девушки. – А кто же ещё у нас тут самый умный? – вступил и Дин. – Ты, Маргарет, ты, – усмехнулся мистер Ильнес. Его умиляла эта её несдержанная природная реакция на всё вокруг. – В понедельник Дейзи отправляется на уроки в новую школу, пока мы здесь, но домашнее задание я уже узнал. Оно записано в дневнике. Его нужно выполнить. Всё. – Ну пап! – запротестовал мальчик. – Почему бы мне не сказать, что я его не знал? – Потому, что тебе нужно учиться! Иначе ты не сможешь работать на нашем предприятии, ясно? – Умгу, – недовольно ответил Дейзи. – Маргарет поможет тебе. Да, Маргарет? – спросил Грегори. – Да, господин, – обреченно вздохнула девушка. – Иди покажи ей, где твоя комната, – добавил отец, уходя в свой кабинет. И никаких игр, пока не сделаешь уроки. Ясно? – спросил он, взглянув на Маргарет. Девушка кивнула. – Да, – закатил глаза малец и, взяв рабыню за руку, потащил её наверх по лестнице. – Если тебе удастся справиться с ним, клянусь, я даже трогать тебя сегодня не буду, – усмехнулся Дин. Всё так плохо? Просто так он бы этого не сказал... Маргарет была растеряна – няней она ещё не работала, учителем, впрочем, тоже. Как справиться с этим трудным ребёнком, она понятия не имела. Тем временем Дезмонд привёл её в комнату, закрыл дверь и плюхнулся на кровать, достав из кармана телефон и взявшись играть на нем. – Почему у тебя поцарапанное лицо? – вдруг спросил мальчик. – Я упала на колючий куст, – коротко объяснила Маргарет. Дезмонд пару минут помолчал, после чего снова заговорил: – Я тебя знаю, – сказал он, не глядя на неё. – Ты из нашей школы. – Да, я училась в той же гимназии, что и вы с Дином, – ответила Мэг. – А теперь ты рабыня Дина? – спросил он, оторвавшись на миг от экрана. – Да, – коротко ответила она. – А я могу и рассказать ему, что ты зовёшь его по имени. Дину это не понравится, – противно усмехнулся Дезмонд. – А я могу рассказать мистеру Ильнесу, что ты ослушался его и взялся играть в телефон. Дези снова взглянул на девушку. – А я скажу, что ты меня ударила, – сказал он. Маргарет опешила от такого ответа, что немало порадовало маленького упырёныша. Чем это чревато для неё? Могут ли её за это избить? А убить? Насколько сильно они доверяют ребёнку? – Наговаривать на людей – это очень жестоко и несправедливо, Дейзи, – ответила рабыня. – И что? – пожал плечами мальчик. – Меня за это накажут, а я ведь ничего тебе не сделала, – она снова тяжело вздохнула, после чего села на кровать рядом с «учеником». – Дейзи, давай быстренько сделаем эти уроки и обое будем свободны, м? – мягко спросила Маргарет. – Тогда и мистер Ильнес будет доволен, и твои учителя. Поставят тебе «5» за домашнее задание… Это ведь приятно… Дезмонд на несколько секунд задумался, смотря на Маргарет. – Ладно, – заключил он и отправился за стол. По учебникам Маргарет поняла, что он учится в шестом классе. Мальчик заглянул в дневник и открыл учебник по математике на нужной странице. Оказалось, они сейчас учат сложение и вычитание дробей. Тема, конечно, не из лёгких… – Итак, Дейзи. Как слагаются дроби? – спросила Маргарет. Мальчик положил локти на стол, а ладони себе на щёки и снизал плечами, со скучающим видом глядя в книгу. Рабыня попыталась ему объяснить, но Дезмонд попросту не хотел ничего понимать, поэтому выполнение задания шло очень медленными темпами. – Всё, я больше не хочу, – сказал маленький Ильнес, резко встав со стула. – Но Дейзи… – Не хочу! – Ты должен выполнить… – Нет! – крикнул он и толкнул Маргарет в сторону двери. Девушка чуть не упала, кое-как удержавшись на ногах. Вот и вляпалась снова в неприятности. Дезмонд бросился к телефону, валявшемуся на кровати, но Маргарет успела схватить его первой. – Отдай!!! – гневно выкрикнул Дейзи, но Маргарет не сдавалась, подняв телефон над головой. Однако же мальчика это не остановило – он начал дёргать её за рукава платья с такой силой, что девушка снова растерялась, уже даже побаиваясь этого неконтролируемого мальчишки. Наложнице так хотелось, чтобы её сегодня «не трогали», как обещал Дин, что она, казалось, на всё была готова. Но Дезмонд таки добрался до телефона, вырывая его из рук наложницы-учительницы. Та уже собиралась его отпустить в то время, как Ильнес как раз решил резко дёрнуть. В общем, получилось так, что мальчик отлетел в сторону и ударился головой об стол. И как раз в этот момент в комнату вошёл мистер Ильнес. Стоит ли говорить, что картина, открывшаяся его взору, была не из выгоднейших для Маргарет… – Это что такое?! – строго сказал он. – Дезмонд! – Грегори тут же бросился к сыну, будто тот смертельно ранен. – Ты в порядке? – да у него даже крови не было! Он и ударился-то не сильно! В дверях появилась самодовольная физиономия Дина. – Да, пап… – жалобно ответил негодяй. – Что тут случилось?! – спросил он уже у Маргарет, подойдя к ней. – Я не хотела отдавать Дезмонду телефон, и он… – Она меня толкнула! – прервал её малец. – Что?! Нет! – запротестовала Маргарет, со страхом глядя в глаза мистеру Ильнесу. – Я не толкала его, честное слово! – Толкала! Толкала! – вновь послышалось от Дезмонда. Маргарет смотрела на его отца и отрицательно качала головой в надежде, что он поверит ей. Но он, похоже, адекватно оценивать сынка не собирался. Разгневанный отец подошёл к наложнице и дал ей звонкую пощёчину, от которой та естественно упала – своего гнева он не сдерживал. У девушки в голове загудело от удара такой силы, а щека так загорелась, что, казалось, будет болеть ещё три дня. В душе же был какой-то противный осадок оттого, что он подумал, будто она может обидеть дитя… – Как ты смеешь! – выпалил он вдобавок. – Ещё раз услышу подобное, я на тебе живого места не оставлю, ты меня услышала? – сказал мистер Ильнес, глядя на жалкое существо, полулежащее на полу. Маргарет держалась за щеку и смотрела в пол глазами, полными слёз. Ясно ведь, что это будет не единственный случай в своём роде… – Уберись тут, – бросил ей Грегори, имея в виду ручки, рассыпанные на столе и скомканный ковёр. – Пойдём, Дезмонд, – мягко сказал он сыну, удалившись из комнаты вместе с ним. Маргарет тем не менее не поднялась с пола. Она прислонилась к стене и тихонько заплакала, поглаживая красный след на лице. Всё в ней выдавало человека угнетённого и загнанного в угол – и ссутуленные плечи, и завёрнутые внутрь, как у рахита, запястья, и косолапо поставленные стопы. Она была похожа на какую-то калеку-сумасбродку. И как она такой стала… Самой от себя уже было противно – сколько можно плакать? Сколько можно уже терпеть всё это? Скорее бы конец… – Никто меня не любит, никто не приласкает… – это был Дин. Он незаметно вошёл в комнату, когда Маргарет закрыла глаза, и стал напевать глупую песенку из времен их ранней юности. Девушка с безразличием на него посмотрела, а затем просто направилась к выходу. Шут гороховый… Всё ему смешно, над всем он готов посмеяться… И это более чем странно. Картер хотя бы явно был психопатом и садистом, так что его поведение никого не удивляло. А вот почему Дин так поступает, Маргарет не понимала. Неужели это всё гены? Так он тоже больной?.. Дин задержал её, взяв за предплечье. – Вечером жду, – сказал он ей. – Ты хочешь вот ЭТО? – спросила девушка, указывая на себя, заплаканную и с ссадиной на скуле. Забавно – как раз в таком виде она попала в этот дом впервые, после Картера. – Тебе-то что? Твоё дело – выполнять, забыла? – тут забудешь… Дин отпустил её руку, и Маргарет ушла к себе. Стоило бы, конечно, пойти на кухню, но с красными глазами и со следами побоев не очень-то хотелось там появляться… Девушка снова легла на кровать, разместив поцарапанную в терновнике руку перед глазами, и снова стала её рассматривать. Это походило на лёгкое безумие… Она ведь уже привыкла к Ихтияру… Она уже успела понять и запомнить, что его злит, а что радует, что он любит, а что нет… В конце концов, он никогда её не бил, был с ней очень нежен и аккуратен. Маргарет уже давно не знала подобного отношения. И вот она снова в руках озлобленного одноклассника. Что она ему сделала? Маргарет не помнила, чтобы чем-то обидела Дина, но она понимала, что такое поведение из воздуха не берётся, так что рано или поздно причина всплывёт. Но что это даст… Ничего уже не исправить и не вернуть назад… Вечером Маргарет пришла к Дину. Она уже не наряжалась, а просто осталась в том, в чём была весь день. Служанка этого не проконтролировала, а наложница, честно говоря, не думала, что Дин и вправду захочет «ВОТ ЭТО», как она выразилась ранее. Ильнес подошёл к ней и взял за руку, оглядывая запястье. – Где браслет? – спросил он. – Ихтияр обрезал нить ножом и снял его, – ответила девушка. – Я не знаю, где он сейчас… – зачем-то добавила она. – Что, не понравилась ему вещица? – Не понравилась… – А ты понравилась? – в голосе Дина уже слышались издевательские нотки. Маргарет не сразу нашла, что на это ответить, но что-нибудь сказать пришлось. – Не знаю, господин… – пожала она плечами. – Ты была с ним? – завуалировал Ильнес. Странно, раньше его не ничего смущало … – Да. – Сколько раз? – похоже, он относился к этому как к измене. Ещё чего доброго разозлится и решит сорвать злость на Маргарет, будто она виновата в том, что безвольна… – Два, – от греха подальше соврала девушка. Дин сделал небольшую паузу, как будто обдумывая, приемлемо ли это для него, после чего усмехнулся и резко толкнул её в сторону кровати. Маргарет даже не вскрикнула – ничего нового и впечатляющего. Просто манера Дина… Он устроился сверху, пытаясь снять с неё платье. – В чём это ты пришла? Что за наряд поломойки? – раздраженно сказал Ильнес. – Для тебя в самый раз, – случайно вырвалось у Маргарет. Это правда получилось случайно! Чёрт, она просто подумала об этом и… – Что ты сказала? – от ушей Дина это, к сожалению, не ускользнуло. – Ни-ч-чего, – Маргарет уже почти подтянула ладони к лицу, как тяжёлая рука Дина молниеносно заставила девушку пожалеть о сказанном. Её лицо ещё не оправилось после его отца, а тут уже и сынок подоспел. Он взял наложницу за шею и, приблизившись к её глазам, пристально посмотрел прямо в них. – Ты совсем расслабилась у того араба, да? – спросил он. – Тебе так не хотелось уходить, что ты предпочла мне терновник… – Ильнес сжал пальцы на шее девушки сильнее. – Что же он там с тобой делал, в том доме? Маргарет сначала дёргалась и пыталась ухватить хоть немного воздуха, но затем ей в голову пришла мысль – а зачем? Она разве хочет жить? Пусть задушит. И подумав об этом, рабыня перестала сопротивляться и попыталась расслабиться. – Он никогда не делал вот так, – кое-как прохрипела она. Дина как обухом по голове ударило. Он тут же отпустил Маргарет и поднялся с кровати, повернувшись лицом в противоположную сторону. Наложница закашлялась и тоже попыталась встать. – Пошла вон, – коротко ответил Ильнес. Маргарет дважды повторять не нужно было – она тут же «испарилась» из его комнаты, держась за стены. С трудом добравшись до своей комнаты, девушка повалилась на кровать и уснула, а хотелось умереть… Она ненавидела его… Терпеть не могла Дина и всё, что с ним связано. Это не ярость и не гнев, скорее разочарование. Маргарет думала, что он поступит с ней как с человеком, а он относился к однокласснице хуже, чем к вещи. Ей было больно и обидно – щека болела, горло тоже – на шее до сих пор чувствовались пальцы Дина. Но Маргарет смирилась – теперь она была уже не та, что вначале. Отныне она не будет верить в лучшее, видеть в нём что-то хорошее. Точнее Мэг уже давно перестала делать это, но с недавних пор просто яснее осознала его суть. Дин сломил все прорастающие стебельки её воли, уже не хотелось ничего. Утром в комнату Маргарет пожаловал Его высочество Дезмонд Ильнес, бросив ей на кровать учебник по математике. Девушка спала и не сразу сообразила, что происходит, когда что-то твёрдое легонько ударило её по ноге. Рабыня открыла глаза и увидела знакомую недовольную физиономию. Она тут же посмотрела на часы – было шесть утра. Маргарет в этом доме держали за наложницу, поэтому на раннем пробуждении не настаивали, её теперь вообще мало трогали, по крайней мере, днём. А тут какой-то малец заваливается к ней в комнату и бросается своими книжками. Девушка приподнялась, прикрываясь одеялом и потирая глаза. – Что случилось, Дезмонд? – вяло спросила она. – Она ещё спрашивает что случилось! Из-за тебя мы вчера не сделали уроки, и отец отобрал у меня телефон! Так что вставай скорее и пойдём уже решать эти примеры, – он был весь на взводе. Похоже, телефон для него был вещью первой необходимости. Впрочем, ничего удивительного. – Ну…хорошо, встаю. Сейчас… Иди к себе в комнату и записывай число в тетради, я приду через 5 минут, – ответила девушка. – Через две! – бросил Дезмонд и с важным видом удалился. Вскоре они снова взялись за выполнение заданий, только на сей раз маленький монстр был намного покладистее. Через какое-то время к ним пожаловал мистер Ильнес. – Вот так! Молодец, – как раз сказала в этот момент Маргарет. Заметив Грегори, Мэг встала и вся напряглась, уронив взгляд в пол. – Не стоит его перехваливать, – тут же сказал он. Наложница промолчала. «Не стоит выбирать сыну в учителя шлюху», – подумала она, но озвучить побоялась. Грегори не понимал, почему она молчит, но не стал на этом зацикливаться и подошёл к сыну. – Ну что тут у нас? – спросил он, заглянув в тетрадь. – Всего лишь один номер по математике?! – разочарованно фыркнул Грегори. – Чем вы тут занимались? – это было адресовано уже Мэгги. – Математикой, сэр, – ответила девушка. – А почему математика так медленно идёт? Маргарет замялась, но пришлось всё же говорить дальше. – Медленно…усваивается… – аккуратно сказала рабыня. – В каком это смысле? – по тону было ясно, что он понял. – Ну…такая скорость проведения операций…у Дезмонда. – Ты хочешь сказать, что он глуп и медлителен? – строго спросил отец, приблизившись к Маргарет. – Я ничего не хочу, – сказала девушка, втягивая шею в плечи и готовясь закрыть лицо рукой. – Пожалуйста, я ничего не сделала… – добавила Маргарет. – Я не…не знаю, как объяснить быстрее… – залепетала она. – Так и говори, что сама ничего не умеешь! – сказал он, в душе даже радуясь такому исходу. Ему не хотелось бить загнанное в угол существо. Маргарет молчала. – Вот именно, пап. Я ничего не могу понять! – отозвался сынок. Мэгги растерянно на него посмотрела – объективно говоря, она объясняла терпеливо и доходчиво, просто малец не хотел углубляться в «научную фигню». – Давай я тебе объясню? – предложил Грегори. Тут-то стало видно всю мерзкую душонку этого ребёнка. – Да чего ты будешь… Нет, пусть лучше она объясняет, – ага, значит, отца в учителя не хочет. – Слышала? – спросил он у рабыни. Почему он так возненавидел её? Неужели и правда так поверил вчера своему сыну?.. – Да, сэр, – коротко ответила Мэг и продолжила терпеть издевательства ленивого шестиклассника. Легче всего во всём обвинить учителя… Шлюху так вообще без проблем.

***

В общем, младший из Ильнесов оказался сущим дьяволом, но однажды произошел следующий эпизод. – Дезмонд, быстро поднялся в свою комнату и чтобы я тебя сегодня не выдел! Ужинать тоже будешь там! – мистер Ильнес был, мягко говоря, не в духе, вернувшись с сыном из школы. – Но отец! Я ни в чем не виноват, а то вообще произошло случайно. Я не специально, понимаешь?! – Поздно. Я очень разочарован, Дейзи. В комнату. Живо. Мистер Ильнес начинал раздражаться. – Отец! Я не хотел грубить учительнице, но она была со мной несправедлива! А заматерился я случайно! Честное слово, я не заметил, что рядом был завуч! Ничего себе он натворил в первый же день... Маргарет слышала все это, прячась в коридоре. – Дейзи! – Грегори уже переходил на крик. – Мне плевать на справедливость – несправедливость и случайности – не случайности! Из-за тебя меня теперь считают каким-то уголовником и напыщенным индюком! – Да потому что ты такой и есть! – выпалил Дезмонд и тут же получил за это по лицу. Маргарет прикрыла рот рукой. Ничего себе... Значит ее старший Ильнес чуть не убил за то, чего она Дезмонду не делала, а сам способен нанести ему вред? В общем, мальчик, как и стоило ожидать, разрыдался и убежал к себе в комнату, даже не заметив рабыню в коридоре. Грегори за ним не шел. Тогда Мэг сама тихонько проскользнула в обитель мальца. Дезмонд сидел на полу, оперевшись спиной о кровать и плакал навзрыд. Бедное дитя... Он же еще совсем мал для таких вещей! – Дейзи... – Маргарет села рядом, положив руку ему на плечо. – Отстань! – дернул он плечом. – Не плачь, пожалуйста... Это отец сгоряча... Он наверняка уже жалеет, – мягко сказала она. – Он сделал это потому, что не любит меня! Никто меня не любит! Ни здесь, ни в школе! Так значит, мальчика невзлюбили одноклассники... Ну понятно, вот он и пытался добиться авторитета среди них такими способами, или просто наделал глупостей от стресса... – Это не так. Дезмонд, отец очень любит тебя, и твой брат, и я... – тут она замолчала. Дейзи перестал плакать и посмотрел на нее. – Правда? – о чем именно он переспросил было неясно, но на её ответ это вряд ли повлияло бы. – Ну конечно! Ты же такой умный и милый мальчик... На удивление эти слова подействовали на ребенка, и он вдруг обнял Маргарет, прижавшись к ее плечу и тихо хныча. – Тебе было также больно, когда отец ударил тебя? – вдруг спросил он. – Э... Ну, было больно... – Прости меня... Ты хорошая... – господи, что на него нашло? Маргарет обняла Дезмонда и погладила по голове. – Ну не плачь же, все будет хорошо, – мягко добавила девушка. Вот как... Немного тепла – и он тает. Наверное, редкое явление в семье Ильнесов. После этого Дейзи перестал дерзить рабыне брата, а если такое и случалось, то он делал это без злобы и шуточно, не пытаясь ее обидеть или подставить.

***

Вечером Маргарет снова отправилась к Дину, так уж и быть, в том, в чём он сказал. – Станцуй для меня, Мэг, – тут же услышала она. – Не хочу, – ответила девушка. – Я не спрашивал, хочешь ли ты. Я сказал «станцуй»! – он был немного не в настроении… – Нет, я не хочу сейчас танцевать, господин! – не зная зачем, спорила рабыня. Может быть, ей уже хотелось наконец перестать быть безмолвной, а может снова появилась потребность в самоуважении… Но ей чертовски хотелось отказать ему. Дин подошёл к Маргарет, посмотрев на неё с раздражением. – Ты забыла, от чего у тебя шрамы на спине? Или тебе подарить новый браслет? – спросил Дин. Девушка молчала. – Я жду! – Нет! – повторила Маргарет. Тут Дин уж не выдержал и хотел снова заняться рукоприкладством, но рабыня оттолкнула его и, быстро добежав до двери, закрылась в ванной, переводя дыхание. Снаружи послышался смех – Дину это показалось забавным. – За что ты так ненавидишь меня? – спросила она без тени усмешки. – Ненавижу? Не слишком ли громкое слово? – Я же всё вижу. Ты ненавидишь меня, Дин. Что я тебе сделала? За что ты мне мстишь? – Да чем я тебе мщу-то? Ты сама нарываешься! – Ты унижаешь меня, ты меня бьешь! Я больше не могу! Ответь – что я тебе сделала? – Может, сначала выйдешь из ванной? – Нет. Так что, Дин? – Ничего, – звучало неправдоподобно. – Мир изменился, Мэгги. Я тебе не мщу, я воспитываю тебя. – Но зачем?.. – Мир. Изменился. – Мир меняется, когда мы этого хотим. Ты мог бы поступить со мной по-человечески. – Мне надоело! Выходи. – Нет. – Окей. Что дальше? Будешь жить в ванной? Маргарет молчала. – Если бы не лень, я бы уже выбил дверь. Но рано или поздно мне это надоест. Дин был прав – что там той двери? Он с легкостью ее выбьет, стоит только захотеть. Девушка открыла её. Щёки наложницы уже были мокрыми от слез. – Я не толкала твоего брата, – первое, что она сказала. – Я знаю. – А мистер… – Он тоже знает. У Маргарет не было слов. Они просто издеваются над ней? Это у Ильнесов такое развлечение? – Я не понимаю… – сказала девушка. Господи, к чему она это вообще спросила и к чему он это сказал?.. Это так странно! – Знаешь что, Мэг? Ты мне надоела, – устало пробормотал Дин. – Знаешь, что я сделаю? – его тон был так необычно безразличен, что Маргарет даже и предположить было страшно, что он с таким настроем собирается сделать. Надо было сдержаться и не выкидывать этот фокус с ванной. Черт! Но если уже нет сил? И никакой адекватности не осталось… – Ч…то? – с опаской спросила девушка. – В бордель-притон тебя отдам. У меня как раз друг занимается одним заведением. Да, решено, – Дин решительно встал и открыл дверь комнаты. – Иди, собирай вещи. Я выхожу. Маргарет медленно пошла на выход. – А что скажет мистер Ильнес? Дин рассмеялся. – А что ему сказать? Ручкой помашет на прощание. Думаешь, ему есть до тебя дело? О, или это после той твоей попытки «отговорить» меня от свадьбы, устраивать которую я не собирался изначально? – ухмыльнулся парень. Так он знает?! Господи, как же никчемно для нее это звучало. Маргарет нигде не играет никакой роли… Она абсолютно ничего ни для кого не значит… Зачем же так жестоко? Для Ихтияра она была лишь интересным зверьком, одним из десятка таких же; для Дина девочкой для битья, забавным отголоском прошлого; а для Мартина ностальгическим балластом, который он старался куда-нибудь пристроить в угоду своей совести. Не стоит ли ей просто смириться? Ну притон, так притон – скорее встретит смерть. Разве она стоит чего-то большего? – Я поняла… Хорошо, – машинально произнесла Маргарет и уже молча отправилась на выход. Новая глава? Как скажешь, жизнь, как скажешь…