Грядущие перемены

— В чем дело? — Они буквально везде. Светящаяся легким светом черная волчица, хранительница мрачно нахмурилась. Полученные сведения только говорили о приближение серьезного дня, и она прекрасно понимала, что её бывшая стая не выйдет победителем. Её собеседница по имени Белоснежная была не в себе – она была взволнована и искала, чем можно занять свои лапы и пасть. — Говоришь, патруль Ночи столкнулся с Огнём, Белоснежная? — хранительница размышляла, что можно сделать. Этот день обещал Белоснежной коротким отдыхом и предвещал черед серьезных испытаний. Хранительница встала и направилась вглубь логова Ночи. — Предвидящая? — растерянный голос оберегаемой донесся сзади. В ответ прилетели следующие слова Хранительницы: — Отдыхай. Я сама разберусь. Уж хочется врезать вожаку… Несмотря, что Белоснежная стала твердо держаться на лапах, она сильно боялась резких изменений. Также она никак не желала лично идти и объяснять сложившуюся ситуацию вожаку. Поэтому Предвидящая решила разобраться сама. К счастью, в этот раз оберегаемая не стала её останавливать. Хранительница вдруг остановилась и повернула голову в сторону последышки, та робко улыбнулась и поспешила скрыться в своей норе. И все же не стоило относиться предвзято лишь на основание разницы шерсти, тогда бы она могла стать неплохой учительницей. Предвидящая снова возобновила свой путь, намереваясь всерьез поговорить с вожаком, и в то же время оглядывая свой бывший лагерь Светало, основная часть волков готовились ко сну, лишь горстка черных волков уныло собиралась на утренний патруль. Окинув патрульных, Предвидящая сразу обнаружила Искристомрака и предвкушающее оскалилась – разговор с вожаком будет и тяжелый, и долгожданный, тем более Белоснежная не будет мешать ей. А её, душу Предвидящей, вообще никто не замечал. Черная среди черных, её выделял лишь нехарактерное свечение шерсти. — Ночной Ветрогон? — Хранительница, остановившись на пороге места, где обычно спали вожаки, позвала вожака. — Кто меня зовет? — донесся сонный голос вожака. — Я, — Хранительница решительно вошла внутрь, — пришла выворачивать душу наизнанку. — Ты? — у вожака сон лапой снялось. Он резко вскочил и остолбенело смотрел на светящую бывшую заместительницу. — Да, я. И я теперь Хранительница. — Но как… — вожак отказывался понимать происходящее, — разве отступники могут стать ими? — Могут, — с тоном превосходства спокойно отвечала Предвидящая, — даже не пытайся никого звать. — Но… Ты же принесла нечистошерстяного, тем более нечистокровного… — Которым я горжусь. Его вырастили весьма достойно, — Предвидящая пожала плечами, считая эту тему давно закрытым. Она прекрасно знала своего сына, чтобы быть уверенной, что ее сын за себя постоит. — Кто? — Ночной Ветрогон неожиданно ощутил дрожь по всему телу. Он уважал древних предков, но не предполагал, что к нему лично посетит сам Хранитель, так еще им будет бывшая заместительница, которую он убил своими лапами. Что это значит? — Если ты бы был внимательным и логичным, то ещё давно бы обнаружил. Впрочем, я пришла не за этим, — поразмыслив о течении разговора, Предвидящая решила сразу выложить цель прихода, — стая Огня готовиться напасть на вас. — Откуда эти… — вожак прикусил язык, осознав, что проявил недоверие. И в самом деле, Хранитель так просто не станет приходить. — Перед смертью меня поймал один лазутчик, он управлял мною и от него узнала некоторые сведения, — Предвидящая вздохнула, недовольно отмечая появления боли в горле и понимая, что ее любовь к стае Ночи постепенно слабеет. Причиной этому послужили манипуляции лазутчика, а также собственные действия стаи Ночи по отношению к Белоснежной и Звездному. — Кто? Это не иллюзия? — казалось, Ночной Ветрогон отчаянно надеялся, что это сон. — Иллюзия? — усмехнулась Предвидящая, наслаждаясь разговором, несмотря на ощутимое давление на горле, — я свой дар перед смертью успела передать. — Кому? — Одному из волков племени Ночи. — Кто? И кто этот лазутчик? — Хм, ваша участь предрешена с момента моей смерти, — Хранительница задумчиво склонила голову на бок, проигнорировав вопросы, — лазутчик давно живет среди нас и уже успел передать информации о слабых местах стаи Ночи. — Кто этот лазутчик? Скажи, пожалуйста. — Раньше надо было предпринимать, — вдруг рявкнула Предвидящая, вздыбив шерсть на загривке, — почему мне говорят, что огненные волки зачастили бывать на территории Ночи, даже когда вы патрулируете?! Алые глаза Предвидящей прожигали насквозь перепуганного вожака, который лихорадочно пытался исправить положение. Пусть осознает, насколько все плохо. — Можно созвать… — Уже поздно даже предпринять! У вас было время предпринять, но вы упустили. Я даже специально посетила Тенелистую, которая не восприняла всерьез. Из-за ваших действий и отношения стаи моя оберегаемая долго отказывалась обращаться к вам, уже не говоря о простых волках, — слова бывшей Заместительницы больно царапали душу вожака: — Огненные волки уже успели установить барьер в ваших границах в трех сторонах. Когда они атакуют – это уже вопрос времени. Ночной Ветрогон перестал пытаться оправдать, он мог лишь слушать и молчать. — Есть только две вещи, которые еще можно сделать, — заметно успокоившись, продолжала говорить Хранительница, — это усилить тренировки и оставить последышей в покое. Последышей? В покое? Вожак хотел подробнее узнать об этом, но Хранительница собиралась уходить, напоследок кинув последние слова: — Не тренироваться на них и даже не вызывать. Они давно знают, в чем дело, — прощальное махание хвостом и Предвидящая исчезла с золотистых взор вожака, оставляя его весь встревоженным, напуганным и в глубоких раздумьях. Что тут можно сделать? Как здесь поступить? Тогда как Хранительница бежала к своим описать свой разговор с вожаком и еще раз обсудить план отступания.