Грядущие перемены

— Древние предки, уложиться за луну… — Даже глухая имеет влияние… — Она глухая из-за своего чистого дара и узора. Это не её вина, что она таким родилась. — И при этом ты согласился сменить… — Потому что она грозит разрушить то, что я многими лунами создавал. С Закатохватом. А я этого не хочу допускать. Тем более в его отсутствии! — последнее предложение крупный белый великан с алыми пятнами на плечах устало прорычал, негодуя, что все проводится в отсутствии упомянутого. Прошло достаточно дней с посвящения Бурана в заместителя, уж точно больше пяти дней. — А Буран? — собеседница давно пыталась разобраться в личности последыша. Она сидела рядом с последышем, пока тот отдыхал от рутинного копания. Под собой она ощущала аккуратно сложенный мох, а вокруг себя — утренний туман, который ко дню рассеется. — Неповоротень этот проклятый мне сдался! Я его вообще с неохотой впускаю! Надеюсь, Закатохват скоро вернется… — последыш с приглушенным ворчанием встал и вернулся к прерванному делу – копать новый туннель к норе от нового места сна. Собеседница повела мордой, пытаясь понять, что не так. Почему-то этот запах никак не желал ловиться, хотя он был весьма свежим и появился сегодня, как и все остальные дни, как только они сменили места. До её ушей донесся характерные звуки копания вперемешку с пыхтением от последыша. Прошло всего несколько дней с момента переезда. Время на создание туннелей оказалось дольше, чем Сиро рассчитывал, поскольку под землей обнаружились корни деревьев. Эту проблему как раз пытался решить последыш. Он пытался выбрать подходящий способ проложить туннель с учетом некоторых особенностей пользующихся норой. В какой-то момент ему снова потребовалось передышки. Стоило ему в туннели развернуться и начать выбраться, как он учуял тошный запах страха своей соседки. Этот запах вызвал у последыша прилив сил и он, вылетев из норы, закрыл собой соседку. Лишь потом он присмотрелся к источнику запаха. Это была волчица, одна из Старцев Снега. Она просто сидела неподалеку от соседки, и в её глазах плескалась какое-то беспокойство, стоило ей пересечь с глазами последыша. — Кто это оно?.. — соседка последыша была в полном ужасе от чего-то. Она теперь напоминала на белый пушистый шар, и она неотрывно смотрела на гостя, как будто у неё не было слепоты. — Ма… — последыш внезапно спохватился, поправляя себя, — то и есть, Сирень? Что ты тут делаешь? — Как-то непривычно без Закатохвата… — тихо произнесла Сирень, отпуская глаза на землю. Не зная, что сказать, последыш решил обратится к соседке с удивлением обнаружил, что мысли соседки были стремительными, словно молния. — «Ты сильно нервнич…» — начал было говорить Сиро, как соседка его перебила: — «И это Сирень, Сиро?! Она выглядит так, как будто вот-вот готова рассеяться!» — Вьюга привычно нырнула под живот Сиро, оставляя наружу нос. Такое живое укрытие давало ощущение безопасности, заодно уберегало от возможности схватить за спину и утащить прочь от последыша. — Что? Ты совсем отказалась? — последыш, склонившейся было над соседкой, резко вскинул голову пораженно установиться на Сирень. Та съежилась, но старалась придавать голосу ровный тон: — Ну, не совсем. У меня всего один дар и тот больше подходит одиночкам. Закатохват все объяснил, хоть и ругал… — Потому что теперь невозможно сменить дар или что без боевых даров высокий шанс смерти? — уточнил последыш. — И то, и другое. Если бы не он, не знаю, что со мной бы было. — Хват… — голос последыша невольно дрогнул, — Закатохват с самого начала с тобой был? — После его расспроса, — голос Сирени постепенно стихал, — твоё унижение сильно повлияло на меня. Я не могла поверить, что такой сильный умный волк и, главное, мой сын был опозорен на весь лес. Сын? Эта Сирень — мать Сиро? Вьюга изумленно приподнялась, стоило ей вспомнить кто такая Сирень. Когда-то она была прекрасной волчицей, к которой падали юные самцы к её лапам, пораженные ею красотою. Даже вожак возмущался сильным обаянием Сирени. У неё Сиро был единственным щенком, который малышом пережил суровую зиму. — И ты перешла в Старцы? — судя по тону, и последыш растерялся, пребывая примерно в таком же состоянии, что и вожакиня. — И не только. Я знала, что вожак обладает даром менять воспоминания у других. — Так это ты попросила?! — вскрик Сиро подсказал Вьюге, что он даже не подозревал. И вновь темнота перед слепой на миг исчезла, заменяясь картинами тех времен. — Да, — тихо подтвердила Сирень на вопрос последыша, — я попросила изменить эту ситуацию и стереть меня как воининю, как в качестве платы за эту просьбу. Я не была готова к тому, что в моей жизни возникнет этот проклятый гривистый волк! — Гривистый? — последыш невольно издал понимающую усмешку. Как умудряется Закатохват находить таких волков? И что самое интересное, странных и загадочных, как он сам? — Грива то чересчур длинный у этого всезнайки! — неожиданно Сирень стала проклинать в адрес Закатохвата, — сколько не тереби его за гриву, а он будет таким же спокойным и невозмутимым. — И правда, — на удивлении соседки, последыш согласился со словами матери, — я не думал, что он и за тебя принялся… — На него не подействовал дар вожака, — и вновь голос Сирени вернулся к смущенному тону, — он заметил перемены в стае, но не стал выяснять и воспользовался этой ситуацией, чтобы помочь тебе освоить. — Он знал про дары вожака? — Закатохват? Он знает, что вожак владеет даром проверки на лживости, но не знает про дар изменять память у волков. Для него главное, чтоб его родных не обижали. И последыш, и его соседка были сильно потрясены услышанному и увиденному. Если соседка пыталась привыкнуть к особенностям Сирени, то последыш пытался свыкнуться с мыслью, что его мать все это время была на их стороне. — Это пятна на плечах… — в попытках сгладить обстановку Сирень нарушила тишину, — его раньше не было. — Да, не было, — снова согласился последыш, слегка двигаясь взглянуть куда-то на свое тела, — к тому времени я успел невзлюбить презирающих таких, как Закатохват. Я даже к Снегоходу не ходил, когда требовалось лечение. Он был ненавистник нечистошерстяных. Закатохват ругался, правда. — Так вот оно что, — нервные смешки стали срываться с уст Сирени, — он меня несколько раз тащил меня за шкирку лечится без слов. Вырваться невозможно было. Слышал бы ты, как он ругался, стоило ему обнаружить алые пятна на моём загривке. — Почему-то не удивлен. Соседка осторожно вытянулась, втягивая запах Сирени. Странно, но и её запах странный – необычный, с трудом уловимый и пах весною, хотя сейчас было лето. Раньше запах был другим. Она точно Старец? Сколько Вьюга помнила, с момента перехода на старца Сирень очень редко появлялась в логове, да и на месте её было сложно застать. Да что там, её постоянно забывают и не придают значения её отсутствию. Это из-за ее нынешнего дара? Что значит слова Сиро, когда он сказал об отказе? — Мне Закатохват сказал, что у тебя есть новое имя, — гость в очередной раз взял инициативу разговора, в её голосе звучал интерес к сыну. — Эээ… — последыш завис, пытаясь понять мать, — тебе Хват не говорил? — Ну, мне напомнить, как ты отталкивал меня, когда только стал последышем? — Сирень, поколебавшись, напомнила сыну о каких-то случаях, — ты ещё и такие слова говорил. Лежашая под животом Вьюга неожиданно почувствовала, как последыш резко выпрямился, сев. Его дыхание стало хриплым, стоило ему открыть пасть: — Почему… Почему я сейчас вспомнил?.. — Так, ясно, вожак и у тебя изменил воспоминания, — Сирень поняла причину такой реакции последыша, пока слепая пыталась понять, — ещё и мой дар, и обещание… — Обещание? С Закатохватом? — Он предпочитает четко устанавливать границы обоюдными обещаниями. Я даже поинтересовалась, давно он такого принципа придерживается, — в следующий миг Сирень попыталась передразнить предмет разговора, — А он мне в ответ, так давно, что я не могу точно сказать. Просто знай, это не первое и не единственное. — Что за обещание? — Закатохват установил обещание, что он будет прямо помогать тебе, а я следить за тобой издалека и помогать ему с охотой. Правда, он слишком подробно разрабатывал, — хмыкнула Сирень, припоминая тот день, — причём он рассказывал только об успех и неудач, а личные моменты предлагал у тебя спрашивать. Даже насчёт имени. Сиро грузно лег. Вьюга вынуждена быстро выскользнуть из-под живота, поскольку Сиро совсем забыл про неё. Да и на неё не обращали внимания, к чему вожакиня несказанно была рада, она не чувствовала желание присоединиться к беседе. Тем более со странной волчицей, которая продолжала говорить: — Правда, Закатохват проронил, что твоё имя связано с родителями. — Да, Сиро… — медленно, чересчур медленно произнёс последыш, — от слов Си и Ро. Сирень и Рокот. Рокот? Вожакиня вскинула голову. Рокот был парой Сирень и умер задолго до рождения Закатохвата... — Так ты не злишься на нас? — тон Сирени резко поднялся, преобразовываясь в радостный визг, отчего участники беседы вздрогнули. Практически сразу последовала реакции Сиро: — А за что? И спустя столько времени? — И ты так и не догадался, кто собирает за тебя мох? Кто относит вам мяса? — голос Сирени стал звучать ещё веселее. Новость о том, что Сиро не злится, весьма обрадовало Старца. — Погоди, что? — Сиро окончательно запутался, об этом слепой говорил шорох лап, пытающие отодвинуться подальше от Сирени: — Пойду собирать тебе мох, пока не разбушевался, — с веселым смехом Сирень убежала, одновременно активируя свой дар. — Она жуткая! — логово наполнилось визгом вожакини, которая сразу попыталась привычно закопаться под последыша в поиске защиты. Для неё уход Сирени напугал сильнее, чем приход. Казалось, она резко рассеялась, слившись с природой, как будто её вообще не существовало или как будто разговаривала с живым мертвецом. Её чар сложно отличить среди фона, как будто она сама являлась частью фона, и она никак не напоминала на живого волка с нормальной чарой. — Она ничего не сде… — Сиро начал было успокаивать её, как слепая его перебила: — Нет, я про её чары! Она сильно отличается от других! Поняв, что вожакиня-последышка сильно перепугана, Сиро лишь положил хвост на неё и прижал к себе. Сквозь шерсть он ощутил, как быстро бьётся сердце соседки. Пожалуй, её мать очень рано пришла, теперь вожакине требуется больше времени свыкнуться с новой реальностью. Пока рано выяснять об её новом даре. Он настолько прогрузился в размышление, что вздрогнул от чужого копошения. — Расскажи, как так вышло, — неожиданно послышался тихая просьба от слепой. — С Сиренью? Или про что идет речь? — Сиро не сразу понял, что хотела узнать слепая. — Обо всём. Я перестала понимать, — голос слепой сильно дрожал, а из-за того, что морда была уткнута в шерсть, доносился приглушено, — ты же на глазах стаи ничем не выделялся. Ну, убирался, ел последним… Последние слова вожакини тонули в чужой шерсти. Как? Как так вышло, что её ошибка породила такие последствия? Как так вышло, что Закатохват внезапно стал центром для некоторых волков, несмотря на цвет шерсти? Как так вышло, что жизнь некоторых волков всё это время проходила мимо неё, а она даже не замечала? Она суждена испытать лишения зрения, чтобы понять это? — Это потребуется много времени, если хотите узнать все мое прошлое, — голос Сиро, к удивлению соседки, звучал мягко и не слышны нотки раздражения, — вы не обладаете тем даром, что и Закатохват. — Каким даром? — растерянно переспросила вожакиня, перекладывая морду и ощущая размерное дыхание Сиро. Он неоднократно твердил, что злость к ней пропал из-за потери зрения, но она сомневалась в это. — Даром смотреть чужие воспоминания, — ответ Сиро заметно задержался. — Смотреть? Это… как? — Вьюга оторвала голову от бока последыша, привычно вытягиваясь в изумлении и втягивая запах. Практически сразу она почувствовала чужой мокрый язык на свой нос. Когда она успела приобрести новые привычки тела? — Он просто проживает чужую жизнь в быстром темпе, — пояснение сопровождалось с неуловимым сомнением в чем-то, — в каждой прожитой жизни он извлекает разные уроки, будь это урок боя, охоты или урок жизни. — Звучит так, как будто сам сомневаешься, — тихо заметила Вьюга, сев и задавая себе вопрос, стоит привлекать вожака или нет. — Просто Закатохват не говорил, стоит распространять информации про его дар. Волков, желающих с ним пообщаться, можно было пересчитать по пальцам лап. Это я, Глухарька, Буран, — Сиро стал перечислять. — С недавних пор заметил, что Снегирь стал общаться с Хватом. А, ещё Сирень и Пурга… Пурга? Точно, она же мать Глухарьки. При ней же обсуждали, кто такая Пурга… — А кто первый у него? — Первый? — по тону Вьюга поняла, что и Сиро не задавал этот вопрос, — я не знаю, я не задавал ему этот вопрос. Не помню, чтобы этот вопрос задавал ему, как и известии его дара. Я перечислил тех, кто общается с ним в стаи Снега. Что касается вне стаи, то я без понятия. Вне стаи Снега? Он общался с кем-то вне из стаи Снега? Его даже не брали на сбор всех стаи! Этот момента она точно помнила, поскольку сама неоднократно собирала волков на сбор. Тогда он либо незаконно приходил на сбор, либо узнавал на границе. На патрулирование его вообще старались не брать. Тогда вожакиня считала, что Закатохват все равно не выживет и помрет, еще не став воином. Вопреки ожиданиям вожаков, Закатохват не только выжил, но и спокойно живёт, совершенно не страдая голодом. Казалось, его шрамы подчеркивали его необычную выживаемость. — Если он такой, как описывают, то как он стал таким? — Вьюга, предчувствуя недовольство, торопливо добавляла, — я имею в виду период его обучения. Он был учеником, пока ты был учителем. Осознав, что сказала, вожакиня прикусила язык. Она затронула прошлое Сиро. Её воспоминания в этот раз подставила. И когда она стала избегать повода вызывать недовольство у Сиро? Она так сильно заинтересована, что забыла о границах позволенного? Сам последыш, начавший было рычать, замер. Он сам не задавал вопрос Закатохвату, инстинктивно обходя вопрос. В тот период жизни, будучи Бураном, он жестко отказывал нечистошерстяному во всём и не подозревал, как дальше сложиться его жизнь. Да и Закатохват не заводил эту тему. Может, дар помог ему? Или его мать помогала ему? Но вожакиня не в курсе… — Я и этот вопрос не задавал. Насколько я помню, учителя отказывались от него, и ему не выдавали учителя из-за нечистошерстяности, вот и учился сам. Сам охотился, сам учился сражаться, сам своими лапами протопал лес… — Сам? Но ученикам нельзя было в лес одним, — слепая припомнила один из пунктов законов стаи, где говорится, что волчат, и учеников, и последышей нельзя выпускать в лес без сопровождения. — Он просил сопровождения, — голос Сиро нервно сорвался, стоило ему вспомнить о тех дней, — несколько раз, при мне, ему прямо намекали, что будет, если он снова надоест. Ты права, я в тот момент был учителем, но даже я не видел в Закатохвате смысла тратить время. Когда настало время испытания, он продемонстрировал свои умения. Помню, меня поразил его хладнокровие по сравнению с Ураганом, а тот жутко волновался. Как будто он неоднократно проходил испытания, и при этом не показывал свои дары. Одними лапами и клыками, не давая Урагану серьезно вцепится… Вожак потом допрашивал, кто учил Закатохвата. Догадайся с первого раза. — Никто, — Вьюга и сама помнила это испытание учеников, и сама тогда лично допрашивала учеников. Ей не приходило в голову прямо спросить Закатохвата, а вожак от постоянных проверок на лживости так устал, что позабыл и не вспоминал даже. А сбор стаи, где был опозорен Буран-Сиро, и вообще отодвинул на задний план. — Верно, никто, — подтвердил Сиро догадки соседки, — никому в голову не приходило спрашивать его. Об этом стоит спрашивать у него. Он был учеником ровно столько, сколько даётся чистошерстяным, и стал воином незадолго до моего понижения. Его дар, по сути, незаменимый учитель. Неожиданная наступившая тишина в первый раз заставила Вьюгу нервничать. Пожалуй, сейчас тишина ощущалось мертвецкой – не слышны ни шелестов деревьев, ни чьи-то дыхания, ни даже привычного ворчания. Почему так тихо стало? Это не хорошо… — Впрочем, я могу рассказать, как начался мой путь как последыша, — низкий приглушенный голос Сиро заставил вожакиню вздрогнуть и повернуться к нему. Когда до неё дошло смысл предложения, она ответила: — Хотелось бы… — ей хотелось больше не ощущать эту тишину, как будто все вокруг умерло, и она осталась одна. — Думаю, начну с того сбора стаи, где мою жизнь сломали. Как ты знаешь, раньше я звался Бураном и я был учит… — шумно вздохнув, Сиро начал рассказывать, как его перебили: — Нет, пропусти. Это была моя ошибка так поступать. — Ты уже заплатила за ошибку зрением, — ответ Сиро пришёл моментально на просьбу вожакини, — даже не знаю, как бы сложилась моя жизнь, не будь он… — Так как вышло с Закатохватом? — стараясь, чтобы голос звучал ровно, задала вопрос слепая. Почему желание не оставаться в одиночестве стало непреодолимым? — Это случилось после того, как стая Снега вернулась с сбора стаи. Шел дождь, я стоял перед норой… — рассказывая свое прошлое, Сиро не слышал себя, возвращаясь к тому дню. Все звуки жизни в логове заглушал сильный дождь. Все давно попрятались в укрытиях, лишь большая одинокая туша подавала слабый признак жизни. Вся шерсть давно промокла, но обладатель шерсти не обращал внимание. Перед глазами вновь и вновь появлялась кошмарная картина, с каждым разом размываясь и превращаясь в черную бездонную дыру-нору. Именно там, в глубине норы ему предстояло жить. Его гордость растоптан, его уважение потеряно. Все, что он делал, напрасно. Былая твердая уверенность сменилась уничтожительной бесхарактерной покорностью. Все, его жизнь закончена. Лес внезапно озарился яркой вспышкой молнией с последующим сопровождением оглушительного грохота. Молния заставила существо вздрогнуть и нырнуть в нору. Земля прилепилась к мокрой шерсти, обещая вынужденную чистку шерсти от грязи. Лапы успели коснуться края земляной туннели, как раздался совершенно посторонний голос: — Буран? — Кто здесь? — названный вздрогнул. Он не помнил, что в стае есть ещё кто-то с такой же должностью, как он. — Закатохват, — говорящий в темноте сверкнул золотистыми глазами. — Что… Что ты здесь делаешь? — с трудом выдавил Буран, ощущая привычное желание отказаться нечистошерстяному, но в то же время понимая, что теперь не вправе так делать, а именно отказывать кому-то в чем-то, если это не переходило за границы закона. Для него все поменялось. — Что я здесь делаю? — задумчиво повторил Закатохват, подходя поближе к Бурану, — буду следить за тобой. — Но… Погоди, что? — Буран попятился вглубь туннелей. Чтоб нечистошерстяной следил за чистошерстяным? — Мне никто не приказывал или просил, — спокойно заметил Закатохват, как будто речь шёл о мелочах, — я сам решил. — Но это против закона! — попытался сопротивляться Буран, чувствуя, как снова рушиться ещё один из жизненных принципов. — Против? По закону я теперь могу с тобой делать, что могу. За исключением убийства и некоторых щекотных моментов. — Но ты… — Что я? — Закатохват, казалось, был в курсе последних события и его не волновало испорченная репутация Бурана, — тобою теперь и ученик может управлять. В законе что-то говорится о чистошерстяности? — Нет, — Буран нервно прижал уши, темнота в душе все больше и больше охватывала, не оставляя и шанса на исправление роковой ошибки, — что ты задумал? Почему этот волк по-прежнему в норе? Что он задумал? — Помочь, — ответ нечистошерстянного в очередной раз заставил Бурана растеряться: — Помочь последышу? — это никак не укладывался в голове Бурана. С каких пор последышам можно помогать? — Да. Мне интересно, что из этого выйдет, — взор золотистых глаз исчез в глубине нор, — пока отдыхай. Я сам приду к тебе. — Закатохват просто так залез в нору и тебе все это говорил? — удивлённый, чересчур громкий вопрос вернул Бурана в реальность, помогая тому вспомнить, что он теперь Сиро и несколько мгновений назад он рассказывал ей… — Да, — не сразу ответил Сиро, запоздало вспоминая, что нора последышей обычно считаются позорным домом. Сейчас ему нора казалось обычным домом, где можно отдохнуть спокойно и в шутливо-ворчливом форме рычать на своих. — Он понимал, что делал? — вожакиня никак не могла поверит услышанному рассказу. Какой волк станет заходит в дом, где живут низшие? И как он успел попасть в нору, когда Сиро стоял перед норой? С чего вдруг он сразу решил подружиться с последышем? Слишком много вопросов, слишком мало ответов, так еще надо ждать… — Его дар дает возможность легко набраться знаниями и духовно повзрослеть, еще будучи щенком, — протяжно выдохнул Сиро, — у него не было нормального детства, как у других щенят, из-за цвета шерсти. Порой думаю, как бы сложилось его жизнь, будь у него нормальное детство и ученичество. — А он точно воин? Я редко видела его тренирующим… — Вьюга нервно облизнулась Ей хотелось проверить на лживость, поскольку с трудом верилось в фактах о Закатохвате. Одновременно ей интуиция подсказывал, что это правда, иначе бы не было такого уровня доверие тому, чьи лапы разрушили жизнь Сиро. Его подтолкнуло схожие с вожакиней ощущения «резкого падения»? — А в бою ему помогает другой дар, это его когти, — Сиро неопределенно фыркнул, то ли ворча, то ли насмешливо, — он их обострять их до такой степени, что могут проткнуть кожу. Достаточно одного взмаха лап с острыми когтями и враг мертв. Насчет подготовки у Закатохвата как минимум есть я. — Ты… Ты тренировался с воином? — и снова, и снова Вьюге хотелось обратиться к своему пару, чтобы действительно убедиться, что это все эти факты о Закатохвате и есть правда. Это просто невозможно — прожить столько времени на глазах стаи и при этом остаться незамеченным и тихим! Так он еще самостоятельно учился, не имея никакого учителя и вначале обладая нулевой поддержкой. Каким образом этот первый дар, дар получать чужые воспоминания, помог ему? В голове вожакини никак не укладывался представление, как можно смотреть чужие воспоминания. Он в прямом смысле залезал им в голову или как? — Да. Он настаивал, — между тем Сиро отвечал на расспросы слепой, — произошло это нескоро. Он до невозможности терпеливый, несмотря на мои кос… — Даже слишком, — чужой голос с нотками заботы вдруг оборвал речь Сиро, — порой во вред себе. Ешьте. — Ты… — медленно протянул Сиро, словно позабыв, какие слова существует на свете. Это была Сирень. От её внезапного голоса вздрогнула вожакиня. Она сначала удивленно установился на странный сконцентрированный сгусток чар, который она ощущала как не похожий на обычных волков с обычными чарами, потом передернулась, стоило ей почувствовать странный запах, и прижалась к последышу. Почему её приближение сложно предугадать? В следующий миг слепая услышала шлепок чего-то, и в нос ударил знакомый запах. Так обычно пахла еда. Это были тушки кроликов. — Охотилась, — невозмутимо ответила Сирень, — твоя хромая лапа вынудила. — Стоп, стоп! Я? — Сиро опешил, стоило услышать странный ответ от мамы, но та отрезала: — Поговорим потом, когда гривистый вернётся. Ты мой сын и до сих пор им являешься. — Стой! — Сиро рванулся остановить Сирену, но споткнулся о лапу и неуклюже пропахал землю. Хромая передняя лапа и правда давала о себе знать. — Сиро? — перепугано окликнула Вьюга, подскочив к нему. У того даже очаг пришёл в волнение – то увеличился, то снижался и несколько время не мог найти равновесие. Посещение матери явно выбило землю из-под лап Сиро. Неожиданно Сиро задвигался, вырывая слепую из раздумья. Остаток процессов размышления мигом выветрились у вожакине, стоило огромной морде Сиро оказаться под животом соседки. Если задними лапами Вьюга ощущала землю, то передними короткую мокрую шерсть. Последыш… плачет? — Я рад… Просто рад… — морда Сиро пришёл в движение, передавая инерцию и вожакине, отчего она чувствовала короткие толчки. Окончательно растерявшись, она решила промолчать. Оказывается, этот волк, предпочитающий рычать на вожака и на заместителя, и являющий последышем, может хранить остатки глубокого прошлого и плакать. — Поешь, иначе затолкаю, — морда соскользнула с тела соседки, а сам Сиро поднялся идти куда-то. Лишь определив направлении передвижения последыша, вожакиня запоздало вспомнила, что Сирень прервала работу по созданию туннеля. Запах кролика дразнил аппетит слепой, и та облизнулась. Намерение Сиро не оставлять её голодной делала своё дело, и она постепенно сама ела. Ей не хотелось снова испытывать принудительное кормление, когда её крики заглушаются всунутым в пасть прожеванное мясо после двух словесных предупреждений – последыш не любил церемонится так, как полагается по закону, несмотря, что слепая по-прежнему является вожакиней, но считающей себя последышкой. По запаху найдя кроликов, Вьюга стала торопливо есть, давясь. Мысли лихорадочно метались, не желая превращаться в единый ручей. Почему каждый день наполнен удивительными открытиями, странными новостями и фактами, полностью ломающие привычную картину? Неожиданно слепая ощутила приближении знакомого очага, решительно направляющий к месту сна последышей. — Сиро, к нам идёт Буран, — оповестила вожакиня Сиро, тот через несколько секунд вылез из туннеля с сухим кашлем: — Буран? Где? — Идёт, — слепая махнула хвостом в ту сторону, откуда шёл заместитель, — видимо, кто-то пожаловался ему… До Сиро не сразу дошло причины жалобы заместителю. Тушки кроликов, попавшие ему в глаза, напомнили о посещение мамы и визг вожакини. Точно пожаловались… Приближающие характерные шаги отвлекли последыша от размышлений. И правда подходил Буран. — Кто к вам приходил? — без предисловия обрушил на головы последышей заместитель, по всей видимости недовольный, что кто-то посмел нарушить просьбу вожака, — я жду. Ответом Бурану была солидарная тишина – он с удивлением обнаружил, что и вожакиня не собиралась отвечать, мрачная, что он пришёл во время её еды. Кажется, в этот раз пришёл не вовремя. Кто этот гость? — Вроде как свой… — заместитель глубоко стал дышать в попытках определить обладателя запаха, — неуловимый запах… Глухое рычание Сиро известило слепую, что Буран испытывает терпение последыша. Этого понимал и Буран. После того, как Сиро перестал бодрствовать днем и ночью, а находил время для сна, он теперь полон сил. — Н-да, порой жизнь умеет удивлять, — протянул заместитель, собираясь уходить и не дожидаясь реакции последышей, — и кто это был? Сиро рванулся, и его пасть с треском захлопнулся перед заместителем, тот быстро ретировался, возвращаясь к логову для наблюдения за стаей. — Так и надо, — злобно прошипел Сиро, сам тоже возвращаясь к прерванному занятию. Вожакиня, пошевелив ушами, и сама вернулась к прерванному занятию. В этот раз она стала медленно есть, полностью погруженная в мысли. Что вообще послужило толчком её раздражению, к такой странной реакции? Слишком много вопросов, слишком мало ответов…