Грядущие перемены

Ночь раскинулась над лесом, величаво царствуя и следя, чтобы все спящие звери ночью набрались сил перед предстоящим днем. Казалось, лес вторил ночью тем, кто посмел не спать. Не спали несколько существа на одном месте. Один из них как раз приближался к спящим волкам, расположившись в полу-пещере-полу-стенке. Приближение разбудило одного из волка, по размеру заметно уступающего соседу. Спросонья волк, оказавшийся самкой, резко поднял голову и втянул в ноздри воздух. Она чувствовала, что этот волк несет очень знакомый запах и очень знакомый чар. Кто же это? От её движения проснулся сосед, который практически сразу стал сонно ворчать: — Когда подстилка успела испортиться? Надо поменять, — он медленно встал и поплелся в нору вытаскивать запасной мох. Слепая рефлексивно удержалась, когда опора под ее боком исчезла, – она никак не могла окончательно проснуться в попытке распознать лазутчика. Через секунду до её слухов донеся сначала громкий, потом постепенно затихающий характерный топот последыша. Его невозможно ни с кем спутать, поскольку последыш хромал на переднюю лапу. — И ради этого пришлось привлекать Глухарьку, — довольной знакомый голос тихо пробурчал под нос. Этот гость издевается? Решительно встряхнув голову и сняв с себя остатки сна, вожакиня сосредоточилась на ощущениях, пытаясь определить гостя. Вот он – стоит на открытом месте, недалеко от того место, где она сидит. Рядом с гостем ничего не окружало, как будто он и не планировал прятаться. Сиро и вообще близок подошёл к нему на несколько секунд, но тот бесшумно отошел. Его не видят? — Буран? — слепая недоуменно установилась на волка, чей очаг чара активно полыхал. Что значит у него такое полыхание? — Ого! Видимо, дар невидимости вам теперь не помеха, — судя по тону, заместитель несказанно удивлён тому, что его обнаружили, — я невидим, но вы меня видите. Вожакиня невольно растерялась – она за время слепоты забыла, какие дары есть у Бурана. Тот, прекратив своё полыхание, неожиданно резко подошел к вожакине и склонился лизнуть её лапы. — Эээ, ты чего? — слепая попятилась от неожиданности, не давая прикоснуться к лапам. С чего вдруг заместитель решил оказать уважение ей? — Кхм, вы до сих пор вожакиня, — заметил заместитель, выпрямляясь. — Ты когда-то видел, чтоб стаей управлял слепой? — привычный вопрос, снова и снова задаваемый со дня в день, задала вожакиня. Где этот Сиро? — Наш мир полон сюрпризов, и вы мне сейчас доказали это, — и вновь у Буран находились ответы, смысл которого вожакиня порой не понимала, а через несколько секунд он вновь склонился, — спасибо. Вьюга, я вам говорю спасибо. — За что? — Вьюга окончательно растерялась, это был первый раз, когда её, слепую, благодарят. И откуда он знает её имя? — За то, что вы поддерживаете Сиро, — заместитель резко вытянулся вперед, заставляя слепую рефлексивно отскочить, — иначе он бы натворил дел. Уж этот прохвост покоя не дает… — Странная забота с оскорблениями, — пробормотала слепая, параллельно ища Сиро. Чего он так задерживается, когда Буран выходит за рамки обыденности? — С оскорблениями? Он первым начал и прекращать не собирается. — Буран пожал плечами, сев на землю, — не пускает проверять вас насчёт дара. Пришлось немного попортить подстилки. Да, это было моя идея. Вожакиня установилась на заместителя, прекратив поиск. Проверка чего? Её ощущения? Про какие дары он говорит? Или что? — Что ты хочешь? — спустя минутного размышления, она решилась уточнить. — Проверить тебя и наличие твоих даров, Вьюга, — повторил Буран, невозмутимо перескакивая с темы на темы и сбивая с толку вожакиню, — и еще… Сиро немного не боеспособен и не любит ощущать себя лишним. — Откуда ты знаешь мое имя? —Через воспоминания вожака. Правда, я так и не понял, что это было в бою, поэтому решил дождаться Закатохвата. Пока что никто не знает, только ты и я. Вожак не в курсе, что я случайно прожил его жизнь. Я не хотел этого. И я надеюсь, ты сама Сиро скажешь свое имя? Поняв, что не выдерживает беседу, Вьюга промолчала. Может, он так прекратит менять темы? Буран продолжал говорить: — С самого первого знакомства с Сиро у нас постоянно возникали напряжение. Он в первое время пытался убить меня за то, что я нарушил их планы, но Закатохват пресекал. — Их планы? — это слово, словно коготь, вонзило в вожакиню. В её голове встали картинки шутливого обсуждения с вожаком различных планов жизни, которые безжалостно разрушила стая Огня. Сейчас она старалась не обсуждать свое будущее с последышем, понимая, что её жизнь будет очень скудной. Вожакиня встряхнула голову, сбрасывая больную для неё картинку. — Он, Закатохват и Глухарька собирались покинуть стаю Снега, но я бросил вызов боя Закатохвату. — Покинуть? — Вьюга вскинула голову, отказываясь верить ушами. Закатохват и Глухарька ещё ладно, но чтоб последыш, бывший учитель, хотел покинуть стаю с вместе ними? — Да. — Вызов? Ты бросил ему вызов? — Да, за это я поплатился, я был вынужден подчиняться словам Закатохвата, — в тоне Бурана скользили неопределённые интонации, а его чар вновь забурлил, — за это Сиро меня возненавидел. Вот как я сделал его хромым. Вьюга от неожиданности шарахнулась, всем телом вжимаясь в стенку и не в силах отвести взор от заместителя. Из боков Бурана вырывались ничто, приобретая очертания раскрытых крыльев. Но он не рождён с крыльями. Откуда у него могли взяться крылья? — Ты по-прежнему видишь, пусть и по-другому — голос Бурана приобрел тон удовлетворения, он рассеял одно крыло, а другое вытянул вперед, кончиками едва касаясь слепую, — потрогай. Вьюга послушно, не в силах противится, протянула лапу, дотрагиваясь до крыльев Бурана. Вопреки ожиданиям, у этого крыла не было привычных перьев, но ощущалось мягкость. — Оно сейчас такое, — заметил Буран, — я могу менять твердость крылья, но на это уходит чары. Летать могу только на коротких расстояниях. — Но… Но как? Как я могу видеть, если меня ослепили? — выдавила Вьюга, нерешительно проводя лапой по крылу заместителя. При близком рассмотрении она обнаружила, что может видеть, как пересекается какие-то тонкие ручьи чар. Это что, нити чар? — Смена дара, — Буран убрал крыло, рассеивая в воздухе и наблюдая, как сменяется у слепой страх на впечатление, — это то, что сейчас с тобой происходит. Вьюга оставила лапу висеть в воздухе, установившись на заместителя. Смена дара? То и есть то, как она видит, произошло взамен её дара времени? — Сейчас Сиро не предпринимает попытки атаковать, — вдруг тяжко вздохнул Буран, поведя мордой в сторону норы, — как-то грустно... — Грустно? — эхом повторила вожакиня, медленно отлипая от стенки и ставя лапу на пол. — Ну, сейчас ситуация не в его пользу. Хромой, лишенный боевого дара, в какой-то степени одинокий… — с нотой грусти перечислял заместитель, — тогда как за мной боевые дары, вся стая, сам здоровый и не имею повреждений. И вопрос, кто первый одержит вверх в бою, сам собой отпадёт. К тому же Сиро привык к Закатохвату и только ему подчиняется. И, хорошо, что вышли из норы, хоть и с помощью Глухарьки. Любой, кто сунет в его нору, рискует быть пере… Речь Бурана был перебит сердитым громким рыком Сиро: — Да я тебя столько раз пытаюсь перегрызть! Это ты испортил подстилки? Слепая растерянно установилась на Сиро. Как она умудрилась пропустить его появления? Или она была шокирована откровением Бурана, что перестала воспринимать всё вокруг? — Да, я! — Буран невозмутимо ответил, с вызовом поворачиваясь к последышу. — Буран! Ты… — Сиро внезапно оборвал себя, заметив, что заместитель отвернулся от него, словно внезапно вспомнил, что хотел сказать еще: — Забыл. Хотя бы начни с воды, вожакиня, — посоветовал Буран, — поискать лужу или что-то… Не зная, как реагировать, слепая отвела морду в сторону Сиро, а тот был в паре волчьих прыжков от заместителя и стоял далеко от неё. Неожиданно она ощутила довольно отличительный очаг чар в стороне. — Сиро? И ты за ней? Где твоя?.. — то ли вспомнив, то ли поняв, заместитель повернулся к Сиро, как его обзору преградила резко появившаяся волчица: — Оставь их в покое! — от неё привычно неслось свежим запахом смерти и мяса. — Сирень? И для них охотишься? — Буран опешил от её появления и, не дожидаясь её ответа, пошёл на попятную, — ладно, ладно! Ты мне не говорила. Только не надо твоих пыток! Вьюга невольно вновь прижалась к стене, не в силах перестать ощущать странный всплеск от Сирени. Слишком какой пугающий, заставляющий отчаянно верить, что это просто иллюзия, и внушало необъятный страх... — Даже не вздумай подходить к ним, пока Закатохват не придёт, — раздраженный голос Сирени намекал на свершения опасного перехода. — Ты ещё и следить вздумала? — рискнул уточнить Буран, медленно активируя свой дар. — Ррр! — рычание старца было ему ответом. — Ладно, ладно, я понял. А на вожака… Сирень взмахнула лапой, как Буран стремительно прыгнул в сторону, исчезая со взора зрячих, но становясь немного другим в взоре слепой, которая вдруг припала к земле, пытаясь понять в новой для неё обстановке. Это она таким образом видит? Это и есть смена дара? — Вожакиня! — Сиро рванулся заслонить собой вожакиню, которую впервые увидел её полное замешательство с перепугом. — Потом разберёмся, — зачастивший Буран успел отойди в сторону, соблюдая расстояние с Сиренью, — с ней вообще лучше не спорить. Точно за ними проследишь, Сирень? — Проваливайся, — вопрос заместителя был оставлен без ответа Сиренью. Лишь убедившись, что Буран действительно ушел, она уменьшила активацию дара и подошла к последышам. Вьюга привычно закопалась под животом Сиро, судорожно пытаясь принять факт произошедшего. И снова все стремительно произошло, словно жизнь решила пытать её "ледяной водой". Звук шлепанья тушки выдернул слепую из размышлений. Судя по запаху, Сирень поймала ещё несколько штук. Когда она успела настолько доверится Сиро, что в острых ситуациях только под его прикрытием могла уйди в размышления? — Ешьте, — раздался весьма нейтральный тон Сирени. — Как так? — вопрос вырвался с уст Сиро, изумляя Вьюгу. Похоже, и Сиро тоже растерялся. — Что как так? Мне объяснить, в чем дело? — вопросила Сирень и, спустя несколько минут не дождавшись ответа, глубоко вздохнула, — эх… молчание – знак согласие. — Ты от Хвата перенял? — Наоборот, — покачав головой, усмехнулась Сирень на вопрос сына, — гривистый от меня перенял эту фразу. Помню, как Закатохват одержал вверх этой фразой, когда я узнала, что Буран бросил вызов и проиграл. У меня не было аргументов, что его присутствие лишнее. Задумчиво вытянув лапу и подцепив грызуна, Сирень подтолкнула его к себе и тут же прижала. Выдержав паузу, она дальше продолжила. — Порой забавно следить за вашим спором. Цапаетесь чуть ли не по пустякам. Сначала меня раздражали ваши споры и ругательства, я ругала и просила Закатохвата прекратить напрасные споры, но этот гривистый нагло улыбался. Однажды я с удивлением обнаружила, как вы в пылу драки ругаетесь, а он внимательно следил для предотвращения опасных приемов… — Ты… ты следила? — в тоне Сиро поскользнулись такие ноты, что Вьюга поняла, что он даже не подозревал об слежке. — Закатохват с самого начала был в курсе, — понимающе улыбнулась Сирень, — у меня слух плохой, поэтому старалась ближе сесть и в то же время быть незаметной. Если мой дар скрывал от всех мое присутствие, то он с легкостью узнавал мой запах и легко вспоминал меня. По его мнению, я невинностью пахну. Я даже не понимаю, как он меня находит! — В черте Закатохвата, — выдавил Сиро, признавая её правоту. — Вожакиня? Я же ви… — не успела Сирень закончить предложение, как сын её перебил: — Она боится. И еще рано ее дергать. Придет Закатохват, разберемся, — хвост последыша крепче прижал Вьюгу к лапам. Та лишь поглубже закопалась – с неё хватит посещения этого проклятого Бурана. — Ладно. Ешьте, а я за вами буду следить, — спокойно развернувшись, загадочная старец ушла, оставляя их в глубоких раздумьях. — Вожакиня, — убедившись, что мать ушла, Сиро встал и отошел в сторону, одновременно подвигая ей еду, - время есть. Вьюга, вздрогнув, повиновалась и вогнала клыки в тушку птицы. Почему жизнь снова внесла заметные изменения, когда слепая только успевала привыкнуть к жизни? Только она хотела смирится, что она не будет по-прежнему видеть, как оказалось, что сможет видеть по-особенному. Только успела подготовиться к тому, что её жизнь как последыша будет тяжелой, как выяснилось, что жизнь последышей может быть интересной. Хех, тогда она думала, что не уживется со старым последышем... Вьюга, жуя, попутно изучала последыша. Что там хотел еще Буран сказать по поводу её нового дара? И что за смена дара? Вдруг Сиро склонился близко к вожакиня, отчего его дыхание волной обдало её. — Вы как, вожакиня? — поинтересовался последыш. — Это нормально? — моментально вырвалась реакция от слепой, прежде чем она поймала себя за мысли. — Да это изо дня в день происходит, не перестаю удивляться и злиться, — Сиро недовольно фыркнул, — испортил планы этот прохвост. — Планы? — Да я, Глухарька и Закатохват хотели покинуть стаю, но Буран поймал, — сам того не подозревая, Сиро подтвердил слова заместителя, — в итоге Закатохват остался, Глухарька вообще не подозревала о планах. Ну, а я взбесился на него. — Ты мог в одиночку покинуть, — пока Сиро говорил, Вьюга успела съесть птицу. — Мог, но долг перед Закатохватом. Он во многом мне помог… — вздохнув, Сиро подтолкнул вожакиню, заставляя её подняться, — поешь ещё что-нибудь, пока я поменяю подстилки. Вот настырный дятел Буран… Нарастающий шум в логове известил о начале нового дня — просыпались снежные волки –некоторые звучно зевали, некоторые сонно ворчали. Все было как-то привычно, что слепая решилась на расширение ощущения. Открытие, сделанное с помощью заместителя, было ей в новинку. Она не особо задумывалась, что слепой может видеть больше, чем зрячий без специальных даров. Сегодняшняя стычка Бурана и Сирени показала, что она может "видеть" волков и проследить за активацией дара. Это и есть смена дара? То, что сейчас с ней происходит? — Сиро… — с колебанием начала речь Вьюга, решив потрогать кролика, дабы занять лапы, — ты же говорил, что у тебя дары сменились? — Задушу его как-нибудь, — пробурчал Буран, вдруг отрываясь от занятия смены подстилки и сев рядом со слепой, — это он обратил на тебя внимание? Вожакиня кивнула, уже зная, что и Буран, и Сиро прекрасно понимают свои невидимые грани дозволенного, несмотря, что их словесные угрозы порой превышали все мысленные пределы границ. Длинный тощий хвост последыша обвил слепую, и та активнее стала теребить мертвого кролика. — Мог бы тебе дать побольше времени, — Сиро был недоволен вмешательством Бурана, — да, я тебе говорил еще в тот день, когда ты стала со мной жить. У меня раньше был дар изменять размеры. А у тебя какой дар был, вожакиня? — Дар отматывать время назад... — Хм, весьма полезный дар, — протянул Сиро, чей тон сменился с недовольного на задумчивый, — хочешь узнать, как у меня произошла смена дара? — Да, — Вьюга перестала трогать тушку, поднимая морду к Сиро. Возможно, его рассказ объяснит, что с ней происходит. Хоть хорошо, что он не стал спрашивать, почему её дар не помог в той роковой битве. А Сиро, помолчав несколько минут, начал рассказывать: — Смена дара может происходить как моментально, так и длительно. Дар создавать связи появился после того, как я принял положение последыша. Закатохват помогал осваивать. Я удивлялся, откуда воин знает, что и как вести себя последышам, откуда он знает, как исполнять обязанности, но я его не спрашивал. Он сам позже пояснил, что это благодаря его дару получать чужие воспоминания. Почти все от меня отвернулись, а вскоре и начистую забыли из-за просьбы мамы. И я стал общаться только с Закатохватом. В первое время ни с кем не общался, кроме Закатохвата, даже к Снегоходу не обращался за помощью. — Так как ты лечился? Закатохват? — в очередной раз Вьюга ощущала желание привлечь вожака проверить на правдивость последыша. В то же время она понимала, что это всё большая часть правда, а если встречался ложь, то совсем в маленьком количестве. Последыш после своего унижения до недавнего момента не светился и даже ни с кем особо разговаривал, предпочитая только Закатохвата. — Верно. Но… Даже такие, как он, может не знать все детали наперёд, — Сиро хихикнул, вспоминая своё прошлое с Закатохватом, — например, он тогда не знал, что окрас лечащего может передаваться к принимающего лечения с помощью передачи чар. Закатохват понял это после того, когда на моих плечах уже отчетливо виднелись алые пятна, а я возненавидел тех, кто считал, что нечистошерстяным не место в стае. — Ты им раньше был? Ненавистником… — Вьюга, поднимая из своей памяти все, что было связано с Сиро-Бураном, припомнила моменты отказа будущего последыша Закатохвату, тогда он был учеником. — Да, был. Я тогда не задумался, что нечистошерстяные тоже могут приносить вклад, — Сиро явно жалел за то, что раньше не обращал внимание на нечистошерстяного, — вскоре, после того, как я стал последышем, наступила голодная зима. Закатохват отдавал силы на охотах, дабы стая выжила, и он сам выжил, и я выжил. А я заперт в логове и скучал, порой я просто забирал его старую подстилку в нору и вдыхал его запах, а в голове прокручивал его голос. На одном из охот я… я связался с ним, не подозревая. Знаешь, что случилось в этот момент? Последние предложения сопровождались нервными смешками у Сиро. Это заставило Вьюгу погрузиться в собственные воспоминания, выискивая дни охоты с Закатохватом. Её прежний дар позволял увеличивать вероятность поимки добычи. Бывали моменты, когда охота вдруг находилась на грани срыва, а Закатохват чутко подхватывал дар Вьюги, в нужный момент ускоряясь и валя добычу. И почему она тогда не обратила на это внимание? Почему она не расспрашивала тогда? Или очень редко его брали его в патрули? — Зима, охота… — найдя нужный фрагмент воспоминания, Вьюга нервно пошевелила ушами, — он попал под удар копыт? — Лучше, он со всей скорости врезался в дерево! — Ой… — звук удивлении непроизвольно вырвался из горла вожакини, стоило вспомнить, как на её глазах Закатохват, в полёте поймав ворону, внезапно потерял управления и врезался в дерево. После падения Закатохват несколько минут просто сидел, установившись в одну точку на стволе дерева, и не реагировал на расспросы вокруг него, а потом молча встал и пошёл прочь с птицей во рту. Получается, в этот момент Закатохват уже имел дело с Сиро? — До сих пор помню его изумление, когда он пришел в нору с вороной в пасти. Из его головы полностью вылетело, что он был на охоте. Сначала он задавал вопросы, на которые я отвечал с недоумением, но он не стал объяснять причину изумления. Он решил сначала убедиться. И… Сиро загадочно смолкнул, пытаясь сдержать рвущий смех наружу. Заинтригованная слепая пыталась выдержать театральную паузу, но, поняв, что это бесполезно, потребовала: — Не тяни! — И испугал меня, когда неожиданно заговорил в моей голове. Я был в пещере вожаков, но рядом никого не было. Хоть моховым шаром покати! — Сиро тихо смеялся, вспоминая моменты приобретения нового дара, впрочем, смех был коротким, — я был в ужасе от этого дара. Зачем этот дар мне, связь-то имеют право приобретать только вожакам? Только они могут устанавливать правила использования связи! Вот так я тогда думал. Вскоре Закатохвату стало не до объяснения и терпеливого ожидания, жуткий мороз свалился на лес. Всем было холодно и голодно. Закатохват и вообще превратился в ледышку, приходя в логово только на сон. Его успехи в охоте игнорировались, а сам он не напоминал. Словно вторя словам последыша, картины мысленно проносились в голове у вожакини. Этот серый длиннолапый симуран тогда редко присутствовал на распределении стаи и даже в будних моментах, предпочитая самостоятельно действовать на охоте. А если его ловили и говорили ему войди в охотничий патруль, он молча делал и чаще всего был на подхвате, чтобы в последний момент поймать ускользающий дичь. Он словно был олицетворением хмурости и молчаливости, невозможно даже завязать беседу в таком настроении. Если его пытали, то он просто уходил, бросая «я на охоту». Все три слова, а столько в ней смысла. Даже она сама, Вьюга, и вожак как-то пытались выяснить у него причину успеха в охоте, так он устало посмотрел на них и уснул прямо на месте допроса. Получается, он охотился ради последыша? Чтоб он не голодал? — Ну, а меня беспокоили его постоянные отсутствия. Следующие первые попытки связаться тоже выходили курьезной, — продолжал говорить Сиро, то и дело посмеиваясь, — однажды от моего голоса в голове он запнулся и попал под удар стада оленей. — Он не злился? — слепая подняла морду к морде последыша, вылезая из своих воспоминаний как зрячая. — Не, скорее я приводил его в замешательство тогда, — Сиро покачал головой, позабыв, что слепая может не увидеть его жест, как видят зрячие, — он не был способен злится на пустяки. Да и не припоминаю, чтоб он был зол… — Даже когда цапался с Бураном? И он повредил тебе лапу? — Вьюга отпустила голову в размышлении. Это насколько должен запас терпения, особенно в таких ситуациях, как в те зимние охоты? Вопреки ожиданиям, Сиро даже не разозлился на назойливость заместителя: — А, Буран вообще умеет держать язык за зубами? В тот раз мы и правда затеяли смертельный бой. Я напал на него с целью убить его в тот момент, когда Буран никак не ожидал. Закатохват тогда развлекал Глухарьку. Так ему пришлось срочно искать Пургу, отдавать ей Глухарьку, а сам рванулся останавливать бой. Последствия того боя еще аукается, — Сиро пошевелил хромой лапой и медленно, и неуклюже встал, что делало его походку весьма характерной, — я ответил на вопросы? — Потом спрошу… — затихший голос вожакини был прерван громким зовом вожака: — Стая снега, распределение! — начиналось обычное утреннее распределение, а значит сейчас последышу не до разговора, по крайней мере, пока солнце не достигнет пика дня. В воздухе слышались громкие слова вожака, распределяющий волков, по земле ощущалось характерная поступь последыша, идущий буднично исполнят свои обязанности. Сама Вьюга уже который раз за день искала ответы на свои вопросы и задавала себе вопрос, каким будет её будущее… Мох приземлился на землю там, где он не должен был приземлиться. Алые глаза отказывались верить увиденному – беспомощная симураниха осторожно передвигалась к центру логова, вся в напряжении и в поиске чего-то. — В… Вожакиня? — ошарашенно выдавил обладатель алых глаз. Названная лишь повернула голову в его сторону: — Пить хочу, — она узнала его. — Э-э-э, — протяжный звук растерянного алоглазого развеселил симураниху, что она не заметила, что к ней приближаются быстрыми скачками. — Мама? Это ты? — удивленный вскрик неизвестной, судя по голосу, принадлежавшей волчице, заставила Вьюгу вздрогнуть и, отпустив голову, испуганно повернуть в сторону источника. — Перед тобой Снежная Слава! — достаточно громкий голос, чтобы не пугать посторонних волков, раздался весьма далеко, но его голос слепая услышала и узнала. Это говорил Буран, весьма обрадованный выходкой Вьюги. Та осторожно втянула запах незнакомки и вдруг поняла, что хотел сказать этим заместитель. Перед ней стояла её родная дочь, Снежная Слава, вся в напряжении и в нерешительности от поведения матери. — Поздравляю, — голос стал громче, заместитель направлялся в их сторону. Сиро запоздало среагировал на его появление: — Проваливайся! — Может, сам отойдёшь? — насмешливо ответил Буран, глядя, как успокаивается слепая. — Лучше провались сам сквозь земли! Ей ещё рано! — Сиро ругался, это вообще не входило в его планы. На что заместитель парировал: — Или будет поздно. — Снежная Слава… — выдохнула слепая, любуясь разветвлением из нитей чар, принадлежавшей дочерью. Так вот какая у неё чар, от неё шло такое приятное ощущение чар, как будто он обладал мягкостью. — Мама… — дочь прижалась к ней, утыкаясь мордой в гриву и вдыхая материнский запах. Пусть она давно стала взрослой, но мама для неё всегда будет самой первой… Слепая в свою очередь резко села на землю и принялась вдыхать запах дочери и запоминать её чар, позабыв, с какой целью она вообще вышла дальше пещеры без сопровождения. Параллельно она слушала ставшийся привычным спор между бывшеБураном и новоБураном и ощущала, как наполняется радостью её сердце. Её дочь не отвернулась от неё! — В… вожакиня… — тихий удивленный голос вожака слепая без труда различила среди чужих голосов жителей стаи Снега. Видно, ситуация в его глазах была слишком абсурдной и в то же время смешной. Пусть идет и любуется. Спор самцов грозился перерасти в угрозы, знакомые слепой, но столь пугающие для других. Пожалуй, она сама как-то пугалась от их угроз. — Может, хватит перепихиваться? — слепая оторвалась от дочери развернуться в сторону самцов, — мешаете. — Скажи Бурану выйди из логова, — проворчал Сиро, подбирая с земли мох. — Заткнись мхом лучше, — беззлобно пожелал Буран. При виде сидящих рядом вожакини и её дочери у него гнев быстро улетучивался и злиться он не мог. — Мама? — Снежная Слава была чем-то обеспокоена, — это нормально, что последыш грубит заместителю? Самцы насторожились – им было интересно ответ вожакини. А её самой вопрос вогнал в растерянность. Она и сама не заметила, как этот спор стал повседневным, хотя в первые дни сама тоже задавала себе этот вопрос. — Почему бы не спросить у них самих? — вопросом на вопрос ответила вожакиня, — у них есть такие рассказы, что сложно поверить, что это реально происходило. Раздались покашливание последыша. Снежная Слава поморгала глазами и повернулась к заместителю: — Правда? — Вожакиня, ты специально? — Буран, поперхнувшись воздухом, пораженно установилась на слепую. С чего вдруг она так размахнулась? — А это нормально пугать меня каждый раз, придурок? Сиро? — Вьюга вдруг установилась на последыша, который попытался тихо слинять, по всей видимости, от смущения. Слепая не собиралась так просто отпускать его, — Снежная Слава, все вопросы к этому придурку. А сейчас у меня пару вопросов к Сиро. — Придурок? — изумленно повторил Буран, провожая глазами Вьюгу, догоняющая последыша, — с каким пор я для неё стал придурком? — Видимо, она поняла, что от тебя не стоит подлости ждать, — усмехнулся подошедший вожак, успевший вдоволь полюбоваться, но не успевший полностью расслышать разговор. — Сиро? — Снежная Слава озадачилась как от поведения матери, так и от отца. Она не помнила, чтобы в стае был волк с таким именем. — Так зовут последыша… — пробормотал Буран, глядя, как последыши скрылись за стеной, где обычно спали старцы, — я ожидал этого от него, но никак не от вожакини! — Кстати, Буран, зайдем-ка в мою пещеру, — вожак решил обратить внимание заместителя, — все еще думаю по поводу Тумана. — Хорошо, — принял к сведению Буран, на прощание торопливо бросив слов, — Снежная Слава, я потом объясню, что с вожакиней, хорошо? Умоляю, они просто шутят надо мною! — Ну... — замялась Снежная Слава, ей не хотелось отнимать время у заместителя, — ладно. Буду ждать твоего возвращения. — Я быстро, не волнуйся!