Грядущие перемены

— Папа! — Дочка, я же говорила, он обязательно будет рядом. — Проказники вы, — волчица, занимающая должность вожакини, облегчённо выдохнула, стоило ей, как и всему стае Тумана, увидеть на горизонте разношёрстный отряд из двух стаи. — Живые… Все живы… — стоящий рядом вожак Тумана прикрыл глаза и прижался к своей паре. — Вас бесполезно загонять, — проворчал вожак Снега, вспоминая тот разговор, где Роза пытался выбить разрешение. Начало того разговора был, пожалуй, слишком забавным, хотя в тот момент он не видел ничего забавного. Всё началось с зова Сиро – он звал не только Бурана, но и еще вожака, Вьюгу, даже Сирень оказалась призвана. Как оказалось, Роза вдруг взбунтовался – этот серый волк с помощью своих крыльев поднялся на большой камень и отказывался спускаться на землю, пока не договориться насчёт его путешествия по странным лесам. Попытки применить силы напрасны – Роза за время отдыха успел набраться сил и внимательно следил, чтобы никто не мог атаковать внезапно. Даже если заходил бой, Роза умудрялся и выходить победителем, и не причинять особой боли тем волкам, что пытались его остановить. Кётис потом объяснил вожаку Снега, почему Розу сложно победить. Дело в его жизнях, как мудреца. Во время освоения воспоминания Роза может получать опыт боев. Чем больше жизней боевых волков у Розы, тем сложнее одержать вверх. Таким образом мудрецы быстрее набирают опыт боя, пусть и находясь в спячке. При этом очень важно, чтобы первые жизни мудрецов не были травмирующими или не повлияли на его судьбу бы так, что мудрец предпочёл бы без жалости убивать волков, в том числе и своих. Слова Кётиса в очередной раз всплыли в голове вожака, который наблюдал за попытками последыша и заместителя скинуть с камня на землю мудреца. Даже старец Сирень сильно ругалась и пыталась применить дар, но поняла, что бесполезно, когда Роза лишь взлетел повыше. Волкам, стоящие рядом с Сиренью, поплохело, а кто-то от чар Сирени грохнулся в обморок. Крылья Розы-Закатохвата правда спасали от смерти, начиная с самого первого дня его жизни. Из-за его крыльев его вожак Снега оставил в живых… Разговор был довольно быстрым. И здесь причиной снова стал Роза – он просто не велся ни на какие провокации. А на аргументы Роза встречал аргументами. Попытки Бурана обратить дар лживости, что есть у вожака Снега, провалились, поскольку дар лживости не отверг практически ничего из разговора. Вожак решил быть в нейтралитете, наблюдая, как Буран был вне себя и смешно хрипел в адрес Розы, как Сиро пытался достать мудреца за счёт своего гигантского размера, как Вьюга, перестав участвовать в уговоре и став напуганной, сидела рядом с вожаком. Сирень, возмущенно высказав о расчетливости Закатохвата, ушла прочь. Сиро настаивал на том, чтобы Розу никуда не отпускать. Роза хотел в одиночку отправиться. Бурану пришло в голову отправить их вместе. Заместитель понимал, что выспавшийся и набравший сил Роза с крыльями не будет сидеть в логове, а Сиро с даром клонирования и создания связи сможет одновременно быть в двух местах или дальше больше. Именно с помощью Сиро Роза сможет поддерживать связь со стаей Снега, а не только со стаей Тумана. Потом Буран уже делился с мыслями с вожаком, когда они сопроводили Сиро и Розу на путешествие. Теперь, смотря на это, вожак Снега понимал, что им очень повезло с двумя симуранами, рожденные в разных стаях, но каким-то образом оказавшимися настолько схожи внешнем видом, что их можно считать братьями. Причём поразительно схожи внешностью, тогда как они характером противоположны, даже в плане благодарностей. Если Ястреб благодарностей принимает так, как будто это естественно, то Роза при намёках на серьёзную благодарность предпочитает просить их благодарить либо древних предков, либо его приёмных родителей и его учительницы. — Кого? Нас? Да я долго торчал в одном месте, — стремительно перелетевший Ястреб возмутился словам вожака Снега. Тот понял, что проморгал его появление, и пошевелил ушами, стоило ему вспомнить примерное место Ястреба в скоростники. В стае Тумана для уточнения мест волков по скорости, как и других разных характеристик, обычно проводятся проверка. Обычно они проходят весною, когда волки становятся сытым после голодной зимы. Бывало, могут провести внеплановую проверку. На это предложение Кайя-Ястреб наотрез отказался, как и на все проверка боевого состояния, тогда как Роза-Закатохват уже успел согласиться на некоторые проверки. — Симут! — усилившие крики вырвали вожака Снега из размышления. Он оглянулся вокруг, понимая, что вовремя пришёл поговорить со стаей Тумана. Вокруг него ощущалось нетерпения и предвкушения веселья. — Михиш! — все громче и громче раздавались зовы туманных волков, заключённые в барьере. Тогда по ту сторону барьера чуть ли не полетом мчался Михиш-Шиповник: — Мама! Ребята! Сестрёнка! — восклицал он, не замечая, как следом, почти по пятам, идёт Симут-Утёсник. Следом за ними неторопливо шли Сиро и Роза-Закатохват. Однако, барьер Огня не давал «пропавшим» разведчикам соединиться со своей стаей. Крики резко стихли, когда все поняли, что таким образом стая Огня не даёт частичкам вернуться в основу стаи. Соприкоснуться к своим… — Папа… — весьма отчётливо пронёсся чей-то жалобный писк, который был перебит Утёсником: — Все! Меня достало! — он вдруг поднялся на задние лапы, а передними лапами принялся давить барьер в попытке разрушить его. Раздался треск. Барьер вдруг окрасился в оранжевый цвет. — Эй, ты что творишь?! — перепуганный этими изменениями Шиповник шарахнулся от барьера. Его действия повторил и виновник изменения барьера. — Связь… Брат? Я не могу связаться… — неспешно шедший Закатохват резко замер и медленно повернулся в сторону гиганта, — Сиро? Сиро не сразу понял, что от него требуется. Когда он понял, то он покачал головой: — Не могу, — он не стал говорить, что в качестве цели выбрал не Ястреба, а вожака Снега, каким-то образом успевший попасть в стаю Тумана. Со своего высоты он сумел распознать вожака по его разноцветным глазам и по его нижней маской дымчатого цвета. Закатохват сорвался, сквозь барьера разглядывая перепуганного брата и не менее его испуганную стаю, не заметив среди них вожака Снега. По ту сторону барьера уже назревала паника, когда волки поняли, что их никто – Симут, Михиш, Сиро и Роза, — не слышат. Барьер полностью лишил узников возможность общения с волками на свободе. До этого момента преодолеть это ограничение помогали дуб и связисты, когда надо было срочно связаться со свободными волками, в первый раз сумевшие шагнуть в туманные земли. Дуб выполнял роль центра и в себе хранил связи тех волков, что оставили ему и кровь, и чар. А связисты среди связей находил нить нужного волка и звал его выйти на связь. Просто так создавать связь и напрямую связаться со свободными волками не получалось из-за барьера. — Брат! Твою! — Кайя бросился к барьеру, чуть не сбивая волков. Кто-то от его полёта громко заверещал: — Мои кисточки! Он вырвал мне кисточки! — Что вообще случилось? — Кайя, не обращая внимания на вопли, уткнулся в барьер в ожидании, когда брат подбежит к барьеру. — Ты ей отрезал кисточки, Кайя, успокойся… — кто-то там попытался успокоить Кайю. Тот даже не обратил внимания, поскольку Роза уже положил лапы на барьер. Как и Ястреб, Роза был в тревоге. До того, как Утёсник принялся давить барьер, связь была, а тут резко оборвался. — Утесник, ты сошёл с ума? — Шиповник пытался доходчиво обьяснить виновнику, что произошло, — ты повредил барь… Как его речь был перебить озадаченным вопросом: — А треск был? — это Роза вдруг поинтересовался, оглядывая на стоящих волков позади его. — Был, — недовольно кивнул Утёсник, про себя проклиная за жажду почувствовать близость. Он не только не убрал барьер, но и усугубил положение, и теперь старался не реагировать на возмущение Шиповника. Гордость давало о себе знать. — У нас же есть волки с кон… — Роза замолк, отвернувшись к барьеру и сосредоточиваясь на прикосновениях. — Ну-ка, Михиш, свяжись, — Утесник только нашёл выход, как избавиться от необходимости выслушивать нравоучения, как вмешался Сиро: — Нельзя, — стоило Сиро предпринять попытку пресечь, как Утёсник отреагировал бурно: — Надо! — Нет. — Да. Шиповник замолк, с удивлением глядя на отвлекшего Утесника. За время возвращения Утесник и Сиро уже успели несколько раз вступить в споры, которые показали их несовместимость характера. Благо, они были малоразговорчивыми при наличия чужих волков, иначе спор бы слышались всю дорогу. Перейди спора на драки им мешали то болтливый Кайя, то строгий суровый тон Розы, то увещания Михиша. Если Кайя и Роза очевидно были заняты связами, то перед Михишом стоял выбор – предотвратить драку или быть на связи. Раздался треск, который и определил выбор Шиповника. Стоило ему это сделать, как он услышал: — «…ания мне неизвестно.» — «Кто-то мне говорил, что против команды,» — в голосе Кайя поскользнулись нотки ирония. Это дало понять Михишу, что успел застать интересное. Все же сложно застать Кайю сосредоточенным, в отличии от его сводного брата. — «Я когтистый. Лучше сделать с двух мест,» — это говорил Роза, на что Кайя стал задумчиво и медленно произносить: — «С твоей стороны есть гигант, шипы и усиление… по два крылатых и без… Как насчёт, чтобы бескрылатые давили барьер, а мы, скоростники, атаковали на верхушке? Правда, я не знаю скорость Михиша.» — «Хорошая скорость, но проверка дав…» — только хотел указать Михиш, что его место в скорости может изменится, как Кайя возмущенно воскликнул: — «Да ты ленивец! Даже Михиш быстрее тебя!» — возмущение Кайя явно были предназначено Розу, которые спокойно отреагировал: — «Я буду дополнением к его удару.» — «Эй, Михиш, сюда идти!» — внезапно Кайя обратился к Шиповнику. — «Не очень удобно так разговаривать.» — «Кайя, поумерь,» — осадил крикуна Роза, — «Я-то пойму так, как ты хочешь, а он может не понять тебя.» Стоило Михишу-Шиповнику появиться на поле связи, как обнаружил себя в свободном пространстве и стоящих рядом двух схожих волков. Пространство было окрашено всевозможными цветами и разными мелкими изображениями, что намекало на количество жизней. — «Брат, ты серьёзно?» — не дожидаясь ответа, Кайя вернулся к плану, — «Какой сигнал будет? Махание лап?» — «Стой. Михиш, я объясню, — уделив внимание гостю, Роза обратился к брату. — «Ты способен на несколько ударов?» — «Хм, с моей стороны много летунов. Можно организовать непрерывность. Только не затягивай.» — Кайя резко исчез, оставляя Михишу множества вопросов. Роза от таких перепадов настроения брата лишь вздохнул: — «Порой поражаюсь… Ми… то и есть, Шиповник,» — поправил себя Роза, — «понял, что Кайя задумал?» — «Это связано с барьером?» — Шиповник облегчённо вздохнул, когда Ястреб исчез, и он остался наедине с Розой. Иногда ему жутко хотелось шипом проткнуть насквозь любящего перескакивать с темы на темы Ястреба. — «Да. Думаю, разговор про Ястреба стоит отложить,» — Роза улыбнулся, видя реакцию собеседника, — «в него очень много активности. Сейчас он хочет убрать барьер. Атака будет происходить с двух мест, это здесь и верхушка. С нашей стороны Сиро и Утесник должны давить барьер, а я и вы должны попробовать нанести удар по барьеру. Вопросы?» — «Туман предпринимал попытки убрать барьер?» — Шиповник вопрос, долго крутящийся в голове, задал, дождавшись окончания объяснения. — «Да. Как мне сказали, не меньше трёх раз. Это со слов Лия.» — «Хм, и откуда Огонь узнал…» — «Мы это узнаем от Огня только. Пошли, Шиповник. Надо убрать…» — стоило Закатохвату вернуться в реальность и повернуться, как он вдали обнаружил двух волков в стойке. — … барьер… — Я не перестану, если ты… — рычал Сиро. — Захлопни свою пасть! — Утесник усилил свое рычание, прямо глядя на гиганта. Слышны трески барьера – это заключённая стая уже приступила к атаке барьера, пока Закатохват объяснял Шиповнику. — Я из-за них и присоединился к связи, — пояснил Шиповник, не став уточнять из-за кого или чего. — И как у Сиро получается ввязаться в спор? — глубоко вздохнул Роза, поражаясь своему терпению, — прекратили! — Скажи ему… — на удивление начавшие синхронно говорить Утёсник и Сиро заткнулись и снова злобно установились друг на друга. Роза вздохнул, вставая между ними: — Потом разберётесь. Мы решили предпринять атаку на барьер. Сиро и Утёсник, направьте свои силы на барьер. В одном то… — Что?! — и снова хор волков слился в одну, перебивая указание. — Шиповник, скажи, что это ложь! — Утёсник обратился к Шиповнику в надежде, что это окажется ложным. Однако, Шиповник оказался на стороне Розы: — Вообще-то я уже был на связи. Моя задача атаковать сверху. У тебя есть своя задача. — Роза… — теперь и Сиро медленно повернулся к своему симурану. — Я с Шиповником, — попытался успокоить гиганта Роза. — Я уверен в тебе. — За что? — стон против воли Утёсника вырвалось с его горла. Роза проигнорировал стон Утёсника, повернувшись к Шиповнику. — Шиповник, можешь проверить, где будет проводится атака сверху? Зная брата, он не будет ждать долго. Я полечу за тобой. — Хорошо. Будь на связи, — Шиповник, кивнув, полетел. Тем самым он затоптал последние надежды Утёсника на поддержку сопротивления. — Утёсник, Сиро… — Роза повернулся к двум упрямцам в ожидании их действия. Утёсник недовольно процедил, подходя к барьеру: — Я очень надеюсь, что это в первый и единственный раз. — Вынужден согласиться с этим, — Сиро и сам понимал, что тут придётся наступать на горло гордости. Он подошёл, встал над Утёсником, и вместе с ним стал давить барьер, пока по ту сторону шла атака. Трески участились и даже стали громкими. Это хороший признак. Закатохват слегка задержался, глядя на Утёсника и Сиро. Ненависть к друг другу ощущалось от них. Хорошо, что у них принципы стоят выше ненависти и гордости. Барьер стал светиться. Закатохват взмахнул крыльями и по запаху Шиповника стал лететь туда, где запланирована атака на верхушку барьера. — А ты медленный! — поприветствовал его Шиповник. Он стоял на барьере своими шипами наносил удары по барьеру. — Я следил за ними. Они там готовы перегрызть горла, — пояснил причину задержку Роза, ища под барьером намека на присутствия брата. — Нашёл? — Да-а-а-а-а! — ответ Шиповника резко перерос в вопль, когда буквально под его лапами появился нечто бело-алое. — Брат в своём репертуаре, — с улыбкой кивнул Закатохват, — готов? — Лишь подальше от странного Кайя! — Шиповник устремился набирать высоту. Его сердце бешено колотилось из-за Кайя. Как этот болтун так может резко появляться? И как вообще Роза может спокойно выносить такую активность? Роза помахал лапой в знак того, что готовы, и последовал за Шиповником в размышлении, на какой высоте атака будет достаточной. Практически сразу в его голове раздался голос Шиповника: — «Как думаешь, такая высота вполне достаточно для удара?» — «Я не учитель по летунам,» — Роза усмехнулся, — «я не обучен сражаться в воздухе.» — «А Кьюма?» — Шиповник помнил, что Кьюма обладала крыльями. — «Мама? Она пыталась научить меня сражаться в воздухе, но мои крылья постоянно подверглись вырыванием.» — «И все же интересно, как так вышло. Начинаю!» Через несколько секунд мимо Закатохвата пролетел нечто – это был Шиповник. Закатохват ещё раз взмахнул крыльями и сложил их, устремляясь вслед летуну. За всю свою жизнь Закатохват так и не научился радоваться полёту, даже прожитые жизни летунов не смогли устранить неумение Закатохвата сражаться в воздухе. Одно радовало – базовые азы полета он знал. Треск. Свечение усилилось. Треск. Закатохват сосредоточивается и напрягает лапы для удара. Свечение ослепляет Закатохвата, но он доверяется своим лапам… Секунд. Удар. Звон. Оглушительный звон прокатился по лесу Тумана и Снега, свечение растворилось в воздухе. Практически сразу стали раздаваться крики: — Ура! Мы освободились! Закатохват попытался выровнять полет, но понял, что потерял управление. От скорости его крылья отказывались подчиняться. Дабы не убиться насмерть, Закатохват отчаянно вцепился в верхушку дерева. От его скорости верхушка дерева принялась раскачиваться, вместе с ним качался и Закатохват. Нет, он никогда не полюбит летать так, как летит его брат. Таким его, цепляющим и качающим на верхушке дерева, и нашёл Ястреб. Он ржал под недовольным взглядом Закатохвата, весьма забавно качающего верхушкой деревья из стороны в сторону. — Кайя, хватит, иначе Роза проткнет тебя, — заметил подлетевший к ним вожак Тумана, внутреннее еле сдерживаясь от смеха. Как-то нелепо теперь выглядел Роза с его беспомощным взбешенным взглядом. Одновременно в голове у него звучали облегчённые слова вожакини Тумана — «Наконец-то… Просто наконец-то…» Не выдержав, вожак Тумана стал смеяться. Дабы уйти с разъярённого взора Розы, он решил спуститься вниз, на землю. Но и внизу была радость. Волки веселились, а вожак Тумана замечал, как некоторые волки ненароком пытаются разорвать бедного Михиша-Шиповника, даже Симут-Утёсник смягчился. Во время осмотра вожак Тумана с удивлением обнаружил вожака Снега, который лежал на земле и задыхался от смеха от какой-то причины. Чтобы обратить его внимание, он решил начать с извинения: — Прошу прощения за барьер. Я никак не предпо… — но его перебил сам вожак Снега, сквозь смеха пытаясь говорить: — Не, не стоит. Меня там убивают… Вожака Снега душил неконтролируемый смех. А всё из-за ругательства Бурана в голове. Его заместитель уже не пытался соблюдать уважения в беседе с вожаком. Когда Утёсник в первый раз надавил на барьер, то Снежный Бархан сразу ощутил пропажу связей и стал беспокоиться. Когда барьер под натиском стаи пал, то практически сразу активизировались Вьюга и Буран. Впрочем, Буран своим ругательством не давал Вьюге вставить и слова, но по ощущению Вьюга была полностью солидарна с Бураном. — «…оть представляете, чтоб вас пронзили когтями, как Вьюга переживала? А я? Мы, чтоб осы ужалили, даже почти решили отправи-а-а!!!» — «Ш-Ш-Ш!» — «Ладно, ладно!» — вожак с огромным усилием заставил себя выдавить жалкие слова сквозь смеха. Из-за воплей Бурана и выразительного шипения Вьюги он не мог прекратить смеяться и чувствовал, что вот-вот умрёт от смеха. — «Да ну вас!» — Буран досадно и с облегчением завершил разговор, понимая, что от вожака в данный момент ничего не добиться, особенно когда он в таком диком состоянии смеха. Отсмеявшись, вожак Снега вытянулся и неспешно поднялся с земли. Перед собой он обнаружил понимающего вожака Тумана. — Я никак не предполагал, — при попытке обьяснить причину смеха Снежный Бархан понял, что сбил себе дыхание, — что барьер этот заблокирует мои связи. В Сне… — Разведчики, готовы? — кто-то из волков Тумана заглушил голос вожака Снега. В ответ стали раздаваться крики: — Да! — Во-а-у-у! — кто-то вдруг завыл, и все туманные волки подхватили вой. — Я порой не понимаю, как они смогли… — к вожакам незаметно подошёл Рёкус, — Роза ладно, но Кайя… — Они братья, — отозвался ему вожак Тумана, — учитывая, сколько за их спиной жизни, у них очень хорошая связь. Ястреб связист, а Роза мудрец. — Древние предки не зря их послали на землю… К веселью Тумана не участвовал Сиро – он лихорадочно искал Закатохвата. Почему-то он не видел ни Закатохвата, ни Ястреба среди радостных разноцветных волков. — Вожак Снега, можете идти домой, — к разговору присоединилась вожакиня Тумана, привычно камнем падая с небес рядом с собеседниками. — А Роза? — поинтересовался вожак Снега. Если белого Сиро очень сложно потерять из-за его размера и алых пятен на плечах, то Розу-Закатохвата – очень легко. — Ну, он и Кайя решили под шумок свалить и искать стаю Ночи, что, кхм, — вожакиня Тумана прокашлялась, — успешно сделали. Но они меня даже не заметили в разговоре. Я их не стала останавливать. Раз мы свободны, то и со связами теперь все в порядке. Она не лгала. Так вот почему Буран не солгал, когда выражал сомнение, что Закатохват сможет сбежать от Сиро… Вожак повернул голову в сторону Сиро. Последыш был в заметной растерянности. Он судорожно искал Закатохвата. Быстро попрощавшись с вожаками Тумана, вожак Снега подошёл к Сиро: — Пошли домой, Сиро. — Где… Где Роза? — голос гиганта внезапно осип, — Где? Я его не вижу. — Они уже сбежали продолжать искать стаю Ночи, — Снежный Бархан прекрасно понимал, что их уже не догнать. Да и им предстояло как-то объяснить своим, что происходит в стае Тумана. — Что? Вместе? Я не хочу его не отпускать в одиночку, особенно с этим Ястребом! — Все хорошо с ними будет. — Мы можем связаться с ними в любой момент. — Говоря эти слова в попытке успокоить гиганта вожак вдруг понял, что он не лжёт. Это означало, что эти братья уже не будут им препятствовать убедиться, что они живы и здоровы. Да и бесполезно препятствовать им, когда один быстрый как молния, а другой проницательный, терпеливый, и слишком боеспособный, чтобы суметь противостоять как минимум отряду. — Что делать? Мне Буран оторвет голову, если узнает, — Сиро был в беспокойстве. Они же тогда так и договорились. Правда, Закатохват сумел извернуться в том разговоре. — Давай сделаем так. Ты поможешь Снежной Славе проследить за стаей, а я поговорю с Бураном, — вожак Снега нашёл выход из этой ситуации. Что-то подсказывал ему, что в этот раз при разговоре с Бураном Сиро будет смиренным, что для него не характерно. — Вы даже не волнуйтесь. — Пусть идут. Связь с ними легко установить. — Ну ладно… — Сиро, нервно пожав плечами, развернулся и торопливо зашагал в сторону земли Снега. Снежный Бархан легко побежал, размышляя, как получше подобрать слова для Бурана. Стоило им пересечь границу Тумана и Снега, как они встретили патруль Снега во главе Снежной Славы. — Что за вой от Тумана? — моментально появился вопрос у патруля. — Вой возвращения. Они на свободе… — только хотел поделиться новостями Снежный Бархан, как вдали раздался разъярённый крик Бурана: — Сиро! Вожак! — Сиро, растворись. Я возьму на себя Бурана, — распорядился было Снежный Бархан, как его решила предупредить Снежная Слава: — Он очень зол. Сегодня он шипел больше, чем говорил. Вопреки ожиданиям дочери, как и патруля Снега, отец лишь улыбнулся ей: — Шипение? Значит, все хорошо… — и с этими словами Снежный Бархан двинулся на встречу стоящего вдали заместителя, нового вожака. Раздался хлопок, это клон Сиро запоздало растворился в воздухе. Вожак и заместитель обменялись словами и стали скрываться от патруля. Уходя, Снежный Бархан услышал от кого-то из патрулей слова: — А нам повезло с вожаком…