Цирк с коньками имени Ю.Плисецкого

5. — Деда, — снова попытался объяснить Юра, — Мы в самом деле недолго! Мы ей мультики включили, а она! — Юра. — Кто же знал, что эта дура в шкаф полезет! В глазах защипало от набегающих слез, и чтоб они не набежали окончательно, Юра поднял лицо вверх и все говорил-говорил, что никто не виноват, кроме этой безрукой, за которой пришлось смотреть Беку, а дед молчал. Он дождался, пока Юра договорит, и только тогда спросил: — Как думаешь, почему твой Бек ушел, не попрощавшись с тобой? — Почему? Дед тоже говорил долго. Про то, как у кого-то считалось, что гостя в дом посылает прямо сразу Аллах. Что если гость похвалит коня или что-то еще — ему это что-то или коня запросто дарили. Про то, что Юра кричал и обзывался на маленькую сестренку своего друга, будто на врага. Про то, что чашка, даже дорогая и старая, — все равно просто чашка. Про то, что Айше — всего два года, и она не понимает, что блестящая чашка может быть хрупкой, а порезаться осколками, испугавшись юриных воплей, она могла буквально за секунду и очень сильно… Дальше уже Юра не слушал, потому что ревел сам. Ревел, пока дед собирал осколки и убирал со столика и сам столик отодвигал обратно в угол. Дед гасил свет в прихожей, мыл на кухне посуду, накладывал корма разоравшемуся Потьке, а в Юре уже не осталось ни слез, ни сил, одна только черная грусть, как за окнами, и сильная икота. Только чтоб попить воды, надо было таки идти на кухню, а в кухне дед. Хотя в любом случае идти надо было. — Деда. — Ну? — А если я Бека обидел, то что? Мы враги теперь? — Я бы для начала все-таки попробовал извиниться. Легко сказать, извиниться. Юра даже лег спать пораньше, чтоб быстрее наступило следующее утро, но никакой сон не шел. Извертелся весь, нечаянно чуть не спихнул ногой на пол Потьку — Потька обиделся и ушел к деду. Юра подумал — и босиком прошлепал следом. Дед еще тоже не спал, читал что-то. Юра подхватил кота под пузо и забрался на край дедушкиного дивана. — Деда, а ты извинялся? — А куда без этого. Было дело, и не раз. И это не считая всяких «Извини, но ну и дурак же ты!» — И вы потом снова были друзьями? — Были, Юр. — А потом, что? Если были, то что? — Жизнь развела, Юр. Бывает такое: уезжают люди, работа, там, семья появляется… — Уехал, значит. — Ну, как-то так. Но какими друзьями были — до сих пор помню. И как с хулиганами подрались, и как от милиции вместе убегали… — А вас за что, за то, что хулиганов побили? — Как же. За то, что дураки оба — полезли на площади клумбу обдирать. Ночью дело было, но ночь-то белая, одно название, что ночь. Нам двоим одна и та же девушка нравилась из балетного. Красивая очень. И оба шли — увидели клумбу и решили букет нарвать! Лилии для Лилии, как в песне, только песня эта уже сильно потом. Ну и чуть не попались, оба еле ноги унесли. А главное — зря. Пока бежали, пока в общежитие к себе лезли через окно (потому что взрослые-взрослые, а вахтер внизу все равно всех главнее), оба букета стали как веники, еле из двух один собрали и чуть не сожрали друг друга, кто утром подарит. За ночь за оставшуюся эти лилии всю комнату насквозь провоняли, мы надышались как отравились. А Лиличку этой шуткой про цветы и без нас совсем достать уже успели, она тогда обиделась и неделю не разговаривала ни с одним… — А потом что? А эту историю Юра уже вроде знал. — Ну, что. Понятно ж было, кто тут не пара. Ребята-то оба коренные ленинградцы были, один я — из приехавших. И оба в танцах в своих, оба как тростинки, а я — мордоворот такой… — Деда, ты же говорил, ты в команде самый маленький был! — Это по сравнению с другими хоккеистами самый маленький. А по сравнению с балетными и с фигуристами — русский богатырь Иванушка. Иван-дурак. На отборочном очень уж хотел выступить и выступил: прямо из ледового на «скорой» увезли. Ногу мне какой-то профессор собирал, повезло. А мог и вообще без ноги остаться. Шрам был старый, длинный, и по бокам с двух сторон от него точки от иголки. — А пока лежал, скучно было. Книжки читал. Все перечитал, мне одна санитарка потом приносила из библиотеки. Катюша на медсестру училась, подрабатывала… Меня вон так и подбила тоже доучиться. Так как-то все и сложилось потом. Юр, спишь, что ли? — Нет! — вскинулся Юра. — Я думаю, как извиняться. Юра забрал кота и ушел к себе. Думал-думал, потом уснул и снилась всякая муть — как убегает от оживших разбитых человечков с чашки, и проснулся еще затемно с вопросом: а как по-казахски будет «извини»? Если бы был компьютер, то Юра бы все нашел в интернете. Если бы не ссорился с Отабеком, то и не надо было бы напроситься к компьютеру Ильяса, и узнавать было бы нечего… Поэтому в половине девятого, надеясь, что люди уже не спят, Юра решил спуститься на первый к Лехе. У Лехи компьютер был, и интернет у Лехи был — Юра запомнит быстренько и пойдет на четвертый. Быстро спускавшийся Отабек окликнул Юру на половине пути. — Извини, но ну и дурак же я! — торопливо проговорил Юра. — Я не хотел кричать на Шушу! И она не дура! — Извини, что вчера убежал так! Шуша испугалась, что ее сейчас чужой дядя придет накажет, а она всегда так воет! И я испугался, что из-за меня. Эта чашка, которую она расколотила, сильно дорогая была? — Это всего-навсего чашка. И там всего кусочек откололся, дед уже его назад суперклеем приклеил! — соврал Юра, шагая наверх по ступеням. — Если не знать, то даже не отличишь! В конце концов, там в самом деле оставалось еще целых десять таких же чашек. Никто и не станет пересчитывать. Оба стояли на лестнице, оба в тапках и в домашних штанах — у Отабека черные с тремя полосками, у Юры — синие с тиграми, оба в наброшенных куртках. — Бек, а твои коньки за ночь высохли, они теперь краской не пахнут почти и все равно так блестят! Ты будешь со мной дружить все равно? Или нет? Отабек крепко пожал протянутую Юрину руку: — Все равно буду. Черная грусть, прятавшаяся по углам, лопнула разом без следа, будто мыльный пузырь. — Юра! А мы тут стоим, как в первом «Гарри Поттере»! У меня диск со всеми фильмами есть, только в компьютер Ильяс не пустит сейчас, может, у вас посмотрим? — Сначала на коробку пошли. А то потом Леха выйдет — и они нас сразу выгонят! Посмотрим, облезет твоя краска или нет…