Смотри не убей себя, зефирка!

Когда я дошёл до комнаты Чимина, оказалось, что его нет. Видимо он куда то вышел. Почему я не удивлён. И куда его унесло в таком состоянии?Решив зайти попозже, пошёл вниз в библиотеку, к ребятам. А там меня ждала странно притихшая компашка. Они сидели и пялились друг на друга, но не разговаривали. Зная их пакостные натуры, решил помолчать. Я подсел и с вопросом в глазах уставился на них. Тэ, сидевший рядом, пододвинул листок, на котором были что-то написано. Все так же молчали. Я прочитал: " Кто первый заговорит, пойдет успокаивать Чимина, которого Джин, видите ли для поднятия настроения, зафигачил в рыжий. Но все получилось просто ужасно. Чимин сидит запертый в комнате Джина. Он злой." Я посмотрел на Джина. Тот лишь фыркнул и скрестил руки, говоря этим, что полностью собой доволен. Эххх. Видимо разговаривать придётся сегодня. И еще успокаивать эту взрывную бомбу. – Так уж и быть, я с ним поговорю, тем более я сам его искал. Все расслабленно выдохнули и только полюбившаяся мне тишина, исчезла без следа. Комнату заполнили громкие звуки. Все начали что-то обсуждать и давать советы. Чаще всего произносили "постарайся не умереть". Мне вручили ключи и подтолкнули к выходу. Я раздражённо поморщился. Разговаривать со взбешенным Чимином абсолютно не хотелось. И все таки не зря никто не хотел идти. Как только я повернул ключ и открыл дверь, мне в лицо прилетело что-то, судя по всему книга. В добавок к этому пол под ногами разъехался и я шлепнулся на пятую точку. И изюминкой на торте стало ведро воды, хорошо хоть прохладной, которым меня окатили сверху. Пытаясь собрать мысли в кучку, все таки знатно приложил книгой, и отплевываясь от воды, стараюсь найти этого чертенка взглядом. Тот сидит на кровати весь взъерошенный и злой. И смотрит мне в глаза, злобно улыбаясь. Но его голова. Черт. Я честно пытался сдержаться. Мой смех наверное было слышно на весь этаж. С такой расцветкой он реально был похож на чертенка. Его волосы напоминали взрыв. Клочками виднелся рыжий и розовый, а основная часть была окрашена в какую-то фиолетово-красную бурду. Я бы тоже злился. Я бы и дальше смеялся, но Чимин. Ох уж этот Чимин. Услышав мой смех, он резко поменялся.в лице. Став невероятно серьёзным он отвернулся от меня и подтянул к себе колени. Что произошло? Его так задел мой смех? Он не издавал ни звука, но плечи стали мелко подрагивать. Я поднялся с места и пошёл к нему. Мокрая одежда неприятно липла к телу. Неслышно обойдя кровать, я присел рядом с ним на корточки. И положил свою руку на его. Слезы беззвучно бежали по его щекам. – Чимини, ты чего? Он тихо всхлипнул и постарался отвернуться. Я не позволил этого. Сев рядом на кровать, взял рукой за подбородок и заставил посмотреть на себя. Другой рукой я стал стирать слезы с щек. Его кожа была мягкая и бархатистая. Видимо синяки убрали магическим методом. Хотел бы я прикоснуться к ней губами. Так. Не о том думаешь Юнги. Чимин пытался отвести взгляд и отпустить голову. – Не смотри на меня, Юнги. Я выгляжу убого. Я разозлился, слегка ударив его по губам рукой. Он вздрогнул и посмотрел на меня, красными от слез глазами. Обхватив его лицо руками, притянул поближе и сказал. – Пак Чимин, послушай меня. Никогда не смей так о себе говорить и даже думать. Ты невероятно красивый, даже с таким цветом волос. Хватит оскорблять себя. Он молча смотрел на меня. А я смотрел на его губы, которые были в паре сантиметров от меня. Чертовски привлекательные, пухлые губы. Я чувствовал его дыхание. Оно щекотало подбородок и часть шеи. Мурашки табунами пробежали по телу. Словно завороженный, поднимаю взгляд и встречаюсь с чёрными омутами напротив. Чимин прерывисто дышит и нервно проводит языком по губам. Блять. Взгляд падает вниз и я вижу призывно приоткрытые губы. Ты не сделаешь этого Юнги. Нет. Но кровь уже прилила к голове, и соображать получалось плохо. Парень, Юнги. У него есть парень. Остановись! Эти мысли заставляют невольно поморщиться. И в этот же момент вся атмосфера рушится. Чимин скидывает мои руки и вскакивает с кровати. Поднимаю взгляд, не до конца понимая, что произошло и смотрю на него. Взгляд Чимина моментально становится стеклянным, отворачиваясь и уходя из комнаты быстрым шагом, он кидает. – Не стоит жалеть никчемную собачку, если она тебе настолько противна. Я в растерянности смотрю на удаляющуюся спину. И подрываюсь догнать, чтобы все объяснить. Черт, он все неправильно понял. – Чимин стой! Но он лишь ускоряет шаг и срывается на бег. Ну, уж нет. Сегодня мы поговорим и разберёмся во всем. До чёртиков надоели эти американские горки. А еще было больно от того, что Чимин думает, что он мне отвратителен. Догнать его получилось только на лестнице в наши комнаты. Схватив со спины, потащил вырывающуюся и кричащую тушку к себе в комнату. Захлопнув дверь, закрыл ее на замок. Чимин стоял скрестив руки и исподлобья глядя на меня. – Решил что недостаточно надо мной поизмывался? Ну, что ты еще хочешь мне сказать?Что? Что я недостаточно хорош для тебя? Что я жалок? Выскажи наконец все, что ты чувствуешь и прекрати мучить меня. Чимин сильно злился и последние слова отчаянно прокричал. Он сжал кулаки, успокаивая себя. Получалось у него плохо. В итоге он раздражённо вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза. В его глазах я видел готовность принять любые оскорбления, но в тоже время я чувствовал хрупкую оболочку, которая от первого же моего грубого слова сломается окончательно. Все его слова меня тоже сильно разозлили. Я резко подошёл к нему и схватил за плечи. Пак от неожиданности упёрся руками мне в грудь. – Помолчи и послушай меня. Ты мне нравишься, ясно? Черт. Ты мне ужасно нравишься. Вот что я чувствую. Доволен? Чимин сначала ошарашенно смотрел мне в глаза, а когда до конца понял смысл слов, опустил взгляд на свои руки и начал краснеть. Мне тоже стало неловко от своего признания. Кто вообще так признается. Но я не отпустил его и стал ждать реакции. Он все также молчал и разглядывал свои руки. Я уже думал не дождусь от него ничего. Но то что он начал делать, я никак не ожидал. Руки непроизвольно опустились вниз. Я оцепенел и хриплым от напряжения голосом позвал. – Пак Чимин. – Ммм? Отчаянно краснея и не поднимая взгляда, он начал развязывать мою мантию. Поддавшись его усилиям, она с тихим шорохом падает к ногам. Покончив с ней, он начал расстегивать пуговицы на моей рубашке. В комнате стало как-то душно. – Чт.. что ты делаешь? Его пальцы нежно скользили по влажной рубашке и расстегивая пуговицы, он иногда касался оголенной кожи. Он прикусил губу, расстегнув последнюю пуговицу. Чимин положил ладошки на мой живот и повёл руки вверх. Аххх. Я и не знал, что такой чувствительный. От его рук тело бросило в жар и пронзило миллионом искр. Он поднялся до плеч и стал стягивать рубашку. Он смотрел на меня очень. Просто очень. Чтобы снять рубашку, ему пришлось пододвинуться ближе. Не разрывая зрительного контакта, он отбросил рубашку и вплотную приблизился ко мне. Опаляя шею горячим дыханием, он провел языком и влажно поцеловал ее. Ммммм. Это так приятно и возбуждающе. Он продолжал оставлять на шее засосы, осыпая ее поцелуями. Я бы хотел, чтобы эта сладкая пытка длилась вечно. Но Чимин отстранился и опять густо покраснел, отводя взгляд. Серьезно? После такого он еще умудряется краснеть? Он схватил меня за руку и потащил к кровати. – У тебя мокрая одежда, тебе нужно в кровать под одеяло, чтобы не заболеть. Находясь в оцепенении, я не сопротивлялся. Уложив меня на кровать, он укрыл одеялом и бегло отговорившись, собрался слинять. Не в этот вечер, Зефирка. Когда он подошёл к двери, то понял что та закрыта на ключ. А ключ у меня. Шах и мат, Пак Чимин. Мне кажется он готов был провалиться сквозь землю. Он обернулся и умоляюще уставился на меня. – Юнгии... – Мммм? – Там дверь... Вобщем не мог бы ты дать мне ключи? Мне нужно идти спать. Я усмехнулся и как будто ничего такого не говорю, сказал. – Так ложись. Кто тебе мешает? Места тут достаточно. И я демонстративно похлопал рядом с собой по одеялу. Кажется для него это было слишком. Он в ужасе уставился на меня и его взгляд забегал по комнате, пытаясь найти выход. Я устало вздохнул. – Ничего я тебе не сделаю. Сегодня для нас обоих был сложный день. А в своей комнате ты вряд ли успокоишься, еще напридумываешь себе чего нибудь. Ложись давай, завтра рано вставать. Он с подозрением уставился на меня, но все таки подошёл к кровати и опустился на другой край. – Ты собираешься спать в одежде? Он обреченно выдохнул и стал стягивать майку. Я быстро отвел взгляд. Лучше бы я промолчал. Как можно уснуть рядом с таким. Он аккуратно улёгся, совсем скраю. Шлепнется же ночью. Обхватив голый торс рукой, притянул к себе. Так намного лучше и приятнее. Чимин завозился, устраиваясь поудобней. Уже находясь на грани сна, услышал тихое. – Ты мне тоже нравишься, Мин Юнги. Сегодня была первая ночь, в которой меня не преследовали кошмары.