Игра на опережение

Гарри не слышал голоса пришедшего, когда послышался скрип двери, но прекрасно слышал внезапно начавшую заикаться тетю, которая пыталась выговорить что-то, начинающееся на с-с-с-сев. Дальше Гарри уже даже не пытался вслушиваться, подбежал к столу и вытащил блокнот трясущимися руками. «Код красный! Меня укусил Зеленый Змей!» Отчаявшись придумать хороший план, который предусматривал бы любую случайность, ребята обозначили несколько более вероятных развитий событий, присудив каждому свой код. Так Хагрид, если бы пришел за Гарри — ну, а вдруг — получил зеленый код, МакГонагалл, Спраут и Флитвику присудили синий, а всем остальным — красный, как наиболее маловероятный, а от того и неожиданный. Зеленый Змей же подразумевал под собой Снейпа, которого Гарри ожидал увидеть меньше всего. Дверь в комнату отворилась, и Гарри поплелся за тетей, которая не проронила ни слова. В гостиной стоял Снейп, одним своим присутствием сжимая пространство до неимоверно малых размеров. Черным коршуном нависая над кофейным столиком, он успел вселить в Гарри с десяток различных эмоций, начиная от «Как замечательно, что он жив!», и заканчивая жгучим желаниям вжаться в угол комнаты. Краем глаза Гарри заметил, что Петуния боком протиснулась в дверь, прикрыв ту за собой, но не до конца, чтобы была возможность подслушать. — Мистер Поттер, — вкрадчивым голосом начал Снейп, явно сдерживаясь от какого-то язвительного замечания, — я являюсь профессором Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, о которой, я так понимаю, вы уже узнали из письма. Многозначительным взглядом Снейпа можно было прорыть тоннель до центра земли, но Гарри вдруг понял, что даже если бы он не знал Снейпа раньше, то вряд ли бы возненавидел профессора — все-таки подразумевалось, что именно Снейп должен был познакомить мальчика с волшебным миром, а это, как сказала бы Гермиона, создало бы некую симпатию в юном мальчике, не балуемом родственниками. Но Гарри Снейпа уже знал, и хоть раньше подозревал во всех смертных грехах, сейчас же относился к нему более спокойно и без неприязни. Если подумать, он бы даже хотел назвать своего сына Северусом. Вот только был ли Снейп всецело человеком Дамблдора? — Кхм, — Гарри отвлекся от неизвестно откуда взявшихся мыслей о будущем потомстве, и взглянул на Снейпа. — Простите, сэр, как мне лучше к вам обращаться? — Гарри указал рукой на кресло и сел сам на удобный стул, почувствовав себя более расслабленным. Снейп запугать бы его уже не сумел, а вежливость всегда была в почете. Выгнув бровь, Снейп посмотрел на мальчика сверху вниз и сел, изящно взмахнув черной мантией. — От вас, как и от всех учеников школы, будет ожидаться стандартное обращение, а именно — профессор Снейп или сэр, — он помолчал несколько секунд и вытащил палочку из рукава. Гарри даже не заметил никакого движения или концентрации в глазах Снейпа — просто чайный столик поднялся в воздух, а потом так же плавно опустился на место. Гарри запоздало подумал, что надо бы выразить удивление и восхищение, но Снейп уже заметил удивительное спокойствие мальчика, странное для ребенка, который только что увидел магию впервые в жизни. К счастью, Снейп это интерпретировал по-своему. — Можете проверить сами, что никаких невидимых нитей к столу не прикреплено, в противном случае любая другая демонстрация приемлема. — Нет-нет, сэр, этого вполне достаточно, — Снейп снова выгнул бровь, на этот раз левую, — не поймите меня неправильно, я думал, что письмо — это какая-то шутка, — Гарри сочинял на ходу, — но тетя и дядя были, мягко сказать, недовольно ошарашены. Им пришлось рассказать о моих родителях, и потом, магия вполне объясняет, почему со мной происходили странные вещи. Прошло несколько секунд молчания, Снейп, казалось, о чем-то напряженно размышлял, глядя на Гарри настолько странно, что тому стало неуютно. Будто опомнившись, он резким движением поднялся с кресла, и Гарри пришлось сделать то же самое. — Мне поручено сопровождать вас в Косой Переулок, чтобы произвести все необходимые покупки. Жду вас снаружи, — взметнув мантией, Снейп вышел из гостиной, чуть не сбив Петунию. Гарри поплелся следом, на ходу кивнув тете. Та замешкалась, но протянула мальчику несколько купюр, явно пытаясь что-то сказать. Мальчик остановился, размышляя, брать ему деньги или нет. С одной стороны, стоило сказать тете, что деньги у него есть и даже больше, с другой — Снейп мог подслушивать и донести директору о осведомленности Гарии. Поэтому он благодарно посмотрел на тетю и все-таки принял деньги, решив вернуть их позже. Снейп стоял за прикрытой дверью, и черная мантия зловеще развевалась у него за спиной. Гарри в нерешительности подошел и взялся за протянутую руку. Хлопок, и в который раз его будто пропустили через мясорубку. Гарри к аппарации уже привык, но вот для детского тела это было в новинку. — Аппарация, мистер Поттер, — показалось, что Снейп злорадно улыбнулся, — позволяет перемещаться на большие расстояния, если точно знаешь координаты места назначения. Рекомендовано к изучению на шестом курсе. Они оказались в маленьком закоулке, за которым слышался гул голосов. Снейп резво пошел вперед, и Гарри осталось только поспешить за ним. — Профессор, а где мы? — Гарри знал, что они уже в одном из ответвлений Косого Переулка, но для отвода глаз нужно было спросить. — Косой Переулок, мистер Поттер. Обычно первокурсников проводят через заведение Дырявый Котел на другой стороне улицы, но лично я предпочитаю ходить этой дорогой. Следуйте за мной, мистер Поттер, для начала мы зайдем в банк. В банке, как и в прошлой жизни, Гарри взял денег столько, сколько хватило бы на покупки, но не больше. Снейп же, как и Хагрид, взял из другого сейфа сверток с тем, что выдавало себя за философский камень. Делал он это, кстати, с видом вселенской усталости на лице — явно спектакль разыгрывался именно для Гарри. Гарри же было интересно, куда все это заведет, и не задавал вопросов, просто следуя за Снейпом, как хвост. Снейпа же явно бесило, что приходится отыгрывать роль, да еще и с неблагодарным слушателем. В итоге он не выдержал и выдал то, что, по всей видимости, и должен был услышать Гарри, если бы проявил хоть какое-то любопытство. — Если хотите знать, что это, то не стоит и напрягать свои извилины, мистер Поттер. Это секрет директора Дамблдора, великого человека! — на последних словах Снейп не удержался и закатил глаза. Да и не создал он директору того светлого и сияющего нимба, как Хагрид когда-то. Видимо, Хагрид от чистого сердца вещал, а вот Снейп от связанных рук. — Не беспокойтесь, профессор, вы мой сопровождающий, и никто не будет винить вас в уклонении от маршрута. Что же касается свертка, вокруг которого вы создали столько мистической атмосферы, то мне совершенно неинтересно, что же такого таит директор школы, и какие у него секреты. Снейп удивленно взглянул на Гарри, но тот сделал вид, что не заметил, и пошел дальше. Гарри купил все учебники, Снейп их уменьшил и сложил в карман. Тот же, куда он ранее положил ключ. Видимо, с незримым расширением. Потом зашли в аптеку за котлом и другими вещами для зельеварения. Снейп же не отказал в радости и себе, купив ингредиентов. В лавку Олливандера Снейп зашел вместе с Гарри — видимо, покупка совы отменялась, да и день рождения у Гарри прошел. Мальчик очень болезненно пережил смерть Букли, но решил, что вернется и купит ее в следующий раз. Олливандер все же напугал Гарри своим тихим «Добрый день», а вот Снейп даже не шелохнулся. Вот что значит опыт. — Здравствуйте. — О, Гарри Поттер, я знал, что в один день вы появитесь у меня на пороге. У вас глаза вашей матери, а кажется, что только вчера она купила свою первую палочку — десять дюймов с четвертью, гибкая, из ивы. Замечательная палочка. Гарри неуверенно покосился на Снейпа, но тот стоял, отвернувшись к окну. — Сэр, мне очень хотелось бы послушать про своих родителей больше, но их палочки меня мало интересуют. Не могли бы вы помочь мне выбрать мою? — Гарри подошел к столу. — Конечно, конечно, мистер Поттер! — он на секунду остановился на шраме Гарри, и снова затянул свою волынку, — Мне очень неприятно говорить, но я продал палочку, что совершила это. Что ж! — он всплеснул руками и весело подбежал к одному из футляров, — вы правша, мистер Поттер? — Да, — и вытянул руку вперед, чтобы Олливандер ее измерил, попутно рассказывая о сердцевинах палочек и древесине. Наконец, он принес первую. Гарри для приличия помахал чуток, но Олливандер, как и раньше, просто выдернул ее из его рук. Со второй и третьей произошло то же самое. Через пятьдесят палочек Снейп уже смотрел на этот цирк, иногда цинично вставляя реплики о том, что не обманул ли всех мистер Поттер и не является ли он ненастоящим волшебником. Гарри юмор оценил, но ничего не ответил, Олливандер же смерил Снейпа жестким взглядом, как бы призывая не мешать особой магии. На одной из палочек Гарри почувствовал тепло, исходящее то ли из сердцевины, то ли из его собственного сердца. Олливандер же снова сокрушенно покачал головой, и хотел было отобрать палочку, приговаривая «Я знаю, что вам подойдет», но Гарри неожиданно прижал палочку к груди и запротестовал. — Извините, но мне кажется, эта палочка мне подходит, — немного враждебно и с опаской сказал мальчик. — Мистер Поттер, — сокрушенно начал старик, — я продал и изготовил больше тысячи палочек, и разбираюсь в этом тонком деле. Эта палочка не будет вас слушаться, и я даже знаю, какая бы вам подошла… — он уже протягивал ту самую палочку, сестру палочки Волдеморта. Гарри пуще прежнего прижимал теплую палочку к груди и покачал головой. Снейп с интересом взглянул на Гарри. — Взмахните палочкой, мистер Поттер, — сказал он, и Олливандер недовольно поворчал что-то о неуважении в его собственной вотчине. Гарри взмахнул, и ощутил чувство, непохожее ни на одно прежде. Эта палочка действительно принадлежала ему, небольшой зеленый вихрь вырвался из кончика, облетая зал и Снейпа с Олливандером. — Это она. Я беру, — Гарри выложил деньги на стол, с ожиданием глядя на Олливандера, и тот нехотя протянул мальчику футляр, забирая деньги. И Гарри, и почему-то Снейп вышли из лавки вполне довольные собой. Но не успели они пройти и двух метров, как их заволок черный дым, отрезая видимость и пути к отступлению.