Ink Way. История Поглощённой

17 декабря 1969 года       В небольшом уютном кафе на одной из тихих улочек Нью-Йорка, за деревянным столиком у окна сидела престранная компания из трёх молодых людей. Впрочем, если не вслушиваться в их разговор, то «странности» им придавал только необычный вид одной девушки: у неё были большие белые крылья, ободок с рожками и карнавальная маска. Она наверняка была актрисой или аниматором на детских праздниках. Светловолосый молодой человек с красивым острым лицом и довольно невзрачная девушка с рыжими волосами выглядели вполне обыденно и ничем не выделялись. Они вели увлечённую беседу и время от времени начинали смеяться. Но если бы какой-то совершенно посторонний человек решил прислушаться к их разговору, то узнал бы примерно такие вещи: Чернильная империя процветает; добираться до Нью-Йорка из Кранбери довольно долго и муторно; а также, как всё-таки тесен мир, раз Амелия Аддерли так неожиданно столкнулась с Алисой Ангелом и Сэмми Лоуренсом. Самым странным из всего этого конечно же была часть про Чернильную Империю, но кто уж там стал бы разбираться, что это значит. Пожали бы плечами, усмехнулись и заняли свободный столик, тут же забыв о чужих разговорах.       Пока Алиса Ангел, Сэмми Лоуренс и Амелия Аддерли обсуждали какие-то наверняка жизненно важные темы, в кафе зашла девушка. Это была самая обычная девушка, которая, как и многие в это время года, скорее всего зашла погреться. В ней определённо не было ничего особенного. Нельзя было сказать, что она очень красивая или, напротив, отталкивающая своим видом. Невысокая, аккуратная, совсем юная — не старше двадцати трёх. У неё были короткие вьющиеся каштановые волосы, овальное лицо и серые глаза. Одним словом, она была просто одной из многих. Немного растерянная и взволнованная — её точно что-то тревожило — она огляделась и, заметив компанию молодых людей как раз-таки примерно её возраста, подошла. Те, не обратив на неё никакого внимания, продолжали разговор о том, стоит ли какой-то сумасшедший старый урод того, чтобы два мультяшных персонажа вели тридцатилетнюю войну. — Прошу прощения, — достаточно приятным голосом сказала она, наконец решившись прервать это странное обсуждение, и троица отвлеклась от своей беседы. — Извините, что беспокою. Не могли бы вы мне помочь?       Алиса кинула на девушку оценивающий взгляд и на всякий случай промолчала. «Наверное, — думалось ей. — она подошла именно к нам, потому что ей понравился Сэмми». Девушка действительно с любопытством скользнула взглядом по симпатичному Сэмми, с удивлением отметила то, что в помещении он не снял перчатки, и смущённо перевела взгляд на меню, словно таким образом извиняясь за то, что так беспардонно встряла в чужой разговор. — Постараемся, — мягко улыбнулся музыкант. — Что случилось, овечка? — Вы не знаете, как мне добраться до ближайшей станции метро? — девушка неловко обхватила себя руками и сделала вид, что не заметила такого обращения. — Я редко бываю в этом районе и немного потерялась.       Алисе происходящее нравилось всё меньше и меньше, поэтому она демонстративно отвернулась и сделала вид, что рассматривает кофе в чашке. Ангел ненавидела, когда происходило подобное. По её мнению, все девушки, которые так или иначе контактировали с её любимым, только и надеялись на взаимное внимание. — О, конечно, — Сэмми ласково улыбнулся. — Через два дома, около отеля поворот направо. Там сразу же спуск. Не пропустите.       Девушка благодарно улыбнулась. — Спасибо огромное! — совершенно искренне сказала она, приложив ладонь к груди. — Извините ещё раз.       Амелия Аддерли была права в одной очень важной вещи: мир действительно тесен. Жаль только, что девушка, ищущая станцию метро, была совершенно обычной. Впрочем, кто знает…

***

      Бенди и остальные вернулись мрачные. Я сразу понял, что ничего они не узнали и вообще ездили зря. А меня не взяли! Вот такая справедливость, так мы и живём. Я тоже слышал запись этого крайне подозрительного и жуткого типа, а меня всё равно оставили дома! Потому что Сэмми, когда я попросился тоже поехать, отвёл меня в сторону, огляделся, удостоверился, что никого нет, и вот этим своим до жути ласковым тоном сказал, что я должен остаться. «Потому что, — сказал он. — Ты Потерянный, ягнёнок. Не стоит рвать душу товарищам по несчастью, хорошо? Проследишь за тем, чтобы всё было хорошо. Договорились?».       Договорились, договорились, куда же деваться. Другими словами он ненавязчиво скинул на меня свои обязанности. Не то что я был против… А зато КиНормана взяли, хотя он не слышал ничего и вообще не в курсе происходящего. Бенди просто взял и пригласил его. Обидно! А всё равно больше всего везёт Одри: она и с ними поехала, и с Норманом разговаривает, и у неё такая классная способность! Хоть комикс рисуй с ней в главной роли.       Если честно, то мне Одри очень нравится. Она добрая, красивая, дружелюбная, смелая… Ладно, может не очень смелая. Но хорошая. Жалко, что её у нас в студии не было. Вот раньше мне очень нравилась Сьюзи. Только из-за неё всё воевали Сэмми и Дрю, а в итоге Сьюзи сошла с ума. Я ничуть не преувеличиваю. С ней было… очень трудно, когда её заменили. Но это совсем другая история. Когда-нибудь я может и её расскажу. Но когда студия работала, тоже весело было. Ну, а сейчас можно и с Одри пообщаться. Чем больше Одри мне доверяет, тем больше она будет рассказывать мне о разговорах с Норманом. Но даже если исключить факт существования Нормана, то с ней можно дружить, хоть она и девчонка.       Потерянные стали пытаться выяснить, зачем наши уезжали, но Бенди отнекивался и важно говорил, что это секрет. А Киномеханик даже угрожающе скрипел на особо навязчивых. После этого любопытных поубавилось, но я прекрасно видел, что Потерянные просто затаились и подслушивают. Зато вот я знаю, в чём дело, поэтому мне наверняка расскажут. Надо будет только убедиться, что никто не греет уши. Узнает кто-нибудь лишний, потом объяснять всем придётся. С Кино что ли в патруль напроситься? К нему никто не будет подкрадываться, пока он ищет добычу — себе дороже. Или Сэмми уговорить рассказать? Я у Сэмми самое доверенное лицо, он от меня ничего не скроет. И всё равно я очень обижен, что они меня не взяли. А всё потому что я Потерянный! Вот был бы хотя бы Борисом — меня бы все отличали и уважали. А мне иногда кажется, что нас всех считают одним человеком. Хотя совсем нет. Потерянные совсем разные. Есть, например, нытики, как Шон. А есть очень даже храбрые и жизнерадостные. Это, например, я.       И я пошёл к Сэмми. Рядом с ним околачивалась Алиса, довольная донельзя. Видимо Одри не очень мешала ей вести личную жизнь. Ну ничего, Алиса, это ненадолго. Думаю, я могу помочь. — Привет! — заметила меня Ангел и помахала рукой. — Хочешь узнать, как всё прошло? Всё впустую. Девчонка наслаждается жизнью и знать не знает ни о каком Возрождении. Ну или пытается нас в этом уверить. Бенди сказал, что она довольно искренне говорила, хотя и вела себя нагло, — тут она прервалась и мечтательно добавила: — А мы с Сэмми в это время отлично провели время. Ну и Кино заодно.       Вот чёрт! Теперь я ещё больше жалел, что не добился своего. Я бы тоже дома у Генри отлично время провёл. Люблю разнообразие в жизни, а у нас с разнообразием всё довольно грустно. В следующий раз даже спрашивать не буду — пусть силой из машины вытаскивают, если хотят. — А утром мы с Генри сходили погулять, — похвасталась Алиса. — Пока Сэмми с Бенди возился.       «Сэмми с Бенди возился»? Я чуть не расхохотался, но в последний момент сдержался и серьёзно кивнул, мол, понятно.       Вообще-то меня оставили за главного. Ну я же говорил, что Сэмми мне больше всех доверяет. Но у нас всё было тихо и спокойно, поэтому потом я даже перестал следить и пошёл с Шоном, Руди и Габриэлем в БендиЛэнд. Что случиться-то может? Вот и я так подумал. А когда вернулся, оказалось, что Арчи, нашего заядлого рыбака, кто-то напугал, он упал в чернила и чуть не растёкся там… или чуть не захлебнулся. В общем, ничего хорошего в любом случае. Нельзя их одних оставлять, сделал вывод я и попросил Сэмми о случившемся не говорить. А Арчи, вроде, отлежался, пришёл в себя и сказал, что всё нормально. Вот и отлично. Но я так понял, что всё-таки, когда Сэмми нет, стоит сидеть в Прибежище и следить, чтобы никто не пострадал. Ничего ведь не могут без лорда. А я всё-таки тоже, получается, немного лорд!       Бенди окружила толпа детей, и они во что-то играли. Наверное, в догонялки, потому что я видел, как маленькие отбегают, прячутся и показывают пальцем на чертёнка. Почему я про это говорю? Просто их игра куда-то не туда зашла. То есть, сначала всё хорошо было, только Бенди каким-то невесёлым выглядел. Ну я и подумал, что он расстроился из-за того, что Сакура ничего не сказала. Пусть поиграет с Потерянными, как раз настроение поднимется. Я доложил Сэмми, что всё было совершенно тихо и спокойно — про Арчи, конечно, умолчал — и поспешил скрыться, пока он не стал ничего спрашивать. Мы с Шоном, Джеком и ещё двумя Потерянными решили сходить за чернилами в Машину. Там хорошие качественные чернила, не то что те, которые у нас в реке. Та ещё гадость.       Если бы Шон не оказался таким медленным растяпой, то я бы не застал того, что произошло дальше, поэтому в тот раз я простил ему то, что он так долго собирался. Я, Джек и Потерянные стояли и ждали нашего ленивого друга и играли в камень-ножницы-бумага на право не ходить вечером в патруль на верхние этажи. Вот это настоящее занудство, знаете ли. И когда я почти накрыл «бумагой» «камень» Джека, раздался громкий яростный рык, а затем громкий визг и вопли. Я стоял спиной к центру Прибежища, поэтому не увидел, что происходит. А вот один из Потерянных, с которыми мы играли, попятился и врезался в стену. Я быстро развернулся. В центре стоял Бенди. Нет, не так. В центре стоял Он. Чернильный Демон. Огромный монстр, истекающий чернилами, со своей безумной улыбкой, злобно размахивающий длиннющим хвостом и продолжающий страшно рычать на тех, кто находился вокруг. Потерянные, находящиеся вблизи, с громкими криками бросились бежать к выходу, кто-то, наоборот, упал на колени и пригнулся, шепча какие-то мольбы. От такой сцены даже у меня колени подогнулись, и я сам чуть не кинулся прочь. Это что, Бенди?! Да он же выглядит так, словно готов всех здесь переубивать! Я вжался в стену и зажмурился. Вот чёрт! Шон, растяпа, дождались! Мы тут сейчас все поляжем! Джек поспешил нырнуть в ближайшую лужу, а мои друзья-Потерянные вцепились в меня намертво, так, что наши тела чуть не стали одним чернильным месивом.       Первым сориентировались Киномеханик и Сэмми. Кино бросился к демону и стал пытаться схватить его. При этом монстр сам боялся — я видел, как он мелко дрожит. — Бенди, подожди, что случилось? — спрашивал перепуганный Сэмми, протягивая к нему руку. — Не надо, Бенди, перестаньте… Бенди, мой Лорд! Прошу Вас, хватит!       Я не знаю, что было бы дальше, если бы в этот момент не появился Генри. Мне кажется, Бенди мог ненароком кого-нибудь из этих двоих убить. Но аниматор появился — а они с лучшим другом Борисом успели до этого уже куда-то уйти — и, не дожидаясь объяснений, уверенно направился к своему жуткому созданию. Вот самого Бенди я люблю. Он весёлый, забавный и добрый. Но не вот эта тварь! Хотя иногда Бенди становился таким, чтобы помочь с какими-то делами или просто шутки ради. Но сейчас не похоже, что он настроен был шутить. Скорее он настроен был убивать. — Бенди, успокойся, — мягко попросил Генри, подойдя ближе. — Всё хорошо. Кто тебя обидел?       Я серьёзно испугался, что это чудовище сейчас разорвёт Генри на части. Но нет. — Я не хочу так играть! — взревел Бенди — ну, или то, чем он сейчас был — и вцепился в Генри. — Это ужасная, дурацкая игра! Они говорят, что я злой и страшный и убегают. Мне не нравится такая игра! Я же не злой и не страшный! Я был таким в других историях! Я не такой! Я просил… Я просил прекратить! Почему меня не слушают?       Он расплакался и обнял Генри. Аниматор тепло улыбнулся и погладил эту огромную штуку по спине. Потерянные продолжали прятаться за домами, но кто-то уже выглядывал не столько со страхом, сколько с любопытством во взгляде. Ничего себе, он так разозлился из-за того, что с ним играют не так, как ему хочется? Ох уж эти демоны. Хотя Бенди всегда был таким милым… — Что произошло? — ледяным тоном спросил Сэмми, повернувшись к обитателям Прибежища. И всё, Потерянных это добило окончательно.       Знаете, Сэмми у нас такой добрый и ласковый. С Потерянными, как с детьми, всегда вежливый, успокаивает, говорит всякие хорошие слова. Но для меня Сэмми всё равно в первую очередь не пророк или вообще какой-то там лорд, а музыкальный директор, который, как говорил Норман, «вроде отличный парень, а как вспомнит, что директор, так сразу начинает строить из себя». И вот сейчас Сэмми спросил это таким голосом, каким он спрашивал у музыкантов, почему они такие бездари. Я и сам в такие моменты начинаю побаиваться, даже если ни в чём не виноват. Но я привычный, а наши нет.       Вид разозлённого лорда-пророка заставил их вылезти из-за углов и выйти в центр. В центре стоял и вытирал слёзы расстроенный Бенди, Генри успокаивал его, Киномеханик тоже осторожно гладил демона, а Сэмми теперь и сам готов был убивать. Конечно, довели его Бога до слёз. Некоторые монстры, тоже не знающие всей ситуации, остановились на приличном расстоянии, а те, кто понял, что речь о них, вышли вперёд, опустив головы и дрожа. Я заметил, что среди них находятся не только дети, но и взрослые люди. Вот так вот. Живём в одном Прибежище, а что происходит не знаем. — Что произошло? — повторил Сэмми. На месте замешанных в этом Потерянных я бы уже в лужу растёкся от такого. — Я… я играл с ними в догонялки раньше… — начал Бенди, всхлипывая. — А теперь не хочу. Они все говорят, что я злой и страшный, и от меня надо убегать, когда я прихожу. Даже когда я не хочу играть! Я просто прихожу домой, а они… они… — тут он снова истерически всхлипнул. — А они начинают убегать и говорить: «Смотрите, это Чернильный Демон! Бегите скорее! Сейчас он будет ловить себе жертву!»       Я заметил, как Алиса досадливо задёргала хвостом. Конечно, они же как брат с сестрой. Ей неприятно за него. Мне тоже неприятно. Бенди классный и вообще ничуть не опасный. Вот раньше, когда ещё я человеком был, от него можно было ожидать подвоха. Возьмёт и разольёт где-нибудь чернила. Или спрячет какие-то вещи, если с ним не хотели играть. А сейчас он просто весёлый и активный.       Сэмми прямо-таки перекосило от ярости и презрения. — Чернильный Демон, — начал он тихим дрожащим от злости голосом. — Самое милосердное и справедливое существо, что когда-либо приходило в наш мир. Он защитил нас от Джоуи Дрю. Он позволил нам жить в Его мире. Он дал нам нечто большее, чем жалкое гнилое существование. Вы помните, как гнили на самом дне студии и боялись каждого шороха? У вас есть дом, у вас есть семья, и всё благодаря тому, что Чернильный Демон счёл ваши жизни важными и стоящими существования. Это ваша благодарность нашему Богу? За то, что он нас защищает? За то, что он снизошёл до любви к нам?       Мне кажется, даже те Потерянные, которые подобными глупостями не занимались, почувствовали себя виноватыми. Даже меня совесть начала немного грызть. А ведь правда. Если бы не Бенди, то ли ещё было. А мы об этом почти не помним. Потому что он ведёт себя как ребёнок и друг, а не лорд! Спорная ситуация.       Перепуганные до полусмерти монстры беспомощно оглядывались друг на друга. — Простите, Бенди! — Мы же шутили. — Простите, я не хотела обидеть Вас, мой Лорд! — Не наказывайте других, пожалуйста! Это я начал!       Мне кажется, что Сэмми по такому поводу не побрезговал бы убить пару Потерянных, чтобы другим неповадно было. Но тут вмешался сам Бенди. — Не надо их наказывать, — воскликнул Бенди. — Пожалуйста. Просто… можно никто больше не будет так делать?       Киномеханик сочувственно пискнул. Бенди вздохнул и, сгорбившись, направился в дом. За ним поспешила Алиса. Вот подружка. Вроде всё время спорят, а она переживает. Сэмми с Норманом тоже так дружили.       Виноватые столпились в одну кучку и молчали. Кто-то не обращал на них внимания, а кто-то неодобрительно что-то бурчал в их сторону.       А я увидел Одри. Девушка стояла около статуи и выглядела перепуганной чуть ли не сильнее Потерянных. Конечно, она же не видела, каким Бенди может быть страшным, и каким Сэмми может быть жестоким. Поэтому я решил её успокоить и бодро направился к ней.

***

      От всей этой ситуации мне было как-то неуютно. Почему-то мне казалось, что всё это происходит из-за меня. Все эти ссоры и обвинения начались после моего появления. Ведь до моего прихода у них всё было спокойно. Но я же не собиралась рушить их привычный порядок. Вспомнить бы, что я собиралась делать… Зачем я пришла сюда? Даже если это планировал Джоуи, то не могла же я в один момент взять и перенестись из дома в студию. Кстати о доме…       Я не могла вспомнить ничего. Я помню, что дома была семья, и там было хорошо. Там были люди, которых любила я, и которые любили меня. Но я не могла вспомнить, какими были мои родители, как они выглядели, какие у них были голоса. Я не могла даже приблизительно вспомнить, где находится дом. В Нью-Йорке ли? Я пыталась вспомнить, но в конце концов отчаялась. Как будто от этих попыток я только больше забывала. Если честно, я очень надеялась, что в один момент я забуду, что у меня вообще была другая жизнь. Тогда мне не придётся мучиться. Я попросила ту девушку, Амелию, об одолжении. Если она узнает, что меня ищут, пусть скажет, что видела меня, что со мной всё хорошо, и я в безопасности. Тогда у моей семьи будет хоть какая-то надежда. А я буду одной из чернил. Может быть, через пол месяца я буду думать, что всегда была частью этого мира. Это было бы хорошо.       Когда Бенди ушёл, я позволила себе выдохнуть. Даже если он добрый демон, сейчас я впервые видела его в ярости, и это произвело на меня неизгладимое впечатление. Не хотела бы я на себе испытать его гнев. Но       А что если… Я посмотрела на свою руку. Золотой символ, словно в ответ на мои мысли, засиял ярче. Странная, честолюбивая мысль скользнула в моей голове. Если я могла заставить чернила исчезнуть, не была ли я сильнее самого Чернильного Демона? Нет, я не хотела вредить Бенди, но эта мысль никак не хотела покидать меня. Ведь он создан из чернил, а значит может быть…       От этого меня отвлёк Уолли. Он подбежал ко мне и, отчаянно жестикулируя, начал рассказывать, что не ожидал такого от Потерянных. — Эй, что ты какая? — наконец, прервался он, заметив, что я практически не прислушиваюсь к его словам.       Я вздохнула и, как на духу, выложила всё, что меня тяготило. И то, что я боюсь, что это всё происходит из-за меня; и то, что я почти полностью забыла свою жизнь; и то, как меня тревожит этот Неизвестный. Мне просто необходимо было высказаться, потому что хранить все свои невзгоды было просто невозможно. Мне нужен был совет или хотя бы слушатель. Уолли несколько раз пытался перебить меня, чтобы что-то прокомментировать, но я упрямо продолжала и продолжала говорить. Мне было просто необходимо, чтобы меня выслушали. Уолли был явно ошарашен таким потоком слов, поэтому даже не сразу ответил после окончания моего рассказа. Он просто тяжело вздохнул, зажмурился и закрыл глаза руками. Мне стало неловко. Неужели его так напрягла моя откровенность? Но затем Потерянный снова посмотрел на меня, на этот раз укоризненно. — Ну ты даёшь, — протянул он. — Это же глупо. Вот эти все, которые тебя боятся, просто кучка каких-то дураков. Не обращай внимания. Всем тем, кто соображает, ты нравишься. Бенди, Сэмми, Эллисон, Джеку, Генри, всем остальным, мне, — и он нервно моргнул.       Я не могла не улыбнуться. Он так трогательно пытался меня поддержать.Я была очень благодарна ему за это. — Ну всё, теперь успокаивайся, а то глаза на мокром месте, — распорядился он. — И больше не думай ни о какой ерунде. На самом деле, хорошо, что ты поняла, что твоё место теперь здесь. Мы с тобой будем в патрули ходить, я покажу, какие чернила мы пьём, а какими раны лечим. Ну-ка посмотри на меня. На меня смотри, говорю.       Я послушно повернулась в его сторону, и он сощурился. — Вытри чернила с лица, а то как будто плакала. Не показывай им, что тебя задевает такое отношение. А вот надо мной раньше все смеялись, а я им доказал, что зря. Видишь, теперь почти лорд. А всё потому что не обращал ни на кого внимания.       Он задумался на пару секунд, а потом резко вскочил на ноги, чуть не ударив меня локтем. — Я чуть не забыл! — воскликнул он. — Меня же ждут! Давай я вернусь, и мы с тобой сходим прогуляться.       Я была совсем не против. Сидеть в Прибежище было скучно, а из развлечений, казалось, у меня оставалось только изучение этажей этой странной студии. Я совсем потеряла счёт времени, когда мы спускались. Будто даже лифт опускался минут пять, а потом мы ещё очень долго шли по лестнице. Я правда начала уважать тех, кто здесь не теряется. Поэтому я кивнула Уолли, и тот поспешно унёсся к Потерянным, которые стояли у ворот. Я снова осталась одна и решила вернуться в дом. Добрые существа, пока я не привыкну, решили освободить мне целый этаж. Я даже возражать не стала. Мне правда надо было освоиться. Поэтому теперь моим новым домом был второй этаж небольшой постройки около статуи Бенди. Я помню, как проплакала всю первую ночь здесь, и постоянно чувствовала на себе их взгляды. Наверное, они глаз не сомкнули тогда. Но в тот момент я даже не думала о них. Наверное, стоит извиниться при случае.       Я села на кровать и посмотрела в окно. — Бедная, бедная девочка…       Это был Он. Неизвестный. Я резко подалась вперёд и невольно сжала одеяло. Он был здесь, совсем рядом, и всё же я не могла его увидеть. У меня даже возникло ощущение, что его голос звучит у меня в голове, но я успокоила себя тем, что ещё несколько человек слышали его. И всё же, кто он, и что ему нужно? Он хочет мне навредить? На всякий случай я приподняла руку, чтобы схватить Неизвестного, если он решит на меня напасть. Был ли он врагом? Или лишь вестником? — Кто ты? — твёрдо спросила я.       Мне показалось, что я услышала мерзкое, режущее уши подобие смеха. Мне было противно от одной его интонации. Я не была уверена, что вообще хотела бы видеть его. — Я не враг тебе, Одри, — прошептал он и резко вздохнул. — Я лишь жду. Я жду момента, когда Оно наступит.       Оно… Тёмное Возрождение. — Такая хорошенькая девушка попала в плен к жестоким, диким монстрам… — Неизвестный замолчал, потом, понизив голос, прохрипел: — Бедная Милла Легна, она была убита ими.       Я попыталась вспомнить, слышала ли когда-то от кого-нибудь о Милле, но на ум не пришло ничего. Кажется, её никто не упоминал. — Она лишь хотела домой, как и ты, — продолжил Неизвестный, и мне просто хотелось зажать уши, чтобы не слышать этот мерзкий голос. — Они не дали ей уйти. Её разорвали на части.       «Он лжёт, — отчаянно думала я и старалась не придавать значения его словам. — Он лжёт. Потерянные добры».       Словно прочитав мои мысли, он вновь разразился смехом. — Чернильный Демон сегодня готов был убить детей за безобидную шутку, — протянул он. — А его пророк будет счастлив избавиться ото всех, кто не согласен с его верой. Ты молишься?       Я покачала головой, с ужасом понимая, что в словах Неизвестного есть резон. И Бенди, и Сэмми повели себя довольно жестоко. А тот день, когда Сэмми обвинил Уолли во лжи и собирался наказать его… Нет! Нет же, я не могу доверять Неизвестному. Я же чувствую, что он пытается меня обмануть. — Ты должна молиться. Пророк будет зол. Он ненавидит неверующих,— прошипел Неизвестный и часто задышал, будто начал задыхаться. — Он убьёт тебя. Как и всех тех, кто не молился.       Я попыталась представить, способен ли Сэмми кого-то убить, и… Я поняла, что не была бы удивлена, окажись это правдой. Если Неизвестный всё же говорит правду… Бывший музыкант был очень странным, иногда я замечала поистине безумный блеск в его глазах, и если вспомнить, что Алиса говорила про жертвоприношения… Это обретало смысл. И всё же, это было странно. Зачем Неизвестный предупреждает меня? Несмотря на мои подозрения, мог ли он быть моим союзником? А если он правда хочет защитить меня? — Подумай, девочка, — прошелестел его голос, удаляясь. — Посмотри на них получше. — Чего вы хотите? — спросила я. Ничего не изменится, если я всего лишь спрошу. Лишь один вопрос.       Но он ничего больше не сказал. Я больше не слышала ни его смеха, ни дыхания. Неизвестный ушёл, снова не оставив никаких ответов. Лишь ещё больше вопросов. Я откинулась к стене и закрыла лицо руками. Неизвестный был очень неприятным, отталкивающим и не вызывал у меня никакого доверия. И всё-таки я понимала, что в чём-то он смог меня убедить. А Культ Чернильного Демона… Они казались дружелюбными и понимающими. Но я не раз слышали, как они обсуждали меня и говорили отнюдь не приятные вещи. И правда ли Сэмми был убийцей? И что ждёт меня, если я не буду молиться? Кто такая Милла?       С каждой секундой у меня возникало всё больше вопросов, и ни на один я не могла ответить. Более того…       Я, кажется, только начала привыкать с своей новой жизни. А теперь словно вернулась к началу и снова не знала, могу ли вообще кому-либо здесь доверять.