Неправильная ориентация

      У входа в квартиру лежал розоволосый профессор Снейп.       В первый момент я подумала, что это предупреждение, и что мой козел будет следующим, но потом услышала приглушенные крики – брат орал на экран. Тогда все понято... он скорее всего не смог выполнить папино задание, распсиховался, полез в шкаф за заначкой – за шоколадкой или за оrео, или за шоколадкой с оrео, а на него свалилось это чудо. Но только зачем он ее выкинул?       «Не смей называть меня трусом!» – прокричала игрушка голосом Снейпа, когда я взяла ее в руку, и от испуга я уронила ее обратно.       «Знаете, слава – это еще не все», – донеслось с пола.       Да, теперь я вспомнила, почему терпеть ее не могла.       «Я постараюсь научить вас, как околдовать разум и обмануть чувства. Я расскажу вам, как разлить по бутылкам известность, как заваривать славу и даже как закупорить смерть», – пообещала игрушка, когда я подбородком прижала ее к груди, чтобы достать ключи и открыть дверь.       – Ну и зачем ты ее в дом притащила? – спросил брат, бросив на меня нахмуренный взгляд. – Кинь его куда-нибудь, да подальше!       Я посмотрела на заляпанное фломастерами лицо, и нахмурилась.       – Как-то жалко, – сказала я. – Он был твоей любимой игрушкой в детстве.       – И что теперь? Мне за него замуж выйти?       «Если я захочу послушать околесицу, я дам вам болтушки для молчунов, Поттер».       – Видишь, даже Снейп со мной согласен, – заметил Коря, а я насторожилась. Игрушка ответила как-то слишком в тему, а ведь я на нее даже не нажимала. Не скажу, что страдаю робофобией или верю в невидимого Большого брата, но когда происходят подобные штуки невольно задумываешься, а не следят ли за тобой?       «Это должно остаться между нами, – сказала игрушка, и я с ужасом посмотрела в черные бусинки. – Поклянитесь! Я не...»       Я не дослушала и, открыв дверь, запулила Снейпа в тот конец коридора, а затем закрыла дверь на все три замка. Остается надеяться, что овчарка Цириллы Семеновны найдет игрушечного зельевара раньше папы, а то он может обидеться, что мы избавились от его подарка. Кстати...       – А папа не объявлялся? – спросила я у брата, остановившись у порога гостиной, чтобы снять боты.       Когда он не ответил, я нахмурилась.       – Коря? – позвала я.       Но брат продолжил сидеть, не отрывая взгляд от экрана. Я подошла ближе к дивану и только тогда мне удалось разглядеть на ярком фиолетовом фоне красную мигающую надпись «Loser».       – Что-то случилось?       Коря кивнул.       – Меня убила трава.       И это в демке казуальной игры?       – Эм... как это?       Он пожал плечами.       – Понятия не имею! Она че-то там хихикала, угорала, а потом – бац, и я мертв.       – И?..       – И все. – Брат начал нажимать на все кнопки, которые попадались ему под пальцы. – Игра видимо тоже не ожидала такой подставы и глюканулась, и я не могу ни перезапустить, ни выйти из нее – приставка ни на что не реагирует!       – А выключить-включить пробовал? – спросила я.       – Нет, я, блин, как последний идиот сделал все, кроме этого! – сказал он и посмотрел в сторону верхнего левого ящика – туда, где были спрятаны розетки.       – Так ты пробовал? – уточнила я.       – Ну и выключи давай, все равно же стоишь! – прикрикнул он, скрестив руки на груди.       Я улыбнулась, подошла к стеллажу, выдвинула ящик и нажала на кнопку, которая полностью перекрывала доступ электричеству в эту комнату. Погас свет, перестал жужжать мини-холодильник, который папа подарил себе на день рождения, когда понял, что ему легче умереть от жажды, чем сделать два лишних шага в сторону кухни, а экран как горел красно-фиолетовым, так и продолжал гореть.       – Точно, – кивнула я, вспоминая. – Аккумулятор. Вырубится только минут через сорок.       Брат устало вздохнул и лег на диван, согнув правую ногу в колене. Я убрала джойстик в подлокотник и села около его головы.       – А где папа? – спросил Коря.       – Так он еще не вернулся? – спросила я в ответ.       Брат покачал головой.       – Значит он пропустил фазу с пиццей и сразу пошел в бар.       – Фильм был настолько ужасен?       – Да нет, он был в меру ужасен.       – Но? – уточнил брат. – Должно было произойти что-то прям... там сказали, что «Выпавший» [Многопользовательская компьютерная игра в жанре Action/RPG] лучшая игра десятилетия?       – Если бы, но нет, случилось нечто похуже – самая шокирующая сцена в истории кинематографа, по мнению нашего отца, разумеется. Девушка поцеловала парня.       – Оооо, – протянул брат. – Я надеюсь, кинотеатр жив, а то я завтра на Звездные войны хотел сходить.       – Кинотеатр жив, а вот за студию не ручаюсь, – сказала я. Коря улыбнулся и прикрыл глаза.       – И все-таки я не понимаю, – сказала я спустя пять минут умиротворяющей тишины. – Папу, – пояснила я, заметив вопросительный взгляд брата. – Почему он так взбесился?       – Это же папа, – сказал Коря. – Я бы удивился, если бы он не взбесился.       – Я тоже так сначала подумала, а потом вспомнила – десятая «Цивилизация»!       – Папина любимая игра.       – Вот именно!       – А что с ней?       – С ней все так, а вот с ее заставкой... – я замолчала и предоставила брату возможность самому додумать мою мысль, но он с каждой секундой хмурился все сильнее, и мне пришлось продолжить. – Там Адам с Евой целовались!       Брат фыркнул.       – Ты... крупным планом! И эту заставку не скипнуть, а папа проходил иргу раз... миллион! Каждый раз смотрел и ни разу слова не сказал!       – Так это ж Адам и Ева! – сказал брат так, будто это все объясняло.       – Ага, Адам и Ева – мужчина и женщина.       – Дак они же были единственными людьми на планете, у них не было выбора! Им нужно было целоваться для продолжения рода.       – Напомни, что у тебя по биологии? С каких пор для продолжения рода нужны поцелуи?       – Ноль [Общепринятая оценка, обозначающая, что человек не изучал данный предмет], – ответил брат. – Но какая разница? Они же не могли показать тебе прям с... соитие.       Я покосилась на него.       – Соитие? Тебе сколько? Семьдесят?       – Просто на секунду представил себе секс между гетами, и мне сразу так неприятно стало... И я понимаю папу – я бы тоже разозлился, если бы заплатил деньги, чтобы хорошо провести время, а в итоге... Фу... – Он передернул плечами. – Только подумаю, сразу противно становится.       – Ты кидаешь в мороженое маршмеллоу и картошку фри и поливаешь это все кетчупом и шоколадным соусом, разве может быть что-то противнее этого?       – Ты, голая.       – Смешно, – хмыкнула я.       – Совсем нет. Это мой второй страх после зомби-апокалипсиса! А вот уже на третьем месте геты с их игрищами.       – Ты боишься зомби-апокалипсиса? Ты же Резиденты [Resident Evil – серия игр, повествующая о вспышке зомби-вируса в американском городе Раккун-Сити] обожаешь – играл во все части!       – Поэтому и боюсь. Я знаю, что зомби, даже самые медленные, невероятно опасны, потому что ты рано или поздно устанешь, а они нет. Они никогда не устанут.       – Ладно, уговорил, теперь я тоже боюсь зомби-апокалипсиса.       – А ты-то зачем? Его надо бояться только тем, у кого есть мозги.       Я закатила глаза и покачала головой.       – Возвращаясь к теме, помнишь фильм про Снежную королеву? Коря кивнул.       – Там Кай с Гердой тоже целовались, и?.. я что-то не видела после сеанса людей с транспарантами «гетерасты атакуют наших детей»!       Брат оторвал голову от дивана.       – А сейчас видела?       – Нет.       Он поджал губы и положил голову обратно на диван.       – Но возможно, папа сбежал не в бар, а в Гогован [Художественный магазин], и сейчас выбирает там самый большой ватман и самые не гетеросексуальные краски.       Коря усмехнулся.       – Это какие?       – Понятия не имею!       – Герда с Каем не считаются, – сказал он спустя минуту. – Они же братья.       Я покосилась на него.       – А мы с тобой сестры видимо, да?       Он проигнорировал провокацию.       – И к тому же, если бы Герда не поцеловала Кая, он бы умер.       – Повод всегда найдется, было бы желание, – сказала я. – А то, что они брат и сестра, не доказано.       – У них была одна бабушка.       – У Стефани и Майи, – вспомнила я нашумевшую парочку из Румынии, – тоже была общая бабушка, однако, это не помешало им жениться!       – У Герды была разбойница, ее ни на каких Каев мира не променяешь!       На это мне было нечего возразить.       – Да, разбойница – топ.       – Но вообще, – продолжила я спустя несколько минут. – Это подростковый фильм, а подростки часто делают глупости в попытках отыскать настоящего себя.       – Только не говори мне, что ты тоже целовалась с мальчиком! – попросил брат.       – Конечно, целовалась! – подтвердила я. – Точнее – целовала. – Я шелкнула ему по носу. – Вот этого конкретного мальчика, пока ему не стукнуло десять, я каждый вечер перед сном целовала в лоб.       Брат покраснел и отвернулся от меня.       – И не напоминай.       Я улыбнулась и покачала головой.       – А что случилось потом? – вдруг спросил он.       Я нахмурилась, потому что не совсем поняла, о чем он.       – Ну, в десять лет?       – А... – Я кивнула и ответила. – Мы выросли.       – Ах, ну да...