Когда никто не видит

      Мой Магистр поднялся в спальню ровно через два часа тридцать минут, чистый, благоухающий, но изрядно потасканный жизнью. И абсолютно, вот прям совсем-совсем, обнажённый. Я как стоял возле окна, так и сел. Он был… Красив. Сногсшибателен. Неописуем. Описывать истинную красоту сэра Шурфа, всё равно что описывать ощущения от прогулки по Хумгату, а этим я заниматься не любитель. Но могу сказать, что именно сейчас во мне закрутились чувства, также не поддающиеся объяснениям. Если бы не изрядная толика смущения и стыда, я бы, возможно, чувствовал бы сейчас себя самым счастливым человеком в Ехо.       Наконец я смог рассмотреть узор родинок, который начинался на его шее ещё в вырезе лоохи. Ещё одно небольшое скопление родинок обнаружилось на лопатках, на пояснице и одна, довольно крупная, на левой ноге. Они особенно гармонично смотрелись на его аристкратически-белоснежной коже. Тёмные густые волосы, слегка влажные и весьма отросшие (надо же, я, похоже, ввёл в моду нестриженные патлы!), словно ночное небо обрамляли его бледное лицо-луну. Крепкие мышцы, подтянутый живот, изящные руки, ноги и… Так, стоп-стоп-стоп, туда не смотрим! Это выходит уже за все пределы приличия!       Шурф устало провёл рукой по лицу, будто бы стряхивая с себя пресловутую Маску Мастера Пресекающего (а теперь уже Великого Магистра), прищёлкнул пальцами, и кеттарийский ковёр мгновенно превратился в стандартную еховскую кровать. Совершенно обессиленный, он упал на неё и мгновенно провалился в сон, даже не удосужившись прикрыться одеялом. — Замёрзнешь же, горе ты моё луковое, — с пугающей даже меня самого нежностью в голосе проговорил я, пытаясь водрузить на него неподъёмное в моём состоянии одеяло. Когда мой друг был равномерно укутан, пот со лба — вытерт, а дыхание — переведено, я ещё немного поколебался, уходить мне домой или остаться с ним, но в конечном счёте забил на всё и просто прилёг рядом, аккуратно перебирая его волосы. — Мне и самому больно смотреть на то, как тебе плохо от того, что меня нет. Если бы я мог, я бы тебе приснился, но боюсь тебе только хуже будет…       Про то, что ему будет хуже, я не соврал. Днём мне пыталась присниться Меламори, и я буквально почувствовал, как её швырануло от моего сознания (надеюсь, во что-то мягкое). Поэтому я не стал лезть в шурфовы сновидения, пожалев его ментальные щиты.       Безмолвной Речью я пытался говорить с Махи. Но я даже не смог его нащупать. Как и остальных. Вот как же отвратительно жить, когда ты не существуешь!       Я и сам не заметил, как уснул на соседней подушке, укрывшись клетчатым пледом из другой реальности.