Когда никто не видит

      Шурф уже принимал в своём кабинете какого-то угрюмого мужика. — Я требую, чтобы мне выделили личную комнату для экспериментов! — басил он. — Сэр Грох, я вам в очередной раз повторяю: Младшим Магистрам личных лабораторий не положено. Особенно с вашими способностями. Мне не нужно, чтобы Иафах разлетелся на камешки от ваших опытов. Занимайтесь вместе с остальными, и, когда я увижу результаты, подумаю над тем, чтобы вас перевели в Старшие Магистры и выполнили вашу просьбу. — При Нуфлине лаборатория у меня была! — не унимался Грох, и я инстинктивно встал между ним и Шурфом. Мало ли. — Нуфлина нет с нами примерно уже восемь лет, а распределением хозяйственных и научных помещений я занимался в первую дюжину дней после получения мной этой должности. Будьте так любезны, перечитайте ещё раз устав Иафаха и больше не лезьте ко мне с глупыми просьбами. — Это мои просьбы глупые?! Я уже третий год прошу вернуть мне мою законную!.. — Незаконную. В уставе написано, что Младшие Магистры не имеют на это права. — Чхать я хотел на ваш устав! Мне нужна лаборатория! — А мне нужно продолжать работать. И новые коньки в придачу. — Чего?! — ой, мужик, вот сейчас я почти полностью разделяю твои эмоции. Какие, к чёрту, коньки?! Это не из той оперы! — Да вы, похоже, снова с ума сошли! Не даром Нуфлин в своих письмах писал, что зря взяли на такой пост бывшего Безумного Рыбника! — В данный момент, вам очень повезло, что взяли именно бывшего, — я заметил, как блеснули его глаза, и очень сильно усомнился в том, что при продолжении этой словесной баталии Безумный Рыбник останется бывшим. Однако, непревзойдённейший Лонли-Локли быстро успокоился и проговорил сухим холодным голосом. — Я ничего вам выделять не буду. — Дюжину вурдалаков вам в задницу! Она. Мне. Нужна! — Пока ещё нет. — Ах так? Тогда вашему протектору придётся искать нового, более сговорчивого, Великого Магистра.       Заклинание с его руки сорвалось столь молниеносно, что Шурф даже почти не успел среагировать. Зато я успел. Каким-то чудом вспомнил какое-то заклятье-щит, которому меня учил Шурф ещё на службе в Тайном Сыске. Простенькое, но сильное. Каково же было удивление Гроха, когда красная искорка его заклинания рассыпалась всего в паре метров от него. К слову сказать, сэр Шурф был удивлён не меньше, но мастерски делал вид, что всё так и задумывалось. — Я послал Зов. Вас уже ожидают в Холоми за покушение на жизнь государственного служащего высшего ранга. До свидания, сэр Грох. Я слышал, в этой тюрьме неплохая библиотека и просторные лаборатории.       В кабинет аккуратно постучали, и в дверном проёме появились двое полицейских. Шурф прищёлкнул пальцами, мгновенно усыпляя преступника. Поместив того в пригоршню, полицейские кивнули и удалились. Лонли-Локли наконец расслабился, нервно выдохнул и уронил голову на руки.       Я наконец перевёл дух. В принципе, не удивительно, что даже простое заклинание выжало из меня столько сил. Если уж для того, чтобы поднять простой карандаш, мне приходилось прилагать неимоверные усилия, что говорить о магическом воздействии на материальный мир от нематериального меня?       Я сел на подоконник и посмотрел на Шурфа. Того как будто бетонной плитой придавило, не меньше. От идеальной осанки не осталось и следа, уставшие плечи опустились и слегка подрагивали. — Нет, ну вот что ты снова рыдаешь, а? Всё же хорошо.       Словно отвечая мне, он, как-то растерянно, совсем не в своей манере, заговорил, надо полагать, с Миром. — Я ведь не успел выставить щит. У меня сейчас несколько замедленная реакция, я просто не понял сразу, что в меня прицелились. И я даже не понял, как ему удалось провернуть это в моём кабинете, но… Кто меня спас? Это судьба? Решившие наконец сработать магические барьеры в кабинете? Макс?.. Ох… Хотелось бы мне в это верить, но ведь Вершители… Вершители же умирают навсегда, он сам мне это говорил! Значит, он не сможет стать ни призраком, ни бесплотным духом… — Как оказалось, очень даже могу! Причём ещё до смерти.