Седьмая добродетель

Уклонение от своих трудовых обязанностей по поддержанию Факультета, личного имущества, собственного внешнего вида и навыков, в надлежащем порядке, карается дисциплинарным наказанием через лишение всяких благ на срок, достаточный, чтобы курсант осознал ошибочность своих суждений. Правило 144 Схоластики Псайкана

- Каждый из вас поставит свою подпись на этом документе. Во всей библиотеке Факультета, уходящей вверх настолько, что не было видно конца и края ее этажам, заставленным томами, не было одного. Не было указания седьмой дисциплины. Ее знак, безликая фигура в плаще с мечом, был повсюду, в самом низу печати божественного ока с семью символами по краям, но у нее не было никаких упоминаний. После шестой сразу шли восьмая и далее: малые дисциплины для старших курсов. Только когда подошла очередь, взяв в руки перо, больше похожее на скальпель, Вифания поняла, что чернил нет. Под текстом стояли неровные, рваные капли крови. - С этого дня, любой из вас, обсуждающий с непосвященными что-либо касательно седьмой дисциплины, будет в лучшем случае подвергнут дисциплинарному взысканию. Для всех, кто младше вас, это запретная тема. Свиток, в целом, говорил то же самое. Запрещал даже сообщать кому-либо, что курсант вообще посещает эти занятия. Даже просто упоминать их в разговоре и в мыслях где-либо вне зала с посеребренными воротами. - Раз все проставили, отлично. Первый человек в жизни, аура которого чернее ночи. Вместо волос на Той Стороне у Констанции де Воль – змеи из угольного дыма, расходящиеся от ее головы как нимб. Имматериум рядом с ней молчалив и полностью... Забит. Он постоянно ощущает только цепи. Не ослабевающие ни на секунду черно-белые оковы, похожие на раскаленное железо в ледяной ночи. - Есть веская причина, по которой седьмая дисциплина доступна лишь доказавшим, что они храбры, тверды в вере, усердны, честны, сильны и благоразумны. Она сгубила, в руках наших учеников и в руках ведьм и отступников, больше жизней, чем остальные вместе взятые. Это потому, что звериное коварство Варпа имеет форму и сознание. Многим кажется, что когда они погружаются в Имматериум, тот на них смотрит в ответ... Так вот. Это правда. И от ее слов, на уровне подсознания, снова стало страшно. Как в первый раз. Как в первом же видении недр Имматериума. Одно подтверждение, чтобы вновь вызвать в мельчайших деталях почти забытое бесконечное марево. Потому что Варп не забыл тех, кто его коснулся. И теперь он сделает все, чтобы жертвы помнили больше, чем пару общих деталей. - В часы, проведенные у меня, вы узнаете истинное лицо иной реальности. Я вас заставлю посмотреть в лицо каждому древнему злу из его недр. Это зло спит, пока не почует неосторожную душу, и тогда с воплем начнет вгрызаться в нее. Из теней найдет вас, и будет говорить с вами – но его слова сделаны из отравы, которую нельзя пускать в разум. Ни единого слова, каким бы оно ни казалось правдивым. От них нельзя запереться и оградиться, потому что эти проклятые слова будут везде, где есть Варп... А я вам покажу, что они так же уязвимы, как и вы. Достаточно лишь знать оружие против них. Оглядев курсантов, Констанция довольно потерла руки. - К счастью, те, кто провалит мои испытания, а таких будет немало, не потратят усилий Факультета на свой арест и перевоспитание. Допущенные ошибки будут сами, без нашей помощи, приводить к вашей гибели – если вам повезет. Так что на вашем месте, я бы очень и очень внимательно изучала закрытый раздел литературы в крыле Демонологии. - Неровно. Перечерчивай. Масла и мел, благословленные и освященные, жгли руки не меньше, чем пламя от свеч. Вечное напоминание, что текущая в своем же теле сила Варпа бежит от всего святого... И еще – что в словах о том, что псайкер по определению порождение зла, несколько больше правды, чем хотелось бы. Электрошоковый кнут быстро заставлял учить контуры защитных кругов – но куда быстрее заставляло знание их назначения. Почти неосознанно чертить их мелом на полу, а взглядом в Варпе, пока не начнут работать вместе. Конечной целью было умение сотворить Святилище без чего-либо материального. Вопрос жизни и смерти, потому что без этого двигаться дальше было бы чистой воды самоубийством. О том, что в недрах Имматериума гнездятся нечестивые порождения и души проклятых – всех, кто отринул Свет Императора – в Империуме знал любой. Это не было вопросом веры, ибо такова была реальность: чудовища Той Стороны боятся только молитв, и еще освященной стали. Но только те, кто обладали достаточной волей, могли знать, насколько эти твари страшны на самом деле. - Живее. Ваша единственная защита, стоит вам покинуть эти стены – ваша мощь, подкрепленная литаниями. Когда черное колдовство отступников предстанет перед вами, вы должны знать, как отразить его. Здесь мало возвести щит и отклонить снаряды, потому что оно целится в вашу душу, оно жаждет заразить вас сомнениями и неверием. Вы будете знать, на что оно способно... И каждого, кто посмеет его направить на вас, вы испепелите на месте. Или погибнете, не сдаваясь. Больше, чем просто ритуалы, которые неведомо как защищают, потому что в этих кругах и линиях – символы, которым силу дает вера в них. В них умение быть сильнее того, кого не учили лучшие псайкеры галактики. В них то, что делает ученика Схоластики Псайкана подобным воплощению частицы самого Императора, а не ведьмой, воюющей за Империум. - Но если зло Варпа так велико... Получается, мы обязаны будем знать рецепты этих изуверских сил? Самоконтроль. Вера в свою правоту и неверие во все, что попытается сбить с истинного пути. Гибельные Силы неисчислимы в образах, в Варпе обличья не имеют смысла и ничего не значат – а потому полагаться можно только на себя и знание своей благой цели. - Да. Самое страшное, что для эффективной борьбы со злом, что несет Та Сторона, вы должны знать запрещенные техники. Вы никогда, вы даже под страхом гибели не посмеете применить их, ибо за это Император отвернется от вас... Но вы будете их изучать. И едва вы почуете их, вы будете точно знать, что стоит вам разрушить в проклятом колдовстве всего одну линию – и оно убьет того, кто его применил. Убьет страшно. Убьет мучительно. Немного есть путей смерти в тело человека хуже, чем от еретических заклинаний... И поверьте, они всегда заслуживают этой участи. Констанция не просто так при этом смотрела на Вифанию. Убедившись, что круг удовлетворителен по исполнению, она скомандовала: - А теперь начали! Сосредоточились и сотворили запретную зону, которую не пересечет ни одна мерзкая тварь Той Стороны! Рано или поздно их голоса зазвучат в сознании. Явятся, когда им покажется, что посвященный слаб, и его можно подтолкнуть на путь саморазрушения. Будут прикрываться благими намерениями... И самое страшное, что книги твердили об одном. Порождения Варпа никогда не лгут. Вместо этого они извращают правду, говорят только одну половину истинного, оборачивая ее так, как им выгодно. Надеются на слабость, молят поддаться... А значит, никогда не верить. Не бояться и не просить. Помнить все, что есть умиротворяющего, что в жизни было хорошего, возблагодарить за это Повелителя Человечества, и дать отпор врагу Его. Цепляться за противоположное по смыслу. Из жизни. Из памяти. Из искусства. Быть выше и лучше, не поддаваясь гордыне, помня, что она пожирает худших. Только так. Другого способа противостоять нет... - Есть те, кто говорят, что рано или поздно Гибельные Силы найдут подход к душе каждого. Вздор! Они настигнут вас, если вы ослабите защиту. Они найдут вас, если вы, привыкнув к успехам, перестанете уделять внимание осторожности. Они могут быть тысячелетними чудовищами, видевшими все, но пока вы тверды и уверены в своей миссии – они вам не страшны. Была мысль, не излишне ли укрепить круг еще раз... И она сразу же показала, после первого же мгновения, что нет. Никогда не излишне. Потому что контур завибрировал, заполняя Ту Сторону рябью, дымом, маревом, а потом начал медленно таять. Серебряный оберег на груди дрожал, как живой, и как будто уменьшался и трескался на глазах при выходе, впервые, в Варп без освященной защиты. - Демон может многое. Он рассказывает прошлое, он предсказывает будущее, потому что живет вне времени, он не может умереть в материальном мире, только в пустоте между измерениями... Но одного он не может, сколько бы ни твердил обратное. Пока вы сами не впустите его в свою душу, он не может причинить вам ни малейшего вреда. А вот когда кто-то, поддавшись и забыв учение, дрогнет и призовет его – вот тогда аберрация покажет, на что способна. Предупреждены – значит, вооружены. И с этим знанием второй раз Варп, его подлинное лицо, уже был... Привычным. Невозможным для понимания, но все его просторы, беснующиеся о защитные ограждения, все его образы и попытки напугать... Он найдет, что показать девочке, которой раньше хватало и просто галлюцинаций. Хватало памяти об ожогах, чтобы потерять контроль над собой. Но теперь она уже не боится этой банальщины. Теперь видела в действии то, что скрывает душа. Имматериуму придется придумать что-то новое. - Вышли. Перекрыли и отгородились! Только горелые следы там, где были тщательно выписанные символы. За короткое пребывание там они полностью истощились, и это притом, что энергия ни на что не шла. А теперь можно было представить себе этот обряд с кровью в глазах и врагом у горла, чтобы понять, какова цена применения даже простейших из сил седьмой дисциплины. - Живее, в норматив не укладываетесь! На границе Той Стороны вновь рябь, похожая на остаточную. Она молчит, не смотрит в сторону Вифании, но в ней есть отпечаток. И этот след звучит как хохот. Контуры закрыты не у всех, двое или трое еще там. Плохое чувство... И самый большой ужас от того, что руны остановки в черном зале нет. Она не спрятана, ее нет вообще. Констанция, уловив эту мысль, молча выходит вперед и подходит к последнему из тех, кто еще бьется между мирами. И даже не шевелится, когда по телу того пробегают конвульсии. - Обратите внимание. Его Вифания видела всего пару раз. Не знала ни имени, ни откуда он. Перекошенное лицо, закатившиеся глаза, пена изо рта... И растущий внутри его круга черный рваный вихрь. Едва контур лопается, как вокруг него инструктор мгновенно сотворяет новый, светящийся ярче, чем свечи под потолком, запирая бьющегося в агонии парня, чей страх передается остальным. - Вот какова цена ошибки. Простейшее из занятий, и он его провалил. Нет. Не то, что было раньше. Совпадение, не более... Но все равно так просто стоять нельзя. Должен быть выход. - Ну так сделайте с ним что-нибудь! Его же сейчас... - Я спасу его. Не переживай. Краткое облегчение. Не придется видеть, как умрет (или хуже) еще кто-то, пусть и незнакомый человек, пусть и тот, по кому тосковать будет кто-то другой. - Седьмая добродетель это милосердие. Готовность спасать того, кто оказался менее силен, чем вы. Чья душа гибнет в Варпе, и только вы можете помочь ему избежать участи многих до него. Голодный мрак немного стихает. Впитывается в тело, пока мысленно инструктор читает молитвы. - Мы прощаем тебя. Чужеродная сила возгорается с новой силой, судороги стихают – и Вифания даже не успела уловить момент, когда из широкого рукава Констанция вытащила оружие. Даже не особо целясь, навела почти в упор и надавила на спуск. Несколько вскриков после того, как лазер пробил лоб курсанта, разрывая затылок до кровавого тумана. Покачнувшись, он рухнул лицом вниз, мгновенно погасив все, что пожирало его на Той Стороне. - Познай мир с Императором, ибо этим я избавляю от грехов тебя и всех, кто был связан с тобой. Твои братья продолжат дело твое. У Констанции даже не поднялся пульс. Ни капли волнения. И всем присутствующим она передает главную мысль. Истинную цель занятия: показать, что она совершила благое дело. Убедившись, что ее посыл прочли все, она чуть громче обычного проговорила: - Вы все сейчас поклянетесь вслух лично мне. Каждый, в лицо. Поклянетесь, что не забудете и не убоитесь. И что любой из вас сделал бы то же самое... Для любого из своих братьев и сестер.