Любопытство породило комикс

Маринетт начинала чувствовать себя лучше. Она начинала забывать о своих тревогах, и несколько последних нападений акум не доставили особых проблем. Ну... по крайней мере, в сравнении с другими нападениями. Конечно, некоторых людей превратили в моллюсков, часть домов на какое-то время стали глазированными тортами, а Эйфелева башня была разрушена около пяти раз, но ничего особо нового в этом всем не было. С Котом Нуаром все было хорошо. С Ледибаг – тоже. Несколько раз Кот заставил ее поволноваться, бросаясь на линию огня под вражеские атаки, но, к счастью, ничего особо катастрофического не произошло, и дуэт героев всегда выходил из битв благополучно. Она вполне могла справиться с этим. Ей просто надо было отвлечься и не думать о таких мрачных вещах, как смерть, продолжая смотреть поднимающие настроение мультики вместе с Тикки (кто сказал, что можно стать слишком взрослым для мультиков?), и сосредоточить своё внимание на том факте, что Кот Нуар, помимо всего прочего, был полным придурком. Ей совсем не хотелось думать о том, что на прошлой неделе на литературе у них было обсуждение того, как часто комические персонажи погибают в различных произведениях. Ее жизнь не была сюжетом какой-нибудь повести! Она контролировала ситуацию. В случае чего она защитит Кота Нуара, а Кот Нуар защитит ее, и все будет хорошо, все будет просто великолепно, просто нужно настроиться на позитивный лад и... Натаниэль вошёл в класс, неся в руках стопку комиксов. Маринетт захотелось кричать. Она вцепилась в край парты, таращась на то, как Натаниэль раздаёт комикс подписчикам. Нино радостно взял свой выпуск, Адриан благосклонно принял свой (хотя Маринетт могла бы поклясться, что его плечи напряжённо приподнялись при этом), Алья взволнованно выхватила свой экземпляр из рук Натаниэля (к большому его удовольствию), и после этого Маринетт забрала свой выпуск. Она уставилась на комикс, лежащий на парте перед ней. На обложке было изображение... плачущей Ледибаг. Ох. – О боже, – прошептала Алья, понизив голос, как только в класс зашла мисс Бюстье. – Я должна прочитать это за обедом. Маринетт нервно потрясла ногой, чтобы дать хоть какой-то выход своей тревоге, и засунула выпуск к себе в сумку. Она не должна читать его. ...Но она не может не прочитать его. Нет, она должна прочесть его. Так или иначе, на самом деле ведь все может обернуться хорошо, верно? Обложка просто... должна быть эффектной. Может, на самом деле Кот Нуар жив, и все с ним хорошо! И они не станут его убивать! Может, этот выпуск наконец объяснит, что смерть – вообще ложное понятие, никто никогда не умирает и Кот Нуар в принципе бессмертен. У неё все ещё оставалась надежда.

* * *

На первой странице Кот Нуар был изображён в гробу. Маринетт захотелось кричать. Яростно вонзив вилку в свою тарелку, она стиснула зубы, чтобы заглушить рвущиеся из груди вопли, после чего принялась биться головой об обеденный стол и... – Маринетт! – окликнула Сабина из другой комнаты. – Что ты там делаешь? У тебя все нормально? – НИЧЕГО, МАМ! – крикнула в ответ Маринетт. – Все в порядке! Прости! Но она была не в порядке. Она даже не могла толком сказать, что именно с ней не так. Была ли она разгневана? Встревожена? Огорчена? Разочарована? Если честно, все это было просто... нелепо. Она взглянула вниз на страницу, расправив плечи. Кот Нуар лежал в чертовом гробу. Вообще, ей хотелось рассмеяться... потому что в гробу лежал именно Кот Нуар. Не его гражданская личность. Не какой-нибудь там таинственный блондин, но именно чертов супергерой. Квами что, продолжают питать силами своих хранителей, даже когда те умирают? Ей хотелось бы суметь рассмеяться над абсурдностью всего этого, но Маринетт никогда особо не понимала чёрный юмор. Решив, что ее обед не слишком-то возбуждает в ней аппетит, Маринетт переключила внимание на комикс и продолжила читать. – Маринетт, – разочарованно протянула Тикки из сумочки, достаточно тихо, чтобы не услышала мама. – Ты не должна читать это. – Шшш, Тикки, – Маринетт закусила губу. – Это всего лишь комикс. Я справлюсь с этим. Похороны Кота Нуара проходили в церкви. На церемонии присутствовало очень много нечетко прорисованных людей, впереди толпы находились Ледибаг, Майтиллюстратор и Реверсер, одетые во все чёрное. В окнах церкви сидели плачущие кошки. Маринетт не удержалась и фыркнула, даже несмотря на отчаянно колотящееся в тот момент сердце. Ледибаг поднялась и вышла вперёд, становясь перед собравшимися. На ней было чёрное платье, и Маринетт почему-то пришла в замешательство от того, что ее руки оставались голыми, несмотря на наряд. Она не стала слишком заморачиваться над этим вопросом – не вина ведь Натаниэля в том, что он не знал, как действуют их суперсилы. Ледибаг произнесла хвалебную речь о том, что Кот Нуар был истинным защитником Парижа, и Маринетт почти хотелось разрыдаться. Она набила рот неаппетитным горошком, только чтобы отвлечься. Это было нелепо. Все это было просто нелепо. «Кот Нуар был истинным героем. Без него я не стала бы тем, кем я являюсь сейчас; без него и Париж не был бы таким, каким мы его знаем. Он спасал мою жизнь столько раз, сколько я и не надеюсь сосчитать, и каждый человек в этом городе столь многим ему обязан». «Невозможно выразить словами, как важен он был для нас. Невозможно выразить словами, как я и весь Париж будем по нему скучать. Обещаю, что Майтиллюстратор, Реверсер и я продолжим защищать Париж, и никто никогда не будет жить в страхе. Однако, Кот Нуар и его заслуги перед городом никогда не будут забыты». Слова на странице расплывались перед взглядом и уже с трудом угадывались, так что Маринетт подняла руку и вытерла глаза. Она ненавидела это. Ненавидела все это. Она не должна была читать это, потому что внезапно снова все показалось таким реальным. Если бы Кот Нуар умер, если бы у Кота Нуара были похороны... Произошло бы что-то подобное? Сказала бы она все это? Смогла бы она произнести речь достаточно длинную и красивую, чтобы должным образом почтить его память? Маринетт так не думала. Всхлипывая, она проигнорировала ёрзанья Тикки в сумочке и перевернула страницу. Следующие кадры показывали, как присутствующие на похоронах плачут и кивают словам Ледибаг, и Маринетт почувствовала, что ей становится плохо. Большинство людей было нарисовано абстрактно и нечётко, что было логично, так как они являлись лишь частью толпы. Но несколько человек, сидящих теперь в переднем ряду, были изображены так аккуратно и подробно, что Маринетт поняла – они должны быть важны... Но она совершенно их не узнавала. Маринетт, шмыгая носом, какое-то время пялилась на этих персонажей. Выглядели они, как семейство светловолосых парижан. Мама, папа и маленькая девочка – все зеленоглазые. Через секунду Маринетт осознала, кем они должны являться. Семья Кота Нуара. Маринетт почувствовала себя так, будто ей дали пощёчину. Потому что у Кота Нуара и правда была семья, и только сейчас она действительно осознала это. Не только у Кота Нуара из комикса, но у настоящего его. Это не должно быть таким уж удивительным, потому что, естественно, у него должна быть семья. Но... она никогда не думала об этом раньше. Если что-нибудь случится с Котом Нуаром, она будет не единственной, кто испытает горе. Не только Париж будет оплакивать своего героя, но также семья будет оплакивать сына. И неожиданно отчаянное желание уберечь Кота Нуара от опасности легло на ее плечи ещё более тяжким грузом, чем раньше, и... – Маринетт, дорогая, что с тобой? Маринетт охнула и подняла взгляд на маму, которая смотрела на неё с беспокойством в глазах. Что не удивительно, учитывая бегущие по щекам Маринетт слёзы, и, о боже, ей было так стыдно за это. – В-все хорошо! – пискнула Маринетт, вытирая глаза. – Это просто... эт-этот комикс... г-грустный. – Ох, родная... – ласково проворковала мама, склоняясь к ней и нежно вытирая ее слёзы. – О чем он? Маринетт вздохнула и попыталась успокоиться. – ...Кот Нуар умирает. – Что? – Сабина казалась удивленной. – Это как-то очень мрачно. Где ты его взяла? – Это м-мои друзья... Натаниэль и Марк делают, – прошептала Маринетт. – Хм... – Сабина взглянула на комикс и нахмурилась. – Ох, родная, может, тебе не стоит читать его, если это так расстраивает тебя. Кот Нуар же супергерой, он не может умереть. Маринетт хотела это оспорить. Ей хотелось напомнить маме, что Кот Нуар и Ледибаг были обычными людьми, и они определённо могли умереть. Но у неё не было на это сил. – Спасибо, мам, – вздохнула Маринетт. Мама поцеловала ее в щеку и мягко улыбнулась, спрашивая, будет ли она в порядке. После многих заверений, что все с ней будет хорошо, Сабина наконец покинула комнату и вернулась к своим делам. Маринетт любила свою маму. Она любила свою семью. Кот Нуар, возможно, тоже любил свою семью. Маринетт спрятала лицо в ладонях, отчаянно пытаясь успокоить мысли, но они продолжали мучить ее. Ей было грустно. Ей было очень, очень грустно, и еще очень страшно, и... Она снова обратила взгляд на комикс. Маленькая сестренка Кота Нуара... она была похожа на Ширли Темпл*. Есть ли у Кота Нуара прелестная младшая сестрёнка в реальной жизни? Что бы она чувствовала, если бы ее старший брат однажды не вернулся домой? Что бы... – Маринетт, – шепнула Тикки, вылетая из сумочки и прижимаясь к щеке Маринетт. – Твоя мама права. Тебе не стоит читать это. – Я... – она шмыгнула носом. – Н-но я... хочу знать. Я с-справлюсь с этим, Тикки. Но не прямо сейчас. Маринетт закрыла комикс и сунула его обратно в сумку. Она не могла осилить вторую половину комикса, по крайней мере, сейчас. Она заставила себя доесть свой обед, несмотря на отсутствие аппетита, собрала вещи и с тяжелым сердцем отправилась в школу.

* * *

Маринетт вернулась в школу прямо перед началом занятий. В полном молчании она села рядом с Альей и провела весь урок, лихорадочно думая совсем о другом. Она не сделала ни единой записи. Она была не в курсе, что происходит и о чем говорит учитель. Затем неожиданно все поднялись и устремились на выход... Неужели урок уже закончился? Она посмотрела на часы. Нет, не прошло ещё и половины урока. Что происходит? – Маринетт, ты идёшь? – окликнула Алья, улыбаясь обеспокоенно и в то же время насмешливо. – Подожди, прости, – Маринетт поднялась, собирая вещи. – Куда мы идём? Я... – Выпала из реальности. Я заметила, – закончила за неё Алья. – Мы работаем в группах над чтением вопросов, но сейчас хорошая погода, и во дворе ни у кого нет занятий, так что мисс Бюстье позволила нам поработать снаружи. – Думаю, мы будем вчетвером? – предложил Нино, пока Адриан собирал свои учебные материалы. – Да... Хорошо, – кивнула Маринетт. Четверо друзей вышли из школы и уселись в дальнем уголке двора, в стороне от других групп, после чего разложили рядом с собой учебники и тетради. – Первый вопрос, – прочитал вслух Адриан, его голос отчего-то звучал тише, чем обычно. – Каково значение... – Ребят, что вы думаете о комиксе? – перебила его Алья, наклоняясь ближе к ним с улыбкой на лице. Маринетт затошнило. – Вы ведь прочитали его? – Ну, это было... – Нино выдал неловкий смешок. – Довольно прочувствованно. – Я прочла только первую половину... – честно прошептала Маринетт. – Я прочитал его, – просто сказал Адриан без всякого выражения. – Что скажете? – спросила Алья, обводя взглядом их троих. – Ну, то есть, без спойлеров по второй половине для Маринетт. – Было здорово, – произнёс Адриан весьма... неубедительным тоном. Маринетт была рада, что не одна она осталась не в восторге от комикса, хоть Адриан и не признавал этого. – Давай честно, – сказала Алья, наверняка тоже заметив ложь Адриана. – Нат и Марк не услышат нас сейчас. Здесь только мы. Ты не должен притворяться, что это тебе нравится, если это не так. – Да Адриан никогда не говорит плохо ни о чем, – поддразнил Нино, шутливо ткнув Адриана локтем в живот. Адриан слабо улыбнулся. – Ты можешь опрокинуть ему горячий суп на колени, и он только скажет себе спасибо. – Неправда, – вяло парировал Адриан. – Это действительно... было здорово. Просто я немного устал. И, наверное, я просто надеялся, что они не убьют на самом деле Кота Нуара, но... это их комикс. Они могут делать все, что захотят, и не мне судить об этом. – Ты читатель, так что, конечно же, ты можешь судить... По крайней мере, среди друзей, – улыбнулась Алья. – Так что вы думаете? Маринетт? Нино? – Это было довольно мрачно, – Нино пожал плечами. – Наверно, я не ожидал такого. Совершенно убийственно. Адриан довольно улыбнулся на этот, быть может, случайный каламбур Нино. – Я ненавижу это, – выпалила Маринетт и тут же пожалела, что не промолчала. Ее щеки покрылись румянцем. – Мне... мне не понравилось. Это для меня слишком. – Справедливо. То есть, я вроде как люблю, когда комиксы становятся мрачными и тяжелыми, но... это немного странно, так как я смогла немного пообщаться с Котом Нуаром до этого. – Везёт, – вздохнул Нино. – Я всего-то парой слов и смог перекинуться с ним. – Я никогда его не встречал, – прошептал Адриан. – Правда? – Алья казалась удивленной. – Даже когда Жакади напал на ваш дом? Я думала, Ледибаг и Кот Нуар были там. – Ну-у, – замялся Адриан, однако нервное выражение его лица быстро сменилось уверенным. – Он в основном держал оборону снаружи, а я почти все время находился в своей комнате. – Принимал душ, – хмыкнул Нино, и Адриан ткнул ему локтем в бок. – Я встречалась с ним, – пробормотала Маринетт, заламывая руки. – Мы вместе противостояли Злолюстратору... И он спасал меня ещё несколько раз после этого. Эти «несколько» раз были довольно грубым преуменьшением. Кот Нуар спасал жизнь Маринетт столько раз, сколько она и не надеялась сосчитать. – Читать про смерть кого-то, кого ты знаешь, довольно странно, – хмыкнула Алья. – То есть... ну, не знаю. Я понимаю, к чему они ведут. Думаю, они просто хотят сделать драматический комикс о реальных людях. – Это было... действительно грустно, – пробормотала Маринетт, потупив взгляд. Трое остальных посмотрели на неё. – Ты в порядке, Маринетт? – прошептал Адриан. – Просто... – Маринетт вздохнула и вцепилась руками в свои колени. – Что бы случилось, если бы Кот Нуар действительно умер? – Мари... – А как же его семья? – Маринетт нахмурила брови. – Как его семья вообще об этом узнала бы? – Что ты имеешь в виду? – растерянно спросил Нино. – Если бы Кот Нуар погиб, защищая Париж, и его личность не была бы раскрыта... Его семья даже и не узнала бы, что случилось с ним. – Ох, и правда, – хмыкнула Алья. – Это сюжетная дыра. Его семья сидела в первом ряду, но получается, их там и быть не должно, верно? – О-о-о, так вот кто это были? Его семья? – сказал Нино. – Тогда это все объясняет. Я все гадал, кто же они такие. – Нет, – сердито выдохнула Маринетт. – Я говорю не о комиксе. Я говорю о реальной жизни. Адриан нахмурился. – Кот Нуар умирает, и что думает его семья? – Маринетт зажмурила глаза. – Что подумала бы его мама? Она готовит ужин и ждёт его домой, а он так и не приходит, его порция остывает и... – Погоди, погоди, – прервала ее Алья. – С чего ты взяла, что мама Кота готовит? Маринетт знала, что Алья права, но она проигнорировала ее аргумент и продолжила: – У него никогда не будет шанса ещё раз сыграть в мяч с папой. – Люди что, играют в мяч с папами? – пробормотал Адриан. – Блин, Мари, ты прям все так в деталях продумала, – сказал Нино, почесывая затылок. – А его младшая сестрёнка! – надрывно произнесла Маринетт, чувствуя, что глаза наполняются слезами. Она в открытую позорилась перед своими друзьями, но ее это совершенно не волновало. По крайней мере, сейчас. – Она сидит в гостиной и ждёт, пока ее старший брат вернётся и покатает ее на спине, как обещал – но он так и не придёт! Она проведёт всю свою жизнь, считая, что ее старший брат, которым она всегда так восхищалась, бросил ее, и она никогда больше не поиграет с ним в лошадку, а последнее, что она, возможно, сказала ему, было что-то вроде того, что его лицо выглядит глупо, потому что ей шесть, а кто из шестилетних не обижает своих старших братьев, но затем ей приходится жить с осознанием того, что это было последней вещью, что она сказала ему, и это будет тяготить ее всю оставшуюся жизнь, и... – Маринетт, тише! – потрясено выдохнула Алья и наклонилась вперёд, положив руку на дрожащее плечи Маринетт. – Дыши! – Маринетт, – Адриан подвинулся ближе, глядя на неё с беспокойством. – Если от этого тебе станет легче, то... не думаю, что у Кота Нуара есть младшая сестра. – Откуда тебе знать! – вскинулась Маринетт на Адриана. – А вдруг! М-может, у него множество младших сестёр! И-или братьев, и... никто из нас этого даже не узнает! Мы не знаем! Адриан стушевался. – Д-да, наверно... – Родная, ты слишком много думаешь об этом, – шепнула ей Алья. – И как по мне, это кое о чем говорит. – Чуваки... – пробормотал Нино, похоже, сильно впечатленный словами Маринетт. – А что, если у Ледибаг есть младшая сестра? – У Ледибаг нет младшей сестры, – отметила Маринетт. – Ну, ты ведь не знаешь наверняка... – медленно предположила Алья. – О, боже мой, – сдавленно произнесла Маринетт, и слёзы хлынули по ее щекам. – Что, если у Ледибаг есть младшая сестра? – Маринетт, о боже, забудь, что я сказала! – быстро сказала Алья и обняла ее. – Тебе нужно успокоиться, родная. Нино и Адриан тоже придвинулись ближе, глядя на неё с беспокойством и участием. Маринетт готова была сгореть со стыда. – С Котом Нуаром все хорошо, Маринетт, – успокаивающе и ласково произнёс Адриан, ободряюще положив руку на ее колено. – Он в порядке. Он жив. – Да, – медленно сказал Нино. – Это ведь всего лишь комикс, на самом деле с ним все хорошо. – Но что, если это ненадолго? – сдавленно произнесла Маринетт. – Он... он уже попадал в опасные ситуации. С ним в-все время слу-случается что-то плохое, т-так... так что... – Однако магия Ледибаг всегда исправляет это, – прошептала Алья, поглаживая Маринетт по волосам, и это явно не должно было действовать на неё так успокаивающе. – Она вернёт его. Она всегда так делает, родная. – Но что, если в этот раз не выйдет? – Маринетт шмыгнула носом. – С чего бы это? – спросил Нино. – Это магия! – прошипела сквозь слезы Маринетт. – Это... Кто знает, как это работает! Магия ненадёжна, и... и может, вселенная просто возьмёт и решит оставить Кота Нуара мертвым! – Такого не случится! – потрясенно выговорила Алья. – На магию Ледибаг можно положиться, и... они же супергерои, Маринетт. Они знают, что делают, и все с ними будет в порядке. – Они не просто супергерои! – сдавленно выдохнула Маринетт. – Он-они... Они живые л-люди! – Мы знаем, знаем, – прошептала Алья и продолжила поглаживать ее по голове. – Но ты должна доверять им. – Блин... – буркнул себе под нос Нино, опустив взгляд. – Это ведь работает в обе стороны, верно? – Что ты имеешь в виду? – пробормотал Адриан. – Ну... как народ узнает, если с супергероями что-то случится в их обычной жизни? Адриан нахмурился, а Маринетт почувствовала, что мир вокруг неё рушится. Потому что Нино был прав. Если что-то случится с Котом Нуаром, как с гражданским, она никогда об этом не узнает. Ледибаг никогда об этом не узнает. Это навсегда останется для неё тайной, и тогда уже она будет той, кто впустую ожидает появления Кота Нуара, а он так никогда и не придёт, и... – Прости, Маринетт, я идиот, я не то имел в виду, забудь все, что я сказал! – Маринетт, тише, тише, родная! – Все будет хорошо! Может, надо отвести ее в медпункт? – Нет! – вскрикнула Маринетт, остервенело вытирая свои слёзы и оттолкнув от себя Алью. – Со мной все хорошо! Все хорошо. – На самом деле, Адриан прав, – вздохнула Алья. – Нам лучше бы отвести тебя в медпункт. – Нет, – Маринетт уязвленно взглянула на Алью. – Я в порядке. Я просто веду себя, как полная дура. Она почувствовал руку Адриана на своём плече, и ей захотелось умереть. Просто не верится, что она сорвалась перед Адрианом. – Ты не дура, Маринетт, – прошептал Адриан, ласково глядя на неё. – Все нормально. – Я не хочу идти домой, – вздохнула Маринетт. – Я лишь... просто хочу притвориться, будто ничего этого не было. Ладно? – Тогда давайте сменим тему, – сказала Алья. – Хватит обсуждать этот мрак. Это только душу выматывает. – Давайте вместо этого поговорим о кубиках Кота Нуара в комиксе? – предложил Нино. – Потому что, даже лёжа в гробу, он был до смерти мускулистым, чуваки. Маринетт не смогла сдержать короткого смеха, и вытерла влажные щёки бумажным платочком, который ей любезно протянула Алья. – Да уж, Нат любит чересчур приукрасить его пресс и мускулатуру, – сказала Алья, смеясь вместе с Маринетт. – Уверены, что она приукрашена? – слегка ухмыльнулся Адриан. – Чувак, ну в самом деле, Кот Нуар красавчик и все такое, – сказал Нино, и Адриан покраснел. – Но он не настолько мощный. – Кот Нуар же тростиночка, – прыснула Алья. – Мои младшие сёстры его вдвоём поднимут. – Что? Нет, неправда! – в изумлении вытаращил глаза Адриан, и Маринетт засмеялась. Когда мисс Бюстье позвала их обратно в класс, Алья держалась подле Маринетт, оказывая безмолвную поддержку. К счастью, мисс Бюстье, кажется, сжалилась над Маринетт с ее покрасневшими глазами, и не стала слишком часто спрашивать их группу.

* * *

Маринетт не должна была слишком удивляться множеству сообщений, полученных ею после школы. Она смотрела в телефон, краснея от смущения, пока Тикки нашептывала ей на ухо ободряющие слова. Алья: пиши-звони, если хочешь поговорить. люблю тебя Алья: давай устроим ночевку на выходных? съедим кучу мороженого и посмотрим те дурацкие мультики которые нравятся тебе и близняшкам Нино: глянь это Нино: [прикреплено 3 изображения] Адриан <3: Как себя чувствуешь? Можешь писать мне в любое время. Всегда рад поговорить, если хочешь. Адриан <3: О чем угодно. Ее друзья были к ней слишком снисходительны. Она готова была снова расплакаться, но этого нельзя было допустить, если она не хотела объяснять причину своих опухших глаз Коту Нуару во время патруля.