История о сумеречном фениксе

      Старец, как и говорил, ждал исцеленного «феникса» среди острых камней на песчаном берегу, отведя свою единственную руку за спину. Воздушный поток с моря колыхал полы его одеяния, а седые волосы развевались будто щупальца. Серьезный взгляд Мастера был устремлён на север, в направлении острова Дом Судьбы. — Ну и, — донёсся голос Гаэна позади старика. — Как мне добираться до Феториса, дедуля? — Я всё тебе расскажу, парень. Но сначала дам несколько советов относительно Повелителя некромантов и его командиров. — Хэ-э? — заинтригованно протянул Гаэн. — Хочешь поделиться информацией? — Это тебе знать необходимо, ведь ты «феникс». Церкон невероятно силён: у него есть способности уничтожить всё живое в мире. Он не использует свою мощь, потому что желает переделать Логран, а не разрушить его, и стать высшим созданием, путём внушения своей идеологии. В этом нет ничего угрожающего, можно так подумать, но ты сам видишь, какими способами он пытается добиться желаемого. И скоро ему удастся превратить свой план в жизнь.       Парень стоял, скрестив руки на груди, и обдумывал сведения о Владыке некромантов. Его мысли потревожил внутренний голос, который напомнил, что его цель — вернуться в свой мир, а эта война не имеет к нему никакого отношения. Он выполнил обещание, которое дал Алисие и Гелайе — солнце снова светит для них. А может, замысел Церкона вовсе не так плох и стоит таких жертв? Его разум начал склоняться к этой версии, и Гаэн подумал, что стоит наведаться к Повелителю некромантов и попросить сохранить жизни его друзей, заплатив за это свою. А после смерти в этом мире он вернётся назад, и всё произошедшее окажется лишь сном. «Феникс» только хотел сказать, что отправляется на север, но Мастер его перебил. — Но ты можешь его остановить, Гаэн, — повернулся к нему старец и прикоснулся кулаком к его солнечному сплетению. — Твои лидерские качества и мастерство собрали вокруг тебя много сильных воинов, которые могут потягаться с бедствиями, вдобавок у тебя высокая скорость принятия решений в смертельных ситуациях. Ты превосходный полководец и достоин титула лорда. И только ты один способен навсегда уничтожить Церкона.       Гаэн вздрогнул, когда до него дошли слова Мастера, ведь он не верил в это — он человек и определенно не сможет потягаться с непобедимым некромантом, и к тому же победить его. Противостоять сильному противнику, которого не в силах одолеть — это безумство, так он думал. Но прозрение с небес снизошло на него, ведь во время тренировок он всегда пробовал снова, никогда не сдавался. «Остановился — проиграл» — вот что Гаэн повторял сам себе после каждого поражения от Рахима. Церкона теперь «феникс» считал сотней копий своего тренера по искусству меча. Да, он понимал, что будет невероятно трудно, но если есть шанс на победу, то попробовать стоит. — Как я могу победить его? — спросил, решительно глядя в глаза, у старца Гаэн. Мастеру нравился настрой молодого мечника, и он вынул из-под рясы старый свиток. — Не существует такого дара, которому по силам сокрушить Повелителя некромантов. Но есть одно очень древнее заклинание. Я нашёл его описание в руинах храма Создателей Лограна, когда сбежал из… Кхм, оно являлось единственным способом ликвидации… таких, как Церкон, — Мастер тяжело выдохнул и развернул пергамент. — Это заклинание проклятия. Оно связывает жизни цели и заклинателя, после чего они оба умирают, а их души отправляются в вечное заточение. — Старик, ты хочешь, чтобы я пожертвовал кем-то и отправил его душу в одну клетку с этим Владыкой? — Да, это единственный выход, другим способом Церкона не победить. И ты должен пожертвовать не кем-то, а собой. В тебе была и осталась малая часть скверны, поэтому заклинание получится очень мощным, нежели его использовал бы кто-либо из логранцев — Церкон не в силах противостоять своей же силе и не сможет прервать заклинание. Я знаю, что для тебя это слишком высокая цена, учитывая, что в свой мир ты никогда не вернёшься, но так ты спасёшь дорогих тебе в этом мире друзей. Обдумай всё и… — Я сделаю это, — перебил Мастера Гаэн, его взгляд стал ещё более уверенным. — У меня был другой план, но этот в сто раз лучше. Если Алисию, малышку Гелайю, Маркуса и всех остальных я могу спасти, отдав свою жизнь, то без колебаний использую это заклинание. — Тогда передаю его тебе, — протянул свиток к «фениксу» старец. — Текст заклинания написан на нём, любой из твоих друзей может прочесть его, но пролить кровь на пергамент должен только ты. Всё в твоих руках, Гаэн. — Я понял. Звучит просто. — Победи со своими товарищами всех командующих, и Церкон сам придёт к вам. Силы некромантов связаны: умирает один, и слабеют остальные. А теперь отправляйся на юг, ты должен посетить одно священное для ордена «фениксов» место, где обзаведешься оружием. Шухэй!       Позади Гаэна показался остроухий мальчишка, который подслушивал их разговор с самого начала и смотрел на парня с неприкрытым восхищением. — Создай для него какого-нибудь быстро передвигающегося по воздуху монстра, чтобы «феникс» подоспел к решающей битве в этой войне.  — Конечно, для лорда всё, что угодно! — радостно хлопнул в ладоши эльф и принялся лепить из песка неизвестную скульптуру.

***

      Эйлин предпочитала проникать в тщательно охраняемые и особо важные помещения без сопровождения, но упрямство ученицы было непрошибаемым, поэтому они вместе бежали вдоль декоративных зарослей в королевском саду. Оттуда они решили проникнуть в резиденцию аристократов под покровом ночи.       Алисия внутри себя бранилась на Феликса, который постоянно лез к ней и считал, что у него были шансы стать близким другом девушки. Если она встретит этого мальчишку в одной из комнат здания, то развеет все его заблуждения и надежды, таково было её решение. Памятный меч висел на поясе Алисии и придавал ей сил, будто тот, кто был самым дорогим для неё, бежал рядом и подталкивал вперед.       Пара вторженок приблизились к величественному строению, и Эйлин жестом подозвала к себе ученицу. Воительница накрыла себя и Алисию маскировочной магией, чтобы часовые не заметили их.       Девушки неслись мимо живых изгородей быстро и бесшумно. Вскоре пост охраны оказался позади, и им предстояло проникнуть внутрь резиденции. Рапирщица заметила балкон на втором ярусе и сменила направление прямиком к нему. Смотровая площадка располагалась на высоте три метра и поддерживалась каменными колоннами из гранита. Эйлин прибавила скорость и взбежала по ним наверх. Ухватившись за выступ балкона, девушка ждала, когда Алисия поднимется следом и схватится за ногу наставницы. Методом живой лестницы им удалось забраться на второй этаж, а войти в помещение через деревянные двери не составило проблем.       Богатое убранство центрального зала не вызывало восторга у Эйлин и Алисии. Им было наплевать на роскошь помещения, у них здесь другая задача. — Вам запрещено входить сюда, — послышался голос со стороны выхода в главный коридор. — Немедленно уходите прочь, командир Эйлин. А ты, дорогая Алисия можешь остаться здесь вместе со мной.       По стечению обстоятельств именно Феликс этой ночью был назначен на караул в резиденции. Одарённая мечница взялась за рукоять меча Гаэна с враждебно настроенным взглядом в сторону парнишки и посмотрела на наставницу, чтобы показать свой настрой и убедить её идти искать доказательства сговора в одиночку. — Если почувствуешь, что не в силах противостоять ему — отступай. Удачи, — сказала Эйлин и растворилась в воздухе. — Я предложу тебе лишь один раз, Феликс, — направила меч на «спасителя» Алисия, — сдавайся и расскажи перед королём о замыслах аристократа, и тогда… — Я сделаю это, при условии, что ты станешь моей. После нашей свадьбы я публично расскажу обо всём, даю слово. Я принял предложение Захария, потому что он обещал мне убрать Гаэна и дать всё, о чём я мечтаю. И это всё — ты, — протянул руку девушке Феникс и улыбался. — Просто скажи «да». — Ни за что. Ты не соответствуешь идеалу, которого я хочу видеть близ себя всю жизнь, поэтому забудь об этом. Ты никогда меня не получишь, трусливый лягушонок.       Меч в руках Алисии вспыхнул ярким пламенем и освещал пространство вокруг лучше всех канделябров и огромной люстры из хрусталя. Блики в глазах девушки мерцали и напоминали огоньки в очах разъяренного зверя. Феликса застал врасплох дар молодой мечницы, поэтому он ничего не мог сказать. Они оба бойцы ближнего боя, но у Алисии было преимущество — её огонь способен нанести урон жаром, не касаясь тела противника, когда парню нужно быть вплотную к цели. — Я заставлю тебя рассказать о планах аристократии, Феликс, даже если придётся сжечь большую часть твоего тела. — Не-ет! — завопил «спаситель», развернулся и побежал к выходу. Девушка стояла на том же месте и смотрела на удирающего прочь мальчишку. — Его трусость превзошла все ожидания, у него не было никакого права произносить его имя, — погасила пламя Алисия и с тоской посмотрела на лезвие, от которого исходил теплый пар.

***

      Холодная и сырая темница, куда отвели Ариандра и Мириам, находилась на подземном этаже. Архитекторы строили его для винного погреба, но после появления знати его переоборудовали в тюрьму для прислуги, которые противились приказам герцогов. Пара сидела на прогнившей скамье — «феникс» укутал дремавшую эльфийку в свой плащ, а сам прижался к возлюбленной. Квартет стражников не покидал свой пост, иначе всех их ждало суровое наказание от «спасителей», после которого они минимум на неделю ничего не увидят, кроме потолка в лазарете. — Долго они собираются нас здесь держать? — спросила у Ариандра девушка, не открывая глаз. — Я не знаю, любовь моя. После того, как они решили примкнуть к некромантам, мне сложно предположить, на что ещё у них хватит духу. — А-ну, заткнулись, грязные предатели! Сидите тихо, или я сам вас успокою! — взревел стражник с пышными усами и бородой. — Можешь зайти и попробовать, старый ублюдок! Чтобы разобраться с тобой, мне алебарда не нужна! — нарочно во всё горло кричал Ариандр, чем раздражал всех четверых, но трое из часовых держали себя в руках. — Думаешь, что я блефую?! — развернулся лицом к камере стражник и плевался слюной. — Сейчас мы научим тебя вести себя подобающе. Парни! Идёмте, проучим этого недоноска и развлечёмся с эльфиечкой!       Все охранники подошли к решётке, и вся четвёрка предстала перед железными прутьями. Каждый из них улыбался и всматривался в прекрасное лицо. Мириам испуганно смотрела на стражу, а Ариандр крепко обнял её и с ненавистью смотрел на бородача. — Я буду первым, — расплылся в улыбке бородач. И внезапно его лицо ударилось об решётку, а позади него возникла Эйлин, которая с силой впечатала голову стражника. Остальные трое ошарашено разошлись по сторонам от явившейся из ниоткуда рапирщицы, опустили забрало и приготовили свои клинки к бою.       Командир отряда разведки обнажила своё оружие и рассматривала рыцарей, противостоящих ей. Их доспехи отличались от экипировки королевских воинов: уязвимые места защищены более крепкой кольчугой и броня не стесняет движения, к тому же сделана из легкого, но прочного металла.       Противник слева начал атаку, и Эйлин рапирой перенаправила удар вверх по касательной. Рука воительница была так же поднята, а тело оказалось открыто. Стражник спереди решил воспользоваться моментом, но мечница видела его движения — быстрым разворотом и ударом ноги по шлему она вывела из строя первого из трёх. Рыцарь справа и слева занесли свои мечи над головами — двойная атака резко опустилась вниз. Клинки охранников со звоном отскочили после удара. Эйлин лежала на каменном полу и выставила оружие и укреплённые пластинами сапоги, чтобы защититься от смертоносного приёма. Одного из стражников девушка оттолкнула ногой назад, а со вторым решила разобраться немедленно. Она вскочила на ноги и обрушила на рыцаря град колющих ударов, противник часть парировал, а другие выдерживала броня. Девушка сделала ложный выпад, и стражник отреагировал на ее движение, сместив меч ближе к центру. Эйлин зашла ему за спину и молниеносными уколами пробила кольчугу с обратной стороны колена. Второй противник подбегал на выручку товарищу, и рапирщица толкнула на него стражника с проколотыми коленями. Они столкнулись, и раненый упал, отодвинув последнего рыцаря на пару шагов. Девушка быстро сократила дистанцию и наносила серии ударов, а охранник из последних сил отбивался. Вот его меч был выбит из рук, и укрепленный сапог ударил по шлему. Громкий звук больно ударил по ушам Ариандра и Мириам, а рыцаря этот звон оглушил до потери сознания. — Вот я вас и нашла, наши драгоценные свидетели, — с улыбкой произнесла Эйлин, стоя с другой стороны решётки.

***

      Народ Харау никогда не вступал в войны, по той причине, что кочевые племена не обучаются военному искусству, а выживают за счёт торговли и добычи пропитания собирательством в оазисах Шелхофара. Пустыни материка идеально подходили им в качестве дома. Они приспособились к жаркому климату в магическом мире, но им требовался защитник от недобрых гостей, пиратов и разбойников, и однажды к ним пришёл воин в сером плаще. Именно он стал стражем народа. К тому же Хранитель Мира являлся обладателем зачарованного оружия и предком Аморигора.       Столпы песка вздымались в небо на месте сражения воина пустыни и некроманта. Из облака с разных сторон выпрыгнули противники и бежали вровень параллельными курсами. Вторженец удивлял стража Харау — он двигался так быстро, не владея такой же семейной реликвией, как у Аморигора, и его искусство меча превосходило всех, с кем ему доводилось сражаться. Бой продолжался уже тридцать минут, и его по расчетам корабли уже должны были отплыть, а значит, нужно выиграть ещё несколько минут.       Аморигор пошёл на сближение к противнику и показал подготавливающийся удар серпом. Некромант едва заметно улыбнулся, заметив перенос центра тяжести воина. Резко убрав острое оружие, когда между ними оставалось два метра, страж выбросил цепь в лицо соперника, но тот с легкостью отбил быстрый удар, и цепь отлетела в сторону. — Я отчётливо вижу, когда ты перемещаешь свой вес, и могу предсказать твой последующий удар, — сказал некромант спокойным голосом, а Аморигор разорвал дистанцию, чтобы собрать цепь обратно. — Больше твои фокусы не сработают. — Да, то, что ты видишь мои атаки, доставляет проблемы мне. Но что будет, если ты не сможешь заметить их? — приободрился страж Харау и поднял серп над головой. — Приди и помоги мне, песчаная буря!       Песок пришёл в движение и, вращаясь вокруг Аморигора, поднимался вверх. С каждой секундой скорость ветра увеличивалась, а видимость на поле боя стала снижаться. Буря, призванная стражем, накрыла пустыню и охватила четверть всего материка.       Пустынный страж держался на расстоянии от некроманта и избегал попадания в его поле зрения. Эта завеса создана не для победы над сильным противником, но у Аморигора появилась мысль, что буря ограничила способности врага и есть шанс одолеть его, если действовать осторожно.       Воин Харау моргнуть не успел, как некромант, который стоял впереди него, повернувшись спиной, испарился. Он быстро переключал внимание с правого фланга на левый, но видел лишь пелену из летающего песка. Вдруг в левом боку появилась резкая боль, и страж увидел острый конец лезвия, торчащий из его корпуса. — Эта буря бесполезна, потому что я вижу тебя, — послышался голос некроманта позади него. Боль усилилась, а проткнувшее защитника Харау оружие мгновенно пропало. Более того, противник вновь стоял к нему спиной на том же месте. — Как такое может быть? — подавляя неприятные ощущения, недоумевал Аморигор. — Всё просто, — ответил некромант и повернулся лицом к оппоненту. — Мои глаза видят всё вокруг. Никакая пелена и отвлекающие приёмы бесполезны против меня.       На воина пустыни сквозь завесу смотрели светящиеся красные глаза. При взоре на них у него возникло ощущение, что это не некромант, а голодный, страшный и беспощадный монстр. Тянуть время больше не было надобности, поэтому Аморигор присел на колено, зажимая рану, и воткнул серп в песок. Он не отозвал бурю, а провалился под толщу песка — сражаться дальше не было смысла, все его приёмы не подействуют против некроманта, когда любая атака противника может серьезно ранить стража. — Не важно, где ты спрячешься, я всё равно тебя найду, — промолвил некромант, неподвижно стоя на месте и смотря сквозь бурю.

***

      Рассекая крыльями воздух, по небу летел слепленный Шухэем из песка двухметровый ястреб. Эльф обладал даром созидания — все рукотворные изделия оживают по его желанию и выполняют приказ, который им даёт хозяин. После выполнения своей задачи создания теряют форму и рассыпаются.       Гаэн сидел на спине одушевленной птицы и смотрел с высоты на разорённые и зараженные чумой земли Лограна. Покинутые дома крестьян, оставленные повозки, разлагающиеся трупы скота и мертвые тела несчастных, которые не смогли или не успели покинуть жилища до прихода болезни. Огромная площадь плодородных земель была окружена светло-зелёным туманом, и никакая растительность не способна выжить в подобных условиях. «Феникс» удивился, как при таком дефиците уцелевшие королевства не развязали между собой войну за оставшиеся урожайные участки, и пришёл к выводу, что небольшая польза от аристократии была, но неприязнь к ним у него никогда не исчезнет.       Его тяготило, что при удачном стечении обстоятельств ему вместе с товарищами удастся сокрушить всех командиров армии врага и Гаэн попрощается с этим и родным миром навсегда. На Земле у него было мало по-настоящему важных вещей, кроме цели одолеть своего спарринг-партнера, но в Логране парень обрёл верных друзей и признание нескольких государств. В нем горело желание подарить возможность жить в мирной стране Гелайе — она потеряла всех своих родных, будучи в столь юном возрасте, и «феникс» хотел, чтобы она выросла среди добрых и заботливых людей этого мира. «Алисия, Исалия, Лоран и Маркус позаботятся о ней» — так думал Гаэн, потому что верил в них.       Опустилась глубокая ночь, и птица была на подлёте к южному материку. Созвездия здесь отличались от земных, поэтому парень зачарованно смотрел ввысь. Мерцающие огоньки завораживали и снимали напряжение с плеч, невероятная красота небес вызвала у Гаэна невероятный восторг. Ястреб качнулся в сторону, и вернул «феникса» на землю. Над материком бушевала неистовая буря, и создание из песка увеличила амплитуду взмахов, чтобы набрать более безопасную высоту. Шелхофар оказался пустынным континентом, о чём уже слышал парень от принцессы Ио, однако площадь песчаной зоны превзошла все ожидания. — Не нравится мне эта песочница. Давай скорее убираться отсюда, — похлопал по шершавой поверхности спины ястреба Гаэн. Одушевленная скульптура после набора высоты перешла на пикирование, сложив крылья под углом и увеличив скорость полёта. Они за минуту преодолели опасную зону катаклизма, и птица вернулась к плавным взмахам, сохраняя высоту.       В бушующей пурге пустыни шёл красноглазый некромант — он видел, как в небе пронеслась большая птица, каких не было в здешних местах. А в двухста метрах к югу от него из бархана вылетел раненный защитник Харау, и рухнул прямиком на воздушного хищника. — Решил скрыться по небу? Тогда я тоже обзаведусь своей парой крыльев, — с ехидной улыбкой сказал некромант.       Вдруг со спины послышался странный звук сыпающегося песка, а следом на ястреба сверху что-то упало. Гаэн обернулся назад и увидел распластавшегося на его ездовом создании странника в оборванной одежде с резаной раной в правом боку. На его поясе висел остро заточенный серп, а на правой руке была намотана цепь. — Посадка могла быть и помягче, — сказал упавший с неба незнакомец, не поднимая головы. — Я думал, у птиц мягкие перья, а они, как высохшие детские куличики на пляже.       Странник, держась за ранение и кряхтя при каждом движении, уселся верхом на спине птицы. Гаэн смотрел на гостя в пол оборота и рассматривал его: ярко желтый капюшон скрывал его черные волосы, а лицо было спрятано тряпичной маской. Видны были только его глаза и небольшой участок переносицы, его кожа была смуглой, что подходило по описаниям на коренных жителей Шелхофара — народ Харау. — Ты местный? И как здесь оказался? — спросил Гаэн, и Аморигор наконец поднял взгляд. Воин пустыни выглядел растерянным, так как не ожидал, что, сбегая от некроманта, запрыгнет на прирученного кем-то ястреба, но потом он увидел символ на плаще. — «Феникс!» Глазам своим не верю! — изумленно твердил страж. — Я считал, что нет боле воинов света в этом мятежном мире, но сама Судьба меня к тебе привела. А тебя — сюда. Мой предок был одним из вас, посему я имею право называться «фениксом». — Так ты тоже? — удивился Гаэн открывшемуся факту существования ещё одного воина ордена. — Я лечу в королевство Феторис, там скоро развернется битва за этот мир, мне пригодится твоя помощь. — Разумеется, можешь на меня рассчитывать, — показал Аморигор большой палец и рухнул лицом вперёд. — Ну да. Чудной он, однако, — прокомментировал Гаэн внезапный провал нового союзника в сон.       Периферическим зрением «феникс» заметил, что следом за ястребом летит нечто небольшого размера, издали напоминающее летучую мышь. По мере приближения преследователь становился всё больше, и вскоре Гаэн увидел неизвестного с кожаными крыльями и черным мечом в руке…