История о сумеречном фениксе

      Расстояние между некромантом и птицей из песка постепенно сокращалось, и в душе у Гаэна что-то кричало от восторга — отголоски тёмного проклятия, которые отзывались на шорох крыльев преследователя. «Феникс» оказался в затруднительном положении: попутчик лежал в отключке, за ними летит монстр с пугающей жаждой крови, и у него нет даже ножа, чтобы защититься. Парень хлопнул ястреба по спине и заставил прибавить скорость — они зашли на пикирование и малость разорвали дистанцию на какое-то время. Но погоня продолжалась, потому что некромант повторил манёвр, и они летели над беспокойной поверхностью воды, играя в кошки-мышки.       От периодических укачиваний в разные стороны в себя пришёл Аморигор. Он опёрся руками о тело птицы и поднял голову. — Что происходит? — поинтересовался измученный после боя страж Харау. — За нами гонится какой-то чёрт с крыльями! Судя по его ауре, это некромант! — прокричал союзнику Гаэн, повернувшись к нему лицом и проверяя дистанцию до преследователя. Воин пустыни обернулся и увидел противника, от которого тот был вынужден сбежать. — Опять он?! У него и крылья есть! — удивился Аморигор способностям некроманта. — Он отделал меня, но вдвоём мы сможем с ним сразиться. Помоги мне, «феникс»! — Я бы с радостью, но у меня нет оружия, а ты ранен — при таком раскладе нам не выиграть. К тому же у нас нет времени возиться здесь. Постараемся удрать, когда подлетим к облакам.       Страж понимал, что Гаэн рассудил верно, и смотрел на летящего вслед за ними невероятно сильного врага. Ястреб глухо гаркнул, а некромант неожиданно сменил направление полёта. — Что? Куда он намылился? — спросил у самого себя воин Харау, и ужаснулся, когда увидел внизу справа корабли его народа и стремительно приближающегося к ним некроманта. — Феторис же на западе, ты ведь туда спешишь?! Какого хрена мы летим на юг?! Ты привёл некроманта к моему народу! — Я не управляю этой птицей, поэтому не гони на меня! Мелкий эльф и старикашка сказали, что сначала птица доставит меня на остров, где я смогу добыть оружие для битвы, а после отвезёт в Феторис. — Почему ты мне сразу это не сказал?! Я бы спрыгнул вниз и завершил бой, дав уйти своему племени, ведь он охотится за моим народом. — Чего?! Ты сам свалился сюда, прогудел что-то, а потом сразу отрубился, ничего про некроманта не сказав! — Гаэн распалялся от несправедливых обвинений от песчаного воина, но смог обуздать негодования. — Так и будем пререкаться, или придумаем уже каким образом можно спасти твоих земляков?       Черный меч на всей скорости просвистел мимо одного из кораблей и разрезал мачту надвое. Пассажиры поддались панике и закричали, мужчины хватались за палки, вёсла, кухонные ножи и короткие мечи для разрубания кустарников в оазисах. Женщины и дети бросились бежать в трюм, чтобы не мешать сражаться мужчинам. Некромант летал в окрестностях судов и срезал паруса и мачты, чтобы его жертвы не смогли скрыться и почувствовали всю степень своей беспомощности и неизбежности смерти.       Мечник в черной мантии с грохотом приземлился на палубу и испугал смельчаков на корабле, который плыл во главе, своими красными глазами и аурой подавления духа. Самые молодые не могли стоять перед ним и падали без сознания. В мгновение ока некромант переместился за спины выстоявших и беспощадными взмахами оборвал их жизни. Стоящие поодаль нападали на него, но все попытки были тщетны — деревянные орудия разрубались, а мечи вылетали из рук оборонявшихся представителей народа Харау. Остались только обездвиженные храбрецы, и некромант решил убить их, а после вырезать спрятавшихся в трюме.       Над головой мечника пролетел большой ястреб, и с него на корабль спрыгнул, вращая цепь с серпом, воин пустыни. Некромант без проблем увернулся от радиального удара, отпрыгнув назад. Аморигор присел на палубе и тяжело дышал — рана в его боку ещё не затянулась. Большая птица взмыла в небо, оставляя корабль и воинов. — Решил погибнуть вместе со своими сородичами? — гордо подняв подбородок, спросил его некромант. — Это достойный конец для такого воина, твои приёмы хороши. — Сражайся со мной! — вскрикнул Аморигор и ринулся на противника. — Как примитивно, — недовольно произнес мечник и с легкостью отразил выпад серпом. — Прими свою участь, страж Харау.       Черный, сверкающий при свете луны клинок ознаменовал приближающийся конец для Аморигора. В глазах некроманта была лишь надменность и безразличие на открытого для атаки и стоящего перед ним воина, в то время как лицо противника расплылась в улыбке.       Облако закрыло собой ночное светило, помогая осуществить план «феникса». За спиной у стража Харау мелькнула тень, и с левого фланга выскочил Гаэн. После прыжка Аморигора птица поднялась ввысь и бочкой высадила парня на другом конце корабля, откуда он прокрался к мачте и ждал подходящего момента, чтобы ворваться в бой.       Некромант не изменился в лице и нацелился на Гаэна, который уже замахнулся для удара. Воин пустыни выставил укрепленную частью оружия левую руку и защитил его от атаки черного меча, а «феникс» впечатал кулак в челюсть мечника, отбрасывая того на метр назад. Аморигор тряхнул намотанной на запястье цепью и встал по левую руку от парня. — Этот удар мог разрезать мою цепь, твой план был слишком рискованным. К тому же несколько моих соплеменников… — Они сражались храбро и смогли защитить укрывшихся внизу. Благодаря им мы успели придумать этот план, их жертва не напрасна, — сказал Гаэн, поднимая короткий меч, принадлежавший одному из убитых. — А теперь пора разобраться с некромантом, устроившим охоту на народ Харау.       Их враг потрогал место удара на лице и поместил свой меч в ножны. Такое поведение насторожило Гаэна, и он ожидал, что последует дистанционная атака, как у Корнера. Некромант протянул руки вперёд и одарил соперников аплодисментами. — Браво! Превосходный план, Гаэн. Ты знал, что я вижу тебя, поэтому не стал менять стратегию, а пошёл до конца. Обсудил со стражем мои способности и тактику, чтобы обхитрить меня и нанести удар. Ты всегда всё быстро схватываешь. — Что? — Гаэн сумел рассмотреть в темноте лицо их противника и побелел от удивления. — Это ты, Рахим? — Стой, ты его знаешь?! — оскалился на «феникса» Аморигор, не понимая текущей обстановки. — Я считал, что тебя поглотила скверна Корнера в храме Омиции. Она была уверена в твоей смерти, но каким-то образом тебе удалось выжить. Ты удивлён, но не шокирован нашей встрече, друг мой. — Друг? Так, значит, ты фальшивый «феникс»! — указал на парня воин пустыни своим заточенным серпом, но его заключения оказались проигнорированы. — Как только я попал сюда, был вынужден сражаться, а мой стиль все называли некромантским, поэтому у меня были опасения, что однажды мы встретимся. Вот это произошло. Больше не называй меня другом, Рахим. Если ты убиваешь мирный народ Харау, то о какой дружбе может идти речь?! — перешёл на крик Гаэн, поскольку не мог выдержать нахлынувшую волну возмущений, когда Аморигор ещё больше запутался. — Ты проклятый некромант, который желает устроить геноцид в этом мире, убив ни в чём неповинных людей!  — Они не люди, Гаэн. Мы очищаем этот мир, чтобы создать на его месте новый, где жизнь будет течь по нашим правилам. Посмотри внимательнее на него — в нём столько несовершенств: земли и богатства принадлежат аристократам, королевства ничего из себя не представляют, а эти расы и народы не могут жить в мире. Мы очистим Логран и заселим его более послушными жителями. Подумай, Гаэн, в твоём мире всё точно так же. Неужели ты хочешь допустить превращение этого мира в Землю? — Нет, я этого не хочу, — промолвил «феникс», и этот ответ вызвал ухмылку у Рахима. — И этого не случится, потому что без некромантов и Повелителя у этого мира начнётся новый этап развития. Они смогут — все королевства объединятся, и настанет истинный мир, а не балаган, который вы хотите устроить. Аристократия канет в лету, я знаю, что Ио разберётся с этим, а «фениксы» помогут королевствам сохранять равновесие между расами. Я вместе со своими друзьями остановлю вас, некроманты! — Ты слишком самоуверен. — Отлично сказал, «феникс». Ты на стороне света, как и я. Давай прогоним его обратно в свой храм? — воспрял и отбросил сомнения Аморигор. — Вызываю тебя на дуэль до первой крови, Рахим, — выставил меч Гаэн, шокировав этим своего союзника. — Если проиграешь, то убираешься отсюда и оставляешь в покое эти корабли с пассажирами. Выиграешь — можешь делать с народом Харау, что хочешь. — Ты с ума сошёл?! Он ведь убьёт всех и меня тоже. — Ты всерьёз думаешь, что сможешь победить? В наших дуэлях всегда победитель один — это я, ведь все твои приёмы придуманы мной. И здесь я сильнее в десять раз, чем в твоём мире — у тебя нет ни шанса, Гаэн. Лучше убегай и позволь мне завершить мою задачу. — Испугался? — пренебрежительно спросил «феникс» и занял свою стойку. — За эту неделю я сам придумал несколько мощных приёмов, против которых тебе придётся не сладко. — Будь по-твоему. Сразимся один на один до первой крови по твоим условиям. Ты только что совершил свою последнюю и самую глупую ошибку, Гаэн. — Когда ты проиграешь, я отрежу твою голову своим серпом, — со злобным взглядом предупредил его Аморигор, отворачиваясь от них обоих. — Я не проиграю. Прошу, не вмешивайся, всё закончится очень быстро. — обратился к поникшему товарищу Гаэн, и красный кристалл в глазу феникса, отразив свет луны, сверкнул ослепительным блеском.

***

      Компания ночных заговорщиков, состоящая из Эйлин, Алисии, Маркуса и Лорана, барабанила в двери королевских покоев. Ио уже была оповещена об успешном вызволении Ариандра и Мириам из темницы, и уже направилась беседовать с ними. Король выслушал доклад Эйлин, потирая глазницы, и был потрясён результатами тайного ночного визита в резиденцию аристократов.       Через два часа в центральном зале монарх восседал на троне и ждал появления герцогов на ковре — он направил к ним гонцов с просьбой явиться немедленно для решения особо важного вопроса. Вся группа из замка Ио, кроме Лорана, стояла по левую сторону трона.       Двери распахнулись, и все аристократы вошли в королевский зал, зевая и поглядывая на выстроившихся в шеренгу воинов Феториса. У двоих герцогов не было сопровождения — арбалетчицы и Феликса не оказалось рядом с их господами, что вызвало у короля удивление. Он был удивлён, что не явилось двое «спасителей». — Что у вас за важное дело? Покончим с этим, и я пойду дальше спать, — раздраженно произнес аристократ, чьим телохранителем стал воин с косой. — Действительно, Король, зачем устраивать эти собрания по важным делам, — сделал знак ковычек Захарий, — в такую рань. Я только закончил веселиться с рабынями, а тут ваш гонец прискакал. — Вас, аристократов, обвиняют в измене королевству и заговоре против ордена «фениксов». Это громкое обвинение, поэтому Вы собственно и здесь. — Какой вздор! Мы являемся главными поставщиками продовольствия и вооружения армии королевства. Верность аристократии непоколебима, ведь благодаря королю мы можем заключать торговые соглашения с гостями из других королевств, обеспечивая процветание Феториса. А для войны против некромантов наши оружейники изготавливают высококачественные мечи и доспехи. Как смеют нахалы обвинять нас в подобном! Кто обвинитель? — разыграл трагедию герцог, покровительствующий воину с огромным молотом. — Это я, — вышла из шеренги принцесса Ио. — Как представитель королевской семьи замка Ио на материке Стальрада, я обвиняю вас четверых в предательстве. — Невоспитанная нахалка! Принцесса без королевства! Твои обвинения беспочвенны! — завёлся Захарий после заявления Ио. — Без доказательств ты просто сквернословишь. — Хотите доказательств? Пожалуйста, — принцесса указала на дверь справа. Стражники, повинуясь приказу, раскрыли дверь, и в зал вошёл Ариандр и Мириам. Захарий раскрыл рот, а другие аристократы недовольно тцыкнули. — Ваше Величество, — поклонился монарху воин с алебардой, как и эльфийка. — Как вам известно, я был телохранителем Захария, но после поединка с Гаэном решил присоединиться к «фениксам», но… — Что? Вы сражались с героем Гаэном? Но почему и при каких обстоятельствах это произошло? — прервал рассказ Ариандра король. — Это был приказ Захария, милорд. Во время эвакуации из замка Ио герцог сбежал при известии о приближении некромантов и занял два корабля для беженцев. Господин Гаэн застал его в порту и отстоял судно для горожан в честном поединке. Вот письменный доклад от секунданта поединка Лорана, — показала пергамент с рапортом Ио. Король с любопытством прочел документ и кивнул, показывая своё доверие к доказательствам. — Кхм, позвольте я продолжу, — попросил внимания Ариандр, и король дал разрешение на дальнейшее повествование. «Феникс» рассказал все подробности попытки побега из резиденции, не упуская признание Захария в желании убрать Гаэна, услышав это, Алисия хотела сорваться с места и разрубить герцога напополам. А Мириам поделилась отрицательными отзывами о темницах во владениях аристократов. — Не верьте этому лжецу и эльфийке, он обозлился на меня из-за… — начал оправдываться Захарий, но не знал, что ему придумать. — Где ваш телохранитель, Захарий? — поинтересовался король, прерывая размышления аристократа. — Он на… задании. Я дал ему важное поручение, и он вернётся не скоро. Я не переживаю за свою жизнь, ведь здесь безопасно, — сказал он и фальшиво засмеялся. — Лоран! — крикнула принцесса Ио, и в зал вошёл рыцарь в доспехах, волоча за собой мальчишку. Феликс не упирался и скользил спиной по плитке. Выражение лица Захария скривилось из-за обилия эмоций: от гнева на парнишку до страха за свою жизнь. Ио сообщила, что Маркус был подвержен нападению и был ранен Феликсом. Лучник рассказал все подробности прошлого дня, а «спаситель» Захария под тумаками от Лорана сознался в правдивости показаний Маркуса. После этого у короля не было сомнений, что аристократ желает избавиться от «фениксов» и является изменником королевств. — Захарий, я объявляю вас виновным в предательстве против королевств и покушении на воинов ордена «фениксов». И приговариваю вас и вашего телохранителя к смерти. Приговор будет исполнен в полдень. Стражники схватили осужденных и нацепили на них оковы, после чего повели в тюрьму на время подготовки эшафота. — Но, милорд, другие аристократы тоже замешаны в заговоре. Я своими ушами слышал это от Захария, они все прислуживают некромантам! — возразил Ариандр, желая восстановить справедливость. — Вы ведь поверили моим словам, так почему…? — Ваши слова не были основой для вынесения решения. Факты в своей совокупности с показаниями повлияли на исход суда. Захарий единственный, кто участвовал в предательстве, это доказано. А то, что другие — нет. — Постойте! — послышался девичий голос позади аристократов. Герцоги обернулись и увидели «спасительницу» с зачарованным арбалетом. — Я хочу дать показания, Ваше Высочество. Прошу, дайте мне слово. Её покровитель посинел, когда понял, что эта девушка решила отвернуться от него. Он злобно смотрел на проходящую мимо него предательницу, желая испепелить её взглядом. Оставшиеся телохранители не понимали, почему одна из них решила пойти по пути Ариандра. — Ты можешь говорить, Силиция, — дал разрешение монарх, и арбалетчица рассказала о договоре с командующим некромантов Честером, Чумой. И добавила, что участвовала в убийствах потенциальных «фениксов» вместе со своими товарищами. — Она лжёт, Ваша Светлость, — спокойно сказал аристократ, которого она защищала. — Вечером я отчитал её за грубость в адрес гостя, поэтому она пожелала мне так отплатить. — Хм, мне интересны мотивы вашего признания. Бернард отчитал вас, и это ваша месть? Говорите правду, уважаемая Силиция. — Почему король так обращается к ней? — поинтересовалась Алисия у своей наставницы. — Я слышала, что она из знатного рода и приходится королю племянницей, — прошептала девушке Эйлин. — Это слова принцессы, а ей я верю безоговорочно. У отца Силиции были конфликты с королем, и она решила скрывать свою принадлежность к королевской семье. Удивительно, что она столько лет скрывала правду от родственников. Запугивание у аристократов, судя по их способам заточения, выходят за все рамки. — Я совершила непростительную ошибку и служила под руководством чудовища. Мне нравилось получать новую силу дара и оружия, сражаясь с сильными противниками, но я не понимала, что это заходит слишком далеко. За три года мне довелось увидеть много страшного и безумного. Однако вчера был самый ужасный кошмар — я лично видела Чуму, он был здесь. И обещал вернуться за моей жизнью, если герцог Бернард не пришлёт ему голову лучника, убийцы Тьмы. Уж лучше я сгнию в тюрьме, чем умру от некроманта. Нет, я хочу погибнуть в бою против них, как воительница. Все переваривали слова Силиции, даже «спасители» на секунду прониклись сочувствием к арбалетчице, поскольку знали то же, что и она. Король долго обдумывал своё решение, а в зале воцарилась тишина. — Отправьте всех аристократов и их телохранителей, кроме Силиции, в тюрьму. Они так же признаются виновными в предательстве и заговоре против ордена «фениксов». В полдень казни подвергнутся семь предателей. В зал ворвался королевский рыцарь, он громко звенел доспехами и пыхтел от тяжести амуниции. — Войска некромантов! Они приближаются отовсюду! К вечеру темная армия будет у наших стен! Ваше Величество, война пришла к нашему дому!

***

      Аморигор держался за свою рану и опирался спиной к корме судна. Он слышал, как внизу испуганно всхлипывали женщины и плакали дети. В одиночку воин пустыни не мог ничего сделать, поэтому он готовил свой серп к последней схватке, которая произойдет после поражения Гаэна.       Уровни мастерства владения мечом у обоих дуэлянтов были практически равны — поединок продлится недолго. «Феникс» сосредоточенно осматривал своего соперника и окружающие его предметы. Правило использования местности не оказалось неучтённым, как и правило о недооценке противника. Аморигор поведал ему о способностях Рахима к мгновенным перемещениям, но Гаэн уже сражался с таким противником, поэтому главной проблемой для него будет его зрение. И решение у парня было только одно — нужно атаковать настолько быстро, что даже его идеальные глаза не смогут отследить момент удара.       Рахим стоял всё так же невозмутимым, как и при спаррингах в парке, но Гаэн осознавал, что это не игра и не товарищеский поединок, а самая настоящая дуэль, от исхода которой зависит выживание беззащитных.       Гаэн начал действовать и рывком сократил дистанцию. Скоростной выпад был первым изученным приёмом, и Рахим, не напрягаясь, парировал его атаку. Парень пролетел мимо, но знал, как поступит противник. Нога некроманта устремилась в голову «феникса». Не оборачиваясь, Гаэн ушёл кувырком влево и, встав на одно колено, хотел оставить порез на вытянутой конечности, но реакция оппонента не подвела — он притянул к себе ногу и повторил попытку ударить в голову, но «феникс» ловко извернулся от маха ноги. Первая стычка окончилась вничью, а соперники оценили силы друг друга.       Движения Гаэна заинтересовали Аморигора, поэтому он внимательнее следил за его перемещениями. Но сам «феникс» ощущал дискомфорт — его меч был короче привычного, и необходимо время, чтобы привыкнуть к новой длине лезвия. — Ты действительно стал искуснее, но на этом всё. Сейчас наш бой завершится, Гаэн. Рахим пробудил своё абсолютное зрение, и заставил нервничать стража Харау — эти глаза свели на нет все способности Аморигора. Гаэн уверенно стоял на месте и не выказывал страха. Он перехватил короткий меч в правую руку лезвием наружу и сменил стойку. Она отличалась от привычной: корпус слегка повернут вправо, левая рука согнута в локте и приподнята параллельно палубе, а правая отведена назад, левая нога выпрямлена, правая была в полуприседе.       Некромант заметил неладное, эту стойку он ещё не видел нигде и не представлял, на какие приёмы можно нарваться, если атаковать «феникса». Напрямую идти было рискованно, и Рахим использовал мгновенное перемещение. Гаэн быстро обнаружил его, он появился в самой уязвимой точке — на левом фланге. Черный клинок взмахнул на уровне пояса и напоролся на лезвие меча — Гаэн повернулся к Рахиму спиной и заблокировал его атаку, а после этого свободной левой зарядил по лицу некроманта. Глаза абсолютного зрения позволили ему уйти от кулака «феникса», и последовала контратака сверху, нацеленная на шею парня. Гаэн перевернул меч в руке и отбил клинок некроманта — развитая ловкость рук мечника впечатляла Рахима и наблюдающего в стороне Аморигора. Последовала серия из режущих ударов с обеих сторон, но пока ни один из них не получил и царапины. — Пора заканчивать дуэль, я одолею тебя, — сказал некроманту Гаэн и приготовился к выпаду. — Твои приёмы непредсказуемы, но я вижу их пределы. Но ты прав, хватит мне терять время, — произнес Рахим, и «феникс» уже вплотную приблизился к нему при помощи скоростного рывка. — Слишком просто, — отразил удар некромант, направив меч Гаэна вниз, заставляя тело парня переместить центр тяжести вперёд. Теперь он не успевал развернуться или выставить клинок для блока, «феникс» оказался открыт для атаки, и Рахим не упустил эту возможность.       Черное лезвие порезало плащ на уровне лопаток, но только плащ. Белая рубаха и тело осталось невредимо, потому что Гаэн сумел продвинуться вперёд и избежать опасного удара со спины. Нужно было контратаковать, и парень выхватил меч из правой руки левой и с размаху швырнул в голову Рахима. Некромант увернулся, и клинок пролетел мимо его лица, однако смог оставить на скуле неглубокий порез. Маленькая капля черной крови выступила из царапины и потекла к шее. — Я выиграл, — указал на его лицо Гаэн и смотрел в его глаза с презрением. — А теперь убирайся прочь, Рахим.