Грехи, грехи, грехи

      Обстановка была накалённой. Все шестеро сосредоточили внимание на картонной записке. И вправду, никто и не заметил этой фразы..."Беречь/не беречь, помнишь?"       — Может, это какая-то вторая подсказка в одной записке?— начал выдвигать свои предположения Чимин.       — Нет,— тут же прервал его Хосок. — Мизи поняла, что это такое. Она просто не сказала нам.       — Не стоит всё валить на неё,— начал заступаться Юнги. — Сейчас главное понять где они.       — Я звонил Сон-Сон. Мизи там и не появлялась. Больше ей некуда идти. Даже вариантов нет,— ответил тому Чимин, ни капли не приободрив.       Джун ухмыльнулся. "Сон-Сон".... Когда это они успели стать так близки?       — Ещё эта сраная погода.... Как назло,— тяжко вздохнул Джин, массируя вески.       POV Чонгук       Я не знаю где я и как далеко забрёл. Ничего не видно и ощущение такое, что не видно только мне.       «— Я всегда такой была, потому что у меня есть чувства, в отличии от вас!       — Этими чувствами ты пользовалась, когда убивала своего отца?»       Я не хотел этого говорить. Слова будто сами вырвались. Я же гнев, я себя не контролирую. Тем более это блядское задание. Я не уверен, что оно того стоило.       Спать мне не нужно, а это значит, что я и не устаю вовсе, но мне всё равно становилось всё тяжелее куда-то идти. Чувство вины. Вот оно... То, что тянуло меня к земле. И в итоге я ему поддался.       Сидя на мокром и холодном асфальте, под проливным дождём и с грозой, я просто надеюсь, что Мизури уже дома. Что она сидит и злиться на меня, пусть поплачет, побьёт подушку... Главное дома. Ибо если нет, то, мне кажется, я не смогу вернуться.       End POV Чонгук

***

      10:53       Тем, кому казалось бы, нужно спать и набираться сил, уже по приколу было поглощать крепкий кофе. Сидя в полной тишине, все еле услышали какие-то звуки в прихожей. Стояла Мизури. Вся мокрая, грязная, с разбитой губой и содранными в кровь руками.       — Что это с тобой? Совсем офонарела?! Мы не спали всю ночь из-за ваших стычек! Сколько можно всё время нас до седины доводить? Мы у тебя всего почти две недели, а уже, кажется, снялись в "Санта Барбара"!       Юнги понесло. Он уже кажется даже забыл, что такое реально злиться. А ведь у него столько планов на неё. Стать ей другом, братом, если позволит. Но она всегда всё усугубляет. Выводит спокойное море к штормовому предупреждению.       Но тираду Юнги остановил Джин.       — С тобой всё впорядке?       Он старался аккуратно заглянуть в глаза Мизури. Она в ответ расплакалась и тихо ответила:       — Я его не чувствую.       Все переглянулись между собой, не поняв, о чём речь.       — Я его не чувствую,— продолжила Мизури, уже повернув голову к Джину. — Обычно внутри себя я чувствовала гнев, обиду, раздражение. Даже когда он вышел за мной, я чувствовала, как ему стыдно. Он не хотел. Но я его не чувствую. Вообще.       Юнги сровнял свою челюсть с полом.       — Ты чувствуешь то же, что и Чонгук?       Мизури в ответ закивала и, сев на корточки, заплакала.       — И как давно?       — Сначала я думала, что это мои эмоции и воздействие моего греха на них. Я думала, что это из-за того, что он рядом. Но потом стала замечать, что когда я сплю, у меня нет умиротворения. Когда он о чём-то думал, я будто думала вместе с ним, чувствовала его тревогу, волнение, успокоение. Чувствовала всё. Но сейчас его нет. Пусто,— Мизури зарыдала с новой силой.       — Мизури, успокойся, может он просто слишком далеко?       — Я обошла за ночь почти весь город, вернулась туда, где чувствовала в последний раз хоть что-то, но нигде его не было. Он будто сквозь землю провалился.       — Может так и есть?— спросил Тэхён как будто в пустоту.       — Что?       — Может он и не здесь вовсе? Не о чем переживать. Он же грех. Не умрёт.       Удивительно, но в ответ на это Мизури, только всхлипнув, ушла к себе. Ей никто не мешал.

***

      В тот же день к ним с криками завалилась Сона. Её бешенству не было предела. Она проводила с Мизури "воспитательную беседу" по меньшей мере часа два и, немного успокоившись, уже начала переживать за Чонгука. То, как волновалась за него Мизури, начинало волновать и Сону.

***

      От Чонгука уже третьи сутки не было никаких вестей. Все эти дни они все вместе пропускали школу. Сона была с ними. Дома на неё всё равно внимания не обращали. У них и своих проблем хватало.       — Я отвела Сону́ к бабушке, пока в дома развал. Сходила в магазин.... Может поешь, Мизи?       Мизури только помотала головой. Чувство, что они ничего не могли сделать, каждому въедалось в мозг. Лёгкое волнение появлялось даже у тех, у кого, казалось бы, нет вообще никаких чувств.       Джин не спал вместе с Мизури ночами. Он не заставлял её спать, потому что сам не находил себе места, а вместе пережить ночь им получалось легче. В своих темных кругах под глазами они могли спрятать хоть чёрта, если захотят.       Пока Сона сидела с Мизури, входная дверь хлопнула, не привлекая к себе должного внимания. Но вот крики "Где тебя носило?" привлекли. Мизури, распахнув глаза пошире, помчалась вниз, моля в голове, чтобы это был Чонгук.       И вот оно...       — Чонгук...