Гарри Поттер и новый виток истории

После бала Гарри вынул из волос неожиданный подарок истинного. Он кончиками пальцев огладил жемчужные лепестки на секунду прикоснувшись к цветку губами, а потом устроил его в созданной минутой ранее вазочке. Дочка таинственно блестела глазами и часто рисовала в своём блокноте разнообразные растения. С каждым годом ее навык все улучшался. — Мам, можно я тебе нарисую подобие татуировки? В один вечер защебетала малышка, поймав ладони своего родителя. Гарри был обескуражен просьбой, но пообещал подумать. А потом пришла течка. Было больно. Больно настолько, что иногда не получалось вдохнуть, раскалённый воздух будто кость вставал в горле. Анни глотала слёзы, бегая проверяя своего родителя, и отчаянно терла красные глаза. Она старалась скрыть от измученной матери собственный страх, однако пока не преуспела в этом. Мистер Пломбир, вздыбрив шерсть, отчаянно шипел ругательства про глупого омегу, бегая то в башню Гриффиндора, дабы позвать Гермиону, которая в ужасе прикрывала рот ладошками, стоило увидеть друга, то в больничное крыло за мадам Помфри. Медсестра смеряла Гарри жёстким взглядом, но потом добрела, подавая зелья, способные снять скручивающую боль. Анни изредка выглядывала из-за косяка двери, явно уверяясь в жизнеспособности матери. Сам Поттер не мог даже пошевелиться, а из-за сильнейшей боли, его руки зафиксировали у изголовья кровати, во избежания нанесения травм самому себе. В таком ужасном кошмаре прошли отмеренные три дня, а потом Гарри просто лежал, не в силах пошевелиться. Анни просиживала рядом с ним все своё время, поглядывая всегда настороженно и серьезно, а как только омега моргал, девчушка вытирала слёзы. Гарри поднялся на ноги только через неделю, был бледным как смерть, а вышел из комнат, повиснув на плече Гермионы. Грейнджер испытывала страх не меньший чем Анни, крепко цепляясь за плечи омеги. У лестницы их ожидал Рон, но заметив в каком состоянии лучший друг, тут же подошёл, аккуратно подхватывая изнеможённого парня на руки. В больничное крыло компания прибыла именно в таком виде, напугав мадам Помфри так, что волшебница схватилась за сердце. Конечно, их процессию заметили все кому не лень, тут же принимаясь за обсуждения. В итоге только улёгшиеся слухи о ветреной натуре национального героя вспыхнули вновь. В каком-то более агрессивном варианте. Правда самому Поттеру было на них отчаянно плевать, он просто мечтал вернуться к нормальному существованию, не сопровождающемуся неожиданной слабостью, болью или потерей сознания. Да и такое было. Слава Мерлину рядом был Оливер. Они решили вместе полетать, пока стадион был свободен, вот при приземлении Гарри и отключился, просто свалившись наземь. Вуд перепугался тогда знатно, а за ним и Анни, и Гермиона с Роном. В этот раз мадам Помфри его не щадила, высказывая все свои мысли. — Вы абсолютный идиот, мистер Поттер! Вы представляете до чего довели свой организм? На что вы тратите так много магии, что она не способна вас быстро восстанавливать?! Только чуть выдохнув и прекратив нервничать, женщина поняла на что уходит магия ее глупого пациента. Дамблдор объяснял это Гарри: именно магия омеги стабилизирует ядро малышки, школа лишь минимизирует ущерб от всплесков детской магии. В итоге целую неделю Гарри был завсегдатаем больничного крыла, а как смог его покинуть тут же решил проверить подсказку Седрика касательно секрета яйца. Принять ванну лучше всего ночью, решил Гарри: кто знает, сколько уйдёт на разгадку золотого яйца? А ночь длинная. Не очень-то приятно быть обязанным именно Седрику, но, конечно, лучше всего подойдёт ванная факультетских старост. В ней мало кто моется, можно пересчитать по пальцам. Значит, никто не помешает. Гарри тщательно подготовился к вылазке. Школьный завхоз Филч уже раз поймал его ночью в неположенном месте и снова попадаться совсем ни к чему. Самое главное — мантия-невидимка, да ещё Карта Мародёров, с ними не так опасно нарушать школьные правила. На карте весь замок Хогвартс с потайными ходами и коридорами, сокращающими путь, и что очень важно, Карта показывает людей в замке в виде точек, помеченных именами. Точки движутся по переходам и комнатам, так что Гарри сразу заметит приближающегося к ванной человека. В четверг вечером Гарри сначала уложил дочку, прочитав ей на ночь новую главу из учебника по зельеварению (любовь к отцу принимает неожиданные повороты), поцеловал в щёчку и прикрыл дверь, быстро подхватывая подготовленные вещи. Идти было неудобно — тяжёлое яйцо под мышкой, в руке перед глазами волшебная Карта и поверх всего — мантия. К счастью, в залитых лунным светом коридорах было тихо и безлюдно. На поворотах Гарри сверялся с Картой: никаких опасных встреч не предвиделось. Вот и статуя Бориса Бестолкового, на лице недоумение, перчатки надеты не на ту руку. Гарри отсчитал от статуи нужную дверь, подошёл ближе и шёпотом произнёс пароль «Сосновая свежесть», как советовал Седрик. Единственное, что могло пойти не так, это приход другого старосты. Всё-таки Гарри хоть и парень, но омега, а потому достаточно осторожен. Дверь скрипнула и отворилась. Гарри проскользнул в ванную, запер дверь на задвижку, снял мантию-невидимку и огляделся. Да, только ради такой ванной захочешь стать старостой. Просторная комната выложена белым мрамором. С потолка свисает великолепная люстра с горящими свечами. Посередине комнаты прямоугольный бассейн — тоже из белого мрамора, по краям него около сотни золотых кранов, украшенных самоцветами, у ближнего края трамплин. На окнах льняные занавеси почти до пола; в углу большая стопка белых пушистых полотенец. На стене единственная картина в золотой рамке — на скале спит русалка, светлые волосы разбросаны по лицу и мерно вздымаются от её дыхания. Гарри положил на пол свои вещи и подошёл к бассейну. Шаги гулким эхом отдавались в пустой мраморной комнате. Как бы ни была роскошна ванная, как бы ни хотелось открыть хоть несколько кранов, Гарри никак не мог отделаться от мысли, что Седрик просто решил над ним подшутить. Из кранов полилась вода с пеной для ванн. Такой пены Гарри ещё не видывал. Из одного вырывались розовые и голубые мыльные пузыри размером с футбольный мяч, из другого текла густая белоснежная пена. На такую пену, кажется, можно лечь. Третий кран испускал душистые лиловые облака, и они медленно расплывались над самой поверхностью воды. Гарри открывал и закрывал краны, любуясь разноцветными струями. Особенно ему понравилась лёгкая струя, вся из пузырьков, которая, едва касаясь воды в бассейне, тут же взлетала в воздух и на мгновение застывала высокими арками. Бассейн хоть и немаленький, очень быстро наполнился горячей водой, пеной и пузырями. Гарри закрыл краны, снял халат, тапочки, пижаму и осторожно опустился в воду. Бассейн был довольно глубокий, Гарри едва касался ступнями дна. Он несколько раз переплыл бассейн туда и обратно, вернулся к яйцу, встал у бортика и призадумался. Приятно, конечно, купаться в горячей душистой воде, полной разноцветной пены и пузырьков, вот только разгадка ни на йоту не приблизилась. Поэтому он решил подумать логически. Седрик сказал про ванную старост почему? Какой главный критерий выбора этого места? Поттер набрал в ладони пушистой пены и сдул ее с рук, улыбнувшись русалке на противоположной стене. Разгадка кроется в помещении, если это не определённая атмосфера или тайник неизвестный, то… Омега уложил руки на бортик, пристроив на них подбородок. Главный компонент этой ванны — это бассейн, а бассейн — это вода! Улыбнувшись такому простому ответу, Гарри продолжил мурыжиться дальше. Как вода поможет разобрать вой яйца? Установив золотой трофей напротив себя, парнишка набрал в руки воды и полил его. Но никаких символов на золотом покрытии не проявилось. Сведя брови, он продолжил эксперимент, повернув защелку, из-за чего ванна тут же наполнилась мерзким скрежетом и воем. Гарри снова полил на него водой и неожиданно ужасный шум на мгновение превратился в слова. Усмехнувшись, омега смахнул яйцо в воду, а потом нырнул за ним следом. Гарри набрал в грудь воздуха, сел под водой на мраморный пол и прислушался: из раскрытого яйца звучал хор голосов, от которых у него мурашки побежали по коже: Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чём ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали На возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, Есть только час, потом пропажи не вернуть. Гарри оттолкнулся от пола, вынырнул и, встряхнув головой, откинул волосы с лица. — Ну что, слышал? — поинтересовалась плакса Миртл. От ее появления Поттер чуть снова не булькнулся под толщу воды. — Миртл? Что ты тут делаешь? Привидение чуть грустно улыбнулось. — Услышала знакомый вой, пока путешествовала по канализации. Решила узнать насколько быстро следующий чемпион догадается. Кстати ты справился довольно скоро. Похвалила она, проплывая по воздуха над головой омеги. — Ага. «Наш дом совсем не суша, наш дом там, где поём…» Выходит, они… погоди-ка, послушаю ещё раз. — Гарри опять набрал в грудь воздуха и нырнул под воду. Он нырял ещё три раза, пока наизусть не запомнил песню золотого яйца. После чего принялся ходить по комнате, ломая голову. Миртл сидела на кране и молча глядела на него. — Под водой… под водой… Миртл, скажи, а кто живёт у нас в озере, кроме гигантского кальмара? — Да мало ли кто! Я иногда прогуливаюсь в озере. То по собственной воле, то по чужой. Иной раз сижу в бачке, кто-нибудь спустит воду, глядишь — я и в озере. Гарри вообразил, как Миртл летит по канализационной трубе вместе с содержимым унитаза, поёжился и спросил: — Ну, а кто там живёт, говорящий по-человечески? Погоди, погоди… Взгляд Гарри упал на единственную в ванной картину. — А русалки с тритонами в озере есть? — Ну, наконец-то! — Глаза Миртл заискрились. — Сообразил быстрее, чем Диггори. А ведь она тогда не спала, — Миртл с отвращением кивнула в сторону русалки, — хихикала, била хвостом, в общем, завлекала. — Ага! — радостно воскликнул Гарри. — Значит, во втором испытании надо найти в озере русалок с тритонами и… и… Лицо парня моментально побелело. — Миртл, пропажа — это ведь вещь? Неодушевленный предмет? Заметив как она отвела глаза, Гарри быстро вылез из ванны, моментально заворачиваясь в халат. Уже попрощавшись с привидением и тихо ступая по ступеням, омега нервно озирался на шевелившееся картины. Изображённые на них люди словно его видели, следили своими пронзительными очами. Гарри сделал шаг и вдруг провалился одной ногой в дыру. Его так занимали тревожные мысли касательно «потеряшки» во втором туре, что он совсем забыл о ложной ступеньке, куда вечно проваливался Невилл. Гарри дёрнул ногу, золотое яйцо, ещё влажное, выскользнуло из подмышки, он рванулся за ним, не поймал, и яйцо поскакало по ступеням с таким грохотом, словно кто-то бил в большой барабан. Мантия-невидимка поползла с плеча, Гарри успел подхватить её, но выронил Карту Мародёров, которая упала шестью ступенями ниже. Нога Гарри по колено застряла в дыре, до Карты не дотянуться. Золотое яйцо набрало скорость, пролетело сквозь нижний гобелен, маскирующий выход из потайной лестницы, раскрылось и завыло на весь коридор. Гарри вынул волшебную палочку, хотел убрать изображение на Карте, но не достал. Поправил мантию, выпрямился и в страхе замер. — Пивз!!! — раздался голос. Завхоз Филч вышел на охоту. Он был ещё далеко, но Гарри узнал торопливую стариковскую походку и хриплый сердитый голос. — Ты чего там грохочешь? Весь замок поднимешь на ноги! Ох, доберусь я до тебя, Пивз! Ох, доберусь! А здесь у нас что?.. Шаги затихли, яйцо клацнуло, и вой прекратился. Гарри стоял, не шелохнувшись, и слушал, ногу крепко зажало в заколдованной ступеньке. Филч станет искать Пивза, откинет гобелен, а Пивза-то тут и нет… Пойдёт, чего доброго, наверх и наткнётся на Карту Мародёров… Тогда и мантия-невидимка не поможет, Филч сразу заметит на Карте точку «Гарри Поттер» — там, где он стоит. — Гляди-ка, киска, золотое яйцо, — сказал Филч. (Стало быть, миссис Норрис с ним.) — Да это же загадка для второго тура. Яйцо кого-то из чемпионов. У Гарри заколотилось сердце и потемнело в глазах. — Пивз, выходи, ворюга! — ликуя, заорал Филч. Он отдёрнул гобелен и сунул в брешь голову, лицо одутловатое, выцветшие глаза навыкате. Филч поглядел вверх, вниз и никого не увидел. — Спрятался? Ну ничего, я до тебя доберусь. Последнее дело — воровать у чемпионов. Уж теперь-то Дамблдор тебя выгонит! Выходи, говорю, полтергейст! Филч пошёл вверх по лестнице, худая серо-коричневая кошка бежала рядом. Глаза миссис Норрис — два фонаря — глядели прямо на Гарри. И ему снова пришло в голову: вдруг кошки видят человека под мантией-невидимкой. От этой мысли он чуть не лишился сознания. А Филч в старом бумазейном халате был всё ближе, ближе. Гарри ещё раз дёрнул ногу, но только глубже увяз. Филч вот-вот увидит карту или, хуже того, наткнётся на самого Гарри. — Филч? Что тут происходит? — раздался голос. Остановившись шагах в двух от карты Мародеров и только чудом ее не заметив, Филч обернулся. Внизу лестницы стоял тот, кого Гарри боялся больше, чем Филча — Северус Снейп. Судя по ночной рубашке, он только что встал с постели, а судя по выражению лица, был зол как собака. Завхоз потопал назад, давая омеге возможность вдохнуть, профессор настиг его на половине пути, скользнув тёмными глазами по лестнице за спиной Филча. Мужчины несколько минут ожесточённо шипели что-то, что Поттеру было не разобрать, однако терять времени Гарри не собирался, как и испытывать судьбу: пусть отношения со Снейпа потеплели, однако вряд ли он простит гриффиндорцу прогулку после отбоя. Неожиданно до ушей отчаянно выбиравшегося из засады омеги долетела чёткая фраза профессора. — Аргус, будьте добры проверьте около моего кабинета, вдруг вы заметите нечто новое. А я пройдусь здесь, вдруг замечу Пивза. Что прокаркал завхоз Поттер уже не разобрал, затихнув как мышь под веником. Как только старик удалился, скрывшись за углом, а его чуть скорая походка стихла, Северус медленно начал подниматься вверх. Честно прятаться было бесполезно, но и появляться перед Альфой было страшно. Мужчина поднял карту Мародеров, дёрнув уголком губ, затем сделал ещё один шаг и протянул руку, с первого раза цепляя мантию-невидимку. — Доброй ночи, мистер Поттер. Спокойный голос мужчины заставил Гарри поёжиться. Омега только мгновением позже заметил яйцо в руке профессора. — Помочь? Насмешливо протянул руку альфа, за которую Гарри тут же схватился. Из столь унизительной западни его быстро извлекли. Снейп явно намеривался что-то сказать про правила, но Поттер его перебил, ухватив за руку и разворачивая к себе лицом вновь. — Профессор, скажите мне, пожалуйста, на дно озёра ведь будет помещён неодушевленный предмет? Самая дорогая вещь участника, правда ведь? Снейп выглядел удивленный, но ответил достаточно быстро. — Я не могу ответить на ваш вопрос, мистер Поттер, так как тонкости второго тура на данный момент знают лишь директора, профессора будут оповещены позже. Северус постарался не выдать собственный испуг, ведь он прекрасно знал кто самый дорогой человек в жизни четвёртого чемпиона, а позволить затащиться собственную дочь на дно он не мог! Вручив омеге его вещи и проводив до комнаты, зельевар вернулся в собственные покои, все перебирая события сегодняшнего вечера. Ему очень не понравилось, что в коридоре сразу, как только они с Гарри скрылись за гобеленом появился Грюм. Снейп узнал его по походке и грохочущей ноге, но кажется сам мракоборец их не заметил, глядя своим глазом в пол. Но вот его появление в коридоре недалеко от кладовой зельеварения через пару минут после кражи ингредиентов о многом говорит.