Научные открытия и взаимные оскорбления (бывш. Оскорбление)

— Значит, ты из Германии? — спросила Гермиона, разворачивая шоколадку. — Ага, — ответил Хансен. — А почему ты не поступил в Магический университет Кёльна? — Немецкий подход к трансфигурации совсем не такой, как у вас тут. Думаю, здесь я большему научусь. — То есть — разные подходы? А в чем отличия? — заинтересовалась Гермиона. Томас поправил сумку на плече и принялся чертить в воздухе разные схемы трансфигурации. — Знаешь их все? Гермиона кивнула. — Способы трансфигурации неживого в живое. Это — прямой способ, этот — с использованием высшей магии, последний требует дополнительных катализаторов. — Вот видишь. У нас в школе, к примеру, объясняли только прямой способ. Остальное я выучил самостоятельно. Просто в Германии специалисты разделились на несколько лагерей. Воюют друг с другом, как дети, пытаются доказать, что их подход лучше, чем тот, который используют соперники, — усмехнулся Хансен. — У вас в Англии такого нет. Один преподаватель объясняет все. Так что, сама понимаешь... — Неужели и в университете такое разделение? — Возможно. Я решил не проверять, — улыбнулся Хансен. — Не думаю, что все так уж запущено, — с сомнением протянула Гермиона. Хансен пожал плечами. Они молча дошли до маленького фонтана. Гермиона села на теплый мрамор и зачерпнула воды в ладошку, а Хансен обернулся на корпус, из которого они вышли. — А кто такой этот Снейп? — спросил через некоторое время Хансен. — Герой войны, — ответила Гермиона. — А ты разве о нем не слышал? — Если честно, нет, — Хансен смущенно улыбнулся. — Так уж получилось, что во время вашей войны я готовился к поступлению... Я, конечно, знаю, что у вас много героев, но по имени помню только Гарри Поттера. Гермиона с интересом посмотрела на Хансена. То есть, и ее он не воспринимает как героиню? Что ж, эта новость радовала. — А кем он тебе приходится? — поинтересовался Хансен. — Кто? — не поняла Гермиона. — Ну, Снейп. Вы родственники или что-то в это духе? Гермиона резко обернулась, чтобы посмотреть на Хансена: — С чего это ты взял? Хансен удивленно моргнул. — Извини, если обидел. Просто мне показалось, что он тебя выделяет. — Он был нашим преподавателем в Хогвартсе, — категорично заявила Гермиона. — Ладно-ладно, — рассмеялся Хансен. — Вижу, у вас с ним действительно особые отношения. Гермиона фыркнула и с размаху стукнула Хансена сумкой. — Ай! Что ты там носишь?! — Ты совсем как Рон, — хихикнула Гермиона. — Хотя нет, Рон бы не поступил на трансфигурацию. Хансен беззаботно пожал плечами. — А Рон — это твой парень? — спросил он. — Бывший парень, — уточнила Гермиона и слегка нахмурилась. Вспоминать Рона не хотелось. — И все-то тебе интересно, — добавила она. — Ну, что поделаешь, — улыбнулся Хансен. Гермиона тоже улыбнулась и привычным жестом поправила часы на запястье: они показывали половину двенадцатого. Хансен проследил за ее взглядом и спросил: — А тебе сейчас куда? — Я думала зайти в библиотеку, — уклончиво ответила Гермиона. — А у меня пара, — сообщил Хансен. — Увидимся позже? — Конечно. Хансен махнул ей на прощание и отправился в сторону одного из учебных корпусов. Пару секунд Гермиона смотрела ему вслед, а потом развернулась и пошла в библиотеку. * * * — Здравствуйте, сэр, — не очень уверенно начала Гермиона. Библиотекарь — пожилой мужчина с крючковатыми пальцами — совсем ее не слушал, продолжая колдовать над каким-то манускриптом. Гермиона заставила себя выпрямиться и чуть громче продолжила: — Я — студентка первого... -... студентка первого курса, мисс Грейнджер, да, я помню, как вы приходили на той неделе. Вы все еще хотите получить работу? — перебили ее. — Да, сэр. Библиотекарь оторвался от своего занятия. Заклинание, которое он сотворил, продолжало «лечить» обложку, так что теплый лиловый свет оттенял его изрезанное морщинами лицо. — Зачем вам работать в библиотеке, мисс? Вы молоды, вам надо больше времени проводить на воздухе. — Обычно я успеваю и то, и другое, — ответила Гермиона, но библиотекарь продолжал сверлить ее пытливым взглядом, и она добавила: — К тому же, я всегда много времени проводила в библиотеке. — Молодая исследовательница, значит? — библиотекарь отложил палочку и скрестил руки на груди. — А вам известно, леди, что негоже пользоваться служебным положением для своей выгоды? Гермиона вспыхнула. — Я не собиралась пользоваться положением! — Правда? Гермиона уже глубоко вдохнула, чтобы обстоятельно возразить, как библиотекарь хрипло рассмеялся: — Расслабьтесь, мисс, я пошутил. С моей стороны было бы глупо подозревать вас в подобном. Приступайте к работе с понедельника. Уже на выходе из библиотеки Гермиона вновь бросила взгляд на старика. Тот уже вернулся к работе по реставрации манускрипта, но все еще улыбался уголками губ. «Странный он», — подумала Гермиона. * * * Пары закончились уже после обеда. Небо все еще было ясным, и Гермиона решила пройтись пешком. Однако на выходе из Высшей Школы Магии ее остановил охранник. — Вы же мисс Грейнджер? — Да. — Вам сова приносила письмо, но мне не отдала. Пятнистая такая. — А почему она должна отдать вам мое письмо? — удивилась Гермиона. — Дело в том, что мы не пускаем на территорию сов. Изгадят ведь все, — скривился охранник. — У нас даже нет общественной совятни. — Это неправильно! — возмутилась Гермиона. — А если кому-то срочно нужно отправить письмо? — Вы можете одолжить личную сову у одного из преподавателей. Это предусмотрено уставом. — Мда-а, — протянула Гермиона. — А сова, говорите, пятнистая была? С белым пухом под клювом? — Да, — подтвердил охранник. — Злая какая, вон, цапнула меня. И он продемонстрировал Гермионе ранку на пальце. — Очень жаль, — проговорила Гермиона, хотя жалости не почувствовала: нечего чужие письма у сов выхватывать. — До свидания. Пятнистая сова была у Гарри. Наверняка тот хотел узнать, как у нее дела. Гермиона спрыгнула с последней ступеньки каменного крыльца проходной университета и оказалась на обычной маггловской улице. Для любого прохожего Высшая Школа Магии выглядела как старый особняк в викторианском стиле, а на заборе вот уже много лет висела табличка «На реставрации». К тому же, здание было окружено отвлекающими чарами, так что студенты, пожелавшие уйти не через камин, а через калитку, оставались незамеченными. Внезапно Гермионе на плечо приземлилась та самая пятнистая сова. Она так недовольно ухала и хлопала крыльями, что Гермионе стало совестно. — Ты что, ждала меня? Какая ответственная, — она отвязала письмо, но сова не улетела. — Он что, просил сразу прислать ответ? Ох, надо бы ему рассказать, как у нас тут с совами обращаются. Акцио, печенье. Поймав вылетевший из сумки крекер и отдав его сове, Гермиона резким движением вскрыла конверт. «Привет, Гермиона! Как твой первый день в университете? Ах, да, он не первый, ты же там все лето провела! (на этом месте Гермиона фыркнула: нашел, где подколоть) Ну, как бы то ни было, я хотел узнать, как твои дела. Может, встретимся на выходных? P.S. Я позову Рона?» Гермиона нахмурилась. Она, конечно, понимала, что Гарри ничего плохого не имел в виду, но общаться с Роном ей не хотелось совсем. Нащупав в кармане маггловскую ручку, она нацарапала на полях: «Давай завтра в обед в «Тюльпане». Рона звать не надо» Стоило ей оторвать ручку от пергамента, как сова выхватила письмо и улетела. Гермиона осталась стоять у забора, раздумывая, какой дорогой отправиться домой. В паре миллиметров от нее прошел толстый маггл, но даже не посмотрел в ее сторону: отвлекающие чары еще не перестали действовать.