Под юбку

В спальне, на кровати Джинни, ее ждал небольшой коричневый конверт. Она не могла не признать, что это было действительно эффектно как знак того, что Малфой может достать ее даже в гриффиндорской спальне. Ей даже стало интересно, как он это провернул. Внутри конверта были время, место и приписка: "Ты же не хочешь, чтобы все узнали о позоре семьи Уизли?". Все это серебряными чернилами и идеальным аристократическим почерком, прекрасно выдававшим отправителя даже без какой-либо подписи. Ничего лишнего, только элегантный шантаж. То, чего Джинни и добивалась, завязывая всю эту историю. Она пойдет на встречу.

***

Это было хорошее место — небольшая каморка в отдаленном закутке подземелий. И люди здесь никогда не проходили, и помещения слизерина в случае чего неподалеку. Грамотный выбор. После всех занятий, в назначенное время, Джинни робко вошла внутрь. Она уже вошла в роль поддающейся на шантаж девушки, застигнутой врасплох обстоятельствами, чтобы не спугнуть Драко. В помещении не было ничего, кроме запыленных полок с давно забытыми и ненужными никому вещами. Назначение большей части из них, наверное, никто из ныне живущих уже и не помнил. Во всяком случае выглядели они так, будто забыли эти вещи не один век назад. Джинни подошла к полке и провела пальцем по странной формы бронзовому кувшину — палец покрылся черной то ли пылью, то ли сажей. Сделав шаг назад, она наткнулась на что-то и замерла. Ладони опустились на ее талию. — Умный поступок, Уизли, мы ведь оба не хотим, чтобы все в этом... заведении узнали о твоем позоре? Его рука жадно прошла вверх по ее телу и сжала грудь. Слегка сбивающееся дыхание над ухом Джинни выдавало возбуждение слизеринца. Он сжимал ее в объятиях и гладил грудь, талию, бедра, наконец решительно поместив ладонь между ее ног. Это сводило Джинни с ума, но она держалась. Он еще мог сорваться. Нельзя было этого допустить. Нельзя. Она вскрикнула. Это был стон экстаза, который, к счастью, Малфой воспринял как вскрик. Он остался доволен. Власть над Уизли, ее беспомощность это то, чего ему так не хватало. Его пальцы проникли под одежду, начали неловко, с явным отсутствием опыта, ласкать Джинни, от чего та сразу обмякла, потеряла любые силы держать себя в руках и, сквозь сжатые губы, застонала. Ее соски набухли под тканью, требуя больших прикосновений, а по сведенным ногам начала стекать смазка. Она не могла терпеть. Заведя руку назад, Джинни нащупала напряженный член, ощущавшийся даже сквозь ткань. Движения Джинни были намного опытнее, чем у Драко. Теперь он был в ее руках. Это подтвердил стон, который Малфой не смог удержать в себе. Воспользовавшись этим, Джинни аккуратно начала двигаться назад на ватных ногах, прижав Драко к закрытой двери. После этого она выскользнула из его рук и, повернувшись, опустилась на колени. На рыжие волосы опустились бледные руки. Страстным поцелуем в извлеченный из под одежды член она заставила Малфоя еще раз застонать, после чего ловким движением взяла его в рот и, направляемая руками, начала ласкать его. С каждым движением головы слизеринец изгибался, вжимаясь в дверь. Он чувствовал мягкие губы и раззадоривающий язык, погружающие его в бесконечное блаженство. Он даже не обращал внимания на то, что уже не он контролировал ситуацию, начавшуюся с шантажа. Не в силах удержаться, Джинни начала ласкать себя. Ее стоны сдерживал только то, что ее рот был заполнен и занят. Но даже ласкание пальцами не могло удовлетворить ее. Со всхлипом оторвавшись от Драко, она буквально наскочила на него всем телом, слившись в поцелуе. Тот, не задумываясь, подхватил ее задранную ногу, сжав жаркое бедро. В этой позе Малфой со стоном вошел в нее. С каждым взаимным стоном Джинни все быстрее двигалась на нем, преумножая разносящееся по двум телам блаженство. Оторвавшись от его тонких губ, она поцеловала его шею. Затем еще и еще. Наконец, вместо поцелуев, она в экстазе начала оставлять на ней страстные засосы, чувствуя языком нежную аристократическую кожу. Раскаленное тело Джинни сжалось на Малфое, напряглось, после чего разорвалось в оргазме. От сладких стонов прямо у уха не выдержал и Драко. Гриффиндорка ощутила, как она наполняется его семенем, но это ее не беспокоило. Магические средства контрацепции не давали сбоя. Еще мгновение они сжимали друг друга, сойдя с ума от блаженства, после чего осели. Джинни сидела на полу, положив огненную голову на грудь обессилевшего Драко и поигрывая краем его мантии. Она быстрее пришла в себя. — Похоже, тебе нравятся идеологические противники, малыш Малфой. Он попытался что-то возразить, но не смог из-за усталости. Сейчас он мог только тяжело дышать. — Как думаешь, — хихикнула Джинни, — все это светит тебе еще раз? Я не знаю. Удачи. Она чмокнула Драко в щеку и, поднявшись и поправив одежду, выскользнула в коридор, оставив партнера собираться с силами. Она знала, что теперь будет значить для него больше, чем все остальные. А еще что завтра он выйдет к завтраку в шарфе, чтобы скрыть следы от засосов.