Dreams are dangerous

      Когда его родители не вернулись к ночи, Чуя не пошёл к Мори. Он вообще никуда не пошёл. Стыдно было признаться, но у него откуда ни возьмись появился страх темноты, и рыжеволосый просто не смог заставить себя выйти на улицу.       Парень позвонил в полицию, но выяснилось, что его никто не искал. Заглянул в мамин ноутбук и записную книжку — никаких зацепок. Пошёл в отцовский кабинет, сел за стол и поискал информацию в компьютере. Однако, если не считать тревожной дрёмы в другой комнате и в темнице, он почти не спал. А весь ужас, который Чуя успел испытать, вымотал его настолько, что парень вырубился прямо за отцовским столом.       Проснулся он уже утром. Первым делом проверил родительскую спальню, но мама с папой до сих пор не вернулись. Чуя на автомате соорудил себе завтрак из оставшихся в доме продуктов. Потом спустился к мисс Спинк и мисс Форсибл выпить чаю — находиться одному в пустой квартире было неуютно.       В обществе чокнутых старушек Чуя неожиданно успокоился. В подвале было темно, пахло пыльным бархатом, а чашка с чаем приятно грела ладони. Мисс Спинк весело щебетала что-то, а мисс Форсибл томно вздыхала и возводила глаза к потолку.       — Кстати, передай своему отцу, что я нашла те старые вырезки с чудными французскими рецептами, — выловил Чуя из непрерывного потока слов мисс Спинк, — я думаю, он будет рад.       — Мои родители куда-то исчезли, — сухо напомнил парень.       — Ох, — старушка смутилась, — прости, Чуя. Я что-то рассеянная в последнее время.       Они помолчали некоторое время.       — Я думаю, мы знаем, чем тебе помочь, — оживилась мисс Спинк, — Мириам, будь добра…да-да, именно.       Мисс Форсибл поставила на стол вазочку с ирисками.       — Чем мне помогут ваши столетние леденцы? — не понял Чуя.       В следующую секунду он отпрянул назад. Мисс Спинк с воинственным кличем схватила вязальные спицы и принялась крошить ими леденцы в вазочке. Во все стороны полетели крошки.       Когда мисс Спинк закончила расправу над сладостями, мисс Форсибл наклонилась над вазой и сдула оставшуюся крошку. Старушка, как палочками, ухватила спицами лежавший на дне предмет и протянула Чуе.       Парень подставил ладони. На них упал странного вида камень. Он был тёмно-зелёного цвета и своей формой напомнил Чуе ползунок от спиритической доски. В середине у камня было большое круглое отверстие.       — Для чего он мне? — он посмотрел на старушек сквозь отверстие.       — От него большой толк, — улыбнулась мисс Спинк, — от дурного глаза убережёт.       — Чушь, — возразила мисс Форсибл, — пропавшую вещь найдёт.       — Убережёт!       — Найдёт!       — Убережёт!       — Найдёт!       Они снова принялись спорить. Чуя со вздохом опустил камень в карман. Он хотел было уйти, но неожиданная мысль остановила его.       — Извините, — прервал он спор актрис, — могу я задать вопрос?       — Конечно, милый, — мисс Форсибл отпустила волосы соседки и села обратно на стул.       — Вы что-нибудь слышали о мальчике, — парень нервно сглотнул, — по имени Осаму Дазай?       Мисс Спинк нахмурилась, вспоминая. Потом удивлённо посмотрела на рыжеволосого.       — Ох, Чуя, неужели и до тебя добрались эти ужасные сплетни?       Чуя весь подался вперёд.       — Что за сплетни?       Актрисы переглянулись.       — Ты ведь знаешь нашего арендодателя, Мори?       — Да, я с ним знаком, — парень непонимающе нахмурился, — но при чём здесь он?       — Ах, Мори-сан, — мисс Форсибл издала очередной томный вздох, — такой мужчина. Умный, богатый, да и красотой не обделён. Но жизнь жестоко с ним обошлась.       Мисс Спинк с видом заговорщика понизила голос до шёпота.       — Это случилось около трёх лет назад, — начала она, — в то время Мори ещё не переселился в свой нынешний особняк, а сам жил в Розовом дворце. Его сестра вместе с мужем и сыном попала в аварию. Выжить удалось только мальчику. Мори, конечно же, взял племянника под опеку.       — Это и был Дазай Осаму, — пояснила мисс Форсибл.       Чуя поражённо округлил глаза. Дазай — племянник Мори-сана? Это, конечно, неожиданно, но с другой стороны…как он мог не догадаться? Ведь, если подумать, эти двое были внешне довольно похожи. Теперь Чуя наконец понял, почему ухмылка Мори казалась ему столь знакомой.       — Однако, — скорбно продолжила мисс Спинк, — через некоторое время мальчик пропал. Полиция с ног сбилась, разыскивая его, но паренька так и не нашли.       Рыжеволосый задумчиво кивнул. Он прекрасно знал, куда пропал тогда Дазай.       — Впрочем, — заметила мисс Форсибл, — никто особо не удивился.       — Почему? — не понял Чуя.       — Говорят, — мисс Спинк снова понизила голос, — что бедный мальчик совсем потерял голову после гибели родителей. Мало ему было шрамов после аварии — он ещё постоянно покончить с собой пытался.       Что-то словно бы кольнуло Чую изнутри. Перед глазами возникли чужие предплечья и шея, плотно обмотанные бинтами.       — А потом он и вовсе начал нести какой-то бред, — продолжила старушка, — мол, видел своих родителей в каком-то другом мире. Совсем умом тронулся, бедняжка.       — Поэтому, когда он пропал, — мисс Форсибл смахнула крошки леденцов с платья, — все просто решили, что паренёк сиганул в заброшенный колодец.       — Мори-сан переехал в дом неподалёку, а Розовый дворец сдал в аренду. Он долгое время надеялся, что племянник объявится, но этого так и не произошло.       Мисс Спинк подлила Чуе чаю в чашку.       — Однако вся эта история уже утихла, — вздохнула она, — мы удивлены, что она дошла до тебя.       Парень дрожащими руками принял чашку. К чаю он припал, как к источнику живой воды.       — Милый, да ты весь побледнел, — мисс Форсибл всплеснула руками, — прости, нам не следовало рассказывать тебе весь этот ужас.       Чуя покачал головой.       — Ничего, — глухо сказал он, — я сам спросил.       Допив свой чай, парень вежливо попрощался с актрисами и вышел из подвала.       Сад был невероятно тих сегодня.       Покинув соседок, Чуя не сразу вернулся в квартиру. Он долго бродил по заброшенному саду: взад-вперёд, вправо-влево, по кругу. На автомате отмеривал медленные вялые шаги и всё думал, думал и думал…       Думал о многом. О жизни до переезда, о Розовом дворце и его жителях, о сказке, обернувшейся кошмаром, о своих пропавших родителях.       Но больше всего он думал о Дазае.       Он вспоминал, вспоминал и вспоминал. Их знакомство, все их разговоры, все случайные жесты и старательные предупреждения. Теперь это всё приобретало совершенно новый смысл. Чуя всё пытался понять — как он мог быть таким дураком? Нужно было лишь внимательнее присмотреться, прислушаться, чуточку подумать — всё сразу стало бы ясно.       Однако Чуя был глух и слеп. Ослеплён чудесным миром, волшебной сказкой. Внимательными и заботливыми родителями, фантастическими соседями. На каждом шагу в том мире его ждали сюрпризы и подарки. И Чуя сосредоточился на том, чтобы принимать всё это, а не искать что-то ещё — скрытое и явно не такое приятное. Он был оглушён своей первой любовью. Дазай был красивым, умным, с ним было весело. Но теперь Чуя видел и знал гораздо больше. Дазай был одинок и несчастен. Дазай три года торчал в одиночестве в своём домике на дереве — уже не человек, но и не призрак ещё. Дазай почти всегда насмешливо улыбался, хотя ему наверняка было больно, грустно и страшно.       А ещё Дазай был очень добрым и смелым. Возможно, он сам этого не понимал, но Чуя знал, что это так. Этот придурок пытался спасти маленьких призраков. Он пытался спасти его, Чую. Раз за разом предупреждал его: сначала незаметно, потом более открыто. Наконец он ясно сказал ему бежать прочь, за что и поплатился зашитым ртом. И даже после этого — снова помог ему, позволив рыжеволосому сбежать.       Чуя закрыл лицо ладонями и шумно выдохнул. Он только что понял три вещи. Первая — со всеми этими размышлениями ещё сильнее влюбился в Дазая. Вторая — он даже боится себе представить, что ведьма сделает с его спасителем. Третья — даже если бинтованный останется жив и цел, вряд ли они с Чуей ещё увидятся.       Пришествие белого лиса удалось на славу.       На пороге квартиры его ждал неожиданный гость.       Чёрный кот лежал у самой двери, подвернув под себя лапы.       — Ну привет, — поздоровался Чуя.       Кот поднялся, изящно потянувшись.       — Ты меня ждал? — понял парень, — Может, хоть ты мне скажешь, где мои родители?       Кот поглядел на дверь, словно намекая, чтобы его пустили внутрь.       — Ну что же, — Чуя открыл дверь, — проходи.       Они вместе прошли внутрь. Кот уверенно направился на второй этаж, и парень поспешил за ним. Они прошли в самый конец коридора. Там стояло большое старинное зеркало. Здесь оно было лишь красивой антикварной вещицей, но Чуя прекрасно помнил, что в другом мире за этим зеркалом находится настоящая темница для несчастных детей-призраков.       То, что парень увидел за этим зеркалом, повергло его в шок.       Их с котом отражение сменилось другой картинкой. В зеркале, похоже, царил жуткий холод, и большая часть поверхности запотела. В оставшееся маленькое окошко Чуя ясно увидел своих родителей. Они стояли, прижавшись друг к другу и дрожа от холода.       — Мам! Пап! — ахнул рыжеволосый.       Родители заметили его. Коё отстранилась от Артюра и торопливо принялась писать на запотевшем стекле изнутри.

ман игомоп

      Чуя был так потрясён, что не сразу догадался прочитать послание задом наперёд. «Помоги нам», — вот что было написано на стекле.       В следующую секунду картинка исчезла.       Парень рванулся к зеркалу, но под ладонями оказалась лишь гладкая поверхность.       — Это она забрала их! — это был не столько вопрос, сколько утверждение, — Она! Больше некому!       Чуя яростно заколотил по зеркалу. От особо сильного удара зеркало треснуло. Сеточка трещин была невыносимо похожа на паутину.       Парень опустился на колени. В глазах у него была обречённость.       Кот тихо подошёл к нему и лизнул ему руку. Чуя ведь и не заметил, как разбил её в кровь.       — Они ведь не вернутся, — рыжеволосый сам не узнал своего голоса, таким глухим и безразличным он был, — не смогут сами?       Задавать вопросы коту — всё равно, что задавать вопросы самому себе. Только отвечать на них становится чуть легче.       Собирался Чуя быстро. Кроме привычных джинсов и футболки он надел ещё кроссовки на ноги и толстовку. Взял сумку через плечо и закинул туда всё, что посчитал необходимым: складной нож, фонарик, спички и моток крепких ниток. Дырявый камушек, который ему дали актрисы, тоже прихватил — на удачу.       Маленькую дверцу он отпер быстро, не позволяя себе остановиться и задуматься. Коридор был тёмным и пыльным — ни следа былого сияния и чудных цветовых переливов. Чуя на четвереньках двинулся вперёд. В воздухе пахло плесенью и гнилью.       Кот чёрной тенью последовал за ним.       — Ты хоть осознаёшь, что ползёшь прямиком в ловушку? — спросил он.       Парень прекрасно всё осознавал. Зачем ей, колдунье, жадной до детских душ, забирать взрослых да ещё и показывать ему это через зеркало? Конечно же, ведьма хотела, чтобы он сам пришёл ей в руки. И выбрала для этого самую надёжную тактику.       — Я должен вернуться, — просто ответил Чуя.       В выражении глаз кота что-то изменилось. Впервые он взглянул на парня уважительно, даже как-то…по-дружески?       — Предложи ей поиграть, — посоветовал он, — она просто обожает игры. Она, конечно, будет мухлевать, но это твой единственный шанс.       Неожиданно дверь по ту сторону кто-то отворил. Повеяло холодком. Кот в ту же секунду ускользнул, и Чуя остался в коридоре один.       — Чуя? — спросили маминым голосом.       — Мам? — парень прищурился.       В коридор заглядывал знакомый силуэт.       — Чуя, — дверь открыли пошире, — ты за нами пришёл?       — Мама! — Чуя радостно рванулся навстречу голосу.       Буквально выпрыгнув из коридора, он накинулся на мать с объятиями.       — Милый, — голос женщины неуловимо изменился, — зачем же убегать от меня?       Парень почувствовал, как чужое тело стремительно вытягивается и становится тоньше. На плечо легла тонкая паучья рука. Рыжеволосый отпрянул назад. Колдунья тихо засмеялась, глядя на него своими глазами-пуговицами.       — Ты! — разозлился Чуя, — Где мои мама и папа?       — Да я понятия не имею, куда подевались твои прежние родители, — женщина наклонилась к нему с притворным сочувствием на лице, — может, ты им надоел, и они сбежали во Францию?       — Ничего подобного, это ты их украла! — возразил парень, тыча в ведьму пальцем.       — Ах, Чуя, не надо капризничать, — укорила она его.       Неожиданно кто-то ухватил Чую сзади и легко поднял в воздух. Это был другой папа. Хотя теперь он совершенно не был похож на Артюра — мужчина стал низким, круглым, как бочонок, а руки стали непропорционально длинными, как у гориллы, волосы были короткими, серыми и спутавшимися. Он что-то полубезумно булькал себе под нос.       Другой папа усадил Чую на подбежавшего жука-кресло.       Колдунья тем временем подошла к маленькой дверце и свистнула. Серая жуткая крыса выбежала из коридора, неся в зубах ключ. Ведьма довольно взяла его и заперла дверь. Пузатый шкаф вернулся на прежнее место. Женщина опустила ключ в рот и проглотила.       — Почему бы тебе свой ключ не завести? — не понял Чуя.       — Ключ всего один… — гулким голосом ответил другой папа.       — Тщ-щ-щ, — прервала его другая мама, потом подхватила мужчину под локти и уволокла в коридор, — пора полоть кабачки, правда тыковка моя.       «Ключ всего один?» — задумался парень, — «значит, если я запру её с той стороны, она сама не сможет выбраться?»       В следующую секунду раздался звон колокольчика и зов колдуньи:       — Завтракать!       Когда Чуя открыл дверь на кухню, женщина сосредоточенно жарила на сковороде омлет с беконом. Она тихонечко напевала себе под нос ту же мелодию, что и в самый первый визит рыжеволосого.       «Будь смелее, Чуя», — сказал парень сам себе.       Он подошёл к столу и присел. На столе всё ещё стояла открытая коробка с пуговицами. Чуя посмотрел на них, и ему показалось, что пуговицы ему подмигивают. По виску скатилась капелька пота.       Собственный голос раздался на кухне дерзко и громко, и будто бы сам по себе.       — Может быть поиграем?