Грешник

Стоило Тоширо согласиться на сотрудничество с Бьякураном, не прошло и трех дней, как в Намимори резко стало легче дышать. Словно сам Тимотео приехал, чтобы проконтролировать наследника, а потому вся шушера разбежалась по углам. Вот что значит появление независимой нейтральной семьи. Но даже так, много бы совершенно не изменилось, если бы боссом этой семьи был кто-то вместо аркобалено неба. Ария — важная персона среди сливок мафии, поэтому мало кто осмелится в здравом уме лишний раз действовать ей на нервы. Да, почему-то силу и благосклонность аркобалено всегда косвенно приписывали Вонголе (по слухам), даже если официально они не входили в ее состав. Реборн, Маммон, Колонелло, Ария, а за ней и остальные. Но на самом деле только сами сильнейшие знали, к кому и как они относятся: стоит ли благоволить, проигнорировать или вовсе — уничтожить. Но это не значит, что затяжное затишье — заслуга Вонголы. Хотя именно Вонгола должна была предоставить безопасность наследнику, урегулировав проблемы. Не сказать, чтобы CEDEF работала спустя рукава, но и педантичностью не страдала, отсеивая опасных киллеров и оставляя мелкую шушеру, с которой предстояло наследнику разобраться самому, чтобы выжить. А если он не справится… то это только его проблемы. Где-то Емицу в воспитании сына не досмотрел. Савада Емицу. Сейчас у него много дел из-за желания Тимотео уйти в тень. Куда больше, чем у обычного добросовестного внешнего советника (надо перетянуть влияние на себя и подыскать союзников), поэтому мужчина уже довольно давно не звонил Тоширо и не отдавал никаких приказов, прибавляя головной боли. С одной стороны это хорошо, но с другой… когда мужчина вспомнит о сыне, то многие запрятанные проблемы могут вылезти наружу. Самостоятельно звонить и привлекать к себе лишнее внимание Тоширо не желал, ему было достаточно появления маленькой лазейки к CEDEF через одного небезызвестного информатора. Конечно, подобная связь не внушает доверия, но приходится пользоваться тем, что есть — пришло время поработать залежавшимся деньгам на личном счете наследника. Информация о ситуации в Италии гласила, что Вария очень заинтересована в старшем сыне четы Савада, но пока никак не реагировала на мальчишку, из-за чего сложно определить, как именно она собирается использовать новое знакомство с известным хакером-кракером. Тоширо заинтересовался подобным феноменом и решил копнуть глубже. Когда Фран в прошлый раз доставил информацию, она хоть и была достоверна, но основывалась только на первом впечатлении, что в случае с Истинными небесами не стоит делать. Нужно было время на то, чтобы окончательно определить позицию человека по отношению к ним. Либо человек полностью утонет в липком пламени, либо сможет понять свою ошибку. И вот Фуута помог разобраться окончательно в сложившейся ситуации между Тсунаеши и отрядом независимых убийц, создав новый рейтинг. Тоширо теперь известно, что Вария связалась с подростком далеко не из чистых побуждений. Им нужен был человек рядом с выбранным Тимотео наследником, чтобы тот сливал информацию. Найти такого человека в захудалом городишке, где гражданские значительно преобладают, очень сложно, не нарушив омерту. Ситуацию усугублял ограниченный круг общения Тоширо. А тут такой прекрасный кадр, живущий прямо в доме наследника, сам рвется пообщаться! Вария пока общалась с парнишкой на расстоянии, обосновывая это тем, что они вообще-то в другой стране, но на самом деле Принц-потрошитель не зря считался гением, поэтому когда он вернулся на родину и показал свое странное поведение рядом с мальчишкой, похожее на коктейль из значительного отупения и эйфории, Занзас здраво насторожился (теперь никакой речи о доверии), но перед тем наслушался от Бельфегора оды: Тсунаеши это, Тсунаеши — то… подобное продолжалось до тех пор, пока урагана под действием нормальной связи хранитель-небо не отпустило. И это при том, что Принц-потрошитель провел в Намимори только несколько дней! Эффект чужого пламени выветрился быстро, но не достаточно, чтобы не разозлить вспыльчивые яростные небеса. Тоширо вспомнил, как его брат добивался расположения Варии. Потребовалась хорошая драка, где Тсунаеши вышел победителем, и дорогой элитный виски. Море виски. Парень никогда не понимал ценность алкоголя, поэтому тогда только наблюдал за тем, как компания бухает по черному. Дружба окончательно наладилась где-то спустя два года. Занзас являлся на удивление принципиальным человеком, и отказался от запугивания или убийства братьев Савада только тогда, когда они ловко отняли у Емицу власть, отправив на пенсию, радовать жену своим присутствием и частыми поездками на курорты. Прочитав собранную в едино информацию, Тоширо даже как-то вздохнул с облегчением. Если есть трещина в стене, то ее уже намного легче сломать. По крайней мере, так постоянно говорили хранители брата, сделав фразу чуть ли не своим девизом. — Ситуация помаленьку налаживается даже без нашего участия, — задумчиво пропел Фран, но ни он, ни Тоширо не спешили радоваться, потому что у всего есть свои причины. Всегда есть тот, кто дергает за ниточки в своих определенных целях, и деятельность Бьякурана невозможно не заметить. Хотя бы потому, что если не знать, куда смотреть, то никогда не вычислишь Джессо, как зачинщика всего этого разнобойного, разностороннего начинающегося хаоса. Если никто не заметит и не предпримет каких-то контрмер уже сейчас, будет поздно. В конце концов, хаос сложно обуздать. Маленькие выходки в разных сферах и направлениях скоро выведутся в одну общую картину, где все взаимосвязано, а потом наступит то, что изначально запланировал именно Бьякуран, а не кто-либо другой. Тоширо только надеется, что Ария осознает, что позволяет Бьякурану терроризировать весь мафиозный мир. Но Тоширо также понимал, что остановить этого человека не каждому под силу, поэтому начинал немного волноваться. Он видел, что происходит, но обещал довериться и не предпринимать ничего против союзника. Бездействие нервировало. — Остается только наблюдать, — Тоширо погладил уставшего после составления рейтинга Фууту по голове. Он чувствовал себя немного виновато, потому что со стороны он напоминал сам себе предателя, перешедшего к врагу ради выживания, а забота о хранителях — отговорка. — Тоши-кун, к тебе пришел друг! — раздался голос Наны. — Друг? — Фуута удивлен, потому что вне дома его небо общается только с Ханой и Киоко, то есть с девушками. Фонг или другие не стали бы приходить в воскресный день прямо домой к наследнику. Тоширо пожал плечами, отправляясь посмотреть на гостя, который как только завидел наследника, ласково и заманчиво промурлыкал на ушко схваченного парня: — Тошик-кун, ты делаешь меня счастливым только своим присутствием! — Бьякуран, что ты здесь делаешь? — Тоширо был скорее удивлен и просто не понимал, зачем так липнуть к людям, чтобы говорить. — Пришел провести немного времени с моим дорогим и неповторимым, Тошик-куном, естественно! — Джессо бесстыдно на глазах у всех тискал наследника. По счастливому совпадению, наблюдала за всем этим только умиленно покрасневшая Нана, открывшая для себя то, что Тоширо далеко не против прикосновений; остальных же дома не было. Но, возможно, сложившаяся ситуация далеко не случайность. Мильфиорец, вероятно, специально подгадал такой момент. — Я так соскучился! Мы не виделись уже несколько дней, мне срочно нужна подзарядка, поэтому мы сейчас же идем гулять. Фуута будучи еще ребенком не понимал всех тонкостей флирта, что проявлял Джессо к наследнику, чтобы проверить почву и границы дозволенного, поэтому просто неловко наблюдал за беседой. А вот Фран как раз-таки понимал, даже его брови слегка надломились в недовольстве, но иллюзионист промолчал. Пока с Тоширо все хорошо, он промолчит. — Тоши-сэмпай, когда пойдешь гулять, не забудь воспользоваться средством от насекомых, чтобы всякое не липло, — протянул слова иллюзионист, стойко выдержав холодный взгляд фиалковых глаз. — Может быть, хотите с нами? — Тоширо не мог просто отказаться, считая себя обязанным сходить с Бьякураном куда-нибудь, как делал это в дни работы внешним советником, когда нужно было сходить на встречу с союзными семьями для делового разговора или налаживания отношений с потенциальными союзниками. — Что-то я сегодня не хочу выходить из дома, — Фуута решил спрятаться за Франом, чтобы не находиться рядом с чертовски высоким молодым человеком с острой и колючей аурой. Но подобная аура колола всех, кроме Тоширо. Можно сразу сказать, что Бьякуран не хочет, чтобы их прогулке мешали посторонние. — Хорошо, тогда отдыхайте, а мы пойдем, — Тоширо видел, что иллюзионист не собирается идти куда-то с Джессо, но и свое небо отпускать с ним не желал, не доверяя, поэтому решил не медлить и прекратить общение хранителей с Бьякураном, вытащив того на улицу. — Я иду с Тошик-куном гулять, я так счастлив, — мурлыкал в то время мильфиорец, произведя впечатление беспечного человека, но наследник не обманывался, считая, что Джессо осознал особую значимость мальчиков для Тоширо, но ему хватило ума не акцентировать на этом внимания. Бьякуран только ждал подходящего момента, чтобы развести наследника на разговор. — А куда мы идем? — все-таки поинтересовался Тоширо, остановившись на оживленной улице. Бьякуран ненавязчиво взял собеседника за руку, и указал на первое попавшееся кафе: — Я сегодня еще даже не завтракал, давай поедим. — Хорошо, я не против. Уже в кафе, за столиком, находящимся в скромном уголке, рядом с цветком, что служил преградой для остальных посетителей, Бьякуран продолжал мурлыкать о том, как он рад, что Тоширо рядом. У наследника сложилось впечатление, что если сейчас он будет просто дышать и ничего не делать, Джессо все равно будет им восхищаться. Причин такого поведения Савада не понимал, но предполагал, что так парень пытается его успокоить и запутать, ослабив бдительность, и от того Тоширо сильнее напрягся. — Закрой глаза, — неожиданно попросил мильфиорец. — Зачем? — Пытаюсь тебя научить доверять мне. Тоширо ничего не сказал, но и не выполнил… Приказ? Просьбу? Что это было? Отодвигаясь от мильфиорца. — А ведь хорошая методика… была, — досадливо вздохнул Бьякуран. — Я думал, раз она работает, то и тебе подойдет. Но, кажется, все-таки есть различия. — Кажется? — Тоширо чувствовал, что все слова его собеседника звучат глупо, если не бредово. Но, наблюдая, как Джессо что-то бормочет себе под нос с серьезным и расстроенным лицом, парень не мог злиться на него за такую глупость. Это выглядит… сложно подобрать слово. Но больше всего сложно поверить, что именно этот человек когда-то почти смог захватить мир. И это «почти» только из-за того, что Тоширо помешал ему. Странно, не так ли? Почему Бьякуран не злится на него также, как на Тсунаеши? — Ах, Тошик-кун, все-таки ты не доверяешь мне, и меня это расстраивает. Почему же ты позволяешь находиться рядом с собой тем двум мальчишкам, а мне нет? — Они мои хранители, — как само собой разумеющееся произнес Тоширо. Бьякуран сказал правду, парню явно не хватает доверия, чтобы не быть настороженным рядом с ним. Фуута и Фран — его хранители, их намерения быть ближе понятны, а их установившаяся крепкая связь стоит доверия. А что насчет… — Ах, мое сердце ревнует, — театрально вздохнул Джессо, но тут же успокоился, кажется, что-то вспомнив. — Точно. Хранители. Ты же у нас, Тошик-кун, маленькое небо. Но даже сейчас, почему я не чувствую твое пламя? — Оно есть, но его как бы и нет. Его слишком мало, чтобы использовать, — уклончиво ответил наследник, отпивая из стакана глоток сока, чтобы отгородиться им от собеседника. — Но раньше такого не было. К тому же в прошлый раз ты что-то использовал в драке с малолетними хулиганами, если это не пламя, то что? — взгляд мельфиорца заинтересованно остановился на парне напротив, улыбаясь уголками фиалковых глаз. Брат однажды сказал Тоширо, что когда улыбка находит отображение не только на губах, но и в глазах, то ее можно считать настоящей. Но… — Не хочешь говорить? — досадливо вздохнул Джессо. Неловкая пауза зазвенела между собеседниками, давя на плечи. — Я не понимаю, почему ты так общаешься со мной, — Тоширо не мог сформулировать предложение конкретнее. Хотя… на самом деле он уже большой мальчик и все хорошо понимал, где-то глубоко внутри себя, но старался об этом не думать. Затронутая тема — глушь, в которой парень не может разглядеть даже лучик солнца, поэтому не хочет даже лезть туда при всем своем неловком понимании. — Обычное желание сблизиться не в счет? — хмыкнул Бьякуран. — Но с другими ты же сближаешься. Я имею в виду людей помимо твоих хранителей. — Я не социопат, чтобы… — Я не о том, Тошик-кун, — промурлыкал Джессо, доверительно подавшись вперед, чтобы оказаться поближе к парню. Его бы воля, он бы сразу перегнулся через столик, но лишнее внимание не стоит привлекать. — Рядом с другими ты закрываешь глаза и выглядишь расслабленным, а рядом со мной даже моргнуть боишься! — Что? — наследник чуть кружку из рук не выронил, осознавая факт сказанного. И действительно. Бьякуран постоянно близко, слишком близко, доходит даже до тактильной близости, вроде тех же объятий или ненавязчиво-случайных прикосновений. Но дело даже не в них, рядом с этим человеком просто не возможно ограничиться своим восприятием. Если прикрыть на мгновение глаза, привычно сосредоточиться, Джессо тут же обязательно огорошит тебя странным поведением или какой-то неожиданной информацией, вот прямо как сейчас, и ты уже открыл глаза. Хотя, при желании наследник может спокойно сражаться в темноте или с закрытыми глазами. Это значит, что Тоширо подсознательно доверяет мильфиорцу? Парень срочно должен обдумать это в одиночестве. Даже если он понимает в силу возраста и опыта многие вещи, это не значит, что он к ним готов и может подстроиться под них. Поздно уже что-то менять. Он такой какой есть. Конечно, можно притворяться, но зачем? Суть это не изменит. К тому же, как-то он обещал себе, что не будет подстраиваться под кого-то. Конечно, пока получается — дело привычки — плохо, но он старается так не поступать и, тем более, осознанно никогда так не поступит. — Мне пора домой. Тренировки от Реборна ждать не могут. — Тошик… — Бьякуран хотел встать и проводить парня, чтобы хотя бы еще чуть-чуть побыть вместе с внезапно изменившимся в лице парнем. Конечно Джессо преувеличил, упомянув мимику наследника, но даже если лицо Тоширо осталось нетронутым, атмосфера внезапно поменялась. «Неужели в тех простых словах было что-то большее, чем просто… над этим стоит подумать», — решил Джессо, ведь ясно, как день, что Тоширо соврал, упомянув Реборна. А пока он не мог подняться со стула, сколько бы ни пытался, словно что-то эфемерное, но сильное, как сама предсмертная воля второго босса Мильфиоре и обладателя кольца Марэ, пригвоздила его к стулу. Вот оно. Та самая сила, ни на грамм не похожая на пламя, которую может, как оказалось, использовать Тоширо. Когда наследник скрылся из вида, сила отступила, исчезнув так же быстро и незаметно, как появилась. Но Бьякуран не спешил вставать, опасно усмехаясь. Холодные фиалковые глаза сверлили пустое место напротив.

***

— Итак, — Бьякуран вальяжно уселся напротив подростка, одарив того пронзительным взглядом. — Возможно, у нас есть шанс договориться? Будет прекрасно, если мы поладим. В фиалковых глазах холод, незаметно мерцающий под тусклым освещением боковой лампы. Но вот мильфиорец моргнул, и его взгляд становится заинтересованным, поддернутым дымкой игривости и доброжелательности. Тсунаеши неуверенно улыбается. Ему интересно, но он не знает, как стоит аккуратно поинтересоваться, поэтому просто спрашивает в лоб: — А как же мой брат? — Я понаблюдал за ним, и теперь могу с уверенностью сказать, что он не подходит на роль наследника, — улыбнулся Джессо, и Тсунаеши заметно расслабился. Гипер-интуиция подсказывала мальчику, что ему говорят правду. — Хорошо, надеюсь на продуктивное сотрудничество! — с энтузиазмом произнес подросток. На смену облегчению пришла радость, удовлетворенность и наконец — злорадство над очередным проигрышем Тоширо. — Это все? Не будет никаких «вступительных экзаменов»? Все так просто? — Раз все мы преследуемым одну и ту же цель, не вижу смысла портить нашу дружбу подозрениями. Ведь доверие — фундамент успеха, — попытался умничать парень, веря в то, что интуиции будет вполне достаточно. — Верно… Так вот как теперь называются мафиозные разборки… дружбой?! — задумчиво прошептал себе под нос мильфиорец, и, кажется, Тсунаеши его совершенно не слышал, продолжая разглагольствовать в свое удовольствие, от чего его пламя ощутимо вилось вокруг: — Гении всегда принимают правильные решения, и раз мы здесь, значит… ты гений!!! — эмоционально всплеснул руками подросток. — А ты умеешь льстить! — сладко улыбнулся Бьякуран, в насмешливо прищуренных фиалковых глазах которого блеснуло сухое понимание. Обе стороны ушли сегодня домой полностью удовлетворенными прошедшими переговорами.