Ещё одна история Рождества

      — Гарри, ты уже решил, кого пригласишь на бал? — спросила Гермиона, когда вечером друзья собрались в библиотеке.       Грейнджер говорила правду, когда заверяла МакГонагалл ещё в начале декабря, что Гарри и Рон заняты подготовкой к экзаменам. В этом году парни всерьёз взялись за учебники и неплохо подтянули оценки. Они оба понимали, что несмотря на все свои военные титулы, без должных знаний они ничего не добьются.       Понимать-то понимали, но вот учились с трудом. Рон, например, снова дал слабину и задремал, прикрывшись книгой. Этим и воспользовалась Гермиона, чтобы выяснить по делу Панси хоть что-то.       Гарри, оторвавшись от своего конспекта, хмуро посмотрел на подругу. Он впервые слышал, что на этот бал тоже надо кого-то приглашать:       — А должен был? Это же маскарад… Я думал мы идём сами по себе…       — Совсем не обязательно. На балы вообще принято ходить с кем-то в паре, — стараясь выглядеть как можно убедительнее, настаивала Грейнджер. — Если ты пойдёшь один, кого ты будешь искать под маской?       — Зачем мне кого-то искать?       — Чтобы было с кем танцевать. Я тебя знаю, ты если один пойдёшь, то весь вечер просидишь в каком-нибудь укромном углу, куда даже свет не попадает. Кстати, об этом можешь сразу забыть — все углы будут хорошо освещены. И потом, Гарри, это же так романтично, найти свою пару под маской.       — Но у меня нет пары.       — Что мешает найти? Хочешь, я помогу? Кто тебе нравится?       — Да никто мне не нравится, Гермиона, — смутился Поттер, и склонился над конспектом в попытке спрятать лицо.       — Так не бывает, — нахмурилась девушка. — Должен быть кто-то.       — А я говорю, что бывает. Мне не до романов. На носу экзамены, а я в зельеварении ни в зуб ногой!       — О! Кстати! На Слизерине с зельями у многих хорошо. Хочешь я поговорю с Панси, и она подберёт тебе репетитора?       — Ага… я с этим репетитором потом по гроб жизни не расплачусь. Они ж за спасибо ничего не делают.       — Найдём, кто сделает. Или… кому ты сможешь чем-то помочь. Например, зелья в обмен на ЗОТИ. Что скажешь?       — Что это плохая идея.       — Почему?       — Гермиона, — Поттер поднял голову и устало потёр переносицу под очками. Он уже и забыл как навязчива бывает подруга… — Они — слизеринцы. Мы друг друга на дух не переносим.       — Устаревшая информация, Гарри. Мы с Панс прекрасно общаемся. И хорошо понимаем друг друга. Я даже с Забини и Малфоем пару раз вполне цивилизованно поговорила.       — Когда успела?       — Неважно. Вопрос в другом. Почему ты не хочешь исправить ситуацию? Экзамены — очень хорошая возможность. Я ведь не предлагаю тебе задружить сразу со всем факультетом. Один-два человека будет вполне достаточно. Подтянете предметы, узнаете друг друга получше, а там глядишь и о бале подумать время появится. Может быть, даже со своим «репетитором» и пойдёшь на бал. Ты не думаешь, что на Слизерине много симпатичных ребят?       — Угу…       — Когда близко общаешься с ними, они совсем не такие грубые, как мне раньше казалось. Даже наоборот. Весёлые и умные. Отличная компания. Можно найти человека, с которым бы тебе было легко общаться, чтобы вы быстро нашли общий язык. Кто-то… с кем у тебя много общего.       — Угу.       — Итак, каким пунктам должен соответствовать этот человек? Во-первых, он должен прекрасно разбираться в зельях, и уметь доступно объяснить материал. Во-вторых, весёлый, лёгкий на подъём, и чтобы у вас обязательно нашлась хотя бы парочка общих тем. Например, квиддич и ещё что-нибудь. Ну, и в-третьих, этот человек должен быть нашим ровесником, чтобы выполнить первый пункт списка, и иметь приятную внешность, чтобы с ним было не стыдно появиться на балу.       — Угу.       — Гарри, ты меня слушаешь вообще?       — Угу. Только вот я не понял, Гермиона. В какой момент мой «репетитор» превратился в партнёра по танцам?       — Какая разница? Я ведь просто предлагаю тебе самый простой вариант. Ну сам посуди! Если бы ты хотел пойти с кем-то из Гриффиндора, то уже бы пригласил. Ну или на крайний случай сказал бы мне об этом сейчас. Хаффлпафф в качестве репетитора тебе не помощник. Да и как партнёры в большинстве своём излишне навязчивы. Равенкло гораздо слабее Слизерина в зельях. Если равенкловцы тупо зазубривают материал, не вникая, то слизеринцы знают этот предмет от и до, и смогут даже тебе разложить его по полочкам. И мы, кажется, уже пришли к выводу, что студенты Слизерина через одного как с обложки.       — Интересно, и зачем же человеку с обложки, идти на бал со мной?       — А почему бы и нет? Ты красивый.       Поттер недоверчиво фыркнул, снова уткнувшись в конспект, и Гермиона раздражённо закатила глаза.       — Ну, Гарри! Я не хочу, чтобы ты скучал на балу! Все разбредутся по парам, будут танцевать, или даже просто разговаривать… Неужели тебе хочется быть одному или третьим?       — Гермиона, до бала осталась от силы неделя. Я даже если захочу, никого не найду.       — Так я же предлагаю помощь. Ну, пожалуйста, Гарри! Я себе никогда не прощу, если ты останешься на рождественский бал один. Ну сам посуди, мы ведь с Роном не сможем уделить тебе достаточно внимания. И все остальные парни наверняка тоже будут со своими подругами. Искать, танцевать, флиртовать… Даже если ты пойдёшь на бал один, должен быть кто-то, кого ты будешь искать под маской. Иначе в маскараде нет никакого толку. Я же хочу как лучше…       — Всё, Герми, стоп! — перебил словесный поток Поттер. — Я тебя понял. Ты мёртвого уболтаешь, когда хочешь этого…       Грейнджер мысленно ухмыльнулась, поздравив себя с небольшой победой. Осталось каким-то чудом навести справки конкретно по Малфою… Хотя идей, кроме как спросить в лоб, у Гермионы не было.       — Так с кем ты хочешь пойти?       — Всё как ты и сказала, — устало отмахнулся Гарри. — Что там было? Репетитор по зельям, весёлый, красивый… квиддич…       — Кхм. Гарри… Ты, извини, конечно, но… Это обязательно должна быть девушка? Я спрашиваю, просто потому, что названные черты ближе парню… К тому же, опять-таки квиддич. На Слизерине девушки им почти не интересуются. Я никогда не спрашивала, но… ничего, если это будет парень?       — Ты хочешь, чтобы я пошёл на бал с другим парнем? — напрягшись, спросил Поттер. — По-твоему это нормально?       — А по-твоему нет? Панси говорила, что бисексуальность для магического мира — нормальное явление. Никто не будет тыкать в тебя пальцем. Зато ты хорошо проведёшь вечер! Кстати, я слышала, что Симус идёт с Джастином Финч-Флетчли. И на Слизерине вроде бы тоже…       — Ладно, я понял, — нетерпеливо прорычал Поттер. — Хорошо, убедила. Если я буду не один, то мне не принципиально, парень это будет или девушка. Если уж мне и правда нужно с кем-то идти…       — Нужно! У тебя есть ещё какие-нибудь пожелания к твоему партнёру? Ну… может быть по чертам характера или внешности…       — Мне всё равно. На твой выбор. Наверняка даже на Слизерине не так много людей будет соответствовать заданным тобой требованиям. А теперь я могу продолжить заниматься?       — Конечно, — счастливо улыбнулась ему Гермиона, но переведя взгляд на похрапывающего Рона, тут же нахмурилась и мстительно пнула его голень.       На следующий день Грейнджер выловила Паркинсон ещё до завтрака и в подробностях пересказала свой разговор с Поттером. Несмотря на оптимистичный настрой Гермионы, Панси погрузилась в глубокие раздумья. Идея была хорошая, но она опасалась, что на Драко в качестве партнёра и репетитора Поттер не согласится тупо из принципа. Да и от самого Малфоя Паркинсон рискует получить втык за такое самоуправство.       Перебирая в голове варианты действий, Панси вдруг ухмыльнулась, едва удержавшись от желания гаденько захихикать и потереть ладошки. Пробежав глазами по гриффиндорскому столу и поймав взгляд Грейнджер, она быстро подмигнула ей. Гермиона улыбнулась в ответ, готовая поддержать любую идею слизеринки. Ну, почти любую…       Шепнув что-то Блейзу, Паркинсон встала из-за стола и подошла к Золотому Трио, наклонившись между Грейнджер и Поттером:       — Значит, так, — обратилась она к Гермионе, но говорила достаточно громко, чтобы Поттер хорошо расслышал. — По нашему вопросу я навела справки. Требования ты, конечно, загнула, не приведи Моргана! И… я так поняла, что у Героя с зельями всё совсем печально?       Оценивающим взглядом скользнув по Поттеру, Панси картинно вздохнула, и снова повернулась к Грейнджер:       — Не расстраивайся заранее, — проворковала она, строя подруге глазки. — С зельями я пока сама его подтяну, чтобы время не терять. А когда найду репетитора, удовлетворяющего вашим запросам, передам, так сказать, из рук в руки.       Гермиона с готовностью кивнула, хоть и не до конца поняла суть плана. Оставалось уповать только на то, что Паркинсон знает, что делает.       — Отлично! — премило улыбаясь, Панси снова обернулась к Поттеру. — После ужина, в библиотеке. Начнём с теории. Не опаздывай. Чао, крошки!       Непринуждённо хлопнув Поттера и Грейнджер по спинам, слизеринка вернулась за свой стол.       — Что это было? — насупился Рон, переводя взгляд с довольной Гермионы на хмурого Гарри. — Что я пропустил?       — Ничего важного! — отмахнулась девушка. — Ты позавтракал? Пошли на урок. Я хочу повторить прошлую лекцию.       ***       За ужином Гарри тянул время, как только мог. Жевал раза в три медленнее, чем обычно. Ел значительно больше, хотя еду видеть уже вообще не мог. Забившись под завязку, заявил, что куда-либо идти не в состоянии — слишком объелся. Гермиона терпеливо дала ему целых десять минут, но Поттер продолжал убедительно притворяться немощным.       — Если ты сейчас же не встанешь и не пойдёшь в библиотеку, то я тебя туда мобиликорпусом доставлю, — пригрозила девушка, поднимаясь из-за стола и закидывая на плечо сумку.       Гарри обречённо застонал, роняя голову на стол. Сердце Грейнджер почти дрогнуло, но она вовремя одёрнула себя.       — Подъём, Гарри Поттер! — рявкнула она, силой отдирая его от лавочки. — Не позорь меня! Я поручилась за тебя Панси!       — Я не просил об этом.       — Мы это уже обсуждали. И мне казалось, что ты согласился. Даёшь задний ход? Сдулся?       — Кто сдулся? — невольно среагировал Поттер, но быстро понял, что его разводят на слабо. — Я Паркинсон ничего не обещал. Вот когда она найдёт подходящего твоим требованиям репетитора, тогда я и пойду.       — Не ты ли страдал, что у тебя всё плохо с зельями? Панси предложила помощь. Добровольно. Бесплатно. Более того, она ищет тебе партнёра на бал…       — Это-то меня и напрягает, — перебил Поттер. — Точно ли бесплатно? Что ты ей пообещала?       — Ничего, — слишком поспешно выпалила Грейнджер и дала себе мысленную затрещину. — Гарри, я просто переживаю за тебя.       — Ладно, я понял, — устало вздохнул Гарри и поднялся. Выслушивать по второму кругу все аргументы подруги он был морально не готов.       Завернув в башню Гриффиндора за книгами и конспектами по зельям, Поттер послушно побрёл в библиотеку. Правда, упорно продолжая тянуть время. В конце концов, он хорошо знал Паркинсон, и уже готовился к тому, что она с энтузиазмом проедется по всем его недостаткам. И в первую очередь по объёму его знаний в зельях. А нет. Сначала, по его пунктуальности.       Однако, когда Гарри вошёл в библиотеку, Панси он не увидел. «Не дождалась» — мелькнула трусливая мыслишка. Но на всякий случай, он всё равно забился в дальний угол, решив подождать её, ну или на крайний случай, позаниматься самостоятельно. Всё равно в гостиной Гермиона не даст ему покоя, снова затянув волынку про бал, и что он не должен идти один.       — Привет, Поттер, — раздался совсем рядом знакомый, но совсем неожиданный голос.       — Малфой? — подняв голову, удивился брюнет, и рефлекторно сдвинул книги на край стола ближе к себе, когда Драко бросил свою сумку на соседний стул. — А что ты тут…       Малфой раздражённо отмахнулся, перебивая Гарри, и скривился. У него был такой страдальческий вид, что слова встали Поттеру поперёк горла.       А Малфой продолжал вытаскивать свои книги и чистые пергаменты, не обращая никакого внимания на гриффиндорца.       — Я ждал Паркинсон, — всё-таки выдавил Поттер, когда Драко уже сел рядом, открывая первую книгу.       — Панси не придёт, — отрезал Драко.       Он не собирался отчитываться. Он был не обязан. Однако бросив на Гарри мимолётный взгляд, понял, что тот не отстанет. Тяжело вздохнув, Малфой закрыл глаза и устало потёр переносицу.       — У неё изменились планы. Отменить ваше занятие она не могла. Видите ли, успела клятвенно пообещать Грейнджер, что обязательно позанимается с тобой. Я был ей должен. Поэтому она отправила меня сюда. Возражения не принимаются.       Охренев от такой слизеринской наглости, Поттер даже потерял дар речи. Но Малфоя это, кажется, ничуть не смутило. Быстро переключившись непосредственно на зелья, он начал вслух рассуждать о том, что и в каком порядке надо учить Гарри, чтобы успешно сдать экзамен. Говорил-то он складно. Только вот сам Поттер половину его слов мимо ушей пропустил, медленно отходя от шока.       Удивительно, но Драко никак не прокомментировал невнимательность нерадивого студента. Преспокойно дождавшись, пока Поттер возьмёт себя в руки, он положил перед ним одну из своих книг и показал откуда и докуда надо читать. Гарри скривился, но послушно склонился над учебником. Уж лучше так, чем слушать всё, что думает о его умственных способностях Малфой.       Пока Поттер читал, Драко что-то писал на одном из пергаментов, но был прерван сдавленным всхлипом гриффиндорца. Подняв на него удивлённый взгляд, Малфой уже почти съязвил, что Поттер не знает какие-то буквы, как увидел, что тот смотрит вовсе не в учебник. Но проследив за его взглядом, он ничего не заметил.       — В чём дело? — нахмурился Драко, ещё раз проверив направление взгляда Гарри.       Поттер посмотрел на него каким-то загнанным взглядом, а потом запрокинул голову, смотря в потолок.       Малфой почувствовал, как кровь отхлынула от его лица и замерло сердце. Он уже знал, что находится под потолком. Он уже заметил едва переливающийся барьер вокруг них. Он слышал смешки и перешёптывания, волной распространяющиеся от соседних столиков по всей библиотеке.       Застонав, Поттер стукнулся лбом об стол:       — Ну почему я такой невезучий…       Драко вздрогнул как от пощёчины, и поспешно отвернулся, пряча от лишних глаз лицо, над которым потерял власть.       — Я поколочу Панси, — продолжал биться головой Поттер, не обращая внимания на замершего Малфоя.       — Она ни при чём, — холодно отозвался тот. — Я уже сказал тебе, что Панси занята.       И к тому же он дополнительно взял с неё слово, что ни она, ни кто-либо другой по её науськиванию не повесит над ним омелу сегодня.       — Должно быть это одна из омел замка, — продолжил он, беря себя в руки и поворачиваясь.       — Ладно. — Гарри выпрямился и, закрыв глаза, обречённо вздохнул. — Давай побыстрее покончим с этим.       — Я не буду тебя целовать, Поттер! — прошипел Малфой, опасливо оглядываясь.       — Предпочитаешь просидеть здесь всю неделю до окончания Рождества?       Малфой прикусил язык. Он был бы не против провести всю неделю рядом с Гарри. И даже под омелой. Но не при таком количестве свидетелей.       Поттер истолковал его молчание по-своему:       — Пять секунд, Малфой. Обещаю, ты не умрёшь от этого.       — Не в этом дело. — Малфой всё-таки смущённо отвернулся, и Поттер не мог не заметить мило порозовевших скул.       — А в чём же?       — Вся школа будет судачить об этом… — выдавил он, с наигранным интересом разглядывая свои пальцы.       — Малфой, мы в любом случае уже под омелой. Барьер поставлен, и он не выпустит нас. Поэтому либо мы по-быстрому делаем это, и расходимся от греха подальше, либо сидим тут до января. Кстати, а если мы просидим здесь всё это время, омела снимет барьер после Рождества?       — Понятия не имею. И ты что, действительно думаешь, что просидишь тут всю неделю? Понимаешь, что мы ни шага отсюда не сделаем? И до нас никто не дотянется. Ни еды, ни воды, спать сидя, и так далее.       — Я-то это понимаю! — вспыхнул Поттер. — Это ты тут неизвестно что из себя строишь!       Малфой ничего не ответил, снова уткнувшись взглядом в свои руки, и вспышка гнева Гарри закончилась не начавшись. Чертыхнувшись, он силой повернул к себе лицо застигнутого врасплох слизеринца и быстро поцеловал, пока не передумал, отсчитывая в голове пять секунд.       Отстранившись, Поттер огляделся и глухо выругался себе под нос. Не до конца совладав с собой, Малфой нахмурился, не ожидая подобной реакции от гриффиндорца. По его подсчётам, Гарри уже должен был улепётывать, сверкая пятками.       — В чём дело? — хрипло спросил Малфой, и прокашлялся, устыдившись своего голоса.       — Оглянись, — прорычал Поттер.       И Драко оглянулся. Барьер всё ещё был вокруг них.       — Какого чёрта? — опешил он. — Почему?       — Может быть, потому что кое-кто сидел, как истукан?! — огрызнулся Гарри, поднимая обиженный взгляд. — Мы могли бы сделать это только раз. А теперь придётся ещё раз! Сложно ответить было?!       — Я был не готов! — защищался Драко. — Это было слишком неожиданно! Слишком быстро!       — Мне надо было ракету запустить, предупреждая тебя?!       — Не ори. Привлекаешь внимание.       — Куда больше-то?!       — Успокойся, я сказал.       Закрыв глаза, Малфой устало помассировал виски, пытаясь взять себя в руки. Он должен это сделать. И должен сделать всё правильно. В лучшем виде. Ведь вряд ли у него когда-нибудь ещё будет возможность поцеловать Поттера. Он поцелует его так, что Поттер никогда не забудет этот поцелуй.       — Хорошо. — Драко открыл глаза и повернулся к гриффиндорцу, который, всё ещё гневно сверкая глазами, смотрел на него. — Закрой глаза.       — Зачем?       — Мне так будет легче, — поморщившись, признался Драко. — И тебе тоже. Просто закрой и всё. Ничего я тебе не сделаю.       Нехотя, но Поттер послушался. Он был напряжён и явно недоволен, что нисколько не помогало и не позволяло настроиться на нужный лад. Не говоря уже о замерших в ожидании десятках глаз. Или сколько их там уже?..       Тряхнув головой, Малфой попытался избавиться от лишних мыслей и сосредоточиться на лице возлюбленного. На его плотно сжатых в немой обиде губах.       Не удержавшись, Драко нежно провёл самыми кончиками пальцев по щеке Поттера. Тот напрягся ещё больше, но Малфой попытался не заострять на этом внимания. Немного осмелев, он провел пальцами по его лицу, скользнул на шею и ласково погладил, приближаясь к желанным губам.       — Расслабься, — шепнул он, опаляя губы Гарри дыханием, и осторожно поцеловал.       Поттер вздрогнул, но не отстранился, послушно раскрывая губы в ответном движении. Малфой чуть придвинулся к нему, продолжая осторожно ласкать шею гриффиндорца уже двумя руками. Он целовал Гарри так нежно и трепетно, что перехватывало дыхание. Вкладывая все свои чувства. Целиком и полностью отдаваясь этому поцелую.       И уже совсем не имело значения, сколько людей на них смотрят. Пусть смотрят, если так хочется. Пусть завидуют. Ведь Драко наконец-то целовал Гарри. Целовал так, как давно хотелось.       Неожиданно раздавшиеся аплодисменты окатили парней ледяной волной. Резко отпрянув, Малфой загнанно оглянулся, вспоминая, где он находится. Наваждение спало, стремительно наполняя сердце отчаянием и жгучим стыдом. Как он мог так забыться?       Поттер всё ещё молчал, и Драко не был уверен, что хочет знать, о чём тот думает, но всё же медленно повернулся к нему. Бежать не имело смысла. Он должен сказать хоть что-то в свою защиту, чтобы не распространялись обличительные слухи.       Лицо Гарри выражало такое недоумение, что Малфой бы обязательно ухмыльнулся и поздравил себя с тем, что подарил Поттеру определённо лучший поцелуй в его жизни.       Да. Он бы так и поступил, если бы не был так напуган сейчас.       Мысли разбегались в голове, голос не слушался, библиотека продолжала аплодировать, не обращая внимания на гневные замечания мадам Пинс. А Поттер молчал.       Закрыв глаза, Малфой сделал глубокий вдох. Хватит. Пора брать себя в руки. Что сделано, то сделано. И пусть всё было не так, как хотелось бы, он нисколько не жалел о том, что сделал.       Растянув губы в самодовольной (как ему казалось) ухмылке, Малфой щёлкнул пальцами перед носом гриффиндорца, выводя его из транса. Гарри вздрогнул, моргнул, и его взгляд, наконец, сфокусировался на лице блондина.       — Ого, — выдохнул он, непроизвольно облизывая слегка припухшие губы.       Малфой поперхнулся воздухом. К такой реакции он не был готов. Вообще-то он ждал чего-то вроде: «Что это было, Малфой?!» Гневного взгляда, удара в нос, проклятия, или даже бегства. Но никак не такого восторженного «ого».       — Не знал, что ты так круто целуешься, — пролепетал Гарри.       — Интересно, как ты вообще мог бы узнать подобное, — отозвался Малфой. Несмотря на бешено колотящееся сердце, голос прозвучал ровно, что не могло не радовать. — Концерт окончен! — неожиданно рявкнул он, повернувшись к перевозбуждённой публике.       Гарри, всё ещё пребывающий где-то в своём мире, удивлённо огляделся. Поцелуй выбил его из колеи, и возвращаться к реальности совсем не хотелось.       Хотелось ещё одного такого поцелуя.       Тряхнув головой, Поттер выругался сквозь зубы, пытаясь прогнать навязчивые мысли и фантомные прикосновения тонких нежных губ и ласковых пальцев. Сердце загнанно билось в груди, щёки залил обжигающий румянец. Осознание, что он только что самозабвенно целовался с Малфоем на глазах у доброй половины школы, паническими нотками билось где-то в голове. Но до зубовного скрежета, хотелось заткнуть ругающегося на студентов Малфоя ещё одним, но, пожалуй, более страстным поцелуем.       — На сегодня всё, — твёрдо отрезал Драко, с гулким хлопком закрывая книгу. — Дочитаешь у себя. Я тебе здесь накидал ряд ингредиентов. Прочитаешь их описание и рекомендации к применению вот в этой книге. — Малфой сложил перед Поттером свои исписанные листки и какой-то огромный невзрачный талмуд, окончательно разрушая атмосферу.       — Да-да, — рассеянно отозвался Поттер.       Он понятия не имел, как должен сейчас себя вести. Мысли и желания, навеянные этим поцелуем, были определённо неправильными, но упрямо не покидали голову гриффиндорца. Хотелось. Вопреки всему — хотелось. И только это имело значение. И, конечно, неожиданно нежные руки и губы слизеринца.       — Надеюсь, завтра Панси сама с тобой позанимается, — спешно собираясь, говорил Драко, отчаянно стараясь не смотреть на витающего в облаках Поттера. И пусть, похоже на бегство, но внутри всё переворачивалось от такого Гарри, и Малфой за себя сейчас не ручался.       — А может, всё-таки ты? — спонтанно предложил Поттер, ведомый каким-то новым, незнакомым для себя ощущением.       Малфой замер, не донеся сумку до плеча, и с недоумением посмотрел на брюнета. Гарри сглотнул, с опозданием осознавая, что сказал это вслух. Чертыхнувшись про себя, он попытался выкрутиться:       — Мне без разницы, с кем из вас заниматься. К тому же, она всё равно должна была найти кого-то другого. Так что, если ты не особо занят, может, пока что сам позанимаешься со мной?       — Без разницы? — холодно переспросил Драко.       Конечно, он должен был догадаться, что Поттеру нет разницы, он или Панси. Или вообще кто-то ещё. Раскатал губу, Драко Малфой. Чего ты ждал? Что он растает от одного твоего поцелуя и кинется к твоим ногам с клятвами вечной любви? Забудь. Ему без разницы.       — Кого она ищет? — отворачиваясь, небрежно спросил он, стараясь приклеить к лицу равнодушную маску.       — Репетитора по зельям и партнёра на бал. — Поттер тоже начал поспешно сбрасывать вещи в сумку, почему-то смущаясь поднять на слизеринца глаза.       — Партнёра? Зачем?       — Гермиона сказала, что так принято, — пожал он плечами, поднимаясь и наконец оглядывая замершего Драко. — А ты с кем идёшь?       — С Панси и Блейзом.       — Но ведь они будут весь вечер танцевать друг с другом, — повторил за подругой Поттер.       Малфой едва заметно пожал плечами, и, перехватив покороче лямку сумки, пошёл к выходу. Гарри пошёл за ним, как привязанный. Всё равно в одну сторону.       — Гермиона и Рон, скорее всего, проведут весь вечер вдвоём, — продолжал зачем-то объяснять Поттер, — и чтобы я не сидел весь вечер один, она предложила мне найти пару. Но я был так занят подготовкой к экзаменам, что вообще не собирался на бал. Вот она и подумала, что будет хорошей идеей подобрать мне ещё и репетитора. А потом как-то так получилось, что репетитор и должен был стать потом парой. Якобы, пока будем заниматься, найдём общий язык и будет хоть с кем на балу поговорить…       — Не вижу связи, — отозвался Драко. — Ты мог бы вообще не заморачиваться по этому поводу. Тебе нужно только щёлкнуть пальцами, и любая с готовностью отменит все свои планы и проведёт с тобой этот вечер. Даже если ты пойдёшь один. Не пройдёт и минуты, как ты уже будешь окружён красотками всех мастей.       — По-твоему, мне оно надо? — поёжился Поттер. — По возможности, я бы предпочёл держаться подальше от этих… фанаток.       — Ну, значит, выбери одну из них прямо сейчас, и проведи вечер только в её компании. Пусть отгоняет остальных, охраняя территорию.       Поттер непроизвольно прыснул и сдавленно засмеялся, представив, как какая-то девушка в маске и пышном платье стоит перед ним в защитной стойке и шипит на желающих поболтать с ним поклонниц.       — К тому же, — продолжил Драко, игнорируя тихую истерику Поттера, — на нашем курсе нет девушек, разбирающихся в зельеварении лучше Панси. А она вряд ли променяет Блейза на кого бы то ни было.       — Тогда, может ты пойдёшь со мной? — не подумав, предложил Гарри.       — Спятил? — Малфой даже остановился, от неожиданности такого предложения.       — А что? Гермиона Панси такие требования к моей паре выдвинула, что найти такую девушку маловероятно. Так что я уже морально готов, что Паркинсон притащит мне какого-нибудь парня. А с тобой нас уже столько всего связывает, что и подумать страшно! — ухмыльнулся Поттер.       Драко так и замер, едва не разинув рот от изумления. Ему казалось, что он ослышался. Гарри Поттер, которого он знает, никогда бы не сказал ничего подобного. Поттер, которого он знает, сбежал бы от него ещё в библиотеке. Ещё в самом начале, до поцелуя. Ну или на худой конец, после поцелуя, предварительно кинув какое-нибудь проклятие вроде Ступефая. Но никак не шёл бы за ним сейчас, и, тем более, не звал бы его с собой на бал.       — Ты понимаешь, какие пойдут слухи? — едва слышно выдавил из себя Малфой. — Особенно после того, что было в библиотеке. После того, как ты ушёл оттуда вместе со мной?       — Какая разница? Слухи и так уже пошли. Мы уже дважды целовались в библиотеке на глазах у всех, и уже ушли вместе. Поздно дрыгаться, не находишь?       — И ты хочешь закрепить их совместным появлением на балу?       — Ну… мы ведь будем в масках, так что… Да и пойдём только как друзья.       — Мы не друзья.       — Нашёл проблему! — ухмыльнулся Гарри, и протянул свою руку. — Будем друзьями?       — А если я не хочу?       — Что тебе стоит? Да и к тому же, разве тебе и твоей семье не выгодна дружба с национальным героем?       — Я и моя семья — не твоя беда, Поттер.       — Уже — моя. Или ты забыл, как я поручился за вас в суде?       — Я не просил…       — Нарцисса просила. Не ломайся!       Гарри бесцеремонно схватил Драко за руку, надёжно оплетая холодную тонкую ладонь своими пальцами, и пару раз несильно тряхнул, как бы закрепляя их новый статус.       — Ну, вот и всё. Даже проще, чем целоваться, — улыбнулся Поттер, и мысленно добавил: «Хоть и в половину не так приятно». — Ну, так что, друг, пойдёшь со мной на бал? — нагло ухмылялся он, наслаждаясь обескураженным выражением слизеринца, и, не дождавшись его реакции, всё решил сам: — Отлично. Вот и договорились! Я ищу под маской тебя, а ты меня. Потом постоим где-нибудь в сторонке, подальше от… поклонниц. Поболтаем.       — Нам не о чем болтать, — рассеянно отозвался Драко.       — Значит, устроишь мне устный экзамен по зельям! Ладно, всё, я устал. Пойду спать. И ты иди. Бледный ты какой-то. И заодно передай Паркинсон «отбой тревоги».       Махнув на прощание рукой, Поттер поспешно удалился, почему-то всерьёз опасаясь, что Драко успеет взять себя в руки, снова станет мерзким хорьком и откажется и от занятий, и от бала. Думать о том, почему его вообще это беспокоит, Поттер был не готов. В голове снова набатом звучала только одна мысль, одно желание, одно слово — хочу.       Витая в столь пьянящих воспоминаниях, Гарри не сразу заметил, что он уже в гостиной Гриффиндора, и что гул стих, едва он показался на пороге. Давящая тишина привлекла его внимание только тогда, когда он уже начал подниматься по лестнице в спальню. Почувствовав, как спину прожигают десятки пар глаз, брюнет обернулся и, в удивлении вскинув брови, оглядел друзей.       — Что? — спросил он, начиная чувствовать себя неловко. Будто он стоит абсолютно голый.       Никто не ответил Поттеру. Кто-то смущённо отводил глаза, кто-то что-то тихо шептал на ухо соседу, кто-то просто глазел в немом изумлении. Гарри недоумённо оглядел себя, но не обнаружил ничего необычного: рубашка не грязная, все пуговицы на месте, мантия целая, галстук в порядке, ширинка застёгнута. Что не так?       — Эм… — в общей тишине, Гермиона нерешительно взяла слово, отчаянно смущаясь. — Гарри, это правда?       — Что «правда»?       — Что ты… что вы… ты и Малфой? Что вы…       — Целовались? — с усмешкой спросил Поттер.       Всё оказалось проще, чем он думал. Хотя это и не оправдывало его приподнятого настроения. По идее, он должен быть смущён куда сильнее Гермионы. Однако ничего подобного он не чувствовал.       Об этом он тоже подумает завтра…       — Мы были под омелой, — продолжил он, после кивка подруги.       — Гарри, — Джинни лукаво сверкнула глазками в его сторону и по-лисьи улыбнулась, — вы целовались дважды.       — Ну… это… В первый раз не сработало. Он был слишком напряжён и даже не подумал ответить.       — Так ты ещё и первым его по… поц-ловал?! — сдавленно пискнул Рон.       — Я просто хотел побыстрее отделаться от этого, — отмахнулся Поттер. И даже не лгал. Тогда он действительно, хотел поскорее избавиться от напрягающего барьера.       — Но ваш второй поцелуй был дольше, чем положенные пять секунд, — довольно промурлыкала Джинни. Поттер совершенно не понимал, чему она так радуется. И это ставило его в тупик.       — Разве? — невинно хлопая ресницами, спросил он. — Может быть.       — И я слышала, что тебе понравилось, — продолжала младшая Уизли, игриво улыбаясь.       Наконец покраснев, Гарри, нехотя, кивнул. Узнай об этом допросе Малфой, либо прибьёт Поттера, либо сдохнет от гордости. Да, чёрт возьми! Ему охренеть как понравилось! Так понравилось, что Поттер до сих пор чувствовал нежное касание пальцев на своей шее.       Вырванное Джинни признание превратило гостиную Гриффиндора в гудящий улей. Вопросы самого разного плана сыпались на Поттера со всех сторон. Одни восхищались храбростью Гарри, не спасовавшего перед омелой и коварным слизеринцем, другие недоумевали, как его не стошнило в процессе, а третьи интересовались, можно ли уже поздравлять его. Не до конца понимая, как должен реагировать, Поттер попытался воззвать толпу к голосу разума. Ну или хотя бы просто перекричать.       — А что такого-то? — в отчаянии пятился он. — Губы-то у всех одинаковые!       — Ну, не скажи! — хихикнула Лаванда, подбираясь к нему слишком близко и игриво накручивая на палец локон. — У женщин губы мягче и податливее, чем у парней.       — Разве? — хмыкнув, удивился Поттер. — А как это измерить?       Растерявшись, Лаванда не нашлась с ответом, но ей на помощь подошла верная Парвати:       — Я слышала, что поцелуи Чжоу тебе не понравились.       — Как мне могло понравиться, если целуясь со мной она плакала о другом?       — А Малфой, стало быть, думал о тебе во время поцелуя? — не отступала Патил, надменно улыбаясь.       Поттер уже почти было выкрикнул, что Малфой просто тупо целуется лучше, чем Чжоу, но Гермиона заслонила его от перевозбуждённых девиц:       — Да что вы прицепились-то к Гарри? Это был всего лишь поцелуй под омелой!       — О, да! — довольно воскликнула опомнившаяся Браун. — Это был всего лишь ОЧЕНЬ ГОРЯЧИЙ поцелуй под омелой!       — Да тебе-то откуда знать?! — разозлилась Грейнджер. — Тебя там не было!       — Окстись, дорогуша! Там было полшколы! Или что, массовые галлюцинации?       — Преувеличение и только!       — Но Поттер сам только что признался, что ему понравилось! — поддакнула подружке Парвати.       — Да, чёрт возьми! — психанул Поттер, перепугав Гермиону. — Мне понравилось! Малфой охеренно целуется, довольны?! Настолько охеренно, что я пригласил его пойти со мной на бал!       Выкрикнув последние слова в тишину опешившей гостиной, Поттер быстро развернулся и побежал в свою комнату, игнорируя тревожный оклик Гермионы.       — Это моя вина, — чуть не плача пробормотала она, когда наверху с грохотом захлопнулась дверь.       — Что ты говоришь? — Джинни ласково обняла подругу за плечи и тоже с тревогой посмотрела наверх. — Я начала этот разговор.       — А мне кажется, что если кто и виноват, то это вы двое! — встал Рон и, заслонив спиной Гермиону и Джинни, обвинительно указал пальцем на Патил и Браун.       — Надо же, какие мы нежные! — скривилась Лаванда, шлёпнув Рона по руке. — Тоже мне, трепетная маргаритка.       Рон собирался что-то ответить ей, но Гермиона схватила его за руку и одними глазами попросила ничего не делать. Как бы там ни было, что бы кто не говорил, но она точно знала, что это её вина. Ей стоило раньше вмешаться и не допустить всех этих вопросов. Как ей теперь посмотреть в глаза Панси, зная, что все его действия и слова будут диктоваться исключительно упрямством и желанием противоречия?       Как ей посмотреть в глаза Драко?       ***       На следующее утро, призвав все свои силы и манеры, Малфой был готов с самым невозмутимым видом игнорировать последствия своей необдуманной выходки. Он уже давно привык к шепоткам, косым взглядам и даже к самым нелепым сплетням. Казалось бы, что ничто не сможет выбить его из колеи.       Оказалось, казалось.       — Это правда? — насупившись спросил Нотт, едва Драко умылся и вернулся в комнату.       — Что «правда»?       — Что ты и Поттер теперь встречаетесь?       Подавив секундное желание взвыть и огреть бестактного товарища чем-нибудь тяжёлым, Малфой, продолжая одеваться, невозмутимо поинтересовался:       — С каких пор ты веришь таким нелепым слухам?       — Эм, Драко, — видя, что Тео не настолько заинтересован темой, чтобы продолжать допрос, вмешался Блейз, — ты вчера рано лёг, и поэтому не слышал…       — Я же сказал, мне плевать на слухи. Вы как будто не знаете, что в Хогвартсе в комнате чихнёшь, в Большом зале скажут — помер.       — Это-то да, но Драко, слухи подтверждённые.       — Интересно кем? — Малфой всё-таки не удержался и недовольно посмотрел на друга. — Если я ничего такого не говорил. Да, поцелуй был, не спорю. Но у нас не было выбора.       — Хорошо. Давай пройдёмся по порядку сплетен. Во-первых, было два поцелуя.       — Я не среагировал в первый раз!       — Во-вторых, второй поцелуй был дольше первого. И явно… э-э-э… интимнее.       — Малфои всё делают хорошо, — пряча румянец, Драко наклонился за галстуком.       — В-третьих, вы ушли вместе.       — Ты же знаешь, что я помогал ему с зельями вместо Панси. Мы закончили и…       — В-четвертых! — перебил Блейз. — Вся школа гудит о том, что вы вместе идёте на бал.       — Что? Этот… этот… этот болван!!!       — Ага! Так всё-таки правда? — воодушевился Забини, наслаждаясь смущением друга.       — Нет!       — А ещё говорят, — уходя, подал голос Теодор, — что Поттеру настолько понравилось, что он во всеуслышание заявил, что ты круто целуешься.       Рот Малфоя открылся вместе с закрывшейся за Ноттом дверью.       Беспомощно хватая ртом воздух, Драко не понимал, как должен реагировать. К такому готов он точно не был. Нет, он, конечно, ещё вчера заметил, что Поттер был в немом восторге от поцелуя, но ведь явно же не до такой степени, чтобы тем же вечером подтверждать какие бы то ни было слухи об их отношениях!       — Ну, судя по твоей реакции, — подал голос Блейз, заставив Малфоя вздрогнуть, — не всё в слухах правда. И мне очень интересно, что…       Не дожидаясь, чего там интересно Блейзу, Драко опрометью бросился из комнаты. К откровенным разговорам с другом он тоже был не готов. Блейз был одним из тех двоих, кто знал о его безответной любви, и всячески поддерживал, но сейчас его поддержка могла выйти Малфою боком.       Нельзя. Нельзя верить сплетням. Нельзя давать надежду наивному сердцу.       Просто глупый Поттер в очередной раз не понял, что сказал. Наверняка это всего лишь досадное недоразумение, которое ещё не поздно исправить. Нужно только найти Поттера и узнать, что именно он наплёл своим тупым гриффиндуркам, а потом всё опровергнуть.       Поттер нашёлся сразу. В конце концов было как раз время завтрака, а Поттер слишком герой, чтобы пропускать завтрак из-за слухов.       Едва Малфой вошёл в Большой зал (хотя скорее ввалился), на него тут же уставилась добрая половина студентов. Первым порывом было послать всё к Мордреду, закрыть дверь и никогда больше не выползать из подземелий, но потом он вспомнил, что он всё-таки Малфой, и гордо выпрямился.       Ничего не подозревая, очкастый гриффиндорец преспокойно уплетал яичницу, перемазавшись в желтке, и совершенно не замечая ни Малфоя, ни взорвавшейся новой порцией перешёптываний тишины. Малфой даже позавидовал выдержке Героя. Он сам-то пока только перед друзьями оправдывался, а вот Поттеру наверняка пришлось принять на себя основной удар.       Так, стоп. Сочувствовать Поттеру Малфой тоже был ещё морально не готов.       Глупый Поттер сидел на своём обычном месте, практически в центре гриффиндорского стола, и Малфой был уверен, что на этот раз он сел туда специально. Но испугаться и свернуть, позволить себе не мог. Взяв себя в руки, Драко решительным шагом преодолел расстояние, и, встав за спиной Поттера, скрестил на груди руки в ожидании пока его заметят. Поттер заметил почти сразу, но оглянулся явно с неохотой.       — Привет? — неуверенно пробормотал он, не понимая настроения Малфоя.       Малфой непроизвольно скривился, заметив на лице Поттера ошмётки завтрака, но только вздохнул и, кивком головы указав на дверь, тихо сказал:       — На пару слов.       Не дожидаясь ответной реакции, он таким же решительным шагом покинул Большой зал и прислонился к стене в паре метров от дверей. Поттер вышел спустя пару минут и растерянно оглянулся в поисках блондина.       — В чём дело? — подходя, спросил он.       — Это мои слова. Какого чёрта, Поттер? Каким чудом весь Хогвартс за одну ночь умудрился узнать, что мы… что ты… предложил идти вместе на бал?       — Ах, так ты об этом? — расслабился Гарри. — А что, это был секрет?       — Это была неподтверждённая информация! — рявкнул Драко. — Я не соглашался!       — Но и не отказался. А что такого?       — Ты что, реально не понимаешь, «что такого»?       — Какая разница, с Паркинсон и Забини ты пойдёшь или со мной?       — Панси и Блейз мои друзья!       — Со вчерашнего дня, я вроде как тоже.       — Ты не догоняешь? Кто поверит, что мы только друзья после того как…       — Меня не волнуют слухи, — невозмутимо пожал плечами Поттер. — Я просто иду на бал с другом.       — Хорошо, допустим, — стиснув зубы проворчал Малфой. — А что насчёт того, что тебе понравилось?       — Что?       А вот и долгожданная реакция. Стремительно покраснев, Поттер ошалело уставился на довольного Малфоя.       — А ты не знал? Вся школа смакует детали нашего поцелуя. Пока шёл до Большого зала, я такого наслушался! Представляешь, оказывается мы так стремительно покинули библиотеку, потому что не могли больше сдерживаться и нуждались в уединении. Некоторые даже клянутся, что собственными ушами слышали наши страстные стоны из пустого класса…       — Хватит! — вконец смущённый Поттер закрыл лицо руками и надрывно то ли ржал, то ли рыдал. Малфой не понял.       — Ну, так что, ты всё ещё хочешь идти со мной на бал?       — В этом нет ничего такого, — сползая по стеночке, пробубнил Поттер. — Им скоро надоест.       — Ты сам-то веришь в это?! — взвился Драко, нависая над гриффиндорцем. — Зачем вообще надо было рассказывать об этом?! Чем ты думал?!       — Да какая разница? Слухи бы всё равно пошли! Не сейчас, так потом!       — С меня хватит! Я иду на бал один!       — ЧТО?! Малфой! Подожди, стой!       Поднявшись, Поттер попытался догнать стремительно удаляющегося слизеринца, но на его пути откуда ни возьмись появились Лаванда и Парвати.       — Что, Поттер, первая семейная ссора? — хихикнула Браун. — Темпераментную же подружку ты себе выбрал!       Не обращая внимания на то, кто перед ним, Гарри оттолкнул веселящуюся парочку и побежал за Малфоем, но за первым же поворотом вписался в его свиту. Правда, без него самого.       — Малфоя видели? — без прелюдий спросил он, больно вцепившись в плечи Забини.       — Пос-с-с-сорились, что ли? — прошипел Блейз.       — Не твоё дело. Где он?       — Не видел я его! Отпусти, шрамоголовый, больно!!!       — А, да, извини. Точно не видел?       — Точно, блин. Последний раз видел, как он вылетал из комнаты по твою душу.       — Душу из меня он уже вытряс.       — Стало быть, хочешь сдачи дать? — приподняла бровь Паркинсон, напряжённо наблюдая за мирной перепалкой.       Поттер повернулся и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл, окинув девушку удивлённым взглядом, словно только что её заметил.       — Ты уже нашла репетитора по зельям? — внезапно спросил он.       Опешив от такой наглости, Панси не сразу среагировала и потому ответила честно:       — Даже не искала. В том смысле, что вчера было много дел… я потому и попросила Драко меня подменить, что…       — Не ищи.       — Что? Передумал? А Грейнджер знает?       — Тебе случайно Малфой больше ничего не должен? — мастерски игнорируя её вопросы, невозмутимо продолжал Поттер.       — Это конфиденциальная информация! — Панси наконец взяла себя в руки и, гордо задрав носик, попыталась обойти приставучего гриффиндорца, но он бесцеремонно перекрыл ей дорогу. — Эй!       — Прости-прости, — отмахнулся тот, даже не пытаясь напустить на себя раскаяние. — Я же не прошу список всех его долгов. Просто спросил.       — Полагаю, ты очень хочешь услышать положительный ответ. Допустим, он мне кое-что ещё задолжал. Что тогда?       — Попросишь его остаться моим репетитором?       — У-у-у, солнышко моё геройское, боюсь на такую просьбу долгов Малфоя не хватит, даже если бы они и были.       — А придумать можешь? — снова перекрывая ей дорогу, поинтересовался он с самым невинным видом.       — Что?       — Ну… придумай ему какой-нибудь должок. Такой, чтобы он точно согласился. Да, кому я рассказываю, у вас же такие трюки в подкорке должны быть!       — Каков наглец! — восхитилась Паркинсон, смотря на Поттера новыми глазами.       — Ну, так что, по рукам?       — А что мне за это будет? — игриво улыбнулась слизеринка, азартно включаясь в любимую игру.       Блейз хлопнул себя ладонью по лицу. Он вообще-то есть хотел. Да и на уроки скоро. А у Панси и Поттера тут торги в самом разгаре. Причём главный приз — только что удравший Драко Малфой.       — Договоримся, — махнул рукой Поттер, не придумав ничего, что могло бы убедить слизеринку.       — Ну, так не интересно. Я в конце концов лучшего друга продаю. Так что хотелось бы утешить совесть…       — Да какая у тебя совесть, — в отчаянии простонал Забини. — Поттер, не ведись. Она за свою «совесть» у тебя душу выторгует, а ты и рад будешь.       — В общем, ладно, — отмахнулась девушка. — Мы так-то завтракать шли. Ты-то, я как посмотрю, уже поел, а мы голодные. Подойдёшь, как придумаешь что-нибудь стоящее.       — Кстати да, Поттер, — проходя вслед за подругой, шёпотом добавил Блейз, — ты бы, и правда, сходил, умылся. Неужели ты с таким лицом с Драко разговаривал? Я тогда не удивлён, почему он удрал сверкая пятками!       Гарри рефлекторно провёл ладонью по лицу, стряхивая улики, но опомнился и крикнул вслед слизеринцам:       — Ты же говорил, что не видел его!!!       Ни Блейз, ни Панси на вопль никак не отреагировали, чего нельзя было сказать о проходящих мимо студентах.       Возвращаться на завтрак уже не хотелось. Искать Малфоя не было никакого смысла. Оставалось только пойти на урок. Привычно накинув мантию-невидимку, Поттер направился к классу, перемещаясь вдоль стен. По опыту он мог сказать, что омелы имеют привычку появляться посередь коридора. За редкими исключениями, конечно. Тем не менее, Гарри повезло, и до кабинета он добрался без приключений.       Притаившись за углом в ожидании друзей, Поттер попытался разобраться, почему он вообще так вцепился в Малфоя. Один за другим в голове всплыли все вопросы минувшего дня, на которые он так и не нашёл ответы.       Безусловно, он уже давно вырос из детской возни в песочнице, и больше не рассматривал Малфоя как врага или соперника. А тот факт, что слизеринец шикарно целуется должен был бы по идее вызывать самое большое зависть, но никак не те непонятные душащие чувства, которые вызывал. И уж тем более, ничто из вышеназванного не объясняет его желания продолжать заниматься с Малфоем зельеварением или пойти вместе на бал.       Определённо, это всё вина Гермионы. Если бы она не запудрила ему мозги этим репетиторством и «слизеринцами с обложки», он бы вообще не парился из-за грядущего бала!       — Эй, Гарри? — послышался из-за угла приглушённый голос Рона. — Ты здесь? Ау?       — Здесь, — скинув капюшон, отозвался Поттер.       — Мы тебя обыскались. Гермиона! Он здесь! Что Малфой хотел? Наезжал из-за слухов?       — Типа того.       — Гарри!       Подбежавшая Гермиона выглядела настолько встревоженной и непривычно смущённой, что Поттер решил сейчас ни в чём её не обвинять. Ну, серьёзно, она же как лучше хотела! Да и откуда ей было знать, что поцелуй Малфоя сорвёт ему крышу.       — Я в норме, — улыбнулся он ей, видя, что девушка сдерживается от вопросов.       — А он? — сделав бровки домиком, пискнула она.       — А он сделал от меня ноги. А! И ещё сказал, что не пойдёт со мной на бал.       — Дружище, ты что, серьёзно хотел пойти с ним? Гарри, это…       — Что, и ты туда же? Ну почему если я иду с вами, то всё в порядке, а если с ним, то сразу этот удивлённый тон!       — Ну-у-у… это разные вещи, — как само собой разумеющееся сказал Уизли. — Особенно после вашего шоу в библиотеке.       — Вот и он сказал то же самое, — вздохнул Поттер, по привычке потирая шрам. — Даже если я хочу пойти с ним просто как с другом, никто не поверит. А Лаванда и Парвати ещё и масла в огонь подольют.       — Ты, правда, хочешь пойти с ним? — несмело спросила Гермиона. — Несмотря на все эти слухи? Почему?       Прислонившись к стене и запрокинув голову назад, Гарри снова тяжело вздохнул и улыбнулся.       — Я задаю себе тот же вопрос. Наверное, мне просто интересно. Мы вчера почти час просидели в библиотеке и даже не поругались. А потом он так забавно отреагировал на омелу! Я ждал, что он закатит истерику, начнёт угрожать пробить мне голову, если попытаюсь к нему приблизиться или ещё что-то в этом роде, но он как будто был напуган. Если б не знал наверняка, то решил бы, что он впервые с кем-то под омелой. Или вообще, что это должен быть его первый поцелуй.       — Рискну предположить, — тихо вклинился Уизли, не понимая как разговор ушёл в такое русло, — что в некотором смысле это и был его первый поцелуй. По крайней мере с парнем. Твой, кстати, тоже.       — А, точно! — Поттер усмехнулся и покачал головой. — Я почему-то не подумал об этом.       Гермиона мысленно сделала пометку: хоть Гарри никогда не думал о поцелуе с Малфоем, чем-то странным он это почему-то не считает.       — Ты меня пугаешь! — Рон покачнулся и прислонился к стене рядом с Гарри. — Только не говори, что для тебя целоваться с Малфоем — нормально!       — Эй! — возмутилась Гермиона. — Я, между прочим, тоже с Панси целовалась! И тоже не считаю, что это что-то за гранью возможного.       — Зашибись! То есть осталось только мне с Забини поцеловаться, и будем дружить семьями, так что ли?!       — Э-э-э… — стремительно покраснев, Гермиона перевела глаза на такого же красного Гарри и неловко хихикнула. — В каком смысле?       — Рон, — сдерживая смех, привлёк внимание друга Поттер, — ты сам-то понял, что сказал?       — Да я вообще не в том смысле, извращенцы! — тоже краснея, возмутился Уизли. — Просто так говорят! Вроде как через поцелуй породниться, и всё такое… Блин, — окончательно смутился он, под дружный хохот друзей. — Это всё ваша вина! Почему мы вообще говорим о поцелуях со слизеринцами?       — Вообще-то, это ты заговорил о поцелуях! — смеясь, выдавила Грейнджер. — Гарри просто рассказывал, почему ему интересно общаться с Малфоем.       — Это лишняя для меня информация, — открестился Уизли. — Без обид, друг! Но честно, я последние двенадцать часов по твоей милости только и думаю, что о поцелуях Малфоя. Мне это даже снилось сегодня!       — Мне уже начинать ревновать? — невинно поинтересовалась Грейнджер.       — Вот только ты не прикалывайся! Ребята, правда, если вам жизненно необходимо поговорить об этом, вы меня заранее предупреждайте, хорошо? Я отойду, мне не сложно.       — Господи, Рон, ты как маленький! — нахмурилась девушка, качая головой.       — О! Спасительный звонок! Пора на урок. Целая пара без разговоров о поцелуях Малфоя! — первым залетая в класс, ликовал рыжий.       — Я впервые вижу, чтобы он так радовался началу урока! — усмехнулась Гермиона.       — Я впервые вижу, чтобы он так много думал о Малфое и его поцелуях! — шокировано парировал Поттер.       — Ревнуешь?       — Кого, Рона?       — Малфоя!       — А должен?       — Да ну тебя, — разочарованно отмахнулась Грейнджер, тоже заходя в класс.