Однажды в Плезантвью. Часть 1

Этим утром Кассандра проснулась в наилучшем расположении духа. Она глубоко зевнула и сладкого потянулась. Воспоминания о той ночи вызвали на лице женщины безмятежную улыбку: она вновь почувствовала себя любимой и желанной; казалось, что на этот раз в их отношениях с Доном впредь все будет слаженно. Повернув голову в сторону, Кассандра не обнаружила подле себя мужа. Она поднялась с постели, накинула на себя халат, спустилась вниз. В это время Дон вовсю суетился на кухне у плиты. Обернувшись, он приветливо улыбнулся супруге: — Доброе утро, дорогая. Как тебе спалось сегодня? — Доброе утро, Дон... – только и смогла промолвить Кассандра, изумлённо глядя на мужа. — Ты так сладко и крепко спала, я не стал будить тебя. Смотри, я вот только что закончил готовить панкейки. Кассандра подошла ближе к Дону, не сводя с него вопросительного взгляда. — Вчера ночью ты остался дома. У тебя из-за этого не будут неприятности на работе? — Не забивай этим голову. – махнул рукой Дон, – Главное, что ты со мной рядом. – при этих словах он посмотрел на жену горящими глазами. Затем Дон взял за руки Кассандру и произнес елейным голосом: — Уже несколько месяцев как между нами возникли разлад и непонимание. Но знай, милая моя, что я люблю тебя по-прежнему. Я сознаю, что и со своей стороны я был не прав. Кассандра, свет очей моих, душа моей души, сможешь ли ты меня простить? Давай забудем все плохое и начнем все с самого начала? Поверь, я не хочу тебя терять, мне жизни нет без тебя. Обещаю, теперь впредь у нас все будет по-другому. Слушая слова Дона, на лице Кассандры заискрилась улыбка, глаза заблестели, а щеки покрылись румянцем. Она положила голову на плечо мужа, крепко к нему прижавшись, тот почувствовал, как учащенно забилось ее сердце. — Ах, Дон, дорогой мой, — прошептала Кассандра, — это все, что я хотела услышать от тебя. Конечно, я прощаю тебя. Супруги минуту стояли молча обнявшись, затем Кассандра подняла на Дона взгляд полный нежности. — Любимая... — промолвил Лотарио и поцеловал в губы жену, — Я так счастлив, что ты у меня есть. Кассандра, дорогая, позволь мне сегодня пригласить тебя на свидание. — С радостью, милый. А куда мы пойдем? — Куда скажешь, туда и пойдем. Вернувшись домой, Дина обнаружила сестру, находящуюся в полусознательном состоянии. Вся в слезах, тихо всхлипывая, Нина сидела на коленях у дивана, положив голову на сидение. Дина бросила сумку на пол и тут же подбежала к сестре. — Нина, сестренка моя, — взволновано произнесла Дина, обнимая сестру, — что произошло? — Дон... Он меня бросил... — дрожащим голосом произнесла Нина. — Но почему? — Потому что я беременна! — Нина разразилась громким рыданием. — Что? — недоуменно произнесла Дина, выпучив глаза и отстраняясь от сестры, — Ты беременна? Разве ты не предохранялась? — Нет! — Но зачем? — Я хотела его удержать! — Дура! — в гневе закричала Дина, топнув ногой, — У тебя совсем что ли нет мозгов?! А если Мортимер и Кассандра узнают об этом?! Что я им скажу?! Я должна скоро выйти замуж за Гота, я же просила тебя подождать и не делать глупостей! Но ты, как всегда, все испортишь, поганка ты эдакая! Нина поспешно поднялась с колен и, свирепо взглянувши, ответила сестре: — Это ты виновата! Ты меня втянула во все это! Я не хотела, чтобы Дон женился на Кассандре! — Значит, я виновата? — яростно зашипела Дина, — Не будь ты моей сестрой, я бы тут же задушила тебя собственноручно. Ты прекрасно осведомлена о том, что Дон не хочет детей, и он правильно сделал, что бросил тебя. Немного успокоившись, Дина подняла с пола сумку, извлекла от туда кошелек и блокнот с ручкой. Вырвав лист из блокнота, она поспешно что-то начиркала на нем, затем достала из кошелька деньги и, пересчитав их, вместе с исписанным листком небрежно бросила на диван. — Что это? — спросила Нина. — Адрес одной клиники, а это деньги, которые дал мне Мортимер на личные расходы. Ты пойдешь туда и сделаешь аборт. — холодно ответила Дина. — Нет! — вскрикнула Нина. — Я сказала, сделаешь аборт! — громко и грозно произнесла Дина, — Избавься от мерзости, что находится в твоей утробе, а иначе забудь, что у тебя есть сестра. — Это наш с Доном ребенок и, между прочим, твой племянник. – с горечью и обидой в голосе произнесла Нина, кладя руку на живот. — Это всего лишь сгусток клеток. — фыркнула Дина, — Если ты надумаешь родить, то не рассчитывай на мою помощь. Я, как и Дон, ненавижу детей, особенно орущих младенцев. — при последних словах лицо Дины исказилось гримасой злости и отвращения. — Но я хочу оставить этого ребенка, к тому же, я очень боюсь операции. — Ты будешь под наркозом и ничего не почувствуешь. У тебя вся жизнь впереди, успеешь еще родить, раз уж приспичило тебя. В общем, я тебе все сказала. Делай аборт, иначе ни Дона, ни меня в твоей жизни более не будет. — произнося эти слова, Дина ушла к себе, оставив сестру в растрепанных чувствах. Ясным весенним днем Даррен в наилучшем расположении духа разгуливал по парку и придавался приятным размышлениям. В одно мгновение приподнятое настроение мужчины резко упало, когда он увидел приближающихся к нему навстречу Дона и Кассандру. Супруги шли рука об руку, Дон увлеченно о чем-то рассказывал жене, Кассандра же, не сводя с него влюбленного взгляда, улыбалась. Даррен почувствовал как ревность, словно овод ужалила его в самое сердце. Заметив Дримера, Лотарио весело крикнул ему, всплеснув руками: — Даррен! Здравстуй, старина! Нахмурившись, Дример ничего не ответил на приветствие недруга, но сделал кивок в сторону Кассандры, которая ответила ему тем же. — Как поживаешь, дружище? — Дон хлопнул Даррена по плечу. — Никакой я тебе не друг! — вспылил Даррен, одергивая плечо. — От чего же нам не быть друзьями? — произнес Дон переводя взгляд с Даррена на Кассандру, — Друзья моей жены, это и мои друзья тоже. После нескольких секунд молчания, Лотарио обратился к супруге: — Дорогая, я отойду ненадолго. Вы пока пообщайтесь друг с другом. Он чмокнул Кассандру в щеку и поспешно скрылся. — Как же быстро он переобулся... – мрачно произнес Даррен, обращаясь к Кассандре. – Что же произошло? — Мы помирились с Доном. — радостно ответила Кассандра. — Вот как? Помирились значит? И ты, конечно же, как всегда, его простила. — саркастически бросил Даррен. — Дон попросил у меня прощения. Разве ты не рад за меня? — наивно спросила Кассандра. — А чему тут радоваться, Кассандра? — снова вспыхнул Даррен. — Для таких, как Лотарио сказать «прости» все равно, что плюнуть в лицо. Сколько еще ты будешь позволять ему обманывать тебя? — Довольно, Даррен. — отрезала Кассандра, укоризненно глядя на друга, — Ты всегда предвзято относился к Дону. Смотри, он ведь предлагает тебе дружбу. Положи уже конец этой глупой вражде. — Его дружба и гроша ломаного не стоит. — сдвинув брови, произнес Дример, — Какая же ты наивная. Неужели ты не понимаешь, что он всего-навсего меняет тактику? Неизвестно, какую еще подлость выкинет этот прохиндей. — Ты являешься моим лучшим другом, Даррен, и тебе известно, какое уважение я к тебе питаю. Но ты уже переходишь границы. — теперь уже начинала вскипать Кассандра, — Я не желаю более слышать от тебя подобных речей. — Ну, конечно, конечно, мои слова, мои увещевания для тебя ничего не значат! — отчаянно произнес Дример, разводя руками, — Если бы ты на самом деле дорожила нашей дружбой, ты бы прислушивалась ко мне! Но ты же никого и ничего не видишь и не слышишь, кроме своего ненаглядного Дона! Ответь мне на милость, я хоть что-то значу для тебя? Какое место я занимаю в твоей жизни? Кассандра была ошарашена столь неожиданным выпадом друга. — Что за странные вопросы, Даррен? Право, я не узнаю тебя. — Больше я не потревожу тебя. — глухо произнес Даррен. — Живи как хочешь, оставайся со своим благоверным и будь счастлива. Я исчезну и не стану более докучать тебе. — с этими словами Дример зашагал вперед. Кассандра остановила друга, ухватившись за его локоть. — Что это все значит? Куда ты исчезнешь? Объяснись же наконец. Дример бросил на подругу взгляд полный страдания и безысходности. — Что тебе до меня, Кассандра? Оставь меня, забудь, не ищи встреч со мной. И он, не оборачиваясь, поплелся от нее прочь терзаемый душевными муками. Кассандра минуту стояла в растерянности, глядя в след уходящему Даррену. Дон, скрывшись за деревом, наблюдал за этой сценой и внутри себя злорадствовал такому исходу. Он подбежал к жене и вручил ей букет алых роз. — Дорогая, это тебе. Кассандра, будто бы не слыша его, продолжала задумчиво глядеть вдаль. — Тебе не понравились цветы? — спросил Дон, заглядывая супруге в глаза. Кассандра, словно очнувшись от сна, взяла букет и поспешно пролепетала: – О, нет! Они прекрасны, Дон, спасибо тебе. – Но что тогда тебя так огорчило, милая? Тебе Даррен что-то сказал? – Он сказал, что не хочет более видеть меня и общаться со мной. Я не понимаю, почему он так со мной обходится? Что я ему сделала? Его будто подменили. Дон приложил ладони к щекам Кассандры и ласково произнес: — Видимо, бедняга не с той ноги встал и весь день не задался, вот и срывается на всех. Любовь моя, не принимай его слова близко к сердцу. Пусть это не омрачает радость нашего дня. Я люблю тебя, очень люблю тебя. Ну же, улыбнись мне наконец, твоя улыбка, словно солнце согревает мою душу. Кассандра тепло улыбнулась мужу и тут же угодила в его крепкие объятия.