Я его трахнул, а он влюбился...

      Vip-зона уже позади и, казалось бы, теперь можно немного успокоиться, но была парочка "но". Парень относительно пьян и на него только что сыграла какая-то шайка под кайфом. Чона, можно сказать, силком затащил какой-то психопат в комнату для приватных танцев.       Что можно ожидать от человека, который косит и алкоголь, и наркотики под одно? Вероятно, у этого незнакомца уже крыша хлопает в ладоши и он просто сейчас отключится, а возможно и нет.       Странно будет что-то ожидать от человека, который только с полчаса назад ломился в уборную и целовал чуть ли не в засос личность того же пола, что и у него.       Сейчас юноша сидел на диванчике и смотрел в спину парня, который с трудом пытался вставить ключ в замочную скважину, чтобы закрыться. Казалось бы, дай по голове чем-нибудь да и сбегай, куда глаза глядят, но Чонгук не нашёл ничего подходящего, ибо комната под побег от обдолбавшихся психов не обустроена.       В принципе, помещение из себя мало что представляло. Обшарпанный, уже немного промятый зелёный диван и какая-то тумбочка с кривыми ножками. Напротив стоит шест, но у парня всегда складывалось впечатление, что это ещё тот траходром, и если сюда наведается проверка, то уже владелец этого заведения будет подставлять свою жопу. Позади шеста стояло три очень больших зеркала. Расставлены они в таком положении, чтобы можно было разглядывать стриптезёра по бокам и сзади.       Больше в комнате не было чего-то особенного. Немного становится непонятно, что такая элитная компания делает в этой помойке. Бледно-розовые стены, салатовый коврик у дивана и тёмно-красный пол, больше похожий на выстеленную фанерками поверхность. Белый потолок, а на нём люстра с тремя лампочками, из которых горела лишь одна. Вроде это говорит о нищете имеющегося заведения, но с другой стороны приглушённый свет делал это место немного загадочнее и романтичнее.       Хотя, о какой романтике может идти речь в такой ситуации? Этот обезумевший сумел закрыться в несчастной комнате и теперь стоял лицом к Чонгуку. Парень слегка пошатывался и со стороны казалось, что он вот-вот свалится с ног, но как-бы не так. Юноша довольно уверенно двинулся прямо к Гуку. Чон буквально был потерян. Что же ему делать и как действовать? Единственное, что предпринял парень - это встать и попробовать аккуратно, без резких движений добраться до двери, крутануть ключ и убежать.       Кажется, что нет ничего невыполнимого в этом плане, ведь убежать от человека, который пил алкоголь не разбирая названий и грудусов очень даже просто, но самые прелести в том, что и Чонгук пьян.       Стоило ему подняться на свои две, как тут же закружилась голова и его откинуло назад на диван. — Малыш, ты недооцениваешь способности алкоголя, — усмехнулся главарь той шайки и, подойдя к диванчику, присел на край. — Ты послушный или над тобой придётся немного пошаманить, чтобы прогнулся?       Чон не сразу понял смысла вопроса, но потом он будто отрезвел от наплывающих мыслей. Все кусочки пазлов сложились и он наконец-то понял, что сейчас пострадает его честь. На него сыграли, напоили, отвели в комнату для плотских утех и закрылись там.       Парень настолько впал в шок, что его голос словно пропал. Остался лишь жалобный писк мышки: — Не надо... У меня есть... Есть деньги... — Это ты мне платить собрался, чтобы я тебя не тронул? — рассмеялся безумец и захлопал в ладоши. От резкого и пронзительного звука у Гука тут же запульсировало в висках. Было ощущение, что его уши насквозь сверлили две дрели. — Мальчик мой, мне не нужны деньги... — на несколько мгновений замолчал парень, а после добавил, — Мне нужно твоё юное, сладкое тело. Не бойся, больно почти не будет. — вновь растянулся в улыбке юноша.       Главарь шайки поднялся и приблизился к Чону. Тот начал судорожно перебирать конечностями, чтобы отдалиться от наступающего, пока не упёрся в спинку дивана. Это забавило бандита, ведь с каждым нелепым движением Гука он ухмылялся еще больше. Парень прошёл пару лишних шагов мимо дивана и протянул руки к той раскорячке, что звалась тумбочкой. Открыв скрипучую дверцу, он достал что-то блестящее.       Доли секунды и безумец уже стоит перед Чонгуком. Он медленно и вальяжно протянул свою ладонь к волосам юноши, немного их потрепал, несмотря на то, что Гук пытался противостоять, а после резко схватился за прилично большой клок и повёл в сторону шеста. Юноша схватил за руку извращенца, чтобы тот отпустил волосы, но он продолжал тянуть, пока не привёл к желанному месту.       Пока Чон прибывал в неком ступоре, бандит потянул его руки наверх и остановился на уровне головы. Раздались щелчки и на запястьях появились наручники, которые намертво присоединили парня к шесту. — Надеюсь, папочка не сильно сделал тебе больно, малыш? — присел на корточки и скорчил гримасу юноша, — Новое украшение тебе к лицу. — провёл от щеки до подбородка извращенец и начал спускаться ниже, запуская руку под одежду.       Чонгук понимал, что теперь он полностью беззащитен. Его руки скованы, а ногами нет смысла махать, ведь он даже цель чётко не видит. Алкоголь даёт о себе знать. Прикосновения незнакомца к коже обжигали. Бандин потихоньку продвигался рукой под рубашкой, будто бы играя со своей жертвой, а потом в ход пошла и вторая рука. Один миг и пуговицы с одежды разлетелись по полу. — Ты просто прекрасен! — воскликнул парень, — Ты словно фарфоровая вазочка. Такой хрупкий... — с восхищением осматривал юноша торс Гука. — Жаль, что полностью нельзя снять с тебя эту тряпку. Не охота портить момент.       Парень вновь схватился за волосы и властным движением поднял юношу на ноги. Чонгук даже постарался оказать сопротивление, но отсутствие рук в деле категорически усложняли процесс. Он вертелся вокруг шеста, дабы его не тронули, но смысла в этом было мало. Извращенец явно находил в этом долю сексуальности, ведь подобные манипуляции были похожи на танец ночной бабочки. Бандит с лёгкостью зажал бедолагу в свои тиски и прижал к шесту.       Своим весом он сдерживал Чона, а руками творил беспредел. Одной из них он слегка придушил свою жертву, а другой спускал ему штаны, шепча на ухо: — Малыш, только не сопротивляйся, а то я тебя накажу. Если ты не будешь сжиматься, то это пройдёт безболезненно, — лепетал парень. — Хотя, ещё пару секунд для подготовки мне всё же нужно. — обрывисто произнёс юноша и, выпустив свою добычу, отошёл на пару шагов.       Чону было безумно страшно. От этого болезненного трепета болело сердце. Оно то бешено колотилось, то замолкало. На глазах выступила сырость от жалости к самому себе. Он поднял голову и взглянул в зеркало.       Извращенец стоял к нему спиной и копошился возле тумбочки. Парень перевёл взгляд на себя. Оперевшись на шест, он находился в позе дешёвой шлюшки. Рубашка была распахнута и оголяла бледную кожу, а от пуговиц остались торчать лишь ниточки. Извращенец выдрал их с мясом. Штаны были расстегнуты и слегка спущены, что немного виднелся лобок.       Не прошло и минуты, как тиран вновь заговорил, а от резкого голоса у Чонгука сжались лёгкие. — Что, любуешься собой? Не переживай, я сделаю так, что ты всю ночь будешь смотреть на себя. — с какой-то злобой произнёс парень и, подойдя к Чону, улыбнулся.       Юноша взглянул на отражение бандита. Тот был уже без верха. Слегка накаченное тело играло мускулами. Руками он водил по спине, плавно опускаясь к ягодицам. — Расставь ножки пошире, — приказным тонном произнёс мучитель и похлопал ладонью по внутренней стороне бёдер.       Просьба была проигнорирована. Чонгук снова пытался противостоять, но силы уже на исходе. Ноги не гнулись, а руки млели в наручниках. — Ты меня разгневал! — безумно громко прокричал парень и принялся стягивать штаны с Чона.       Тот забарахтался с новой силой, но было безнадёжно. Извращенец спустил вниз штаны парня, а следом и трусы. Оголился вялый член юноши, который тоже был не в курсе, что происходит. Тиран тут же вынул и свой инструмент из убежища.       Гук, уже рыдавши, лепетал какую-то неразбериху, а бандит смочил слюной два пальца и запустил их в анус парню.       Чонгук оцепенел на пару секунд. Это правда с ним происходит. Он подвергся изнасилованию.       Совершив пару характерных толчков пальцами внутри Чона, извращенец вынул их и запихнул за щёку парню. — А ты узкий, — прорычал юноша и прислонил ко входу что-то очень горячее.       Гук вздрогнул, но не успел он и пискнуть, как это нечто начало прорываться внутрь.       По телу прошёлся мороз, сердце сковал дикий ужас, а анус начинал отдавать болезненные импульсы. Ещё мгновение - Чон не сдерживается и начинает кричать. Ему показалось, что что-то внутри разорвалось. Задний проход дико пекло и ощущалось, что в него вставили шпагу. — Оу, кажется, я немного порвал тебя, — изумился безумец и начал двигаться. — Ничего, скоро ты и не вспомнишь о боли.       Чонгук плакал и проклинал свою жизнь. Этот несчастный извращенец бил его ягодицы, душил почти до потери сознания, прикусывал до кровавых пятен, долбился как пёс, разрывая ткани парня.       Это продолжалось уже очень долго. Уже не было сил кричать и сопротивляться. Гук просто потерял контроль над собой. Стал куском мяса. Если ещё полчаса назад он наотрез отказывался взять в рот и терпел болезненные пощёчины, то теперь он сосал и думал, лишь бы больше не продолжалось то терзание.       Периодически бандит заливал в глотку парню виски, чтобы тот меньше противостоял. Извращенец наливал спиртное на раны рваного ануса, а после вставлял туда член и набирал быстрый темп. Лил алкоголь на спину мученика и слизывал, оставляя влажные следы. Заставлял произносить фразы: — Давай же, не молчи!! Проси ещё! — Трахни меня, мой господин, — еле выговаривал юноша. — Позволь мне быть твоей подстилкой. Я этого очень хочу!       Парню было очень тошно, но другого выхода не было. Он был замучен и уже стоял не на ногах, а на коленях, выполняя любую прихоть безумца.       Счёт времени был давно потерян Гуком, но это наконец-то закончилось. Незнакомец кончил на спину юноше и откинул на пол мученика.       Извращенец лёг на диван и закурил. — Ты прекрасная проститутка, я даже готов тебе заплатить. Хочешь, мы будем с тобой трахаться, а я тебе платить? — выдыхал дым парень и затягивался вновь. — Я подам на тебя в суд... —еле прошептал Чонгук. — А вот этого не советую. Видишь ли, малыш, я записал весь наш секс на камеру, которая стояла на тумбочке, — коварным голосом прорычал насильник. — Ты там так покорно умолял тебя отыметь во все дыры. Не думаю, что ты за то, чтобы это кто-то увидел. — подошёл парень и присел на корточки рядом с прикованным юношей. — Не хочешь со мной за деньги - без проблем. Но если передумаешь, то я всегда готов трахнуть тебя ещё раз, сладкий. — проговорил юноша и провёл двумя пальцами по позвоночнику Гука, собирая остатки любви этой ночи.       Влажными пальцами он провёл по губам мученика и прошептал: — Ты даже во сне от меня кончать будешь!

***

      Эти слова заставили проснуться парня. Он ощутил, что ему очень трудно дышать. Кругом белые стены, запястья перемотаны бинтами, тихо и спокойно из капельницы в трубку перетекает раствор, в носу свербит из-за находящейся в нём питательной трубки. — "Боже, Гук, зачем ты выжил? Разве это жизнь, когда тебя продают?" — только подумал юноша, как вдруг распахнулась дверь палаты...