временный парадокс любви

По дороге назад парни встретили рассвет, что ласкал каждый миллиметр кожи. Первые лучи солнца не такие обжигающие, они нежные и мягкие. Трава под ногами тоже мягкая с чистой прозрачной росой, что оставляет следы на высоких сапогах. Юбэнкс шёл, смотря под ноги. Все его мысли были о том, что произошло. Этот поцелуй заставил задуматься о многом. Об Эбби, например. Ведь у него никогда не было таких чувственных прикосновений, такого нежного поцелуя. Теперь чувства к Робертс ставились под сомнения. Безусловно, она хорошая девушка, и блондин её любит. Это точно. Но какая эта любовь? Всё съедает изнутри. Брюнет, что шел рядом тоже молчал, но ощущал себя счастливым. Он не думал, что его первый поцелуй произойдет так красиво и с желанным человеком. Хадсон ощущал себя главным героем какой-то сказки, где он принцесса, что дождалась своего принца. Ну, или принц принца. — Вы чего такой озадаченный, Ной? — задал вопрос Чейз, слегка обнимая. Эти касания были такими теплыми и родными, заставляя пламя любви вспыхнуть. Так не обнимал никто, только Хадсон. — Я... — ему до горечи было обидно, что сейчас этот аристократ, что подобрал его, так нежен с ним. Конечно, он был рад, что наконец в нем проснулись настоящие романтические чувства. Но не всегда всё так просто. Блондин понимал, что ему рано или поздно придётся вернуться домой. Но какую цену он заплатит? Больно, — В общем, я хотел сказать спасибо. Ты открыл для меня чувство любви, теплоты, нужности. Ты безумно прекрасный юноша, которого я бессовестно влюбился. — Но ты шёл с расстроенным выражением лица... — проговорил Чейз, приподнимая уголки губ. Он ведь всё тоже понимает. — Я... Я просто, — слёзы пошли по щекам, оставляя мокрые дорожки. Сначала это были лишь пару слезинок, что в скоре превратились в истерику. Это было похоже на вскрытие вен, где вместо лезвия факт того, что они не могут быть вместе, — Я нашёл любовь там, где её не должно быть. У меня друзья, работа, родители. Невеста, в конце концов. И ведь у тебя тоже была своя жизнь! Юбэнкс плакал навзрыд. Наверное, это тот случай, когда ты реально не имеешь возможности изменить ситуацию, поэтому тебе приходится лишь опустить руки, чувствуя боль, и принимать последствия. Именно в такие моменты ты чувствуешь, что ты всего лишь маленький человек в этой огромной Вселенной, которому не по силам направить всё в нужное русло. Единственное, что ты можешь сделать, так это свыкнуться с тем, что ты жалок. — Тише, малыш, — Чейз ведь тоже всё понимал. Он ведь не глупый мальчик, чтобы не понять, что его слуге когда-то придётся вернуться домой. Осознание этого разъедало то чувство счастья, каким недавно грезило сердце. Хотелось бы забыть эту суровую реальность и отдаться мечтам, теряя рассудок. Они присели под дерево, крепко обнимая друг друга. Хадсон целовал лицо Ноена, собирая слезинки потрескавшимися губами. Касания были невесомыми, еле ощутимыми, но будто жизненно важными. Как только брюнет отстранялся, откидываясь на ствол дерева, Юбэнкса пробирала дрожь, будто тот ушел навсегда. Просидев так, пока солнце уже приветливо дарило жаркие лучи, они думали и ценили. Ценили этот момент, проживая каждую секунду. Они шли до особняка молча, держась за руки. В саду, где так пахло розами и яблоками, весело щебетали птицы. Все до жути романтично. Но Ноена не тянуло сюда. По крайней мере, сейчас. Он хотел в другое место. Остановившись, он посмотрел на Чейза, что наградил его вопросительным взглядом. Улыбнувшись такому глупому выражения лица, блондин спросил: — Пойдём до той скалы, где мы познакомились?

***

В больнице как всегда до скрежета зубов холодно. Эбби на этот раз была одна в палате, сжимая руку жениха. Ей безумно не хватало его. Сама девушка заметно похудела, её лицо потеряло жизненные краски. Оно стало бледным, губы потеряли тот яркий вишневый цвет. Глаза красные от слез грустно наблюдали. Ей всегда было больно находится здесь. В этой комнате, где Юбэнкс лежит, не подавая признаков жизни. Но она хотела быть сильной. Ради Ноена. В палату вошла медсестра, что принялась раскладывать медикаменты на тумбочку, которая располагалась поодаль больничной койки. Она улыбнулась блондинке, занимаясь своей работой. — Робертс, опять ты тут, — мягко проговорила та, забирая пустые капсулы каких-то лекарств, — Совсем исхудала, тебе может еды принести? — Нет, спасибо, Грейс, — Эбби проводила почти все свободное время в больнице, поэтому имена всех медсестер выучить было не сложно. Грейс запомнилась ей безумно приятной улыбкой и шёлковыми волосами цвета каштана. Эта девушка была и вправду очень заботливой. — Ладно, я зайду еще сегодня в два часа дня, — сказала она, открывая дверь, — Может хоть к обеду что-нибудь принести? Робертс посмеялась и отрицательно помотала головой. Улыбка медсестры стала лучезарнее, ведь ей удалось вызвать смешок от блондинки. Она скрылась за дверью, оставляя Эбби снова в одиночестве. Тишина сейчас её лучший друг. Спустя некоторое время, в палату постучали. Блондинка негромко сказала «Войдите!», снова беря за руку жениха. В дверном проёме показалась голова сестры, у который была какая-то грустная улыбка. Шарлотта прошла и села рядом с сестрой, взяв теплую ладонь. — Как ты? — спросила она в полголоса, поглаживая по руке. Ей было больно видеть, как Эбби тускнеет, будто картинка, что выгорает на солнце. — Да что со мной будет... — пробубнила старшая Робертс. Она даже не посмотрела на сестру, ведь её вид оставляет желать лучшего, — Со мной всё в порядке. — Вижу я, как все с тобой в порядке! — недовольно проговорила младшая. Тут Шарлотта положила на колени сумку, ища что-то. Она достала яблоко, что красиво отливало красным цветом, — Держи, поешь хоть. — Что вы все пристали со своей жрачкой... — отвернулась блондинка, не принимая спелый фрукт. Она почему-то не чувствовала голод, лишь холод больничных стен и ладоней Юбэнкса. — Прекрати уже так убиваться, черт возьми! — не выдержав, сказала брюнетка. Её вымораживало, как сестра убивает себя и свою жизнь. — О чем ты? — наконец обернулась Эбби, одаривая младшую Робертс взглядом. — Ты в зеркало в последний раз когда смотрелась? Лицо опухшее, глаза красные, бледная как снег, — недовольно бросила та, беря сестру за подбородок, медленно крутя, — Нужно же жить дальше! — Что ты имеешь в виду? — брови блондинки теперь были сдвинуты к переносице, а глаза прищурившиеся. Она, конечно, задумывалась, что выглядит она сейчас, мягко говоря, не очень, но это её не беспокоило так сильно, как состояние Ноена. — Ты же понимаешь, что с каждым днём, шанс того, что он очнется уменьшается? Тебе нужно жить дальше, — произнесла довольно спокойно Шарлотта, чем еще больше взбесила сестру. — Что ты такое говоришь?! — крикнула девушка, вставая со стула и отпуская руку блондина. Она хотела взорваться сейчас. Сил почти не было до того момента, пока младшая Робертс не сморозила это, — Он очнется и будет жить, я уверена! — Не надо быть уверенными на все сто, — тихо промолвила брюнетка, опуская голову, — Надо жит... — Он очнется, вот увидишь! — перебила криком Эбби, у которой пошли слезы. Заметив это, Шарлотта уже хотела обнять сестру, но та отстранилась, — Не трогай меня, уходи. — Но... — Вали, я сказала! — истерично проговорила девушка, заливаясь слезами. Она закрыла руками лицо, едва услышав скрип двери.

***

Солнце пекло настолько сильно, что даже в тени было жарко. В плотной одежде, что дал Хадсон, было неимоверно душно. Блондин пожалел, что повел Чейза к чертовой скале, от которой жарило до одури, а не на озеро. Но почему-то Юбэнкс чувствовал, что здесь он найдёт ответ, как вернутся домой. — Так жарко, что мне хочется обмыться водой... — вздыхал брюнет, медленно шаркая ногами по грунтовой дороге. — Я бы тоже не отказался, — проговорил Ноен, чувствуя боль в голове, — Смотри, мы дошли! — Да, но толку-то от этого? Воды здесь не имеется, — ворчал аристократ, приземляясь на мягкую зеленую траву. Он лег, прикрыв глаза, и улыбался. — Ну же, Чейзи, не ворчи! — прилег рядом блондин, проводя рукой по груди Хадсона. Перевернувшись, он возвышался над брюнетом, что теперь завораживающе смотрел на него. Ухмыльнувшись, Юбэнкс припал к мягким губам, сразу проталкивая язык в рот аристократа, отчего тот улыбнулся и покраснел. Блондин мягко проводил рукой по щеке Чейза, заправляя пряди мглистых волос за ухо. Отстранившись, Ноен приподнялся и направился к огромному камню. Скала казалась ему выше, чем он видел в «своем времени». Прикоснувшись к раскаленному камню, он отдернул руку. Сегодня слишком пекло. Он обошел скалу три раза, пытаясь найти какие-то метки или подсказки, но ничего не вышло. Слишком ничего непонятно. Юбэнкса разрывало чувство недосказанности. Он ведь не понимает до конца, что произошло на самом деле. — Думаешь, я никогда не вернусь домой? — спросил Ноен в пустоту, усмехаясь. Внутри разгоралась агония чувств, ведь он даже с близкими толком не попрощался! Он безумно скучал по всем, хоть и старался отрицать этот факт. — Я не допущу этого, — сказал Чейз, кладя ладонь на плечо блондина. Тот обернулся и посмотрел на парня, что излучал уверенность, — Мы обязательно вернем тебя домой.