Раскаленное пламя

2WEI feat. Edda Hayes — Warriors       Следующие дни потянулись мучительно медленно. Казалось, кто-то взял их и превратил в жвачку. Тем временем Земля продолжала вращаться. Рассвет сменялся закатом, а день — ночью. Несмотря на все изменившиеся судьбы, мир продолжал свой неспешный ход.       Солнечные лучи прорывались сквозь плотные шторы и наполняли стены Хогвартса мягким свечением. Замок словно живой организм восстанавливался после кровавой битвы в его стенах. Первокурсники, будучи маленькими несмышленышами, бродили его запутанными коридорами, то и дело, попадали на ловушки лестниц и совали свой нос куда не надо. Гермиона и Драко только то и делали, что провожали детишек в нужные аудитории и снимали баллы за мелкие пакости. Магазинчик Джорджа, который он держал в память о своем брате, пользовался невероятной популярностью, а поэтому работы у старост значительно прибавилось. Кого-то обязательно тошнило червями на весь коридор, какие-то части замка находились в дымовых завесах, кто-то из учеников постарше запускал фейерверки во дворе Хогвартса. Те разлетались, создавая иллюзию мелких пикси, а те в свою очередь пакостили как могли. Пивз чувствовал себя в атмосфере этого веселого хаоса настоящим королем. Он то и дело появлялся в эпицентре события и добавлял шуму и грязи.       Во всей творившейся суматохе Гермионе и Драко даже не находилось время для разговоров. Впрочем, поводов тоже не было. Их последняя стычка в гостиной заставила Гермиону постоянно быть начеку, находясь на дежурствах рядом с Малфоем, она упрямо держала волшебную палочку в руках, прикрывая собственные опасения люмусом. Он же ходил непроницаемой стеной, на него их грызня не произвела никакого эффекта. Да и не должна была, наверное.       В тот день Гермиона вышла в гостиную со стопкой пергаментов в руках. — Мне нужна твоя помощь, Малфой. — Всегда хотел услышать что-то подобное от гриффиндорца. И что же тебе понадобилось от такой задницы как я?       Гермиона уже пожалела о своей просьбе и закатила глаза. — Не очень и хотелось. Обойдусь сама, — она развернулась на выход, но Малфой окликнул ее. — Что ты хотела, Грейнджер? Имею право знать, коль уж ты отвлекла меня.       Гермиона развернулась и рассеянно посмотрела на парня. Тот сидел в кресле и откинул голову назад. Его ключицы заметно выделялись, образуя красивые углубления около шеи. Рядом с ним не было ни книг, ни чашек, ни пергаментов с домашними заданиями. — А от чего, изволь сказать, я тебя отвлекла? Ты просиживаешь здесь штаны и пялишься в стену! — Какие заготовленные фразы, видимо, ты довольно часто произносила их в адрес своих дружков-тупиц Поттера и Уизела.       Гермиона покраснела. Протертые штаны Гарри и Рона не подвергались никакому сомнению. Даже пару дней назад, когда она наведалась в гостиную Гриффиндора, они играли в магические шахматы, в то время как их домашнее задание не было сделано и наполовину. И о чем они только думают? Это их последний учебный год, если не поднажать сейчас — что их ждет в будущем? У Гарри хотя бы были неплохие шансы стать аврором, ему об этом даже намекали пару раз из Министерства. А вот что будет делать Рон — непонятно. Гермиона думала об этом курса с третьего. Она никак не могла осознать на что он рассчитывал и чего хотел от жизни. Она неоднократно пыталась выведать это, но разговор был примерно как с камнем в лесу. Он не знает, он еще не думал, он будет решать проблемы по мере их поступления. Видимо, он хотел, чтобы они рассосались сами собой или прилетел какой-нибудь волшебник и решил их за него. Учитывая количество братьев и сестру, ей казалось, что Рон должен был думать о собственном благополучии, ведь его семья вряд ли сможет ему помочь. А учитывая то, что у него еще Джинни — младшая сестренка, он должен был помочь ей в будущем. Хотя судя по всему, помогать ей будет Гарри. Она все чаще видела как они держатся за руки, сидят в обнимку и болтаются во дворе. От этой нежности и доброты между ними, скользящей шелковой нитью, Гермионе становилось светло на душе, но в то же время немного грустно. Она чувствовала себя рядом с ними каким-то инвалидом. В моменты отчаянья она была готова согласиться на отношения с Роном, только бы не чувствовать себя такой предельно одинокой. Особенно сейчас, когда она была оторвана от друзей и жила бок о бок с этим заносчивым высокомерным дылдой, который… — Ау, Грейнджер, я осознаю то, насколько я прекрасен, но не могла бы ты пялиться на меня не так заметно? Я чувствую себя не комфортно от того, что вынужден отказать даме в прелюбодеяниях. Хотя знаешь, Грейнджер, до дамы тебе еще слишком далеко, пока что ты ближе всего к швабре, немного поношенной как жизнь семейки Уизли.       Она встрепенулась и поняла, что пока рылась в собственных мыслях, не отводила от него взгляд. А он уже поднял голову и насмешливо смотрел на нее. Как у него это получалось? Он сидел в кресле и был ниже нее, но все еще смотрел свысока.       Она швырнула в него частью пергаментов и процедила: — Это объявление о наборе в факультативные занятие по защите от темных искусств. Пока не появится преподаватель, эти курсы будем вести мы с Гарри. Развесь их в крыле Слизерина, не хочу спускаться в ваш заплесневелый морозильник.       Не слушая оскорбления, готовые сорваться с его языка, она вылетела из гостиной и помчалась на завтрак. Ее зубы скрипели от злости и только сейчас в голову приходили все те колкие ответы, которые она могла бросить ему в лицо. Ну почему так не вовремя? Почему хорошие мысли приходят позже, чем нужно? Ну ничего, она запомнит их и выскажет в следующий раз. Она не сомневалась в том, что у нее будет такая возможность.       В большом зале она сразу заметила Джинни, сидевшую рядом с Гарри. Она смотрела на него так, что ни у кого не оставалось сомнений в том, что влюбленности быть. Ее глаза неотрывно следили за каждым сантиметром его лица, она звонко смеялась каждой его шутке и кокетливо поправляла прядь волос, выбивавшуюся из прически. Малышка Джинни выросла! Со всеми этими злоключениями, Гермиона и не заметила, как это произошло. — Привет, Джинни, ты такая особенно красивая сегодня! — поздоровалась она. — Спасибо, Герми! Гарри подарил мне эти ленты для волос, правда классные?       Гермиона уже и сама засмотрелась на эти ленты. Она заметила их еще на прошлой вылазке в Хогсмид, но не посчитала рациональным тратить целый галлеон за какие-то побрякушки. Хотя нужно было признать, что сейчас она жалела об этом, настолько красиво они смотрелись на рыжей шевелюре Уизли. — Да, очень. — Они меняют цвет в зависимости от настроения, это так забавно! — Думаю, что нет смысла спрашивать, что значит розовый цвет? — с легкой иронией произнесла она, а Джинни неловко покраснела и вновь заправила прядь волос за ухо. От внимания Гермионы не ушло и то, как Гарри проследил за этим движением. Бум-бум-бум. И кажется, у нас совпала пара.       Сердце Гермионы пропустило один несмелый удар и она вновь почувствовала этот горький вкус разочарования на губах. Она метнула взгляд в сторону Рона. Тот как раз обгладывал куриную ножку, от чего его подбородок блестел от жира. Он заметил ее взгляд и улыбнулся, Гермиона заметила кусочки курицы, застрявшие между его зубов. Она постаралась скрыть отвращение, отпив глоток кофе из своей кружки. — Гарри, я уже развесила объявление о том, что сегодня мы устроим первое занятие. — Да, хорошо, только не называй это факультативным занятием по защите от темных искусств, мне уже зевать хочется от этого названия. Мы были Отрядом Дамблдора и им останемся. — Но как к этому отнесется директор? — Вот если скажет, что он против — тогда и поговорим. А пока оставь как я сказал. — Что ж, твое право. Тогда соберемся в 4 часа дня в кабинете по защите от темных искусств, не думаю, что нас будет слишком много. И да, Гарри, я думаю, что нам придется начать программу заново, из-за новичков. — Ну что, Джинни, ты готова в миллионный раз изучать протего? — Всегда готова! — отсалютовала Джинни и хихикнула. О, это будет не самый простой год. Она желала своим друзьям лучшего, но это становилось невыносимым.

***

      До их сбора оставалось еще больше часа и она решила скоротать свое время в библиотеке. Сама атмосфера этого помещения создавала для Гермионы покой и уют. Ей казалось, что именно здесь она чувствовала себя в максимальной безопасности. На самом деле ей хотелось почитать что-то отвлеченное, но познавательное, когда ей на глаза попалась связка Ежедневного Пророка с лицом Малфоя за решеткой на обложке. Она сглотнула и подошла к газетам.

Пожиратель Смерти Драко Малфой заключен под стражу в Азкабан до выяснения обстоятельств!

      Следующая газета гласила:

Расследование ведется лучшими специалистами министерства, имущество Малфоев арестовано

      И следующая:

Сенсационное признание: два года под империо!

      Последняя:

Сто тысяч галлеонов и выход бывшего Пожирателя Смерти на волю

      Гермиона прикрыла рот рукой, взяла газеты и принялась читать. Спустя полчаса она сидела, задумчиво глядя в одну точку и пыталась осознать прочитанное. Два года он жил под империо, которое накладывал на него отец и Волан-де-Морт. Многочисленные, чуть ли не ежедневные пытки круцио за неповиновение и в качестве развлечения. Непреложные обеты, принятые под империо. Шантаж семьей. Драко пробыл в Азкабане три месяца, Почему Гермиона ни от кого не слышала этого? Почему ей не сказали раньше? Как он не сошел с ума? Как ему удалось сохранить все тот же безупречный вид? Она помнила как выглядела Беллатриса и Сириус после Азкабана, ей страшно было представить, что пережил Малфой. Хоть он и заслуживал наказания, но в сложившихся обстоятельствах… Штраф, который наверняка опустошил денежные запасы его семьи. Нарцисса, отправившаяся во Францию подальше от людского гнева. Драко остался один на один со своими демонами. Вот почему он завел рассказ об этом на занятии. Но зачем ему это? Если это не жалость… Вряд ли он просто хотел облегчить душу. Способен ли на такие чувства такой как он? Не верится… Ее это не касается, она не должна вообще думать об этом, но почему-то она никак не могла вынырнуть из своих размышлений. — Ты все-таки последовала моему совету, Грейнджер? Похвально! И что же нового ты узнала? — прозвучал рядом знакомый голос. На этот раз без издевок и высокомерных ноток. Чистый интерес. — Это все правда? — она словно загипнотизированная перевела на него взгляд, не моргая. — Что именно? Ведь большую часть я уже рассказал на занятии. — Ты был в Азкабане целых три месяца?       Он поморщился словно одни эти слова причиняли ему физический дискомфорт. Он почесал руку, будто метка вызывала в нем раздражающий зуд, оперся бедром о стол, за которым она сидела и произнес: — В кои-то веки Ежедневный Пророк не лукавил и написал все по фактам. Да, я был в Азкабане и выплатил штраф. И моя мать сбежала во Францию. И что там тебе еще интересно? — Как ты пережил это? Дементоры, они… — Знаешь, Грейнджер, дементоры должны высасывать из тебя все хорошие и светлые воспоминания. Как ты думаешь, что они делают, если у тебя таких с гулькин нос?       Она нервно сглотнула и заглянула ему в глаза. Лед. От него веяло таким холодом, что она поежилась. Его глаза не выражали ничего, словно все чувства были надежно спрятаны под замком, который ей не открыть никакой алохоморой. — Я один из немногих узников, которые были бесполезны для них. Благодаря мне они питались так редко, что в какой-то момент даже перестали замечать меня. — Но ты же жил со всем этим без единого счастливого… — А как я жил до этого? — перебил он ее и попытался что-то уловить в ее глазах.       Гермиона смотрела на него так, словно увидела впервые в жизни. Ей казалось, что она открыла какой-то ящик Пандоры. И неизвестно, какое содержимое в нем хранится. — Занятие вот-вот начнется, тебе не кажется, что пора идти? — Ты тоже решил пойти?       Драко ухмыльнулся, возвращая себе старое знакомое выражение надменности на лицо: — У меня есть некоторые планы, ты должна оценить.       Это не звучало зловеще или угрожающе, но по спине Гермионы все равно пробежался табун мурашек.

***

      Когда они вдвоем зашли в кабинет, тридцать пар глаз уставились на них. Это стало уже привычкой для них, но не для остальных. Ученики все еще замирали, видя Гермиону и Драко бок о бок. Раньше это означало обязательную перепалку и не вело ни к чему хорошему, но с тех пор, как они стали старостами, эта тихая война перешла в холодный режим, никто не знал к добру это или наоборот.       Гарри, Рон и Джинни уже были в кабинете и помахали ей рукой в знак приветствия. Гарри указал на трибуну, приглашая ее к приветственной речи.       Гермиона проследовала на свое место, прокашлялась и осмотрела присутствующих. Здесь были ученики разных курсов и факультетов, что не могло не радовать. — Что ж, я счастлива приветствовать вас на нашем занятии. Гарри настоял на том, чтобы мы оставили старое название, поэтому добро пожаловать в Отряд Дамблдора, — она скосила глаза на Малфоя, но тот не проявил никаких эмоций, — пока отсутствует преподаватель по защите от темных искусств, дирекцией было принято решение о возобновлении наших занятий. Для новичков: здесь мы учимся тому, чего не дает нам школьная программа, тому, что в будущем сможет спасти вам и вашим близким жизнь. Глупо скрывать, что не смотря на поражение Волан-де-Морта, темные времена не прошли. Многие Пожиратели Смерти все еще на свободе, и не смотря на старания авроров, им все еще удается скрываться и тем самым нести потенциальную опасность. Мы постараемся ее нивелировать. Мы не ставим оценки и не задаем домашнее задание, мы просто учим вас тому, что умеем сами. Главный учитель здесь, конечно же, Гарри. Он еще на третьем курсе научился вызывать патронуса и…        Сбоку раздалось деликатное покашливание. Она скосила глаза на Малфоя и вопросительно повела бровью. — Осмелюсь перебить столь уважаемую мисс Грейнджер. Учитывая мой опыт состязаний с мистером Поттером, — эти слова он сказал с особым нажимом, будто указывал на то, что никакой он не мистер, — могу с твердой уверенностью заявить, что его кандидатура не самая лучшая. Поттер никогда не гнушался грязных приемчиков, не так ли? И я могу усомниться в его компетентности. — И чего же вы хотите, мистер Малфой? — она так же выделила его имя. — Если кратко — я требую сместить его с этой должности, но если кто-то сомневается в моих словах — предлагаю дуэль. И я докажу вам всем, что Поттеру нечему учить вас. — А тебе есть чему? — Я бывший Пожиратель, думаю, у меня есть несколько козырей в рукаве.       Все взгляды переметнулись на его руку с меткой, но та была надежно спрятана под тканью рубашки. Гермиона перевела взгляд на Гарри. Он стоял в напряженной позе и с волшебной палочкой в руках. Еще бы ему не злиться. — Я принимаю твой вызов, Малфой, но готовься к поражению. — Ну, Поттер, если ты не будешь швырять в меня сектумсемпрой, то проблем возникнуть не должно.       Гарри покраснел, видимо, Малфой все еще не простил ему ту подлость, которую он совершил два года назад. Если бы Снейп не оказался в нужном месте и в нужное время — Драко мог бы уже быть мертв (что было не самой худшей альтернативой на его взгляд), а Поттер оказался бы в Азкабане.       Они стали друг напротив друга в традиционном приветствии дуэлянтов. Джинни стала рядом с Гермионой и испуганно смотрела на Гарри. Она так трогательно переживала за него, в отличии от Гермионы. Она была уверенна в силах Гарри, так как не раз сражалась с ним плечо к плечу.       Гарри стоял как ни в чем ни бывало, а Драко же закатал рукава. Его жилистые сильные руки напряглись, а метка приобрела рельефность, от чего выделялась еще сильнее. Гермионе вдруг подумалось, что именно сейчас она должна пульсировать у него на руке и причинять неудобство, но она не нашла никакого подтверждения своим раздумьям на лице Малфоя.       Они стояли друг напротив друга, не начиная бой. Малфой был расслаблен. Судя по всему, он не хотел начинать его первым. Гарри сделал резкий выпад и выкрикнул: — Остолбеней!       Драко лишь отмахнул от него палочкой, словно в него летело не заклинание, а моль, оставшаяся в шкафу с прошлого года. — Самое банальное заклинание, с которого вы можете начать дуэль, хоть и действенное, если застать противника врасплох, — он произнес это, бесшумно качаясь со стороны в сторону, легкий взмах палочки: — Левикорпус!       Гарри отскочил в сторону, не пытаясь отразить заклинание. Его движения были резкими и грузными, в отличии от легких шагов Малфоя. — Эверте Статум! — Протего! — шепнул Малфой, слегка отступая назад, — Где-то я слышал это, Поттер, уж не на втором ли курсе? — Экспеллиармус! — он обернулся вокруг своей оси и прицельно выплюнул заклинание в Гарри, и если бы тот не успел пригнуться — оно бы ударило по нему с двойной силой.       Их бой напоминал танец. Только вот если Поттер был в нем словно неловкое полено, переступающее и перекатывающееся со стороны в сторону, то Малфой действительно танцевал. Легкие и изящные движения завораживали всех, в том числе Гермиону. Она еще никогда не видела столь изысканной битвы. Гарри уже запыхался, по его лицу струился пот, в то время как Малфой продолжал порхать, закидывая оппонента заклинаниями. Его движения были плавные и выверенные, рука с меткой крепко сжимала палочку, которая словно стала продолжением его кисти. Гермиона словила себя на мысли, что любуется этой рукой и самим Драко. Она еще никогда не видела его таким уверенным в своих силах и таким спокойным. Раньше при стычках с Поттером он выглядел как истерящая девочка и его оставалось лишь пожалеть и посмеяться над ним, а сейчас перед ней стоял молодой, но крепкий мужчина. Она обратила внимание на то, как рубашка натягивается на его спине. Когда он успел так окрепнуть? Или это мантия скрывала его статуру? Откуда взялась вся эта сила? Гермиона стряхнула это наваждение и метнула взгляд в Гарри, когда тот выкрикнул: — Силенцио!       Все, бой можно считать оконченным, это заклинание онемения, Малфою больше нечего сделать, разве что швырнуть в Поттера свою палочку. Гарри уже собирался было выкрикнуть следующее заклинание, когда в полной тишине его палочка выскочила из рук и очутилась прям в пальцах Малфоя. Он приложил свою палочку к горлу и заговорил, неспешно растягивая слова: — Сила, Поттер, не только в том, чтобы отпустить заклинание в сторону противника. Сила в том, чтобы знать как использовать его слабости. Твоя слабость — неумение использовать невербальные заклинания, ты слишком прямолинеен и предсказуем.       Он направил свою палочку в его сторону и спокойно произнес: — Локомотор Виббли.       Ноги Гарри стали ватными и он как подкошенный упал на пол. Это было чистейшей и безоговорочной победой Малфоя. Блондин не спеша прошел к Гарри и… Подал ему руку. — Между нами больше нет незримого врага, Поттер. Я просто доказал, что сильнее и лучше. Я сделал тебя, не используя запретных заклинаний, уловок или трюков. Вот и все.       Гарри с подозрением покосился на руку Малфоя и поднялся, не принимая помощи. Драко лишь развел руками, будто говорил «Дело твое, Поттер, я предложил». Он отдал ему его палочку и повернулся к Грейнджер. — Ну что, заработал ли я очки для Слизерина, а, староста?       Гермиона все еще не могла отвести от него взгляда. Драко Малфой. Тот жалкий дурачок, которому она съездила по роже на третьем курсе… Больше не дурачок? — Петрификус Тоталус! — неожиданно выкрикнул Поттер, но Малфой успел поставить вокруг себя щит из протего.       Гермиона ощутила как энергия в помещении изменилась, а внешне спокойный Малфой снова стал тем, кто пригвоздил ее к стене. Сейчас она не боялась его, но чувствовала угрозу так же остро, как и тогда. — Стреляешь заклятиями в спину, Поттер? А может мне превратить тебя в хорька, как некогда сделал это со мной Аластор Грюм, который был не совсем Грюмом? — прошипел он, направляя в его сторону палочку. — Прекратите! — закричала Гермиона и встала между ними, — что вы устроили?       Она посмотрела на Гарри так, будто увидела в нем что-то совершенно новое и это новое ей не понравилось. — Двадцать очков Слизерину за потрясающей зрелищности бой. И… Минус тридцать очков Гриффиндору, — с горечью произнесла она, — за неспортивное поведение!       Малфой ухмыльнулся и посмотрел на нее с… Одобрением? — Итак, это была первая демонстрация того, чем мы здесь будем заниматься. Эти и многие заклинания и тонкости их использования пригодятся вам в опасных для жизни ситуациях, и их следует знать, даже если таких ситуаций не предвидится. В преподавательском составе прибыло, Драко Малфой наравне с нами будет вас учить.       Малфой сделал шутливый поклон в сторону Грейнджер и вышел из кабинета. К Гермионе тут же подошла Джинни и прошептала: — Гарри все равно был лучше!       Гермиона согласно кивнула в ответ, хотя думала она совершенно наоборот.