Dancing with Flames
26 апреля 2020 г., 16:56
Secession Studios & Greg Dombrowski — Dancing with Flames
Я вылетел из ее номера как ошпаренный. В моей голове роились сотни мыслей, но одна была хуже другой. Меня обдало таким жаром, который я попросту не мог выдержать, он пожирал меня изнутри, наполнял злобой и отчаянием. Мне хотелось крушить, ломать, разрушать. Больше всего мне хотелось схватить ее и хорошенько встряхнуть, чтобы услышать правду. Она пыталась оправдываться, но мне не нужно было это. Я ничего не хотел и не хочу слышать кроме этого жалкого признания. Чтобы я наконец был уверен, что все между нами — лишь ее магия и она просто приворожила меня. И что на самом деле я ее не… Я ничего к ней не чувствую. Я хотел, чтобы она призналась в том, что это все происки ее магии и на самом деле я свободен как птица, потому что мне ничего из этого нахрен не нужно. И мне не нужны ее слезы, не нужны ее отчаянные глаза, которыми она провожала меня, пока я от нее сбегал. Она не нужна мне. Пора было запомнить и уяснить это. Грейнджер — мое годовое наказание, которое вот-вот подойдет к концу. И я освобожусь от нее. От этих ее кудрявых волос, от запаха пионов, который ее окружает и пробивается сквозь любые другие ароматы, от ее шоколадных глаз и тихого голоса. От всего. Она мне не нужна. Я давно подозревал, что между нами что-то не так, что не может такой как я просто взять и найти человека, который будет с ним искренним. Не со мной. Но я не хотел верить в это. Никто бы не хотел, не так ли?
Я был наивным мальчишкой, вообразившим, что смогу быть как все, довериться другому человеку, открыть свое сердце, почувствовать тепло. Но это тепло опалило меня, и теперь я хотел исчезнуть отсюда, не видеть и не знать ее. Навсегда.
Я залетел в лифт и нажал на кнопку спуска вниз. Раздался хлопок и рядом со мной оказался никто другой как мой дружище Нотт.
— Тео, ты какого хрена здесь?
— Сюрприз, мой юный друг! Я решил, что с этой Грейнджер тут небось совсем скис, пришел на помощь!
— Но как ты узнал где мы?
— Да разве это важно? У меня везде свои связи, Малфой, везде! Это было не трудно узнать. Ну так что, хочешь развлечься после тухлого денька?
— Еще как, Тео, еще как!
— Тогда погнали в один бар. Он правда довольно далеко отсюда, — я заметил, что лифт почему-то замедлил свой ход и остановился, не доезжая до конца, а он продолжал, — но мы с отцом были в нем год назад! Отпадное место! Если трансгрессируем, то успеем до закрытия!
— Ты поэтому лифт замедлил?
— Лифт? А, это древняя рухлядь небось сломалась. — он потыкал в кнопки, но безрезультатно. — Забей, Малфой, давай трансгрессируем, тут запретов нет, не то, что в этом отстойняке Хогвартсе.
— Как ты оттуда вырвался, кстати? — задал я вполне логичный вопрос.
— Ха-ха, Хогвартс — это, конечно, крепость, но проникнуть из нее — легче простого, если знать тайные ходы!
— Да ты что? — я изобразил удивление, хотя сам знал о лазейках не понаслышке, карта Мародеров знала их лучше меня.
— Ага, ну так что?
Мы трансгрессировали. Я понял, что если не отвлекусь сейчас, не сброшу напряжение, то взорвусь. Или ворвусь в ее номер, требуя объяснений. Я хотел и не хотел этого одновременно. Боялся того, что могу услышать. Боялся правды и лжи одинаково сильно. Я в целом не понимал, что делать теперь с этим всем, кроме как сжечь все дотла.
Бар оказался действительно приличным — черный мрамор на стенах, зеркальные потолки, сусальное золото, хрустальные украшения, натуральная ткань на окнах. Дорого, со вкусом. Мы сели за барную стойку и заказали по бокалу виски. Первая порция была поглощена немедленно.
— Ну так что, Малфой? Как поездка?
— Да ничего особенного. Школа как школа. Хлюпики тут правда все, но это уже такое.
— Да, и ничего интересного не происходило?
— Ну как… Мы же приехали на их турнир. Должно было быть интересно, но в целом скукота редкая.
— Кого-то интересного видел?
— Нотт, ты меня поражаешь, кого я тут должен был увидеть? Солиста Темных Шляп или загонщика из Адских петель? Я в школу приехал, кого я тут мог увидеть?
— Ну мало ли, все-таки праздник, много приглашенных гостей.
— Ничего особенного, Тео.
— Ну, а в остальном?
— В каком остальном? Что ты от меня хочешь услышать, а?
Мы заказали по еще одной порции виски, я наконец расслабился.
— Знаешь, эта Паркинсон меня уже заебала. — неожиданно поделился Нотт.
— Нда? И почему же? — ухмыльнулся я.
— Вот ты улыбаешься, а она как пиявка, присасывается и всю кровь выжирает, до последнего.
— Ну так брось ее, Нотт.
— Не знаю, отец с мачехой говорят, что она одна из самых выгодных партий.
— А тебе нужна партия, или девушка от которой тошнить не будет?
— Что я слышу, Малфой? Это что, намек на романтику?
— Хуянтику! — срифмовал я, наблюдая за тем, как Нотт заказывает нам еще одну порцию выпивки.
В зеркале напротив себя я увидел девушку, она стояла прям за мной, я видел только ее волосы и спину и почему-то они показались мне смутно знакомыми. Но не могла же Грейнджер…
Я обернулся и одернул ее. Передо мной стояла ничем не похожая на нее, хоть и довольно симпатичная девчуля, которая смерила меня взглядом и улыбнулась, собираясь присесть на стул рядом.
— Прошу прощения, обознался.
— А мне кажется, что совсем нет… — протянула она и провела наточенным коготком по рукаву моего пиджака.
— Он же сказал, что обознался. — рявкнул Нотт, выпихивая ее подальше и присаживаясь ко мне.
— Фу, ну так бы и сказали, что вы не по этой части, тоже мне! — рявкнула девушка, враз потеряв всю свою соблазнительность и удалилась прочь.
— Нотт, тебя какой дементор поцеловал?
— Ну ты же сам сказал, что обознался.
— Ну и что? Рут со мной, как ты знаешь, нет.
— А что же, Грейнджер для временных утех не сгодится?
Что-то нехорошее шевельнулось у меня в груди. Мне захотелось схватить Нотта за волосы и хорошенько приложить его к барной стойке, чтобы кровь брызнула из его носа, а сам он начал вымаливать у меня прощение. Подавив это желание, я ответил:
— Кто? Эта грязнокровка? Только через мой труп.
— Мне казалось, что вы наладили контакт, ты так красноречиво извинялся перед всеми в начале года, а потом ходили друг к другу привязанными, что-то не вижу, чтобы она была хоть немного стеснена твоей компанией.
— Знаешь, Нотт, я просто хотел начать все с нуля. Но это никак не распространяется на эту надоедливую выскочку. Уяснил?
— Уяснил. — он улыбнулся и протянул мне бокал, произнося тост, — За мир без чертовых грязнокровных выскочек!
Мы чокнулись бокалами и я одним махом проглотил огненную жидкость. Накатило долгожданное расслабление. Я смотрел на Нотта, собственное отражение, мрамор на стенах, и неожиданно обнаружил, что уже минуту пялюсь в одну точку, а потом моя голова закружилась. Неужто последняя порция виски была лишней?
— Эй, дружище, ты чего? — вскочил Нотт и обхватил меня за шею, — Эй, ладно, отведу в свой номер, ну ты набрался как скотина, не ожидал от тебя…
Действительно, видимо, я хорошо перебрал, я кивнул ему в ответ и с чистой совестью отключился.
***
Я очнулся с ужасно тяжелой головой, такого не было даже после самых тяжелых попоек. Продрав глаза, я попытался оглядеться, но не увидел ничего кроме оглушающей темноты. Я попытался встать, но все мое тело будто налилось свинцом. Едва сдвинувшись с места, я понял, что лежу на холодном, практически ледяном полу. Где это я? Что вообще происходит? Я вспомнил происходящее вчера и с шипением втянул в себя воздух. Охота на Пожирателя, Грейнджер, ее магия, мой побег, встреча с Ноттом, бар, выпивка… Черт, что было дальше? Я отрубился и должен был очутиться в отеле у Нотта, тогда где я сейчас? Я прокашлялся и слабо позвал: — Нотт? Тео, ты где? Ответом мне послужила тишина. Я порылся по карманам брюк, пиджака и не обнаружил там волшебной палочки. Плохой знак. Очень плохой. Чертовски плохой знак. — Тео! — уже громче позвал я. С трудом поднявшись на ноги, я слепо пробрался вперед и уперся в железные прутья. Невозможно. Это была… Темница? — Нотт! — проревел я во весь голос и потряс решетки. Где-то со стороны раздался какой-то шорох, звяканье ключей и чьи-то шаги. Несколько мгновений спустя передо мной вспыхнул свет от люмоса, который осветил лицо незнакомого мужчины. — Пришел в себя, значит. — Кто вы такой и что я здесь делаю? — Странно, что ты не помнишь меня, Драко. — проговорил он, направляя свет на свое лицо, давая рассмотреть его получше. Что-то знакомое было в его чертах, но мысли все еще путались и мне не удавалось собрать их в кучу. — Не припоминаю… — Оуэн Харрис, Драко, разве ты не помнишь меня? — Оуэн? Ты что-то здорово изменился. Оуэн был одним из друзей отца, Пожиратель и один из главных информаторов Темного Лорда. Он никогда не участвовал в пытках или боях. Был таким себе шпионом среди других. Благодаря нему мы узнавали где искать ту или иную жертву. Но что с ним стало? Раньше он был высоким, гладко выбритым, длинноволосым мужчиной с абсолютно ровной осанкой и холеным видом. Сейчас же передо мной стоял жалкий, опущенный жизнью старик. Неаккуратная борода, спутанные волосы и абсолютно безумный взгляд. — Я бы посмотрел на тебя, Драко, находись ты в бегах уже полгода. Но, если мне не изменяет память, ты выбрал себе другой путь, не так ли? Ты решил не бежать, не скрываться и не держать верность нашему Лорду. Ты сдался, так? И сдал нас всех подчистую! — Оуэн, выпусти меня и мы поговорим как цивилизованные люди. — О, смотрите как он заговорил! Теперь ты хочешь поговорить! Что ж ты не говорил с нами, своими братьями, когда продавал наши имена за свою свободу, а, Малфой?! — Оуэн, ты знаешь, что я никогда не был на вашей стороне, это воля отца и Волан-де-Морта! — Как ты смеешь вспоминать его имя, жалкий трус? — Волан-де-Морт — великий волшебник, но никчемный человечишка, Оуэн. Быть его последователем — не уважать себя и свою волю! — Посмотрим как ты заговоришь позже… — вымолвил он и загремел ключами. Не успел я опомниться, как в меня полетел круциатус. Меня повалило наземь и скрутило в узел. Вот она, знакомая боль, то самое ощущение, с которым я жил долгие годы! И был так наивен, полагая, что это не догонит меня, не застанет врасплох. Меня словно зажало в тиски, выпуская их легких весь воздух, заставляя кричать во всю силу, пока кислород не закончился. Меня повели тоннелями в какую-то комнату. Это смутно напоминало мэнор, значит чье-то поместье. Я перебирал в голове имена, пытаясь вспомнить того, кто мог быть его обладателем, но мысли мои путались, я вновь ощущал накатывающее головокружение и тошноту. Больших усилий мне стоило держать свою спину прямо. Я не покажу свою слабость, особенно перед этим ничтожеством, который напал на безоружного. Я поклялся себе, что уничтожу Оуэна собственными руками. В большой холодной мраморной комнате, уставленной десятками факелов с магическим огнем собралось множество людей. У всех них горели огнем метки Пожирателей смерти. Как и у меня, видимо, боль обошла меня стороной пока я был в отключке. Среди лиц мелькало много детей. Слишком много детей Пожирателей. Среди них я заметил Нотта. Вот оно — мое спасение. Теодор никогда не предаст меня, мы знаем друг друга с пеленок. — Теодор! — воззвал я к нему. Он обернулся ко мне и смерил внимательным взглядом. Его ничего не выражающее лицо вдруг осветила знакомая улыбка. И я подумал, что вот-вот, еще чуть-чуть и это окажется недоразумением и меня отпустят. Но тут он сказал: — Привет, Драко. Рад, что ты наконец пришел в себя, долго же тебя не было с нами. — Что происходит, Нотт? — я враз понял как ошибся. — Ничего, все вполне естественно, Драко. Мы возвращаем все на круги своя. Темный Лорд пал, но не пало его дело! Его глаза горели торжествующим огнем сектанта. И я понял, что бесконечно давно потерял его, доверился тому, кто уже не был моим другом. Опять. Очередной нож в спине. — Так ЭТО твоя работа, да, Нотт? Пожиратели взяли тебя к себе? — Я мечтал об этом всю свою жизнь, Драко! Но меня не считали достойным. И ты не представляешь как я завидовал тебе, когда увидел на твоей руке метку. Лорд выбрал тебя, причислил к своей армии. О, как же я злился тогда, ведь на твоем месте должен был быть именно я! Я! А не ты, жалкий кусок дерьма! Да, Малфой, да, ты жалок! Кто ты без своего папочки? Кто ты без своих покровителей? Ты стоишь передо мной и в любой момент я могу убить тебя, растоптать, уничтожить! — Ты получил чего хотел! Что тебе нужно от меня сейчас? Что вам всем нужно? Из-за спины Нотта вышел мужчина, я моментально узнал его, это был тот самый Пожиратель, за которым мы следили в Израиле. — Ну здравствуй, Драко. Как жаль. Как жаль, что человек с такими силами, потенциалом, такой чистой и верной Лорду кровью… Пал. Стал жертвой этой хогвартской добродетели. Тебе промывали там мозги, да, Драко? Ты ведь за этим так тщательно выслеживал меня в школе моего сына? Ты думал, что я настолько глуп, что поведусь на твои провокации? Глупец! Вёрджил был прав. Они пытались перехитрить его, но это он обвел их вокруг пальца, и сделал это мастерски, так как умеют это делать истинные Пожиратели. — Кстати, это было неплохо, Драко. Провоцировать меня этой… Грязнокровкой. Тебе не интересно, что с ней стало? Внутри меня моментально полыхнула ярость и я надеялся, что не выказал этого лицом. Что-что, а сдерживать эмоции у меня выходило мастерски, спасибо многолетнему опыту. Где она? Так, думай логически, Драко. Пробраться в номер они не могли, он поставил хорошую защиту, мышь бы не прокралась. Он не видел, чтобы она выбежала за ним следом, но зная ее дурью голову, она могла. В то же время вокруг нее было достаточно авроров, они бы ее защитили. Трансгрессировать и отрываться от них, как он сам, она бы не стала. Скорее всего, она была в безопасности и уже докладывала обо всем в Хогвартсе. Вёрджил блефовал. Иначе она бы уже лежала здесь, на полу, подверженная пыткам, чтобы досадить ему. Если же случилось худшее… Они бы уже сказали об этом, чтобы добить меня. Он точно блефовал, а значит в игру пора было вступать и мне, хоть сил на это практически не оставалось. Я чувствовал, как энергия покидает меня, даже стоять мне становилось все тяжелее и тяжелее, что со мной? — Ничуть, Вёрджил. Она была отличной приманкой, жаль, что твоего самообладания хватило, чтобы усидеть на месте. — То есть тебе было бы все равно, если бы она вдруг, ну не знаю, оказалась мертва? — Мне безразлично абсолютно все, кроме того, что я тут делаю. Не сделаешь ли такую услугу? Может пояснишь? Силы наконец покинули меня и я опустился на пол, в глазах все двоилось. Я старался сосредоточиться на их разговоре. — Когда должно подействовать зелье? Он держится слишком долго, тебе не кажется? — Да, крепкий оказался. Но оно точно сработает, осталось недолго. — ответил ему Нотт. — Что… Что ты подлил мне? — Ох, знаешь, Драко. Нам показалось, что после долгих лет под империо, подвергать ему еще раз было бы слишком примитивно. И мы нашли выход. Это зелье станет для тебя освобождением. Ты наконец вернешься в наши ряды. Навсегда! Зелье повиновения сотрет твои старые воспоминания и ты станешь нашим преданным соратником. — Когда я доберусь до тебя, Нотт, от тебя не останется и мокрого места… — прошипел я из последних сил. — Круцио! — взвыл тот в ответ и меня вновь окатило болью. Сил кричать не было, из груди вырывались только сдавленные хрипы. Я валялся на полу, осознавая насколько жалок сейчас. Мне нужно было найти выход, нужно было… Темнота… Тишина… Никакой боли… Только тишина и никаких мыслей… — Драко Малфой, ты слышишь меня? — голос Вёрджила. — Да. — Добро пожаловать домой, сынок. Я смотрел на него стеклянным взглядом и не понимал, почему лежу на пол и смотрю на всех этих Пожирателей. — Итак, собратья, в нашем полку прибыло. Поприветствуйте вернувшегося Драко! Раздались аплодисменты. Я встал, отряхнув одежду от пыли. Нотт подошел ко мне, протянул сначала мою волшебную палочку, а потом и руку для рукопожатия. Я ответил ему с силой и уверенностью. Когда гомон стих, Вёрджил продолжил. — Итак, как я уже говорил ранее, для инициации нам нужны смерти шести грязнокровок. Но обязательно в указанных местах мира. Координаты вам выданы. — Вы уверены, что это сработает? — спросил Нотт. — На этот раз да. Мы откроем темную, древнюю магию, по силе несравнимую ни с чем в мире. Ни одна Бузинная палочка не справится с ней. Она будет принадлежать нам, а следом и весь мир! Сначала мы уничтожим грязнокровок, как пятно в истории волшебников! Далее тех, кто боролся против самого Темного Лорда! Прежде всего, убьем этого жалкого Гарри Поттера! — раздался гул одобрения, а мои губы растянулись в злорадной улыбке. Убить Поттера, да. — Ну, а потом… Мы возьмемся за предателей. Станем ли мы поощрять кого-то и возвращать в наши ряды? — До инициации! Нам не нужны нахлебники, ведомые только жаждой силы и власти! — прокричал кто-то. — Здравая мысль, Джордж! А что мы сделаем с нашим преданным мистером Малфоем, когда зелье до конца растворит его старую память? — Пусть остается, нам нужны сильные соратники. — предложил Нотт, а я безэмоционально наблюдал за этой беседой. Кровь шумела в моих ушах. — Так уж и быть. Драко, помни нашу доброту, ведь мы прощаем тебе твои старые грехи, предательство и то, что ты сдал нас министерству. Что ж, настало ваше время, юные Пожиратели… — он обвел взглядом подростков, собравшихся вокруг него. — Это задание по уничтожению грязнокровок я поручаю вам. Как испытание. Молитесь, чтобы вы прошли его с честью. Все согласно закивали, а взгляд Вёрджила вернулся ко мне. — Что насчет тебя, Драко… Ты вернешься в Хогвартс через Запретный лес. И уничтожишь грязнокровок. Так много, как только сможешь. Ты захватишь кого-то из них и трансгрессируешь в Темную Аллею по нужным координатам. Ты убьешь грязнокровку в нужном месте и отправишь в небо метку, чтобы мы знали о завершении твоей части работы. Ты будешь убивать грязнокровок и нести месть предателям, понял меня? В голове шумело. Убивать грязнокровок. Месть предателям. Смерть недостойным. Во имя Темного Лорда. Я улыбнулся своей злой усмешкой и выдал: — Конечно, я понял. Смерть неверным! — Так-то сынок, с возвращением. — и он потрепал меня по плечу.***
Я трансгрессировал на край Запретного леса. Оглядевшись, и не заметив опасности, я начал пробираться все глубже и глубже по направлению к замку. В моей голове шумели лишь мысли об убийствах. Я представлял как буду изощренно убивать каждого на своем пути и это доставляло мне невероятное удовольствие. Это чувство бурлило во мне как жажда, которую можно было утолить только убийствами, только реками крови, криками от мучений, только страданиями грязнокровок. Я был так близко к их средоточию и спешил. Чтобы осуществить свою миссию, выполнить задание, оставалось совсем немного, день, максимум два, когда метка загорит огнем, и я узнаю, что время пришло. И я захвачу кого-нибудь из грязнокровок, находящихся в замке, и отволоку в Косой Переулок, где казню, и приведу в действие мою часть плана. Сзади послышался треск ветки. Это могло быть какое-то животное, коих в Запретном лесу было предостаточно, но моя внутренняя осторожность, обострившаяся до предела, говорила об обратном. Кто-то следовал за мной, а значит было время нападать. Резко крутанувшись на месте, я пальнул в темноту. — Остолбеней! Чей-то щит из протего отразил мое заклинание, а следом в меня уже полетели яркие вспышки, которые я успешно отбивал. Из темноты проступило знакомое лицо. — Драко. — Северус, какая честь! Меня встречает сам Брут! — Ты исчез на несколько дней, тебя ищет все министерство, что происходит? — Все в порядке, Северус. — прошипел я и отправил в него убийственное заклинание. Он увернулся и хищно посмотрел на меня: — Что с тобой сделали? — Ничего, просто вернули к истинному пути и назначению, к моей жизни, Северус. Возможно и тебе следовало бы покаяться и примкнуть к нам. — Драко, кто это был? Вёрджил? — Не твое… В мою спину прилетело заклинание и я ничком упал на землю, поглощаемый густой темнотой. В следующий раз я очнулся, находясь на больничной койке. Рядом со мной стояли Снейп и Дамблдор, активно что-то обсуждая. Я поднялся с кровати и тут же протянул руку в карман, собираясь достать свою палочку. — Это ищете, мистер Малфой? — процедил Снейп, держа ее в руках. — Это вам не поможет. Наши руки достанут каждого! — Что это может быть Северус? — спросил Дамблдор, задумчиво глядя на меня. — Я провел уже некоторые эксперименты, похоже на отравление зельем, но я еще ни разу не видел его в действии, оно слишком редкое и сложное. Если за этим стоят Пожиратели, то они неплохо постарались. Зелье? О чем они говорят? Никакого зелья, просто я вернулся! Настоящий я! И у меня есть цель! Убивать! Уничтожать! Мстить! За Лорда, падение режима, смерти наших собратьев. — Вы знаете как помочь ему, Северус? — У меня есть вариант, профессор, но нужно хорошенько все взвесить, это может быть для него опасным. — Опаснее, чем его нынешнее положение? — Думаю да, сэр. — Что ж, разберитесь с этим как можно быстрее, нам же пока следует разобраться с еще одним исчезновением. Скорее всего, это сделали одни и те же Пожиратели. Старик крутанулся на своих каблуках и покинул помещение, Снейп же сел на койку рядом со мной и спросил: — Драко, ты еще там? — Ты сейчас со мной разговариваешь! — Нет, я разговариваю не с тобой. Я зову того Драко, которого удерживает в себе зелье. — Какую же чушь ты несешь! Нет никакого зелья, вот он я! Просто меня освободили! От чувства вины, постоянного желания выслужиться перед всеми, заслужить их одобрение. Больше мне это не нужно. У меня есть цель. — И в чем же она заключается? — Ты увидишь, Северус. И лучше бы тебе вовремя сменить сторону, если тебе дорога твоя жизнь. Наши руки достаточно длинные, чтобы схватить тебя за шею и отвинтить твою предательскую голову. — Драко, что случилось в отеле? Я молчал, какой смысл было продолжать разговор? Какой еще отель? — Драко, что было после того, как ты ушел от мисс Грейнджер? — Грейнджер? Эта грязнокровка? А она здесь при чем? Северус, ты по-моему кукухой двинулся. Я тебя вообще не понимаю. А теперь отъебись от меня со своими идиотскими вопросами. — Драко, если бы ты находился не в стенах этого замка, я заставил бы проглотить тебя язык за такой тон, благодари судьбу, что это не так. — Скоро судьбу придется благодарить тебе! — я двинулся к нему, но неожиданно был удержан золотыми нитями, приковывающими меня к стене. — Что, боитесь меня настолько, что приковали как какое-то животное? Правильное решение! Потому что когда я выберусь отсюда, всем вам настанет конец! Он безмолвно вышел из лазарета, оставив меня наедине с мыслями. Я сидел на койке и судорожно пытался понять, как выбраться из этих цепей. Пожиратели будут очень недовольны, если я не выполню свое задание. Я не могу подвести их. Должен же быть какой-то выход. Если не силой, то хитростью. Мне нужно выбраться отсюда во что бы то ни стало. Через время тишину лазарета вновь разрушил стук каблуков. За ширмой стояли двое, кто-то нерешительно топтался, не решаясь подойти ближе, но наконец они зашли в мой отсек. Я лишь скользнул взглядом по Снейпу и остановился на том, кто стоял рядом с ним. Грязнокровка. Я почувствовал как моя кровь взбурлила, я встал, дернулся на своих путах и с сожалением понял, что не достану ее. А ведь было бы так просто — одним ловким движением сломать ей шею. И услышать как ее бездыханное тело грохнется на пол, испуская последний вздох. Как жаль, что я не мог сделать этого прямо сейчас, но ничего, все еще впереди. Нужно только подождать. — А тебе, что здесь нужно, вонючая грязнокровка? Пришла по свою смерть? Только подойди ближе и я выгрызу нахуй вены из твоей жалкой глотки! — Драко… — она двинулась ко мне, но ее перехватил Снейп и я не успел дотянуться до нее. Все внутри меня бунтовало. Как она смеет?! Приходить сюда и таращиться на меня как на какой-то экспонат, как она смеет называть меня по имени? Кто она такая?! Она должна трепетать перед моим величием и бояться. Страх ее должен быть настолько велик, чтобы быть осязаемым, чтобы на этом расстоянии я услышал его запах. Но она лишь пялилась на меня своими омерзительными круглыми глазами. — Как ты смеешь обращаться ко мне по имени, ты, жалкая ошибка человечества? А ты, Снейп, защищаешь грязнокровок? Как это благочестиво! Но наши руки доберутся и до тебя, не на очереди. Все будут наказаны во имя великого Темного Лорда! Уж я-то об этом позабочусь! — Что с ним? — прошептала она и Снейп отвел ее в сторону. Что со мной?! Да что, блядь со всеми ними не так?! Какого хрена Снейп защищает ее, какого хрена она так удивлена тому, что ее ждет? Неужели я превратился в такого мямлю, которого перестала бояться даже эта мышь? Но ничего, моя сила возрастала. Я чувствовал ее, бегущую по моим венам прямо к сердцу. Всех их ждет моя сладкая месть, когда я лишу их жизней, оставив зарубки на своем личном камне мести. И забуду о них как о жалкой кучке грязи, которой они по сути и являлись. Спустя какое-то время они вновь смотрели на меня сквозь ширму, но я не подавал виду. Сидел и пытался прислушаться к их словам, но ширма блокировала их. Как жаль, возможно, я упускал что-то важное, необходимое для освобождения и побега. А я-то это сделаю, нужно только дождаться подходящего момента. Весь день я провел в одиночестве, перебирая в голове все возможные планы, которые рушились, стоило взяться за их исполнение. Без волшебной палочки я был бессилен. Почему-то мои мысли не хотели собираться в кучу для использования невербальных заклинаний. Я невероятно злился и бросался на всех, кто подходил ко мне, в том числе, чтобы просто дать мне еды. Я не хотел ничего есть, ведь пищу могли отравить. В каждом человеке мне виделся враг. Я чувствовал как животная ярость поднимается изнутри, готовая вылиться на любого, кто окажется в опасной близости ко мне. Раздались уже знакомые шаги и из-за ширмы выступила фигура Снейпа. Он вынул палочку, и шепнул: — Петрификус Тоталус. Я остолбенело лежал на койке, не в состоянии двинуть ни единой мышцей. В это время он подошел ко мне и влил в рот какую-то мерзкую красную жидкость из пробирки. Я бы выплюнул ее, но сейчас она потекла прямиком по моей глотке, вызывая внутри меня настоящий огонь. Он пожирал меня, уничтожая все внутри. Я зарычал, а Снейп убрал с меня обездвиживание. Я тут же выгнулся дугой на своей койке и задергался словно в припадке. Я хватался за голову, которая была готова разорваться на сотни кусочков. Я кричал, бился в агонии, мне хотелось, чтобы это как можно скорее прекратилось. Но эта адская мука только нарастала, боль все снова и снова накатывала на меня новыми волнами, выбивая из меня несвязные крики. Через какое-то время организм не выдержал и погрузился в немую темноту. В который раз за эти дни. Я очнулся с ощущением все той же боли. Она утихла, но все еще ощущалась, сводя меня с ума. Рядом на стуле сидел Снейп. — Драко, ты здесь? — Что? — Драко, ты меня слышишь? Ты здесь? — Черт, слышу, что… — Как меня зовут? — Северус Снейп, что… — Зачем ты здесь? — Я… Я в школе, но… — Драко, что ты помнишь последним? Я задумался. Я помнил агонию, и куски оборванных мыслей. Желание убивать, стирать всех предателей с лица земли, разговоры Пожирателей, их наставления, угрозы, другую страну, Грейнджер. Я зарычал, хватаясь за голову. — Больно, как же больно! — заорал я, не в силах выдерживать это вновь и вновь. — Драко, зелье уже работает, но нужно перетерпеть, прости. — Больно, я… Я не могу. — Ты сможешь, у тебя нет выбора. — Я не могу сопротивляться, я… Я УБЬЮ ВАС ВСЕХ! ВСЕХ ДО ОДНОГО, ВЫ БУДЕТЕ МОЛИТЬ О ПОЩАДЕ! НО НИКТО И НИКОГДА НЕ ДОЖДЕТСЯ ЕЕ ОТ МЕНЯ ВО ИМЯ ТЕМНОГО ЛОРДА!!! — Зелье действует медленно, Драко, но ты вернешься. Отдыхай, тебе нужен покой. Мой крик вновь разорвал помещение и я погрузился в благоговейную тишину. Мне снился сон. Люди, которые стояли вокруг меня и взывали о том, чтобы я убивал всех вокруг, я видел трупы, много трупов вокруг, дети, взрослые, старики. Мои руки были в крови, я держал волшебную палочку и раз за разом отправлял различные убийственные заклинания в людей. Я хотел остановиться, но у меня ничего не получалось. Я увидел Поттера, Грейнджер и Уизли и слово за словом отправил в них по заклинанию. Последнее, что я видел — испуганные шоколадные глаза. Я проснулся с криком и слезами на глазах. Тут же вытерев их локтем, я уставился перед собой. На стуле вновь сидел Снейп с тем же вопросом. — Драко, ты здесь? — Да. — Ты меня слышишь? — Да. — Как меня зовут. — Северус. Тебя зовут Северус. — Зачем ты здесь? — Со мной что-то произошло. Оно все еще во мне, профессор. Снейп облегченно вздохнул и откинулся на спинку стула. — Они влили в тебя яд, Драко. Такой сильный, которого я еще не видел. Он заставлял тебя думать о страшных вещах, ты помнишь это? — Да, профессор, но отрывочно, воспоминания приходят клочками. — Нужно время… Драко, это были Пожиратели? — Да. Много, целая армия. — Чего они хотели? — Смертей, но я не помню… Кто… Как… Я ничего не помню. — Не переутруждайся, Драко, воспоминания вернутся, а даже если нет — это для тебя не велика потеря, просто поверь мне. — Что это за зелье? — Зелье повиновения, слышал о таком? — Очень отдаленно, мне казалось, что оно запретное и для его изготовления нужны какие-то слишком редкие компоненты, но… Я не помню, черт, как болит голова… — Изготовление яда — меньшая из бед в сравнении с противоядием. — Вы ввели его мне? — Да. — Но как? — Скажете спасибо мисс Грейнджер, как только у вас будет такая возможность. — Что? И он говорил. Много. Так много, что моя гудящая голова с трудом воспринимала информацию. Наконец он встал со стула и вышел из-за ширмы, оставляя меня в покое. Я хотел отключиться, чтобы зелье как можно быстрее уничтожилось, но слишком много беспокойных мыслей роилось в моей голове. Я закрыл глаза и попытался собрать в кучу все имеющееся у меня в голове. Скрипнула дверь и раздались знакомые голоса. Сердце забилось быстрее. Нет, не сейчас, зелье еще могло проявить себя, только не сейчас. Она стояла за моей ширмой и молча рассматривала меня. Я нахмурился когда почувствовал ее взгляд физически. Как и ее задержанное дыхание. Ощущение того, что она стоит рядом со мной, тихая как мышь, боящаяся спугнуть момент почему-то разозлило меня. Я открыл глаза и уперся взглядом в потолок. Перед глазами двоилось. Это не было хорошим знаком, наверняка нет. Я повернул голову и посмотрел на нее. Перед глазами все еще двоилось. Две испуганные и бледные Гермионы Грейнджер стояли вдали от меня, прижимая руки к груди. Я констатировал этот факт, но ничего не чувствовал, я делал все возможное, чтобы тот зверь, сидящий внутри меня, рычание которого рвалось наружу не выдал себя. Наконец я встал, стараясь при этом не покачнуться, хоть мир и поплыл перед моими глазами. Я положил руки в карманы, чтобы она не видела дрожь моих пальцев и смотрел на нее, рассматривал как что-то новое и необъяснимое. Зачем? Зачем она пришла? Я подошел ближе, стараясь найти ответ на этот вопрос. В голову ударил запах пионов, отбрасывая меня куда-то далеко и я зашипел, втягивая в себя воздух. Не сейчас. Нельзя упускать возможности. Пока я контролирую себя. Мой взгляд уперся на кулон, который я ей подарил. Почему она его носит с собой? Остались надежды на то, чтобы использовать хранящееся в нем желание? Глупая девчонка. — Это был Теодор Нотт. Он теперь тоже Пожиратель. Это он поставил ловушку, в которую я попал. Они замышляют нападение на Хогвартс. Уже сегодня, или завтра. Но думаю, что сегодня. Сообщи Дамблдору. Время готовиться к сопротивлению. Слова давались мне с трудом, обрывки мыслей не складывались в единую картинку, как я ни старался. Но я должен был попытаться, пока во мне еще были силы. Зверь, сидящий внутри дернулся и металлические звенья звякнули, я почувствовал, как мои мысли улетают далеко, а я слышу: — Драко… Она приблизилась ко мне. Я мог бы схватить ее и сломать ей руку или шею, убить ее одним движением. Это было бы так просто, ведь она была такой маленькой, хрупкой. Я постарался выгнать эти мерзкие мысли из своей головы, но они настойчиво рвались наружу. — Уходи. Ей нужно было убираться подальше отсюда. Поговорить с Дамблдором, начать сопротивление, а не стоять здесь, рядом со мной, с каждой секундой становящимся все опасней и опасней для себя и ее самой. — Драко, прошу тебя… — слезы сорвались с ее глаз, лицо исказилось в мучительной гримасе. Зверь дернулся, перед глазами оказалась картинка из сна, где я швыряю в нее Авадой и вижу смерть в ее шоколадных глазах. Фантазия рисовала как я полосую ее режущими заклинаниями, пускаю ей кровь и наслаждаюсь этой пыткой. Зверь практически прорвал мой самоконтроль и я выдавил из последних сил: — Я. Сказал. Уходи. Прочь! Уходи отсюда! — я сорвался на крик, обхватывая голову руками, словно она могла разлететься на куски. И она бежит от меня. Наконец, наконец ее нет. Потому что я вновь во власти зелья. И я жажду убийств, крови и чужих страданий.
