Раскаленное пламя

Hans Zimmer — Time       Она остановилась как вкопанная, в то время как Снейп обернулся к ней и четко произнес: — Мы не успеем вызвать остальных, поспешите, найдите Поттера и остальных из Отряда Дамблдора, нам нужно задержать их подольше. — Но авроры… — Мисс Грейнджер, у нас есть план, пожалуйста, делайте, что я говорю.       Она неслась коридорами школы, прислушиваясь к крикам вокруг. Она боялась, что за следующим поворотом может увидеть. Крепко сжав в руках палочку, она была готова дать отпор в любую секунду. Былые рефлексы вернулись к ней с новой силой. Мимо нее неслись ученики: напуганные и дезориентированные, она же думала о том, что всех эвакуировать не удастся и кто-то точно пострадает, как это было в прошлый раз. Она оббегала кабинеты один за одним, примерно представляя где может встретить друзей, но те будто сквозь землю провалились.       Только через десять минут она увидела вдалеке рыжую макушку и рванула к ним. — Гарри, Рон! — она запыхалась, пока искала их. — Гермиона, слава Мерлину ты жива! Что происходит? — Прорыв, Пожиратели в замке! — Но как? — Гарри, я не знаю, нужно собрать отряд Дамблдора и быть готовыми к обороне. Где Джинни? — Она с первоклассниками, Макгонагалл взяла ее себе на помощь. — Хорошо, она в большей безопасности, чем все мы.       Гермиона приложила палочку к горлу и четко произнесла: — Внимание, внимание, это не учебная тревога. Отряду Дамблдора собраться в Большом зале!       С этим оповещением она неслась к нему, осознавая, что скорее всего они уже опоздали, и она не сможет оповестить весь замок, как бы ни пыталась. — Сэр Николас! — на их пути встретилось приведение, — Прошу вас, сообщите всем, кого увидите, в том числе и призракам, что Отряд Дамблдора должен собраться в Большом Зале. Это очень срочно!       Тот без промедления рванул от нее, разнося эту новость по замку. Гермиону трусило. Она думала не только о Пожирателях, но и о Драко. Он остался прикованный там, скорее всего к нему и побежал Снейп, но что, если нет?       Они добрались до Большого зала, где уже набилось приличное количество людей. Гермиона встала за трибуну, с которой обычно вещал профессор Дамблдор и с так же приложенной палочкой к шее произнесла: — В Хогвартс прорвались Пожиратели Смерти. Мы были готовы к этой битве, поэтому, прошу вас, будьте смелыми и сильными, мы должны уберечь Хогвартс и всех его учеников. Будьте осторожны и помните о всем, чему мы вас учили.       Дверь в Большой Зал вздрогнула от мощного удара. Ученики разгруппировались, но большая из них все еще паниковала. Лучше бы они не приходили вовсе, чем сейчас нагоняли ненужную суету, но было слишком поздно. Как же они опаздывали. Гарри стал рядом с Гермионой, приготовив палочку, то же самое сделал и Рон. — Вам ничего это не напоминает? — спросил рыжий, его палочка в руке, плясала какой-то дикий танец.       Они не ответили, но так же разделяли его чувства. Ощущение дежа-вю преследовало их, ведь еще год назад они так же обороняли Хогвартс, но от других Пожирателей, во главе с самим Темным Лордом. За окном раздались крики и взрывы. Гермиона метнулась туда и заметила там Дамблдора, Снейпа и других преподавателей, те отбивались от Пожирателей, скрытых под масками, узнать их было невозможно. Неужели их было так много, что часть из них пробивалась сюда, Наконец дверь не выдержала и вылетела под натиском десятка заклинаний. В комнату вошли подростки.       Новое поколение Пожирателей. И это было ужасным. Совсем юные, неиспорченные они шли к ним за смертью. Во главе их шел Теодор Нотт, его лицо исказила злая усмешка. Он метнул в их сторону заклинание, но Гарри с легкостью отбил его. — Так-так-так, а здесь у нас все те же лица. Поттер, Грейнджер, Уизли, вам не надоело геройствовать? Или жажда смерти сильнее инстинкта самосохранения? — Проваливай, Нотт, ты же понимаешь, что тебе не победить нас!       Зашедшие Пожиратели рассеялись. Они были без масок и Гермиона с ужасом поняла, что знает этих людей. Большая часть училась с ними или выпустилась в прошлом году. Они стояли вместе на обороне Хогвартса, что произошло с ними? Или на них тоже лежит заклинание или действие зелья? — Мы предлагаем компромисс! Нам нужно всего шесть грязнокровок. И мы уйдем. Шесть грязнокровок и никаких случайных смертей и ранений. Никаких битв, все по-честному. Просто отдайте нам их и все останутся в порядке. — Зачем вам они? — А вот это уже не твое дело, Поттер. Как жаль, как жаль, что тебя к грязнокровкам не причислить, я бы с удовольствием расправился с таким ничтожеством как ты, но рано. — Катись к черту, Нотт! — закричал Гарри и швырнул в него заклинанием. Началась битва.       Со всех сторон раздавались крики с заклинаниями и мелькали яркие вспышки. В этой мешанине лиц она не соображала кто и где находится, то и дело выкидывая защитные заклинания. Она молила все возможные силы, чтобы Дамблдор и Снейп закончили поскорее и поспешили на помощь. Но что-то шло не так, на улице была подозрительная тишина, а к ним никто не торопился. Внезапно сзади нее она услышала вскрик и обернулась, чтобы посмотреть на происходящее. Гарри лежал в небольшой лужице крови, придерживаемый учеником Хогвартса. Это не был Пожиратель Смерти, так какого черта он напал на Гарри? — Удивлена, Грейнджер? Ты думала, что в стенах Хогвартса был лишь один предатель? — этот голос она бы узнала из тысяч. И сейчас мурашки ужаса прокатились по ее коже. Кто-то схватил ее и силой опустил на пол.       Большинство учеников сбежало, Большой Зал пустовал, их было меньше, чем Пожирателей. Они стояли, нацелив палочки на учеников со своими довольными ухмылочками. В зал коронной походкой вошел Драко Малфой. — Предатель… — прошипел сзади Гарри, а Гермиону словно обдало кипятком, а следом ледяной водой. Нет, нет, не может быть.       Не может быть, он не стал бы, он не один из них, но зелье… Оно же действовало. Что могло произойти? Неужели не сработало? Или… Или он и вправду… — Малфой, не смей! — закричала она, сдерживая слезы.       Он подошел к Нотту и протянул тому руку для рукопожатия. Они улыбались друг другу. — Как видите, знаменитый Отряд Дамблдора ничтожен перед силами Пожирателей. Так было, есть и будет, Грейнджер. Мы ведь предлагали вам мирный исход, не так ли? Но вы выбрали драку. — Нотт был крайне доволен положением вещей, особенно троицей, заключенной под стражу.       Гермиона дернулась и закричала: — Драко!       Она все еще надеялась, что тот человек жив и находится внутри. Но он лишь холодно посмотрел на нее, подошел, присел на корточки и выплюнул в лицо: — Что-то нужно, грязнокровка?       Слезы покатились из ее глаз. Как она ошибалась. Довериться врагу, черт возьми, как все глупо. Она старалась не плакать, слезы в данной ситуации только мешали, но они текли ручьем. — Знаешь, Драко, это даже было скучно. Они настолько слабы, что не дали должного сопротивления. — Не удивлен. Что же наш благочестивый Поттер? Он разве способен на что-то кроме жалких протего в адрес противника? Защита, защита от темных искусств, никакого нападения.       Гарри потянулся к своей палочке, но Пожиратель пинком откинул ее от него. Нотт посмотрел на него с высоты своего роста и шепнул заклинание, пригвоздившего Гарри к полу, тот не мог даже пошевелиться, руки и ноги его выворачивались в разные стороны, он закричал от боли. — Нет! Не надо, прошу вас! — закричала Гермиона.       Другой Пожиратель, выпускник Хогвартса с удовольствием направил свою палочку на шестикурсника из Пуффендуя и выстрелил в него заклинанием, выбившим из того весь воздух и заставившим орать во всю мощь. Темные страшные заклинания, заставляющие жертву мучиться, но не умирать. Знакомая боль, но на этот раз фантомная, разошлась по руке Гермионы. Там, где остались шрамы от Беллатрисы Лестрейндж. — Драко, что же ты не участвуешь в таком празднике? Столько беззащитных грязнокровок и предателей в нашем распоряжении, выбирай — не хочу!       И Драко улыбнулся, поиграл мышцами и яростно выкрикнул: — Круцио!       Рон выгнулся дугой и заорал, Гермиона похолодела от ужаса. — Хватит, Драко, прекрати! Пожалуйста!       Но они не слышали ее. Пытки все продолжались и продолжались. Тот, кто удерживал ее, вдруг схватил ее за волосы и поднял наверх. Малфой метнул в нее взгляд и подошел поближе. Она замерла. — Я сам разберусь с этой… Выскочкой. — выплюнул он, хватая ее за руку.       Она старалась высвободиться, но он вцепился в ее локоть мертвой хваткой. Он поднял ее палочку и заложил ее себе за ремень брюк. — Что, выбрал шестую жертву, Драко? — А почему нет? Она нарывалась много лет, Тео, не так ли? — О да, хороший выбор! Одобряю!       И он засмеялся, маниакально, страшно. Затем выкрикнул заклинание и все окна в Большом Зале взорвались тысячами осколков. Он сыпал заклинаниями направо и налево, вокруг раздавались крики и лилась кровь, Нотт, казалось сошел с ума, а Драко улыбался и выкрикивал не меньше заклинаний. Из-за волны паники она даже не понимала, что именно он говорит. Она пыталась вырваться из его рук, но он посмотрел на нее своим яростным злым взглядом, словно мог убить одним им. — Время, Нотт, пора! — Я еще не нашел мишень. — Я нашел! Отправляйся следом! — выкрикнул Малфой и потащил Гермиону за собой, она отчаянно сопротивлялась.       Сдавленно кричал Поттер, все еще прижатый к полу заклинанием, Рон был без сознания, а Драко направлялся к окну, Гермиона пряталась, но он силком затащил ее на подоконник, нарисовал в воздухе какой-то знак и их затянул водоворот. Трансгрессия с помощью рун, такого она еще не видела. Она отметила это автоматически, прощаясь с Хогвартсом, друзьями и жизнью. Прощаясь с любовью, теплом и нежностью, со всеми чувствами, перед лицом верной смерти они отпустили ее.       Они оказались в том самом номере отеля и Гермиона опешила, увидев его. Драко же стоял у двери и выводил символы в воздухе, шептал заклинания. Он обернулся к ней и кинул ей палочку. — Помогай.       Она стояла в растерянности, не понимая, что происходит. Она лишь навела на него палочку и держала ее трясущимися руками. Он же вновь обернулся к ней и рыкнул: — Помогай, черт возьми, за нами остался след!       На раздумья оставалось слишком мало времени, она принялась повторять защитные заклинания, которые блокировали бы комнату, их след от трансгрессии, звуки, запахи. Никто во Вселенной не нашел бы их здесь. У нее было чувство, что она самолично кладет свою голову под секиру палача. Наконец они закончили. Драко стоял к ней спиной и тяжело дышал. Она отскочила от него, все еще наводя ему в грудь палочку. Смогла бы она выстрелить в него заклинанием? Навсегда убить даже призрачную надежду на хороший исход. Но что, если зелье не сработало и перед ней стоял лишь его сосуд? Стоило ли беречь его?       Он обернулся к ней и прошептал: — Опусти палочку.       Она только крепче сжала ее и отодвинулась к подоконнику. Он же швырнул свою палочку на кровать и подошел к ней ближе, подняв руки перед собой. — Эй, опусти ее.       Волшебная палочка Гермионы уперлась ему в грудь. Девушка тяжело дышала, слезы бежали из ее глаз, она не знала как поступить и что делать. — Ты примкнул к ним, как ты мог? — Все не так. — Ты был там! Я видела! Ты пытал их! — Да, я пытал их. — Ты применил круцио к Рону! Скольких бы ты еще смог подвергнуть мучениям? Кто ты, черт возьми такой?       Она уже едва сдерживала себя и свои эмоции. Слезы текли по ее щекам, а сердце разрывалось на ошметки. Он не выдержал и рывком выдернул ее палочку, швыряя к своей. Она пискнула и отодвинулась от него максимально далеко, закрываясь руками, будто это могло помочь. — Я пытал их! И я пытал бы кого угодно, слышишь?       Она смотрела на него с нескрываемым ужасом. — Я бы сделал то, что они просили! Я, черт возьми, убил бы кого-угодно, если бы знал, что благодаря этому ты останешься в безопасности! — Что? — она отняла руки от лица и непонимающе уставилась на него. Мир замедлил движение, она соображала с трудом. — Я убил бы кого угодно ради тебя, слышишь, я бы убил за тебя! — Что это зна… — Это значит, что я, черт возьми, люблю тебя! Люблю, понимаешь? Тебя! Я, хренов Драко Малфой, люблю тебя, чертову Гермиону Грейнджер и я нихрена не могу с этим поделать!       Его грудь тяжело вздымалась, он смотрел на нее своим ошалелым взглядом, прожигая в ней дыры. Своим взглядом. Не бесчувственными ледышками, не усмехающимися иголками. Перед ней был Драко.       Она заревела еще громче, а он сократил остававшееся между ними расстояние и обнял ее. Его запах, такой родной и убаюкивающий, окружил ее защитным коконом. Наконец-то она ощутила его, и тепло его тела, такое близкое, знакомое, ни с чем несравнимое. Она плакала, а он сжимал ее все крепче и крепче, пока поток ее слез не уменьшился. — Ты что же… Притворялся? — отстранилась она. — За столько лет и не такому научишься.       Он наконец выдохнул, потянул ее за собой, сел на кровать и усадил ее к себе на колени как маленькую. — Драко, я думала, думала, что потеряла тебя, что нам всем пришел конец, что ты поубиваешь нас там к чертовой матери. — Я был к этому близок, но… Спасибо тебе.       Она уставилась на него. — Снейп рассказал мне о том, как работает противоядие. С ума сойти, меня любит ведьма.       Она словила его улыбку своими губами. Никогда прежде она не думала, что поцелуй может значить так много. В нем было все — нежность, теплота, отчаяние, потребность, тонна любви, которую они вынашивали в сердце друг для друга все эти годы. И эти чувства обрушились на них лавиной. Слезы вновь потекли из ее глаз. — Что я говорил по поводу того, что из-за таких как я тебе не нужно плакать? — он вытер ее слезы своими пальцами и поцеловал ее щеки.       Гермиона забыла о Пожирателях, о войне, о том, что ее друзья в опасности, лишь на короткий миг она позволила себе побыть простой счастливой девушкой, которой только что признались в любви. И не кто-то там, а Драко Малфой, главная глыба льда этого мира. Но она встрепенулась, чувствуя стыд за свои неуместные чувства. Он правильно расценил ее дерганье и ответил: — Все идет по плану. — План? Почему меня никто не поставил в известность вашего плана?! — Дамблдор со Снейпом загоняют Пожирателей в мэнор, где их ждут авроры. — А новые Пожиратели? Которые были в Хогвартсе? — Их было слишком много, нам нужно было расставить приоритеты. Либо первые, либо вторые. Мы надеялись на неопытность молодых. Нотт выставлял себя таким крутым, будто он был создан для того, чтобы быть Пожирателем, но мечты мечтами, а Темный Лорд не просто так не брал его в свои ряды. Да, жестокости ему не отнимать, ровно как и знаний. Но он не умел это применить. Не думал о тактике боя, не был внимателен к деталям. Им руководили эмоции, а не ум и сообразительность. В принципе, это и есть весь Нотт, с самого детства сначала бежали эмоции и только потом следом он сам. Он ворвался в зал, не особо задумываясь кого он может взять с собой и как их заполучить. Он увидел кучу людей и уже был доволен. — Что значит взять с собой? — У них, у Пожирателей, созрел какой-то сумасшедший план, в котором они захватывают шесть разных грязнокровок и убивают их в разных концах мира. Так они выполнят какой-то темный ритуал, высвобождая древнюю и темную магию наружу. — Но погоди, раз мы здесь, значит они все еще там, и все остальные в опасности. — Ну, тут я могу поспорить. Поттер и Уизли, конечно, будут отходить от моих и не только заклинаний, но в целом… — Как ты мог так поступить с Роном? — Я ему не накостылял еще за прошлые грешки в твой адрес, пусть будет благодарен, что это было круцио. — Это мои друзья! — Я учту ваши пожелания, мисс Грейнджер, но поверьте, я не буду им следовать, когда буду видеть как какой-то мудозвон тебя обижает. — Но там было столько крови… Ты и вправду пытал их. — Конечно там было много крови, потому что я выбрасывал заклинания с кровью в воздух, пока этот дурачок смеялся и наслаждался своим величием. Понимаешь, мне нужно было сделать максимальную видимость того, что один из них. Остальные Пожиратели были напуганы настолько, что их победил бы даже Долгопупс, главным был и есть Нотт. — Но остальные, разве он не может навредить им, оставшимся в зале? — А тебе не показалось вдруг странным то, насколько опустело помещение, буквально за миг до моего появления? — Показалось, но я решила, что все разбежались. — Разбежались от Пожирателей Смерти. Как интересно. Ты пробовала когда-нибудь совершать что-то подобное? В Министерстве Магии например? — Фантомы? Ты заполнил зал чертовыми фантомами? — Да. Долбаный Нотт — предводитель Пожирателей. Этот тупица главный, представляешь, кто там остальные? Пока они разберутся, что к чему — в замок вернутся авроры с остальными преподавателями. — Но Гарри и Рон? — Ты всегда в стрессовой ситуации упускаешь главное из виду? — Палочка при мне, Малфой, не дерзи и объясняй.       Вместо огрызаний он просто поцеловал ее в шею и ответил: — Ты заметила, что их держали не пришедшие Пожиратели, а обычные ученики из Хогвартса? — Тоже фантомы? — Разумеется! Нотт был настолько уверен в своей силе, непоколебимости, власти, что даже не заметил, кто именно удерживал тебя или Поттера, к примеру. Пожирателям нужно было показать, что их главные враги обездвижены. Так они бы ощутили собственную мощь и силу. Твои друзья в этом плане в безопасности. Их не заберут как грязнокровок, максимум побьют, но и поделом. Они даже не пытались защищать тебя в бою. Как ты, черт возьми, осталась цела в той войне? Или это ты прикрывала Уизли?       Гермиона опустила глаза вниз, а Драко наоборот закатил свои вверх, выдохнул, но промолчал. — Но что теперь? — Дальше все просто. Пожиратели наберут себе «грязнокровок» среди фантомов, трансгрессируют с ними в нужные места и «убьют». Благо, нам со Снейпом удалось создать довольно реалистичных фантомов, поэтому даже после авады кедавры они не потеряют человеческого вида. Тогда Пожиратели отправят метки в небо, как знак того, что они свою часть задания выполнили. Но меток должно быть шесть. Шестая — моя. И ее не будет, как ты понимаешь. — он прижал ее к себе и втянул ее запах в себя. — Ты пытал Рона и схватил меня для того, чтобы отвести подозрение? — Даже этот дебил Нотт почуял бы неладное, если спустя столько лет вражды, да еще под действием зелья, которое должно было уничтожить во мне все хорошее, я бы не обратил на вас внимание. Вы должны были стать первыми и главными мишенями. — он поднял рукав ее кофты, замечая синяк от собственной хватки, — Прости за это, дай залечу. — Нет, не нужно, пройдет. И что потом? Они доложат другим Пожирателям? — Я ставлю на то, что они побоятся гневить их и вернутся в Хогвартс, будучи уверенными, что мы остались там. Но для этого нужно время, где-то часа, я думаю, будет достаточно. Пока они разбредутся по миру, соберутся с силами, чтобы убить, а это, знаешь ли, не так-то просто, пока сообразят, что одной метки не хватает… Нам нужно переждать, чтобы эти идиоты не додумались отправиться по нашему следу. — Как ты дошел до рунного трансгрессирования? — Ну, не нужно все лавры приписывать мне. Это как раз Вёрджил предложил. Он знает, что трансгрессировать на территории Хогвартса невозможно, а вот руны ослабляют защиту, но имеют существенный недостаток — след. Поэтому ими никто и не пользуется. — Значит нам остается только ждать? — Да. — Как думаешь, с преподавателями все в порядке? — Мэнор не встретил их одиночеством. — Что ты имеешь в виду?       Драко глубоко вздохнул, выдохнул, а потом недовольно пробурчал: — Ты была права. Даррел Диккерсон он… Действительно на стороне моей матери и не собирался никому вредить. Как только Снейп увидел меня под действием зелья — он обратился к нему, плюс кое-кто — он выразительно посмотрел на Гермиону, — отправил матери письмо. Короче говоря, мы смогли ввести его в ряд Пожирателей, и поэтому их план пошел к чертовой матери. — А подробнее?       Он недовольно что-то пробурчал, но продолжил: — Во-первых, в Хогвартсе не должно было быть взрослых Пожирателей. они дали это задание для молодняка в знак инициации. Но Даррел умудрился уверить их в том, что меня закрыли в лазарете и если меня не высвободить, то шестой метки не будет. — Так это они устроили взрыв? — Ну не Нотт же, у того для этого кишка тонка. — А потом? — А потом именно Даррел убедит их в том, что мэнор — безопасное место и они трансгрессируют туда от Снейпа и Дамблдора. Дальше ты знаешь. — Но что, если вы недооцениваете молодых Пожирателей? — План продуман до мелочей, поверь мне. Ну, а даже если кому-то из Хогвартса придется немного повести сражения с Пожирателями — будем считать это практическим занятием Отряда Дамблдора. Кто умрет — зачет не получит. — Как смешно… Ну ладно, надеюсь, что остальные преподаватели смогут защитить учеников. — Да они все по подземельям сидят как мыши, угомонись уже, все не так серьезно на этот раз. Какой предводитель — такая и война.       Она выдохнула и наконец расслабила свои, напряженные до этого времени плечи. Драко погладил ее по спине привычным успокаивающим жестом. Она рассматривала его и не могла поверить, что все вот так за секунду изменилось. — Ты больше не злишься на меня из-за магии? Драко, я уверена, мы найдем выход, особенно как уберечь тебя от нее. — Уберечь? — он поднял брови в удивлении, хмыкнул и продолжил, — Ты, видимо, всего не знаешь. В тот вечер я… Я готов был уничтожить половину мира только за то, что подумал, что ты меня использовала. — Драко, я бы никогда… — Я знаю, теперь знаю. Прости, я был таким идиотом. Но тогда… Понимаешь, до этого мне еще никогда не приходилось испытывать на себе такую чистую искреннюю открытую любовь. И я искал подвох. Так усердно, что нашел его там, где его и в помине не было. Я так злился на тебя, ты даже не представляешь. Уже в школе после того, как Снейп влил в меня противоядие, я узнал кое-что новое. — Новое? — Ну, например, что если бы ты меня не любила, эта красная жижа убила бы меня нахрен. А я был жив. Не вполне в порядке, но жив. И это было откровением, понимаешь? Во мне бурлили остатки зелья, которые нашептывали на ухо, что тебя нужно убить, растерзать, а я сам понимал и осознавал, что… Если я сделаю это, то не могу жить дальше, понимаешь? — он заглянул ей в глаза и запустил руку в волосы. В ладони осталась небольшая медная прядь, — Я, кстати, на куски пущу того выродка, который поднял тебя за волосы. — И ты сразу оказался рядом… — Я попытался сделать это как можно незаметнее. Так вот, следом за осознанием того, что ты испытываешь ко мне, пришли воспоминания из твоих прочитанных книг, которые ты разбрасывала по всей башне. — Что ты мог вспомнить? Я прочитала их вдоль и в поперек! — Ну значит невнимательно читали, мисс Грейнджер, садитесь, два. — Эй! — она негодующе толкнула его в бок. — Так вот. Ведьма не может взять энергию у любимого. Не знаю почему, но это не работает. Именно поэтому ведьмы были преимущественно одиноки. Законный муж и любимый энергию им не приносили, а кто бы из них терпел постоянные романы на стороне и держал все в секрете? — Выходит, что я… Для тебя безопасна. — Настолько же, настолько и я для тебя. — Черт…       Он поцеловал ее в висок и они еще долго молчали. Он держал ее в объятиях и убаюкивал своими словами. Наконец-то он чувствовал себя на нужном месте. В объятиях девушки, которая полюбила его душой, а не жаждой богатства или титула. И он смог полюбить ее своим закостенелым сердцем. — Я так боялась, что больше не увижу тебя… Особенно когда ты прогнал меня из лазарета. — Так было нужно, я вообще хотел, чтобы ты держалась от этого подальше, просто не успел. По-хорошему, тебя должны были отправить с малышней в подземелье и ты бы половины из происходящего не знала. — Ну уж нет, это не про меня. — Да уж я заметил. — он коснулся ее губ нежным и мягким поцелуем. — Я думала, что этого больше никогда не произойдет, веришь? — Верю. Потому что когда я вспомнил все то, что нес под действием того зелья, что грозился сделать… Я думал, что ты не поверишь никаким моим доводам.       Она всхлипнула и обняла его изо всей силы, а потом прижалась к нему губами. Такой родной, любимый, необходимый. Теперь она, наконец, могла признать это, не боясь того, что это не так и какая-то очередная сделанная ими глупость нарушит это. — Когда мы вернемся в Башню, я запру тебя в своей комнате и не буду тебя выпускать оттуда пару дней. — Кто еще кого, Малфой. Я буду ждать извинений за твою вспыльчивость. Я, между прочим, пролила довольно много драгоценных ведьминых слез! — Я обещаю тебе, что больше этого не будет. Слышишь? Я никогда больше тебя не оставлю. — он запечатлел это обещание на ее губах. — Ловлю тебя на слове. — ответила она в перерывах между поцелуями. — Слушай, может быть ты останешься здесь? Я закрою комнату всеми возможными заклинаниями, ты будешь в полной безопасности. А я вернусь, мы там по-быстрому все состряпаем и я уже тут, ты даже не успеешь соскучиться. — Я уже соскучилась! Нет, нет и еще раз нет! Я ни за что не отпущу тебя одного! — Вредная-вредная Грейнджер. — Произнеси мое имя еще раз. — А ты за это останешься здесь? — Не-а. — Тогда ты вредная-вредная Грейнджер.       Она приблизилась к нему и поцеловала глубоким, волнующим поцелуем, обвивая его шею руками. — А так? — Все еще вредная. — Грейнджер? — Пока еще Грейнджер.       И он закончил этот разговор, поцеловав ее так же медленно, плавно и будоражеще. Оба они были невыразимо счастливы. Но сколько веревочке не виться… Наступало время возвращения. — Значит, слушай меня. Как только мы трансгрессируем, будь готова обороняться, есть вероятность, что Пожиратели уже будут на месте. — Где мы окажемся? — На поле возле замка. Их должны «выкурить» из здания. Нам же останется обездвижить их и передать аврорам. — Поняла. — И я прошу тебя, будь осторожна, если будет возможность, просто пережди это время за каким-то валуном, но не лезь в драку. — Ты же говорил, что они недоумки. — Я не выдержу, если с тобой что-то случится, пока я буду размахивать волшебной палочкой перед каким-то додиком, слышишь? Пожалуйста, побереги себя. — А может, я испытываю перед тобой те же чувства? — Грейнджер, я Драко Малфой, не думаешь же ты, что эта жалкая кучка идиотов сможет меня победить? — Не знаю как насчет победить, но если я увижу на тебе хотя бы одну царапину — то залью всего зеленкой и даже не подую на ранку, понял меня? — Нет. — Это я тип угрожаю тебе. — О, невыносимо страшная и грозная Грейнджер! — О, невыносимо упрямый и самоуверенный Малфой!       Наконец они взялись за руки, встали перед окном, отворив его на полную и ощутив на себе всю жару другой страны. — Что ты, кстати, делал бы, окажись в номере люди? — Боюсь, что неожиданное появление двух незнакомцев, было бы их меньшей проблемой.       Он нарисовал в воздухе необходимую руну и они шагнули прямиком на территорию Хогвартса.